Хайборийская эра: Белит. Глава 4

Довольно посмеиваясь в зал стремительно вошёл Самсет. — Ты подготовил женщин? — Да, да, как ты велел, всё-всё… , — забормотал горбун. Довольного, удовлетворенного блеска в глазах брата колдун не заметил, как не обратил внимания и на ошарашенную, растерянную Белит, обычно острую на язык, но сейчас почему-то притихшую и от всего несколько отрешенную. — Отлично! Пока наши друзья-пираты наслаждаются теплотой моего гостеприимства, пора начать ритуал. Колдун приблизился к пленницам, бегло осмотрел ту и другую и потянув носом с довольным видом произнёс: — Ты очень неплохо подобрал эссенции. Как ни странно… Думаю и обитателям Преисподней аромат этих женщин придется по душе. Он направился было в центр зала, но что-то его остановило. Самсет вернулся к Белит, приподнял указательным и среднем пальцами правой руки её подбородок. — Что-то, ты странна какая-то? Неужели смирилась с неизбежным? Я просто поверить не могу… Она, зло глядя на Самсета исподлобья плюнула ему в лицо. — А, вот так то лучше! — расхохотался колдун, утираясь. — А то я подумал было, что с тобой, что-то не так. Что ты, вовсе и не ты теперь! Он вернулся в центр помещения и принялся разбрасывать вокруг себя металлические шары, каждый размером с куриное яйцо. При этом стигиец, что-то монотонно бормотал. Вскоре из шаров начал выделяться зеленоватый дым, столь густой и плотный, что сквозь него не было видно и с двух шагов. Зал наполнился зловещим неразборчивым шепотом, заметно потянуло холодом. Юнь-Ли начала хныкать, с каждой минутой всё громче и громче. Она понимала, что бы не произошло, зло, вызванное черным колдуном коснётся её первой. Шепот усилился — его порождали сотни нечеловеческих голосов, звучащих из чужого и враждебного мира. Иногда, словно бы издалека прорывались яростные вопли, рычание, отрывистый вой или раскатистый хохот. Самсет, теперь не бормотал, а выкрикивал слова заклинания. Его глаза пылали, как раскаленные угли, соревнуясь по силе яркости с лучами света, протянувшимися к потолку из железных сфер, разбросанных в определенном порядке на полу. — Кида — сарааа! Кида-сарааа! — раз за разом выкрикивал стигиец. Сферы вибрировали и казалось их нервная пульсация передаётся стенам. Посреди помещения появилась многогранная, кровавого оттенка структура, состоящая из чистой энергии. Она гудела, ревела и из неё доносились ужасающие звуки, теперь сплошь какофония из шепота, рыка, воя и дикого хохота. Белит и Юнь-ли с ужасом наблюдали за происходящим. Арамту, скуля и охая забился в дальний угол. Один лишь Самсет в диком экстазе, раскинув руки кружил вокруг созданного им портала и истерично вопил: — Кида-сараааа Кулба! Кида-сарааа Мельф! Несколько раз он прокричал это и кроваво-красная пелена пошла рябью, взволновалась, вспучилась. Из этой бешеной энергетической круговерти появились две длинные руки со скрюченными пальцами, вооруженные кривыми острыми когтями. Затем показалась безволосая голова с плотно прижатыми заостренными ушами. Широкий массивный лоб, переходил затем в скошенный, сужающийся затылок. Надбровные дуги были чрезмерно развиты, и маленькие, глубоко посаженные глазки с ярко-зелеными вертикальными зрачками, пульсировали там и источали свет, словно изумруды в глубоких шахтах. Но сияние это было преисполнено такой злобой, что не возможно передать никакими словами. Острые скулы придавали твари особенно хищный и угрожающий вид. А вот рот, был на удивление небольшой и совершенно безгубый. Впрочем, стоило твари его раскрыть и всякий тут же видел, что когти не единственное оружие этого адского создания. Частокол из острых, как иглы зубов выглядел весьма впечатляюще. Между ними нервно извивался, дергался, скручивался в кольца черный змеевидный язык. Тело чудовища было гибким и столь же развитым, как у мужчины-атлета: широкие плечи, мощные мускулистые руки, мощные грудные мышцы. Внизу живота, состоявшего из кубиков, раскачивался темно-фиолетовый, с красноватым отливом член, похожий по форме на конский. Размеров, он тоже был немалых, а под ним болтались тугие, вздутые мешки яиц. Ноги у демона — длинные, голенастые и мускулистые. Сразу понятно при первом же взгляде насколько это чудовище прыткое и прыгучее. Ступни широкие с когтистыми пальцами. Грудь и живот демона были белыми, местами усыпанными черными пятнами, а вот кожа в других местах и особенно на спине ярко-оранжевой и с черными, словно у тигра полосками. — Кулба! — вскричал Самсет, радостно всплескивая руками. За первым демоном показался второй. Он был точно таким же, лишь полоски его были золотистыми, а черных пятен на животе и безволосом паху на порядок больше. Да ещё, ноги его заканчивались не ступнями, а самыми настоящими копытами. — Мельф! — в благоговейном экстазе взвыл стигиец. Демоны шагнули вперёд. Начали шумно втягивать воздух широкими ноздрями. И вот, их алчущие взоры обратились на застывших от ужаса женщин. — Кулба, Мельф, Первые из первых, я вызвал вас для свершения великого дела! — крикнул Самсет. Демоны проигнорировали колдуна, даже не посмотрели в его сторону. Похотливые взоры чудовищ по-прежнему были прикованы к обнаженным пленницам. Члены адских созданий вздымались от желания из глоток вырывались приглушенные хрипы, а порой и нетерпеливое поскуливание. — Слушайте меня! — воззвал стигиец, поднимая над головой правую руку. На кончиках его пальцев пробежали короткие синие всполохи. — Я ваш владыка! Я ваш хозяин! Вы будите выполнять всё, что я прикажу! — Замолчи, червь! — вдруг прорычал тот, которого стигиец называл Мельфом. — Сын Огненного мира никогда не станет слугою человека! Убирайся прочь и оставь этих женщин нам! — Одна из них и так предназначена для вас! — Лишь одна? — зашипел Кулба. — Здесь две женщины. Я чувствую сладкий запах их плоти… Неужели, ты глупец думаешь, что я удовлетворюсь лишь одной шлюхой? — Вы получите лишь одну! — заорал Самсет. — Другая предназначена для МуДора! — Пусть МуДор сношает их, хоть обеих, но после нас! — захохотал Мельф. И он быстро направился к Белит. При его приближении юная шемитка пронзительно закричала и начала извиваться всем телом. Когтистые пальцы вцепились ей в груди, черный язык заскользил по соскам, чудовищный член, блестящий и влажный прижался к животу девушки. — Какая сладкая! Какая вкусная! — Отойди от неё! — завопил Самсет. С его пальцев сорвалась молния и ударила Мельфа в спину. Демон издал пронзительный вой и отшатнулся. Другая молния вонзилась в голову Кулбу. Тварь завертелась на месте, зажав обожженное место руками. — Вы будите подчиняться мне! На колени! Мельф прыгнул в сторону стигийца, но прямо в воздухе был поражен молнией в грудь. Издавая визг, охваченный зловонным дымом, он отлетел в дальний угол помещения. — На колени, я сказал! Кулба не стал испытывать судьбу. Он выполнил приказ, и на колдуна теперь поглядывал исподлобья, уже с опаской и уважением. — Для вас предназначена вон та женщина, — сказал Самсет, указывая на кхитаянку. — Овладевайте ею, как угодно. Есть, лишь два условия: она должна остаться жива и в ней должно остаться ваше семя. — Из нашего семени родиться МуДор! Ненавистный МуДор! — завизжал Мельф. — Да, именно этого я и хочу, — усмехнулся стигиец. — Только для этого я позволил вам двоим перешагнуть границу между нашими мирами. — МуДор уничтожит нас, как только родиться, — в ужасе прошептал Кулба. — Я позволю вам уйти обратно в Преисподнюю, как только все признаки зачатия проявят себя, — пообещал Самсет. — Поклянись! — крикнул Мельф. — Клянусь Темным священным кристаллом Авагренна! Клянусь тысячекратным проклятием Каламангарса! — возвысив голос произнёс стигиец. — Вы покинете этот мир до рождения МуДора! Мне нет выгоды от вашей гибели. Вы двое ещё понадобитесь мне в будущем. Слова Самсета, похоже удовлетворили демонов. Они успокоились, даже повеселели. — Итак, женщина, которую я указал — ваша, — колдун отступил в сторону. — Не зачем медлить. Приступайте! — Освободи её от оков, — сказал Кулба. На его роже появилась ухмылка. — Так, мне будет сподручнее делать с ней всё, что я хочу. Самсет кивнул и что-то зашептал, рисуя в воздухе перед собой обеими руками какие-то замысловатые фигуры. Оковы приглушенно звякнули и пали. Юнь-ли, прибывавшая от ужаса в полуобморочном состоянии начала сползать на пол. Мельф подхватил девушку и развернув её к себе задом, заставил пленницу встать на четвереньки. Юнь-ли от страха и шока не могла даже кричать, лишь тряслась всем телом. — Не позволяй им сделать это! — закричала Белит. — Смилуйся! Самсет, ты же человек! — Я больше чем человек! — прокричал колдун, потрясая руками и сверкая совершенно обезумевшими глазами. — А скоро стану Богом! Кулба проворно забежал с другой стороны и схватив Юнь-Ли за волосы рывком приподнял ей голову. — А ну-ка разинь рот! — рявкнул он. Кхитаянка протестующее замычала, стиснув зубы. — Открой, говорю, сучка упрямая! Но видя, что девушка не желает добровольно выполнять приказ, Кулба, придерживая ей голову левой рукой, растопырив большой и указательный пальцы правой, нажал ими на места чуть ниже ушей, воздействуя на какие-то нервные окончания. Юнь-Ли только и смогла, что вытаращить глаза. Ну а рот, против её воли сам открылся. Демон, тут же впихнул её туда свой член. — Давай, давай, шлюшка, соси его, глотай! Словно огромная, липкая шевелящаяся пиявка заползла ей в глотку. Кхитаянка замотала головой, пытаясь избавиться от наглого агрессора, из груди вырвался мучительный стон, лицо от недостатка воздуха раскраснелось. — Ах прости! — вскричал демон насмешливо. — Я совсем забыл, что человеческая женщина не может глотать, как демонесса! Хорошо, не буду заталкивать тебе глубоко, просто соси и облизывай. Член выскользнул изо рта девушки. Она закашлялась и едва успела глотнуть воздуха, как мерзкий отросток опять начал тыкаться ей в губы. Обозлившись, Юнь-Ли попыталась укусить багровую, лоснящуюся головку, но демон не позволил это сделать, да ещё отвесил кхитаянке своим тяжелым мясистым членом увесистую пощечину. — Не делай так! Ещё раз попробуешь и я засажу тебе до самого желудка! Вот уж будет тогда веселье! Давай соси как надо, пока я не разозлился. Обливаясь слезами, Юнь-Ли подчинилась. Лучше уж делать то, что приказывают, чем отчаянно бороться за каждый глоток воздуха, мучаясь от удушья. — Вот, так, теперь хорошо, — заурчал Кулба, когда губки и язычок пленницы начали теребить его член. Мельф тем временем продолжал пользовать служанку сзади. Его член входил, то глубоко, то чуть-чуть, то выскакивал совсем и демон тёр им сладко зудящий бугорочек над входом в щелку. Шли минуты и Юнь-Ли вопреки своей воле всё более и более возбуждалась. Вагина её изрядно взмокла и пульсирующая, горячая «коряга» Мельфа входила туда со смачным чавканьем. Белит, наблюдавшая за сношением, вновь поразилась способности своей маленькой служанки принимать в себя огромные орудия. Член Мельфа заметно превосходил размерами, даже самый большой из членов её чернокожих любовников. Войдя в раж, кхитаянка вскоре сама начала поддавать попкой назад, насаживаясь на отросток демона. Он вгонял ей, издавая хриплое рычание и крепко ухватив Юнь-Ли за выпяченную вверх попку. — Теперь моя очередь! — воскликнул Кулба пару минут спустя. Мельф кивнул и прекратив сношение, топая копытами отошёл в сторонку. Кулба проворно перемахнул через Юнь-Ли, всё ещё стоявшую на четвереньках и оказавшись позади девушки, без промедления вогнал член ей под ягодицы. Она охнула, но вовсе не от боли, а скорее от неожиданности, ошеломляющей быстроты и бесцеремонности с которыми всё было проделано. Проникновение в её мокрое лоно прошло успешно, ибо дырочка пленницы была, уже достаточно растянута предыдущим членом размеров не меньших, чем проник в неё сейчас. Кулба пользовал кхитаянку в такой позе недолго. Вскоре, он схватил её, перевернул на спину и устроился сверху. С громким чавканьем член демона начал глубоко врываться в растянутую до предела пульсирующую вагину. Закрыв глаза, чтобы не видеть страшный лик своего насильника, Юнь-Ли тем не менее стонала и вскрикивая, явно испытывая удовольствие. И то, что происходило, уже едва ли можно было бы назвать изнасилованием, каковым оно обычно бывает. Слабость Юнь-Ли к плотским утехам обернулась сейчас в её пользу. Ни люди, ни даже демоны не могли надругаться над ней и из насильников, волей-неволей, таки превращались в её любовников. Мельф присел над самым лицом служанки самым вульгарным и бесстыжим образом. Встряхивая яйцами и довольно порыкивая, он тёрся ими о лицо девушки и время о времени впихивал ей в рот свой член. Распаленная, возбужденная кхитаянка жадно облизывала подношение и уже по собственному желанию начала глубоко, насколько это было возможно заглатывать скользкий, лоснящийся ствол. Он распирал ей рот до предела. Сопя носом и истекая слюной служанка, каким-то невероятным образом пропихивала пенис демона себе за щеку. Потом мусолила его, облизывала языком сверху до низу. Кулба, овладевающий ею, начал делать нечто невообразимое. Точнее, это выделывал его член. Он, то сужался до толщины детского мизинца, но оставаясь столь же длинным, начинал извиваться во влагалище и скручиваться в спирали. То, раздувался так, что заполнял лоно кричащей от острого наслаждения Юнь-Ли полностью. Иногда, словно бы сборился, покрывался вибрирующими кольцами, то походил на вращающийся винт. Ничего подобного у кхитаянки никогда не было. Она просто обалдела от диких, совершенно неподдающихся описанию ощущений. И в тот момент, когда член Кулбы в очередной раз изменился, по ощущениям это было похоже на то, словно внутри влагалища начали перекатываться шарики от бус, Юнь-Ли, пронзительно крича забилась в оргазме. Разрядка была столь сильна, что на мгновение девушка, даже потеряла сознание. А далее последовало ещё более разнузданное и дикое действо. Демоны приподняли Юнь-Ли над полом так, что ноги её торчали вверх, а голова свисала вниз, касаясь пола волосами. Кулба втиснул член кхитаянке в анус и ей было больно судя по слезам и крику. Но как бы там ни было огромный орган демона проник туда без всякой трансформации. Мельф вошёл пленнице во влагалище. Так вдвоём адские твари совокуплялись с вопящей девушкой, а потом поменялись местами и продолжали до тех пор, пока вместо криков из груди кхитаянки не стали исходить, лишь жалобные и слабые стоны. На минуту её отпустили, точнее уложили спиной на пол. От чрезмерного притока крови к голове Юнь-Ли некоторое время пришлось приходить в себя. — Ну, скоро ты, шлюха? — заорал в нетерпении Кулба. — Всё-таки слабы человеческие женщины. Далеко им до демонесс. — Осторожнее, вы, тупицы! — вскричал Самсет с тревогой наблюдая за измученной Юнь-Ли. — Помните, девка не должна погибнуть! — Да ничего с ней не случится! — загоготал Мельф, набрасываясь на пленницу. Закинув ноги кхитаянки себе на плечи, он начал ритмично двигать задом. Член его беспрепятственно нырял в мокрую дырочку влагалища. Всё кончилось тем, что демон, не выдержав более, исторг семя. Он выдернул из служанки извивающийся пенис и рыча, как зверь залил почти всё её лицо спермой. Липкая, вязкая жемчужно-матового оттенка сперма покрыла губы, щеки, шею Юнь-Ли. Запах был резкий, напоминал вонь залежалого овечьего сыра. — Что ты наделал! — вскричал колдун, возмущенно тряся руками. — Нужно было излиться в неё! Мы же так договаривались! — Не беспокойся, — рассмеялся Мельф, довольно сопя при этом. — Семени у меня ещё предостаточно. А шлюха, должна пахнуть, как шлюха. — Нет ничего лучше пропахшей, пропитанной соком зачатия блудницы! — рыкнул Кулба, взгромождаясь сверху на стонущую Юнь-Ли. Он совокуплялся с ней до собственного оргазма и к большой радости Самсета опорожнил яйца в лоно девушки. Кхитаянка, уже была вымотана до предела. Но демоны опять набросились на неё. Уложив девушку на бок, они входили в неё поочерёдно, сменяя друг друга через каждые полминуты. И они, не разбирали особо куда нырять. Их члены врывались и в анус и в вагину. Иногда двигались в обеих дырочках одновременно. Не забывали чудовища всовывать свои пульсирующие пенисы и в рот Юнь-Ли. Кхитаянка прибывала в полуобморочном состоянии. Оргазмы совершенно измотали её и из удовольствия, в конце концов превратились в пытку. Белит плакала и кричала, видя что вытворяют с её служанкой. Она осыпала стигийского колдуна ругательствами и проклятиями, плевала в сторону гомонящих, воющих демонов. Но они, не обращали на Белит никакого внимания, они словно взбесились: прыгали, кувыркались, подскакивали к Юнь-Ли, то сзади, то спереди, чтобы вновь и вновь овладеть ею. Движения их были стремительные, резкие, непредсказуемые — настоящая адская карусель Они заставляли девушку принимать самые невероятные и развратные позы. Её плач и мольбы совершенно не трогали ополоумевших от похоти тварей. С особым удовольствием, они проникали порой двумя членами за раз в одно из её отверстий — в вагину или в задний проход. И там, их половые органы совершали самые немыслимые трансформации, заставляя Юнь-Ли кричать то от боли, то от наслаждения. Спермой своей Кулба и Мельф заляпали всё тело кхитаянки и неоднократно оба наполняли её лоно, так что наружу вытекло столько, что под лежащей девушкой образовалась немалая лужа. Помещение ощутимо наполнилось аурой разнузданной похоти, а пряно-мускусный запах многократно пользованной вагины и вонь спермы пропитали, казалось сами стены. Наконец, устав, демоны отступили в стороны. Их члены заметно уменьшились, яйца обвисли и скукожились став размером с грецкие орехи. — Ну все, колдун, дело сделано, — сказал Мельф, тяжело дыша. — Теперь, позволь нам вернуться в наш мир. — Подождём немного, — с усмешкой сказал Самсет. — Я хочу видеть результат ваших стараний. — Ты обещал нас отпустить! — возмутился Кулба. Он бросал встревоженные взгляды, то на стигийца, то на стонущую Юнь-Ли. — Я сказал, будем ждать! — рявкнул Самсет. Шли минуты. Демоны нервничали, скулили, рычали, метались из угла в угол. Стигийский колдун, тоже проявлял признаки волнения, хотя старался выглядеть спокойным. Всех заставил вздрогнуть громкий, протяжный стон Юнь-Ли. Прямо на глазах живот девушки стал раздуваться. — Получилось! — восторженно вскрикнул Самсет. — Нам пора! Отпусти нас! — в один голос взвыли Мельф и Кулба. Самсет начал читать заклинания и вскоре посреди комнаты разгорелось красное сияние. С каждым мгновением оно становилось всё более интенсивным. — Дорога в ваш мир открыта! Ступайте! Толкаясь, пихая друг друга, демоны бросились в центр кроваво-красных всполохов. Юнь-Ли громко кричала и билась от боли. Всё её тело покрылось капельками пота, а живот всё рос и рос, вздуваясь чудовищным бугром. — Да, так! Скоро! Уже скоро! Самсет подпрыгивал и приплясывал на месте от восторга. Арамту, поначалу вытиравший пот со лба пленницы, теперь опасливо отошёл в сторонку, наблюдая, как вздувается живот. — Будь ты проклят! — крикнула Белит, бросая в сторону колдуна яростные взгляды. — Придёт время расплаты, гнусный ублюдок! Живот кхитаянки лопнул одновременно с диким пронзительным криком несчастной. Фонтан кровавых брызг окатил потолок. И из утробы, разрывая ещё бьющуюся в агонии плоть начал выбираться демон. Он рос прямо на глазах и когда полностью выбрался рост его, должно быть составлял более шести футов. Голова этого чудовища, была плоская — змеиная, а сверху её увенчивал высокий кроваво-красный гребень, тянущийся далее по шее и спине. Несмотря на сходство с пресмыкающимся, демон имел лицо, мышцы которого были достаточно развиты, чтобы демонстрировать эмоции. Черные, обрамленные фиолетовыми веками глаза были очень выразительные, а взгляд полон ярости и злобы. Мощное, мускулистое, безволосое тело имело полное сходство с человеческим, а вот ноги с вывернутыми в обратную сторону коленными суставами, скорее напоминали козлиные, да ещё их покрывала густая бурая шерсть, а вместо ступней были копыта. Тёмно-коричневую кожу демона, на животе чуть более светлого оттенка во множестве усеивали мелкие черные пятна. Из копчика твари тянулся длинный, толстый хвост, гибкий, как змея. Он находился в непрестанном движении, извивался, хлестал по сторонам, скручивался в кольца и спирали. Белит затряслась в диком ужасе. От осознания собственной беспомощности, девушку охватило отчаяние. Была бы она свободной! Да пусть, хоть сотня демонов нападёт! Если есть возможность сражаться — надо сражаться и тогда можно рассчитывать, даже на самый малый шанс. А сейчас не было и такового. — Приветствую тебя МуДор! — воскликнул Самсет. — Добро пожаловать в наш мир! — Вот ты значит каков? — прорычал демон, окидывая колдуна беглым взглядом. — Сквозь бездну пространства и времени, разделяющие наши миры я слышал, лишь твой голос, когда ты обращался ко мне. — МуДор усмехнулся, обнажив клыки. — Выглядишь ты не лучше, чем звучишь. — Это все неважно! — Самсет поморщился и взмахнул руками. — Пора приступать к главной части ритуала! — Согласен. С шумом втягивая воздух ноздрями широкого плоского носа, МуДор оглядел помещение. Взгляд его остановился на прикованной к камню и замершей от ужаса Белит. — А это и есть обещанная тобою непорочная дева? — Да. Её имя Белит. — Красива, — демон одобрительно запыхтел и облизнул губы черным раздвоенным языком. — Моё естество жаждет… — Не спеши, — остановил его колдун. — Сначала, как договаривались, дай мне часть своей черной души. МуДор зашипел: — Не веришь мне? Думаешь, я обману тебя? — Сначала обещанное тобою, потом получишь девушку, — упрямо произнёс Самсет. — Да знаешь ли ты смертный, что я могу раздавить тебя, как жука?! — взревел демон. — Ты такой же смертный, как и я сейчас, — рассмеялся стигиец. — Тело твоё уязвимо. — Что?! — взвыл МуДор. — Ты видно за дурака меня принял? — продолжал колдун ехидно. — Стал бы я звать на службу могущественного демона, не имея преимуществ над ним? Видишь останки женщины? Ты был зачат в ней, как смертный, а семя породившее тебя принадлежит Кулбе и Мельфу. МуДор огляделся по сторонам с затравленным видом. Только сейчас он обратил внимание, что тело его тут и там измазано кровью. Потом, он посмотрел себе по ноги, где в кровавой луже были разбросаны останки Юнь-Ли. Демона начала бить крупная дрожь, порожденная судя по всему и яростью и страхом от того, что всё вышло не так, как он рассчитывал. — Что?… Что ты наделал, колдун?! — взвыл МуДор! Он явно был в сильнейшем замешательстве. — Я должен был прийти в ваш мир в виде энергии! — Нет, ты пришёл через плоть. Через обыкновенную смертную плоть! — рассмеялся стигиец. — Это была моя воля. Ты, безусловно могуч, но смертен. Но всё можно исправить. — Плоть девственницы! — пронзительно завыл демон. — Лишь соединившись с непорочной девой в этом мире, я обрету былое могущество и бессмертие! — Простого соединения недостаточно, — хмыкнул Самсет. — Необходимо особое заклинание, которое я буду произносить во время соития. Так что давай успокойся, поумерь свой пыл и для начала отдай мне часть своей души. — Успокоиться?! — демон вытаращил на колдуна свои бешеные глаза. — Я МуДор владыка ужаса, по твоей вине теперь смертен! И ты говоришь мне — успокоится? — У тебя нет иного выхода, — стигиец покачал головой. — Часть твоей души — в обмен на бессмертие и власть над этим миром. — Ты хочешь, чтобы я добровольно отдал тебе свою сущность? — МуДор зашипел и снова обнажил клыки. — Да, я этого хочу. Мы ведь так с тобой и договаривались. Ты правишь этим миром, но подчиняешься мне и я буду единственным, кто сможет уничтожить тебя. Или ты рассчитывал властвовать единолично? Демон задрожал, стиснул кулаки. — Великий МуДор, владыка тьмы, повелитель ужаса, отец отчаяния ни с кем не делит власть! И уж тем более никому не подчиняется! — Теперь придётся, — усмехнулся стигиец. — Или примешь мои условия, или останешься смертным в нашем мире и когда-нибудь люди прикончат тебя. — Верни меня назад! — закричал МуДор. — Прочь! Прочь из этого мира! — Это невозможно, — Самсет покачал головой. — Ты родился через плоть, а не в виде духа, энергии. Проход обратно в Преисподнюю через тонкие материи мироздания невозможен. — Невозможен? А как ты вызвал Кулбу и Мельфа? Сейчас их нет здесь! Значит, ты смог отправить их обратно! — Кулба и Мельф чистопородные демоны, хоть и низкого уровня. Их эктоплазменная плоть способна переходить из Преисподней в наш мир и обратно. А твоя плоть подобна человеческой. — Ты заключил меня в этот мешок из костей и мяса, чтобы не оставить мне выбора?! — зарычал МуДор, направляясь в сторону колдуна. Тот проворно отскочил и на кончиках его пальцев начало разгораться синеватое свечение. — Да! — крикнул стигиец. — Я предвидел обман! Я должен был заставить тебя подчиниться! — Это подло и низко! Это бесчестно! — От кого я слышу эти слова, — расхохотался Самсет. — От демона? — Я разорву тебя! МуДор стремительно бросился вперёд. Из пальцев колдуна ударили молнии, слились в одну ослепительно сверкающую плеть и ею он хлестнул демона по искаженной яростью роже. МуДор зашипел от боли и отшатнулся. — Назад! — закричал Самсет. — На колени! Но в голосе его не было столь же повелительно тона, как в случае с Кулбой и Мельфом. Напротив, в голосе и взгляде стигийца сквозили страх. МуДор, даже будучи смертным, обладал гораздо большей стойкостью и отвагой, нежели демоны из семени которых он появился. — Думаешь, что так остановишь меня? — МуДор снова начал приближаться к колдуну. — Ну давай, ударь ещё раз. Самсет пятился от него, огибая комнату. Он начал паниковать. Он думал, что проклятый МуДор окажется более сговорчивым. Но тот, кроме упрямства, проявлял ещё и душевную нестабильность, всеразрушающая ярость так и рвалась из него. Демон внезапно остановился. Случилось это как раз напротив камня к которому была прикована Белит. МуДор с шумом вобрал воздух. Запах юной девушки возбуждал и манил его, не давал покоя, отвлекал от проклятого стигийца. — Правда ли, что соединившись с девственницей, я обрету бессмертие?! — воскликнул МуДор. — Можно ли верить тебе, колдун? — Верь мне, — Самсет задышал чуть ровнее. Разговор начал возвращаться в нужное ему русло. — Ты нужен мне, как сильный союзник. Заклинание Ка-Птем-Хата сделает своё дело. МуДор остановился и начал размышлять. Глаза его между тем продолжали гореть ненавистью и дикой злобой, а хвост бился и крутился, хлестал по полу. Наконец, демон повернулся к Белит. — Выбора похоже, и вправду нет. Я согласен на твои условия, колдун. — Тогда, приступим! — воскликнул Самсет обрадовано. — Для начала заклинание Фат-Птара-Хетхан! Я возьму маленькую толику твоей души. — Начинай, а я займусь красавицей. — Нет, её ты получишь после. — Почему бы нам не совместить два этих действия? — спросил МуДор. — Пока ты получаешь своё, я немного разогрею девчонку, прежде чем соединиться с ней. — Пожалуй, это можно, — кивнул Самсет. — Но помни, если нарушишь её девственность до того, как я начну читать заклинание Ка-Птем-Хата, ничего не выйдет. Учащенно дыша, демон подошёл к пленнице вплотную. — Не надо! — закричала Белит, отчаянно извиваясь всем телом. — Отойди от меня, тварь! Самсет, умоляю, тебя, не позволь ему! — Не глупи девчонка, — стигиец нахмурился. — Тебе понравиться, хотя сейчас ты противишься. После соединения в тебя перейдёт частица сущности МуДора и ты станешь царицей-демонессой, истинной женой своему мужу и вы вместе под моим управлением разделите власть над миром. Когтистые пальцы МуДора между тем вцепились в груди Белит. Оставляя на нежной коже кровоточащие царапины, демон начал жадно мять и тискать девичьи прелести. Изо рта его выскользнул черный, раздвоенный язык. Он быстро-быстро заскользил по соскам девушки. — Отпусти меня! Убирайся! — визжала она. Руки МуДора щупали её бедра, а язык вытягивался и вытягивался, полз по её животу. Вот, он достиг паха, скользнул ещё ниже. Белит ощутила эту живую отвратительную пиявку на своих половых губках. Язык демона начал жадно облизывать их, скользя туда-сюда по тугим и нежным половинкам «сладкого персика». Самсет между тем приблизился к ним и начал монотонно читать заклинание. Руками же колдун делал такие движения, как если бы что-то тянул на себя. Спрятав когти, (оказывается при желании он мог это сделать), МуДор мял и теребил пальцами соски Белит, оттягивал их, иногда покручивал. Девушка дрожала всем телом и всхлипывала. Отчаяние едким ядом травило её душу, лишало воли к борьбе. Хотя, как она могла бороться? Как она могла избежать неотвратимого? Шершавые ладони МуДора скользнули по бёдрам Белит, с явным удовольствием, отразившимся на мерзкой роже чудища, ощупали её тугие ягодицы. Затем, демон опустился перед юной шемиткой на колени. Язык МуДора начал проникать между её половых губок. Он настойчиво раздвигал их, преодолевая сопротивление тугой, юной плоти. Вот, он случайно… а может, и не случайно вовсе задел крохотную пипочку над входом во влагалище. Белит застонала, ибо прикосновение к этому бугорку плоти вызвало яркие сладостные ощущения. Иногда, лежа в постели она ласкала себя там, испытывая немалое удовольствие. Но одно дело, когда твоим «бутончиком» занимаются твои же пальцы и совсем другое, когда к твоему сокровенному местечку прикасается кто-то другой. Тело предательски откликалось на ласки. Мысли Белит путались. Что ж, демон все равно, так или иначе овладеет ею. Может плюнуть на всё и отдаться наслаждению? Горячий, плотный язык МуДора проник внутрь, раздвинув наконец нежные лепестки срамных губок. Вращаясь, скручиваясь спиралью, он скользнул глубже в жарку, влажную дырочку. — Что! Как… Демон резко отпрянул и втянул язык в пасть. Его глаза, вытаращенные на Белит, казалось вылезут сейчас из орбит. — Нет! Нееееееет!!! Самсет испуганно уставился на МуДора. — Что случилось? — Ты обманул меня! — пронзительно взвыл демон. — Обманул! — Как… Почему… — стигиец побледнел и весь покрылся холодной испариной. — Грязный лжец! Привкус крови… Она не девственница! Колдун судорожно сглотнул. В его животе словно бы образовался огромный кусок льда, а руки и ноги от ужаса стали ватными. — Но я же сам… Я же проверял… — Посмеяться надо мной вздумал?! МуДор стремительно прыгнул на Самсета. Стигиец стоял теперь близко и не успел ни увернуться, ни отскочить. Когтистая рука ухватила его за горло. — Я не виноват! Я проверял! Ещё час назад она была девственницей! МуДор не слушал его. Ярость полностью затмила сознание чудовища. Из-под пальцев его, сжимавших глотку колдуна начала сочиться кровь. Самсет задергался всем телом, из рук его ударили молнии, но опалили лишь потолок. — Арамту! Помоги мне брат… Горбатый уродец кинулся было к сцепившейся паре, но на полпути замер. Один лишь вид МуДора внушал ему панический страх. — Арамту… Брат… Глаза Самсета и Арамту встретились. И к колдуну пришло понимание. — Ты! Грязный вонючий ублюдок! Это сделал ты! — Я… Я хотел… красивых женщин… Ты обещал мне. Ты обещал мне давно, — забормотал горбун. — Не мог ждать. Не мог. — Будь ты проклят! Предатель! Выродок! Урод! Молнии ударили на этот раз в грудь МуДора. Тот завыл, зарычал, но не выпустил колдуна. Более того, продолжая душить свою жертву, демон приподнял её над полом. Искаженное мукой и ненависть лицо Самсета побагровело. Издавая мучительные хрипы, он метнул очередную молнию в лицо противнику. Демон завизжал от боли, его правый глаз лопнул, плоть с правой стороны до самой шеи обуглилась и почернела. МуДор, в жажде мести со всего маху приложил колдуна спиной о каменную стену, а затем когтями другой руки вспорол Самсету живот. Глядя на отчаянную схватку демона и колдуна Белит вновь обрела надежу на спасение. Она отыскала глазами Арамту. Горбун забился в угол и скулил там, сжавшись в комок. Под ним растекалась лужа с характерным запахом. Уродец от страха обмочился. — Арамту, освободи меня! — закричала Белит. Горбун приподнялся было, но тут же забился обратно в угол. Белит же, не теряла надежды. Девушка закричала снова. — Быстрее Арамту! Кто бы не победил, твой брат или МуДор, тебя ждёт смерть. И меня тоже! Освободи меня и мы убежим вместе! На этот раз стигиец выбрался из угла, но всё ещё не решался приблизиться к пленнице. Белит подначивала его. — Ну давай же! Нельзя больше медлить! Спаси меня! Я твоя первая женщина, а ты мой первый мужчина! Неужели ты допустишь нашу гибель? У нас всё впереди! Освободи меня, любимый! Последнее слово, выкрикнутое Белит подействовало. Арамту бросился к каменной плите и начал освобождать пленницу. Это не заняло много времени. В это время МуДор закончил потрошить Самсета. Со всего маху швырнув окровавленные останки колдуна о стену, он повернулся. — Сбежать задумали? Ну нет! Не выйдет! — зашипел демон. — Может я и не обрету бессмертия, но твою плоть всё равно испробую, красавица, хоть ты и не чиста уже, — взглянув на трясущегося горбуна, МуДор добавил: — А тебе, мерзкая жаба, я оторву голову за то, что испортил девчонку. И он двинулся к ним. — Есть у тебя оружие?! — закричала Белит, толкнув Арамту в плечо. Дрожащими руками, тот протянул ей кинжал. — Ты хочешь, чтобы я с ним билась? Трус! Схватив кинжал Белит повернулась в сторону приближающегося демона. — Отважная девка, — усмехнулся он. — Но это не поможет тебе… МуДор внезапно запнулся. Сделав ещё один шаг замер, а затем сильно пошатнулся. Изо рта его хлынула кровавая пена, кожа начала покрываться волдырями и гнойными нарывами. Они вздувались и лопались. Демон упал на колени и пронзительно завопил. Затем, начал кататься по полу, беспорядочно дергая конечностями и хлеща во все стороны хвостом. — Защитное заклинание, — прошептала Белит. — Выходит иранистанец не врал тогда. Всякий поднявший руку на колдуна будет поражен проказой. МуДор бился и умирал в страшных муках. Его плоть гнила и распадалась прямо на глазах, по полу растекалась по всем направлениям огромная гнойно-кровавая лужа. Через несколько минут всё было кончено. Последний яростный крик демона отразился от стен пугающим эхом и замер где-то вдали, словно донёсся уже из иного мира. — Мертв… мертв… оба мертвы, — забормотал Арамту в каком-то странном благоговейном восторге. — Ты тоже, тупица. Отправляйся к братцу! И Белит, не дрогнувшей рукой вонзила кинжал по самую рукоятку в глотку горбуна. — Получи от меня свадебный подарочек, любимый! Арамту захрипел и повернул в сторону юной пиратки искаженное мукой лицо. Взгляд его одновременно был и жалобным и недоумевающим и умоляющим. Белит выдернула из раны кинжал и скривившись от отвращения, презрительно поджав губы, перешагнула через упавшее уродливое тело. * * * Больше часа бродила Белит по коридорам, заглядывала в обнаруженные ею комнаты. В одной она нашла одежду — длинную тунику из плотной ткани с широкими, развевающимися при каждом шаге полами. В другой комнате на массивном столе была сложена огромная куча всевозможных вещей. Одна из них особенно привлекла Белит. Это была полая деревянная труба, длинною с запястье. С обеих концов вставлены стекла. Из любопытства Белит заглянула в одно из них и с криком отшатнулась. Противоположная стена до которой было шагов десять внезапно, словно бы прыгнула к ней и заслонила собою всё видимое пространство. Но стоило Белит убрать от лица трубу, стена вернулась на место. Опасливо, девушка вновь посмотрела в трубу. Стена, снова рванулась к ней. Белит удивленно покачала головой, потом перевернула трубу и посмотрела в стекло с другой стороны. К её изумлению стена и все ближайшие предметы, словно бы удалились за сотню шагов и странно исказились. Белит решила взять удивительный предмет с собой. Продолжая бродить по коридорам в поисках выхода, юная шемитка внезапно услышала людские голоса. И она готова была поклясться, что доносятся они из-под каменных плит, которыми был выложен пол. Белит наклонилась и крикнула: — Эй, слышите меня?! Голоса с

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх