Cuckold. Три недели (4 часть)

4 часть В номере я застал Дашу в растрепанных чувствах. Телевизор был включен, но она его не смотрела, а откинулась на диване, глядя в потолок. Было заметно, что она готовится к серьезному разговору со мной, и даже, возможно, хочет закатить скандал. Видимо, она чувствовала себя виноватой, но не хотела в этом признаваться, как говорится, лучшая защита — это нападение. Я решил упредить события и бросился пред ней на колени, целуя ее загорелые ноги: — Любимая, ты сводишь меня с ума! Я самый счастливый муж в мире… Я увидел, что Даша растерялась: она перестала хмурить бровки. Теперь она удивленно глядела на меня, но, справившись с замешательством, наигранно сердитым голосом произнесла: — Как ты мог, как ты мог?… — Что такое, сладкая? — Как ты мог бросить меня с чужим мужчиной одну?… Ведь ты же мой муж, а ты бросил меня… Оставил меня с ним… Ну, как я и предполагал, она запланировала переложить, якобы, имеющуюся у нее вину за эротическое приключение на меня. Если сейчас затеять спор, опираясь на логику, то наш разговор перерастет в скандал, а я этого не хотел. И поэтому я решил подыграть Даше, но с учетом собственных интересов: — О, дорогая, ты была так великолепна… Я просто схожу с ума, когда вспоминаю этот момент… Ты — лучше всех… Я тебя люблю… Теперь она была в реальном замешательстве. Театральная «смертельная обида» исчезла с ее лица, она смотрела на меня с любопытством и непониманием (видимо, она ожидала выяснения отношений ревнивого мужа, а вместо этого я стою перед ней на коленях и признаюсь в любви). Но Даша не могла вот так сразу сдаться, поэтому сделала еще одну попытку: — Но… Но ведь он же мог меня изнасиловать… Я поднял голову и улыбнулся, глядя ей в глаза: — Кто мог изнасиловать? Михаил?… И она не сдержалась и улыбнулась мне в ответ, понимая, что ее претензии превращаются в фарс. Разумеется, она даже не думала, что Михаил может ее изнасиловать, скорее, боялась, что сама хочет ему отдаться. Чтобы перейти к более содержательному разговору, я опять переключился на ее ноги, целуя их с трепетом: — Ты была как Богиня… Это было так волнующе — видеть тебя с Михаилом… — Ты о чем говоришь? — уже без обиды в голосе, но с пребольшим любопытством полушепотом переспросила Даша. — Меня так завело, когда я видел, как смотрел на тебя Михаил… — и сделал паузу. Даша не выдержала: — А как он на меня смотрел? — С таким обожанием… Как на самую красивую, самую желанную девушку на Земле… — Ты все придумываешь… — Даша говорила одно, но ей хотелось, чтобы мои слова были правдой. — Нет, я взрослый мужчина, я это вижу, я это чувствую, — я поднялся выше и, протянув свою руку к ее киске, стал тихонечко ласкать ее клитор, — И ты, и Михаил — вы были оба такие красивые, когда стояли друг с другом рядом, обнаженные… Даша тихонько застонала и стала слегка двигать бедрами в такт движения моего пальца на ее клиторе: — Но как ты можешь такое говорить? Ты же мой муж… — А ты самая красивая жена на свете… Ты не представляешь, какое удовольствие ты мне доставила… Я так счастлив… — Может ты разлюбил меня?… — Я тебя очень люблю… А сегодня я влюбился в тебе заново и люблю еще сильнее… так сильно, что могу сойти с ума… — Разве может нравиться мужу, когда на его жену смотрят другие? Это же ненормально… — Значит я ненормальный муж, но мне это очень нравится… Ты даже не представляешь, какое счастье я испытываю… — Неужели ты не ревнуешь меня?… — она задвигала бедрами чаще. — Очень ревную, и это доставляет мне самое большое удовольствие, — я спустил с себя трусы, и оттуда выпрыгнул мой эрегированный член, — Видишь, что ты со мной творишь?… Видишь, что я чувствую?… Я тебя обожаю… — Ты — сумасшедший, — Даша расплылась в хищной улыбке и распростерла свои руки для объятий, — Ну иди же ко мне… И я пошел к ней. Только не так, как думала Даша. Я припал ртом к ее киске, проникая языком как можно глубже в ее пекло. А рукой мастурбировал свой член. Даша обхватила руками мою голову, сильнее вжимая ее в свою промежность, и застонала. По плану Михаила я не должен был довести свою возбужденную жену до оргазма, поэтому не прошло и минуты, как я кончил и отвалился от разгоряченной желанием киски своей жены. Даша разочарованно вздохнула, но ничего не сказала. Я приподнялся и поцеловал жену в губы: — Я же говорил, что ты меня сводишь с ума. Я даже не смог удержаться… Даша выждала паузу, чтобы правильно сформулировать вопрос, который, как видно, очень ее волновал: — Да уж… Теперь-то после того, как кончил, ты не будешь повторять те глупости, которые мне наговорил, а?… — она сказала это как бы про между прочим, но было заметно, что для нее данная тема очень важна, и что она хотела бы, чтобы я ее опроверг, что я и сделал: — Это были не глупости, я могу повторить тебе каждое свое слово. Я так тебя люблю. И в знак благодарности за твой подарок в дУше я хочу постирать твои трусики, — я взял ее белье и отправился в ванну стирать. Через пару минут в двери ванной появилась голова Даши (я так и знал, что она не сможет удержаться от любопытства): — Ты, правда, стираешь мои трусики? — Конечно, мне очень приятно стирать твои трусики, — вроде как в шутку отвечал я ей, — Теперь ты для меня богиня, а богини не должны утруждать свои пальчики стирками, для этого есть я. С удивленными глазами Даша исчезла, чтобы через несколько секунд возникнуть у меня за спиной, держа в протянутой руке свои черные ажурные трусики: — Может, и эти постираешь? А то они тоже грязные, — в ее глазах светился озорной огонечек. Ей явно была по нраву эта новая игра, но при этом она ожидала от меня какого-то подвоха. Я взял у нее трусики, поцеловав ее руку: — Конечно, любимая. Ты не представляешь, как мне это нравится. — Что-то ты раньше не говорил об этом… — Я стеснялся, боялся, что ты посчитаешь меня извращенцем. — Ты и так извращенец, — Даша по доброму усмехнулась и потрепала меня по голове с облегчением: мое объяснение показалось ей вполне логичным, поэтому она одновременно и успокоилась, и обрадовалась, что переложила на меня часть своих обязанностей, а я при этом еще и ручки ей целую, — Ну хорошо, если ты так хочешь, то я свои грязные трусики буду складывать здесь, — она указала на полочку перед раковиной, — Если увидишь, что тут лежат мои трусики, значит, можешь их постирать, — она еще выжидала, думала, что я ей в ответ намекну, что-то вроде того, что «наглость — второе счастье», но я не оставил ей шансов, поцеловав ее руку: — Спасибо, любимая, что ты меня понимаешь… Я мог гордиться собой: жену и успокоил, и подбодрил, и разочаровал ее в качестве любовника — все как планировал Михаил. А про то, что у него на нее встал член в кабинке для душа, она мне так и не призналась… Значит у нее есть тайны от меня? Какой же я был наивный все это время, когда думал, что Даша обо всем мне честно рассказывает. Когда я вышел из ванной, Даша лежала на диване, находясь в прострации. Должно быть, она пыталась осмыслить последние события и мои признания. Она была так погружена в размышления, что мне пришлось ее два раза позвать, прежде чем она откликнулась: — Тебе же уже пора на массаж… Пока Даша была на массаже, я встретился с Михаилом и в подробностях рассказал ему подробности произошедшего. Он был доволен услышанным: — Молодец. — По-моему, она уже готова. — Нет, рано. — Но я же ей все сказал, и она хорошо среагировала… — А что ты ей такого сказал? Ты просто зафиксировал, что не сердишься на нее за ее поступок. И она для себя уяснила, что ты не будешь против ее флирта со мной. Флирта, понимаешь? Ну, можем мы с ней сейчас разок-другой трахнуться, но все это она воспримет как часть отдыха на курорте. Вернется … домой, будет с тоской вспоминать, и придется ее подводить к теме снова. Поэтому не надо опережать события. Она должна в меня влюбиться. — Влюбиться?… — Только не притворяйся, что ты этого не знаешь. Я ж тебе говорил, что она должна измениться, что должна выполнять чьи-то команды? — Говорил… — И чьими должны быть эти команды, чтобы она стала шлюхой, как ты этого хочешь? Кого ты нанял для этого? — Тебя… — И как я могу ее заставить слушаться, выполнять мои команды? Что, мне ее клещами пытать? Как из твоей жены сделать дрессированную собачку? Мы ж не в цирке, и я не фокусник. Уж, скорее дрессировщик… — Ну, я думал, у тебя есть какой-то секретный способ… — Есть. Я знаю самый сильный наркотик в мире. И я его достану для твоей жены. — Что за наркотик?… — я сглотнул. — Любовь. Я хочу ее подсадить на этот наркотик, стать для нее эксклюзивным поставщиком. И тогда она сделает все, что я ей скажу. А потом сама привыкнет к новому стилю жизни, появятся новые поставщики… — А как же я? Она же меня бросит, если влюбится?… — Не бросит, если я ее об этом не попрошу. А я не собираюсь подводить своего заказчика, — Михаил усмехнулся, — У Даши появится новый мир, в котором будет много секса и драйва. Ты тоже будешь частью этого мира, частью гармонии и уюта, куда приятно возвращаться после пьянок, ебли и громыхания дискотек. Ведь тебе веселее в ночном клубе с друзьями, но спать и отдыхать приятнее на родном диване, а не на танцполе, верно? — Верно… — Так вот, я не хочу заменить Даше ее родной и уютный диван собой; я стану ее праздником, на который девушки ходят наряженными, в макияже, с прической… На празднике нельзя быть непричесанной и в мятой футболке, на празднике нужно быть и-де-аль-ной. А после праздников она будет с тобой — с ее удобным диваном, — увидев, что я в некотором замешательстве, Михаил сделал мне предложение: — Но если ты передумал превращать Дашу в шлюху, то можем это остановить, еще не поздно. И ты сам попытаешься стать для нее и диваном, и праздником. И я представил, что будет, если я сейчас положу конец нашей сделке. Даша только-только начала подавать признаки того образа, в котором мне бы хотелось ее видеть, и я сам без Михаила попытаюсь ее совратить. Ну, буду разговаривать с ней на эти темы, буду вспоминать случай в дУше… Ну раз вспомню, ну два, а потом это станет неинтересным ни ей, ни мне. И даже стирка ее трусиков при таком раскладе из игры превратится в рутину, домашние обязанности. Где я еще найду такого как Михаил, который готов не просто совратить и переформатировать Дашино сознание, но и сохранить наш брак… А вот сохранит ли? По-крайней мере, не будет разрушать, ведь для него это просто бизнес, ничего личного (или почти ничего, потому что интерес-то присутствует). А как вообще можно застраховать прочность брака? Я же уже был женат, и когда женился первый раз, то не думал, что разведусь. А потом много делал того, что не хотел делать, и брак сам собой распался. А тут я опять стою перед выбором: или делать то, что хочу (и тогда брак подвергнется риску), или на всякий случай не делать (и тогда я буду все время думать об этом, раздражаться из-за своей трусости, и брак точно развалится). И я выбрал первый вариант: — Нет, мы продолжаем. Я хочу стать Дашиным диваном… — Ну, хорошо, тогда сейчас я встречусь с Мэри, Джоном и Стивом и подкорректирую их с учетом того, что ты наговорил Даше. — А кто это такие? — Мэри и Джон — это куколд-пара, а Стив — любовник. Помнишь те, которые около дайвинг-центра… — А, ясно… — Вы встретитесь с ними за ужином… Во время ужина Михаил технично усадил нас за один большой столик с куколд-парой. Мэри расположилась на диванчике рядом с темнокожим любовником Стивом, и он ее все время обнимал. Там же сел и Михаил. Мы с Дашей и Джоном сидели напротив. Наши новые знакомые рассказали, что живут в США. Разговаривали на английском, который мы трое тоже неплохо знали. Сначала балагурил Михаил, а потом, когда все выпили и расслабились, наша беседа стала совсем непринужденной, и мы стали затрагивать интимные вопросы. Особенно интересовалась оособенностями куколд-брака Даша. Мэри в очередной раз поцеловала Стива в губы и сказала: — Вы даже не представляете, какое это удовольствие целоваться с темнокожим любовником. Я его обожаю, мне так хорошо… — А ваш муж разве не ревнует? — задала вопрос Даша. — Муж? Да он счастлив! Он носит меня на руках, когда Стива нет рядом. Правда, милый? — спросила она у Джона и тот с готовностью подтвердил, — Стив не первый мой любовник, и Джон счастлив, что я ему изменяю. Наш брак стал только крепче, поскольку мы созданы друг для друга: мне нравится заниматься любовью с другими мужчинами, и это приводит в восторг моего мужа. Разве это не прекрасно? — Но вроде как это не укладывается в принципы принятых взаимоотношений в браке?… — Принципы? Что за глупость! Либо тебе хорошо, либо нет. Плохо, когда жена изменяет, если мужу это не нравится — плохо и ей, и ему. Плохо, когда муж изменяет, а жене не нравится — плохо и ему, и ей. А нам хорошо. Мне не надо обманывать мужа, он все видит и знает, и от этого хорошо и ему, и мне. Благодаря нашим отношениям, мне удалось прожить не одну скучную и монотонную жизнь в браке, а множество! Я живу то с одним, то с другим, сейчас со Стивом, и мне не надо для этого разводиться. Да я и не хочу, потому что другой муж может не позволить мне жить так, как мне нравится. — Да, вряд ли это понравится другим мужьям, ведь мужчины — собственники… — Большинство — да, но есть среди них бриллианты, как мой Джон. Его возбуждает сама мысль, что мной владеет кто-то другой, что я другому мужчине признаюсь в любви, пока он стирает мои трусики… — Стирает ваши трусики? — и Даша с удивлением покосилась на меня, явно проведя параллели. — Да, я понимаю, что вас это удивляет, большинство мужчин брезгует подобными занятиями, считая их унизительными. Потому что, большинство мужей стараются доминировать в браке, для них важно быть главными во всем, особенно, в глазах жены и знакомых. Они строят из себя этаких мачо, а занятие женскими делами как бы подрывает их мужской авторитет. Но для таких, как мой муж, подобные ценности не являются приоритетными, наоборот, унижения поднимают их тонус, вызывают у них желание, поэтому выполнение женских обязанностей они считают для себя благом. В моем муже много женского, и мне это нравится. Вам трудно понять, но, к примеру, ему доставляет удовольствие то, что я отвергла его пенис в пользу своих любовников. Он согласился с тем, что он плох в качестве стандартного любовника для активных сексуальных утех, зато он хорош, как пассивный помощник — он отлично умеет работать языком. Более того, если бы я ему предложила на выбор, что ему важнее — любой вид секса со мной, кроме кунилингуса, или только кунилингус, то он выбрал бы кунилингус, потому что именно это приносит ему максимальную радость. Лизать мою киску и мастурбировать свой пенис — это лучший вид секса для него. А до вхождения в меня пениса мужа дело обычно не доходит еще и потому, что он сам не может оторваться от своего любимого занятия (особенно, если моя вагина заполнена спермой любовника) и кончает, когда его голова находится между моих ног, — Даша опять покосилась на меня, вспомнив, как я сегодня позорно кончил во время кунилингуса, даже не вставив в нее свой член. Но я сделал вид, что не понимаю ход Дашиных мыслей, и продолжал пить вино без всякого выражения эмоций на своем лице. Я обратил внимание, что щеки моей девушки покрылись румянцем, она взволновано пыталась сформулировать свой вопрос, чтобы свести все возникшие параллели в одну: — А скажите… Как бы это выразиться… — Не стесняйтесь, меня трудно смутить, — хохотнула Мэри. — Ну, речь не совсем о вас, а о вашем муже… — Его уж тем более трудно смутить! Клянусь, … он сейчас сидит возбужденный после всего того, что я о нем наговорила, — Джон смущенным кивком подтвердил слова жены. — У кого больше размер пениса — у мужа или любовника? Мэри засмеялась: — Разумеется, больше у Стива. Значительно больше! Если вы найдете пенис меньше, чем у моего мужа, то я сильно удивлюсь! Он у него крохотный, и после того, как я попробовала секс с настоящими самцами, мне его пиписька совсем не интересна… И тут Мэри сообщила размер пениса своего мужа — он оказался даже чуть больше моего на сантиметр. Даша сглотнула, вновь взглянула на меня и задала контрольный вопрос: — А ваш муж так же пассивно себя ведет и на работе? — О нет, что вы! На работе мой муж агрессивен, и дома он нуждается совершенно в другом, таким образом, достигается гармония. Он успешный бизнесмен и зарабатывает достаточно, чтобы обеспечить деньгами и меня, и Стива… И мы с моим любовником прекрасно проводим время дома, пока мой муж на работе. Видимо, у Даши все сложилось в голове: она вновь посмотрела на меня, но теперь без удивления, а так, словно она только что узнала про меня какую-то страшную тайну, будто бы я болен некоей неизлечимой болезнью, о которой я не знаю, а она не хочет мне об этом сообщить, чтобы не травмировать. И Даша перешла на другую, но не менее деликатную тему: — А у вас было много любовников? Мэри улыбнулась: — Если честно, то я даже и не помню сколько. Но больше ста, это точно! — Больше ста?… — у Даши сделались круглыми глаза. — А у вас, деточка, при вашей внешности, их должно быть не меньше двухсот! — У меня? Да нет, что вы… — Никогда не поверю, что у такой красотки было мало любовников! Мужчины, наверняка, слетаются на вас, как мухи на мед. А попробовав разочек, уже не остановишься, захочется еще и еще. Или у тебя муж ревнивый, и ты боишься при нем признаться? — Нет, я не даю ему повода для ревности… — Ну и дурочка! — Мэри беззлобно рассмеялась, — Ты вроде современная девушка, а рассуждаешь как фермерша из захолустья. Дашу, наверняка, больно задели слова про «фермершу», и она решила отомстить своей собеседнице: — А разве это честно, ваш муж зарабатывает, а вы с вашим любовником развлекаетесь да еще и тратите деньги мужа? — Милочка, вы считаете меня плохой женой? — она усмехнулась, — Поймите, то, что делаю я, доставляет удовольствие моему мужу. Если я прекращу подобный образ жизни, он будет тосковать, будет умолять меня, чтобы я изменяла ему вновь. Его удовольствие — мои измены. Это его вдохновляет и дома, и на работе. Не верите мне, спросите у мужа, — она вопросительно посмотрела на Джона. И тот произнес короткую, но важную для плана Михаила речь: — Видите ли, Даша, у меня это второй брак. В первом браке у меня была правильная жена, которая мне не изменяла, и которая и слышать не хотела о любовниках. Мы не понимали друг друга, мы жили рядом, но при этом были далеки друг от друга. Мэри — моя вторая жена, и она дала мне все то, о чем я мечтал, чего мне не хватало. С ней мне хочется жить на этом свете, она вернула мне забытое чувство счастья и наслаждения. Никто так хорошо не понимал меня, как она: она ближе мне всех людей на свете и когда ее нет рядом со мной, и когда она изменяет мне, и когда она спит с любовником в нашей семейной постели, а меня выгоняет в гостиную. За Мэри я убью любого, если она меня об этом попросит — и этим все сказано. Когда Даша растерянно извинилась перед всеми и вышла в туалет, Михаил обратился ко мне, подведя итог разговора: — Все, круг замкнулся. Ты видел, как взволнованно задрожали пальчики Даши от нахлынувших эмоций? Теперь она знает две вещи: во-первых, ее прежние представления о принципах построения успешного брака рухнули, так как были как минимум не единственно правильными, а как максимум — ошибочными; во-вторых, описание Джона ей очень напомнила тебя, ее собственного мужа. Но она смотрела на тебя и не верила: неужели за этой маской состоявшегося мужчины скрывается такой же рогоносец, как этот белый американец? Так что рыбка попалась на крючок. А у нее же синдром отличницы, так что она будет докапываться до истины, чтобы ее брак был совершенным. Тем более, что открывшиеся ей знания сулят больше свободы, больше радости. И, кстати, еще одну важную вещь Даша услышала и запомнила (уверен на сто процентов!): Мэри ей сказала, что только деревенские дурочки не изменяют мужьям. Ее это зацепило и обидело, и это хорошо. Пусть все это разложится в ее голове по полочкам. Она — умница, и сделает правильные выводы. Не сразу, но сделает. Когда после ужина мы с Дашей шли на дискотеку, она находилась в таком же задумчивом состоянии и молчала. А потом неожиданно задала вопрос, показав, чем заняты ее мысли: — По-моему, то, о чем рассказала Мэри — это ужасно… Как ты считаешь? Я с предельным равнодушием ответил: — Трудно сказать, но по-моему они счастливы… А в каждой избушке — свои погремушки, так что не нам судить. — Ее черный любовник все время ее лапал прямо при муже… — Да, я тоже заметил. Но им всем это доставляло удовольствие, разве это плохо? — Не знаю, не знаю… — Даша опять ушла в раздумья. На дискотеке мы сидели с Дашей за столом и тянули коктейли. Михаила все не было. Я предлагал Даше пойти потанцевать, но она ответила: — Да ну, одной чего-то неохота… А меня она даже не рассмотрела в качестве возможного партнера по танцам! Прошел час. Миши не было, и Даша, уже не пытаясь скрыть от меня, стала крутить головой по сторонам, выискивая нашего друга: — Куда же Миша подевался, а? Через пару композиций из толпы возник Михаил, который танцевал медленный танец с какой-то полуобнаженной мулаткой-красоткой. Его руки были у нее на попе, а она обхватив его шею крепко к нему прижалась и поцеловала в губы. Он ответил на ее поцелуй, и они слились воедино. Как и предполагал Михаил, устроивший эту провокацию специально для Даши, моя жена встала из-за стола и раздраженным голосом мне сказала: — Дурацкая сегодня дискотека! Да и музыка слишком громкая, а у меня голова разболелась. Пойдем лучше в номер, я книгу почитаю… И мы ушли в номер, где Даша приняла душ и сразу легла спать, попросив меня выключить свет. Я выключил и тоже лег. Когда я притворился спящим и захрапел, то Даша тихонечко встала, набросила что-то на себя и на цыпочках вышла из номера. Я нацепил на себя шорты и выскочил следом, чтобы проследить, куда и зачем она пошла. А пошла она на дискотеку. Я не стал близко подходить, чтобы не оказаться замеченным. Через несколько минут я увидел следующую картину: Даша с Михаилом выходят с дискотеки, останавливаются неподалеку. Даша что-то ему выговаривает, активно жестикулируя руками. Боже мой, она устраивает Михаилу скандал из-за того, что приревновала его к той мулатке! Не смогла сдержаться и побежала к нему! Это ж что у нее там творится внутри, если она ночью пошла на выяснение отношений с человеком, с которым они даже ни разу не целовались? И вот она влепила Михаилу размашистую пощечину, развернулась и быстрыми шагами пошла в сторону нашего бунгало. Я бегом вернулся в номер, скинул шорты, лег и захрапел. Следом потихонечку вошла Даша, разделась, забралась под одеяло, уткнулась в подушку и тихо заплакала. Она плачет из-за Михаила? Пятый день отдыха Утром меня разбудил будильник. Обычно бодрая по утрам Даша даже не шелохнулась. Я поцеловал ее в щеку: — Даш, время. Тебе на пробежку… Даша приоткрыла глаза, лицо ее было припухшим после рыданий в подушку: — Да ну, неохота сегодня… — Сейчас же Михаил за тобой забежит… Дашины бровки сдвинулись: — Ну и пусть бежит, только без меня… — Даш, ты чего? — Надоел мне этот твой Миша, он дурак какой-то!… — Но он же сейчас придет… — Как придет, так и уйдет. Пошли его подальше, скажи, что я заболела! Когда в номер постучал … Михаил, я открыл дверь и вышел с ним на улицу. Вкратце, объяснив ему происходящее, я с тревогой в голосе сказал: — По-моему, ты напортачил, она теперь видеть тебя не хочет. — А, по-моему, ты ни фига не понимаешь, — он расплылся в довольной улыбке, — Завтра она будет моей. — Ты меня не слышишь что ли? Я говорю, она всю ночь прорыдала, а теперь тебя видеть не хочет. — Ну да, все правильно. А вчера она мне еще дала пощечину из-за своей ревности. — Она тебе так и сказала, что приревновала тебя? — Не важно, что она говорила — это пустое, главное — дела. Неужели ты не понял, что своей пощечиной она призналась мне в любви? — В любви? — Да, столь сильной, что она не может совладать с собой, что рыдала из-за меня всю ночь. У нее очень сильная душевная встряска, к тому же она не может снять сексуального напряжения уже несколько дней, у нее эмоции бьют через край, а ты хочешь, чтобы она вела себя адекватно? — Ну, не знаю… — А я знаю! Поэтому сегодня проведи с женой день по привычному сценарию, но только без меня. Я буду рядом, но ко мне не подходите. Делай вид, что не понимаешь, что творится с Дашей. А после ужина — это обязательно — придите с ней в амфитеатр на конкурс «Мистер Оргазмус» и займите места поближе к сцене. И все будет хорошо. Когда я вернулся в номер, Даша была в душе и недовольно буркнула: — Ты чего так долго? — Ну, Михаил за тебя беспокоился, серьезно ли ты заболела… — Беспокоится он… Что он к нам вообще привязался? — Да мы ж вроде неплохо проводили время, сдружились… Даша вздохнула: — Ладно, умывайся и пойдем на завтрак. Во время завтрака через два столика спиной к нам сел Михаил и как будто нас не замечал. Зато Даша его заметила. Она ковырялась в тарелке, но толком ничего не ела. Потом бросила вилку: — Что-то сегодня отвратительный завтрак! Тоже мне, пять звезд! Пойдем лучше на пляж… На пляже Даше тоже было невесело: то море холодное, то солнце слишком жаркое, то лежаки неудобные. Примерно, через час-полтора немного в стороне от нас возник Михаил в компании каких-то девушек: они то играли в волейбол, то плескались в воде, в общем веселились. Нас он естественно, не замечал. Даша не выдержала: — Пойдем лучше в номер, а то я, кажется, обгорела… Дашина депрессия продолжалась до ужина: после массажа она вроде бы немного отошла. Мы сидели, а она бросала взгляды по сторонам, выискивая Михаила. Но его не было. Я как бы невзначай сделал жене предложение: — Даш, давай после ужина сходим в амфитеатр, там будет конкурс «Мистер Оргазмус», все равно делать нечего… — Ну, давай… — с безразличным видом согласилась она. Мы заняли место на третьем ряду по центру сцены. Заиграла музыка, зажглись разноцветные прожекторы, на сцену вышел ведущий в смокинге и пафосно начал конкурс «Мистер Оргазмус». Он на нескольких языках объявил участников, их было пятеро, и один из них — Михаил. Ведущий напомнил, что по условиям конкурса победитель получит в подарок романтическую поездку на яхте с каютой бизнес-класса. В поездку он может пригласить любую из девушек, которую он выберет в амфитеатре, и целые сутки на яхте они смогут отдыхать по-королевски, поскольку девушку, которую выберет победитель конкурса, объявят «Королевой Оргазмус». — А если девушка, которую выберет победитель, не захочет с ним на яхту? — как бы невзначай спросила Даша. — Ну, я, думаю, ее расстреляют, — рассмеялся я. — Нет, ну серьезно, — я видел, как заблестели Дашины глазки, и я понимал, о чем она думала. — Да, наверняка, это дело добровольное: захотела — согласилась, не захотела — отказалась, вот и все… — Да?… Ты считаешь?… — с каким-то даже разочарованием произнесла Даша, как будто хотела, чтобы выбранная девушка не могла отказать победителю. Конкурс шел, а глазки Даши в свете прожекторов блестели все сильнее и сильнее, когда на сцене в разных конкурсах показывал свое мастерство Михаил. Через полчаса она так увлеклась действом, что незаметно для себя стала аплодировать нашему знакомцу, когда он побеждал в очередном конкурсе. Последний конкурс был эротическим. Пятеро участников под визги и аплодисменты девушек вышли на сцену абсолютно голыми и выстроились в ряд лицом к залу. И хотя у всех конкурсантов члены были, мягко говоря, немаленькими, «устройство» Михаила смотрелось выгоднее — оно и свисало ниже, и казалось толще. Даша от волнения стала перебирать пальцы на руке. Первым заданием конкурса было следующее: к конкурсантам сзади одновременно подходят обнаженные девушки, прижимаются к их спинам и трутся об них. У кого из мужчин быстрее встанет, тот и победил. И вот барабанная дробь, девушки прижимаются и трутся о мужчин под музыку ламбада. Первым член встал у бразильского участника, Михаил на этот раз был вторым. Даша смотрела на это соревнование, открыв рот и визжа вместе с другими девушками. Вторая часть конкурса — те же девушки должны были при помощи рулетки измерить эрегированные пенисы конкурсантов: у кого больше, тот и выиграл. На этот раз выиграл Михаил, и Даша вместе со всем амфитеатром хлопала и восторженно визжала. Конкурсанты вышли, чтобы одеться и вновь появились на сцене. Ведущий торжественным голосом произнес имя победителя конкурса «Мистер Оргазмус», им оказался Михаил. Под звук фанфар амфитеатр встретил победителя шквалом аплодисментов. Затем ведущий предложил ему вывести на сцену его избранницу. Даша вжалась в кресло, я почувствовал, что от волнения и возбуждения ее бьет озноб. Михаил шел к нам. Даша опустила глаза. Он не спешил, приближаясь к нам уверенной походкой триумфатора. Даша нервно сглотнула. Он подошел и, не глядя на меня, протянул Даше свою руку. Моя жена посмотрела на меня и вопросительно, и испуганно, и с мольбой, почти так же, как тогда в душе. Но было существенное отличие, ведь если ее поход в кабинку с другим мужчиной видел только я, то теперь она должна была согласиться быть избранницей Михаила на глазах у всего зрительного зала. И Даша, дрожа от избытка чувств, еще раз вопросительно взглянула на меня, но увидев мое самоотстранение, обреченно протянула победителю свою руку. Михаил несильно потянул ее к себе, и моя жена податливо потянулась навстречу ему, продолжая смотреть на меня, будто бы прося поддержки или защиты. Зал вновь зааплодировал, увидев, что победитель нашел свою избранницу, и она идет следом за ним на сцену как на эшафот, до последнего оглядываясь на мужчину, который весь этот вечер сидел с ней рядом — на своего законного мужа… Когда они вышли на сцену, на их головы торжественно одели короны, а на плечи накинули, типа, королевские плащи. Ведущий спросил имя моей жены, она ответила. Затем обратился к Михаилу: — Это ваша невеста? — Нет, это жена моего товарища. — А наш победитель — не промах, настоящий «Мистер Оргазмус»! — ведущий с восторгом отреагировал на ответ Михаила, узнав, что он собирается отдохнуть на яхте с чужой женой. Зал тоже зааплодировал. Зрители, сидящие рядом со мной, стали оживленно шушукаться, показывая на меня пальцами. Меня переполняли два чувства — ревность и возбуждение. И я не хотел, чтобы это прекращалось. Затем ведущий объявил королевский танец. Заиграла романтическая музыка, прожекторы создали интимную подсветку. Михаил прижал к себе Дашу, она обняла его за шею и они слились в медленном танце. Около них возникли две девушки, которые стали бросать им под ноги лепестки роз, а откуда-то сверху на танцующих посыпалось золотое и серебряное конфетти, переливаясь яркими огонечками в лучах прожекторов. После танца ведущий объявил королевский поцелуй, и Михаил, не оставляя Даше времени на раздумья, с жадностью впился в губы моей жены. Дашины руки на секунду повисли в воздухе, а потом поднялись… и крепко обхватили плечи Михаила, впившись в них ногтями. А ведущий начал отсчет длины поцелуя: — Раз, два, три, четыре… Зал ему вторил…. Я с жадностью смотрел на это зрелище, как будто передо мной был не конкурс, а эротический фильм с участием моей жены. И в какой-то момент я заметил, что вместе со всеми тоже веду отсчет, только для меня он имел иное значение, чем для других — с каждым счетом мой член становился все тверже и тверже. Они остановились на цифре 53. Моя жена изменилась в лице, она стояла на сцене будто бы пьяная, ее ноги подкашивались (Михаил ее придерживал), а взгляд был расфокусирован — она потерялась во времени и пространстве. Боже, как же прекрасна она была в тот момент, я никогда ее такой не видел. После того, как ведущий объявил об окончании вечера, зрители потянулись к выходу, создав пробку. Я заметил, что Михаил и Даша зашли за кулисы, там был служебный вход. Я же застрял вместе со всеми в общем проходе, и вышел из амфитеатра значительно позже. Даши с Мишей нигде не было и, безрезультатно обойдя в поиске их все близлежащие бары, направился в номер. Недалеко от нашего бунгало я наткнулся на Михаила, и обрадовано спросил: — О, привет, а я вас ищу… А где Даша? — Я только что проводил ее в номер. — А на дискотеку? — Поверь, ей сейчас не до дискотеки. Она еле стоит на ногах. — Но что случилось? Михаил самодовольно улыбнулся: — Она кончила прямо на сцене. Сразу, как только я начал ее целовать. Если бы я крепко ее не держал, она бы там рухнула. — Кончила? — я не верил своим ушам. — И, судя по ее конвульсиям, оргазм был сильнейший. Так что готовь ее к путешествию на яхте, мой друг, завтра все случится. Я шел в номер, и у меня не укладывалось в голове: не отличающаяся сексуальным темпераментом моя жена, которую я обычно долго ласкал во время прелюдий, она далеко не каждый раз испытывала оргазм. А когда у нее случался оргазм, то сильным его назвать нельзя — ну постонет, глаза прикроет, и все. А тут без каких-либо ласк, от одного только поцелуя да еще и на виду у сотни человек! И оргазм такой сильный, что она не могла устоять на ногах… В голову закралась тревожная мысль: а может она со мной все это время и не испытывала оргазм, а только притворялась? Дашу я застал лежащей на кровати. Моя жена находилась в полной прострации: ее взгляд был туманен, реакции заторможены… Она даже не разделась и не разулась, так и лежала на кровати в платье и туфлях. Помнится, Михаил говорил о том, что хочет подсадить ее на свой наркотик, так вот, моя жена сейчас как раз напоминала наркоманку, которая приняв дозу, находилась в нирване, в других мирах. И это при том, что между ними еще даже не было полноценного секса! Чтобы как-то вернуть Дашу к жизни я попытался ее разговорить: — Привет, ты как? Даша отвечала через значительные паузы после моих вопросов, вполголоса, еле шевеля губами: — Нормально… — Ты классно танцевала на сцене… — Кто?… Я?… Да, наверное… — А я вас потом искал-искал, а ты тут лежишь… — Я просто устала… просто устала… А зачем ты меня отпустил?… — Куда отпустил? — На сцену, к Мише… Ведь я же теперь должна… должна ехать с ним… — в ее тоне не было упрека, скорее, какая-то безысходность. — Это же просто конкурс, вот и все, — как можно более шутливо ответил я. — Конкурс?… Да, смешно… Ты не понимаешь… — Чего не понимаю? — Мне нельзя с ним ехать… — она проговорила это, как будто пересиливая себя. — Почему? Ты не хочешь? — Я?… Не в этом дело… Ты не понимаешь… Просто нельзя и все… Да, ладно, — я продолжал говорить тем же наигранно бесшабашным тоном, — Это же Михаил, он решил с тобой помириться, вот и все. Поныряете с аквалангом, плохо что ли? — Как же ты не понимаешь? — Даша повернула голову в мою сторону, у нее в глазах стояла пелена из слез, — Как же я могу с ним ехать?… Я же твоя жена, понимаешь?… Я видел, что Даша боится признаться не только мне, но, видимо, и самой себе в чем-то очень запретном, о чем не могут и не должны думать замужние девушки. Поэтому она все время не договаривала. — Да, — согласился я, — Ты моя жена, и я хочу, чтобы ты хорошо провела время, вот и все. Мы же не школьники, взрослые люди. Неужели ты думаешь, что я буду ревновать, если ты прокатишься на яхте с нашим другом? Даша отвернулась от меня и еще тише, как будто разговаривая сама с собой, пошептала: — Ничего так и не понял… Мог остановить, но не остановил… Я предупреждала… Сделала все, что могла… Больше не могу… Поздно, слишком поздно… Я сделал вид, что услышал только последнюю часть ее монолога: — Ну, раз поздно, то давай я тебе помогу раздеться и выключу свет. Тебе надо отдохнуть, а то завтра рано вставать — отправление на яхте в восемь. Когда моя жена уснула, я отправился к Михаилу и рассказал ему о нашем разговоре с Дашей, выразив беспокойство: — Я боюсь, как бы завтра не передумала, она так переживает, так серьезно к этому относится… — Разумеется, она относится к этому серьезно, и это хорошо. В ней происходит борьба: последние остатки ее ценностей — верность и преданность мужу — покидают ее с боем. Ее прежний мир рушится, и она из последних сил за него цепляется, как за мнимую стабильность. И ей нужно крепкое плечо, так как у нее на это не хватает воли. А ты таким плечом не являешься. Ведь ты находишься на стороне новой силы, которая поселилась в твоей жене и необратимо захватывает ее душу и разум. И вскоре поглотит ее целиком. Слова Михаила мне показались устрашающими: — А это не опасно? — Для кого? Для нее — нет, она вкусит запретный плод и перед ней откроется новый мир, она познает неведомые раньше ощущения, будет с жадность наверстывать то, чего раньше была лишена. Уверен, твоя жена именно этого и боится, что вкусив запретный плод, она не сможет от него отказаться. Так что если это и опасно, то только для тебя. Но ты сам хотел, чтобы твоя жена изменилась. И речь шла не о ролевой игре на один-два вечера. Ты хотел все по-настоящему, на всю жизнь. И ты это получишь… Даша спала неспокойно: всю ночь ворочалась и вздыхала. Мне тоже было не до сна, терзали ревность и сомнения. Правильно ли я поступаю? Не разрушаю ли собственными руками свой брак? Но мой стоящий член подталкивал меня к дальнейшим действиям: «Давай, вперед! Тебя же еще никогда так сильно не возбуждала твоя жена. И чем дальше ты зайдешь, тем больше удовольствий получишь. Ты же мечтаешь видеть свою жену в объятиях другого мужчины, ты же хочешь, чтобы она это делала открыто, не стесняясь ни других, ни тебя. Ты же с ума сходишь от мысли, что твоя жена будет одеваться как шлюха, вести себя как шлюха и зарабатывать как шлюха — своей пиздой». И чем больше я об этом думал, тем крепче напрягался мой член. Я хотел и боялся, боялся и хотел… Это было невыносимо. Так наступило утро… E-mail автора: 007cuck@mail.ru

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх