Красавица и Чудовище

— Да ты с ума сошла, старуха! — один из стражников, стоящих около ворот во дворец, пнул спутанный комок ткани, в котором с трудом угадывалась низкорослая женщина. — Но добрый господин, — жалобно провыла она, вперемежку со слезами, — ночи сейчас так холодны, и мне отказали все в этом городе! Если вы… я не доживу до утра! — Ну, иди и сдохни, только не здесь, а где-нибудь в мусорной куче, что бы нам не пришлось тебя к ней тащить! Внезапно двери распахнулись, и на пороге показался юноша, красивый и стройный. Все стражники немедленно повернулись к нему и согнулись в глубоком поклоне. — Что здесь происходит? — мелодичным голосом спросил он. — Мой принц, нищая просит Вашей милости и дозволения переночевать во дворце. — Она что, ненормальная? А если нет, почему она до сих пор жива? — Я не хотел пачкать ее кровью… — Разумно, — перебил его принц, — прикажи солдатам схватить ее и повесить где-нибудь за городом, на любом подходящем дереве. Стражник снова склонился в глубочайшем поклоне и принц уже собирался удалиться, когда его остановил властный голос. — Стой, принц! Грязные тряпки со старухи, как шелуха, осыпалась на землю, и превратились в прах. Всю площадь залило светом от полыхающего белым огнем шара. В центе его был виден женский силуэт. — Мера твоей жестокости переполнилась, и проклятие, наложенное на тебя, коснется всего твоего королевства. Лицо принца исказила гримаса ужаса, он попытался скрыться, но не смог даже пошевелить рукой или ногой. — Прими свое проклятие! Внимай же: в облике дикого чудовища ты будешь находится до тех пор, пока… — Она замолчала, сделав паузу. — Что замолчала, сучка? — выдавил из себя принц. Призрак неминуемого наказания отчасти вернул ему смелость. — Ты сделал тот выбор, что был тебе положен. Пока девушка не получит удовольствие от секса с тобой в попку. — Сука и есть! — С удовольствием бросил принц. — К счастью, твое условие легко выполнить. Кто-нибудь, позовите сюда Эльвиру. — Ты ни о чем не забыл, принц? — с усмешкой спросила фея. В тот же миг сверкнула ослепительная молния, лишившая зрения всех, кто ее видел. А через несколько минут многоголосый крик потряс город. Зрение вернулось, но не осталось ни одного человека, который бы видел произошедшее. *** Оживленная улица средневекового города. Кто-то с кем-то торгует, разговаривает, целуется. Две молодые кумушки, высунувшись из расположенных друг напротив друга окон, живо обсуждают все замечаемое. На улице появляется бель с книжкой в руке. Этого достаточно для целого ряда мелких аварий в неспешной жизни горожан. Она, привычно лавируя между падающей лестницей и разбившемся горшком, продолжает идти, не отрывая взгляда от раскрытых страниц. — Она настоящая красавица, наша Бель! — сказала первая кумушка. — А какая фигурка, — мечтательно ответила вторая. Бель миновала их и, слегка покачивая попкой, начала удаляться. — А по ее попке и не скажешь, что в ней побывало половина мужчин нашего городка, да и женщин тоже. Обе тихо захихикали. Бель зашла к себе в комнату, проскользнув мимо отца, полностью погруженного в схему нового устройства. Она аккуратно положила книжку на столик и задрала юбку до пояса, обнажив бедра и прекрасную белую попку, не прикрытую трусиками. Из нее торчал конец голубого искусственного члена. Она, расслабив живот, вытащила его, слегка поморщившись. Бель обожала это восхитительное чувство заполненности внутри себя. А сейчас, на смену ему, пришел неприятный холодок. Перед тем, как спуститься во двор, она еще раз посмотрела на себя в зеркало, поправила платье и подтянула поясок. Уже внизу, набрав в большую корзину пшеницы, она рассыпала ее перед курицами и утками, затем разлила теплое пойло из чугунного чана поросятам, и только после этого направилась, с охапкой сена, в конюшню. — Ясень, любимый мой! В полутьме конюшни ответом ей был сердитый всхрап. Конт был уже запряжен в длинную повозку, на которой, под серым покрывалом, буграми выступало ее содержимое. — Ну, ну, бедный мой. Отец, наверное, уже забыл о тебе. Она принялась поглаживать жеребца, похлопала его по крупу, и незаметно для него перенесла пальцы ниже. Конь заржал, под брюхом показался его большой черно-красный член. — Бель! — Мимо ворот конюшни прошел ее отец, зовя ее. Бель быстро отдернула руку, и вытерла ее о подол. — Я здесь, отец! — Она выбежала из конюшни. — Бель, наконец-то я нашел тебя. — Он присел на короткий обрубок бревна. — Сегодня утром я получил приглашение от мэра на завтрашний полдень. — Что ему от тебя надо? — строго спросила Бель. Отец пожал плечами. — Не знаю. Хотя, по-моему, его заинтересовал мой последний проект. Я не понижаю почему, но… — Наверное, — она улыбнулась, — потому, что ты нашел способ превращать серебро в золото. — Да? Но ведь эта химическая реакция так банальна… Но дело в другом. Бель ты не могла бы съездить с Ясенем и отвезти мое последнее изобретение на выставку, ну и подождать меня там. У меня есть в соседнем городе прекрасные друзья, они с удовольствием примут тебя переночевать. — С удовольствие, папа, — ответила Бель. По спине ее пробежали сладострастные мурашки. — Очень хорошо! Отправляйся сразу же, как будешь готова. — Он поцеловал ее в щечку. Под мерный стук копыт и скрип колес, за верхушками деревьев, наконец, скрылась верхушка колокольни. Бель сидела на краю повозки, держа в руках вожжи. Со стороны могло показаться, что она о чем-то задумалась, глядя на расступающийся перед ней лес. Но на самом деле, ее глаза не отрывались от мошонки коня, везущего ее. Под ее кожаной оболочкой мерно перекатывались огромные яйца. Она еле сдерживалась, чтобы не спрыгнуть со своего места и не схватить их, мять, прижаться к ним щекой, поцеловать его длинный член. Однако она решилась остановиться лишь тогда, когда начало темнеть, а звуки самого большого колокола давно смолкли позади. Бель распрягла своего попутчика и увела его с протоптанной дороги за кусты, в зеленую высокую траву. С нетерпением бросилась под него, принялась поглаживать его теплый живот, мешочек его мошонки. Ясень начал нетерпеливо пританцовывать и приседать задом. Бель, схватив его выскочивший из мохнатых ножен, член начала тереться об него лицом, лизать и посасывать его языком и губами. — А теперь, — сказала она, едва дыша от волнения, — прекрасный мой, мы попробуем еще раз. Повернувшись под конем спиной к его подрагивающему в нетерпении члену, она задрала на себе платье, и приспустила белые панталоны, обнажив свою ждущую попку. Едва она успела наклониться, держась руками за крепкие передние ноги жеребца, как почувствовала его прикосновение к своей дырочке. Как можно больше расслабившись, она ждала продолжения. Она ощутила движение огромной головки, пытающейся проникнуть в отверстие ее сфинктера. С сожалением почувствовала боль. Из опыта она знала, что эта боль будет лишь усиливаться, чем дальше, тем больше. Тем не менее, она позволила ему продолжать, пока от особенно сильного толчка сзади у нее не выступили на глазах слезы. Осторожно, чтобы возбужденное животное не затоптало ее, она вылезла из-под его крупа. Быстрыми, умелыми и ловкими движениями рук, она быстро привела его к оргазму. Ясень дико заржал и принялся орошать землю длинными густыми струями своей спермы. Бель не выпускала его член из рук, чувствуя каждый толчок его сокращающихся … яиц. Внезапно на горизонте появились черные, полные грозы и молний, тучи, задул пронизывающий ветер. Бель, наконец, опомнилась, привела Ясеня к никем не тронутой, к счастью, повозке, и начала запрягать его. Но буря надвигалась невероятно быстро. В один миг кругом потемнело, превращая вечерние сумерки в темную ночь. Конь захрипел, и Бель, к своему ужасу, заметила несколько пар светящихся волчьих глаз в стороне от себя. Конь встал на дыбы, вырвал из ее рук поводья, и ускакал. Немедленно ближайший к ней волк прыгнул. Пытаясь отступить, Бель споткнулась о камень, и, сильно ударилась в падении головой о землю, потеряла сознание. Именно поэтому она не видела, что прыгнувший на нее волк своей разинутой пастью встретился с твердой, как камень, лапой, украшенной кривыми изогнутыми когтями. Волк отлетел в сторону, ударился о ствол дерева, и замер неподвижно. Стая хором зарычала, надеясь испугать пришельца и отогнать его от своей добычи. Но огромный зверь с горящими красными глазами, стоящий над телом девушки, ответил им таким ревом, что с деревьев посыпались листья. Не теряя достоинства, волки медленно удалились, молча признав свое поражение. Зверь рыкнул еще раз, а затем, убедившись, что стая ушла, бережно взял девушку, словно ребенка, на руки, и тоже исчез в лесу. Бель очнулась лежа на животе на мягкой перине, совсем голая, укрытая легким покрывалом. Сквозь полудрему послышались два голоса, заставивших ее замереть в неподвижности. — Да ладно тебе, отцепись, говорю! Я приподниму только самый краешек… она же все равно спит! — Люмьер! Ты же слышал, хозяин приказал ее не трогать. — Я и не буду ее трогать! А смотреть он не запрещал! — Развратник! — Да! Не скрываю! И не дай бог какому-нибудь развратнику испытать тоже, что и я! «Интересно, как они выглядят? — размышляла Бель. — Ну, первый, наверное, стройный и худощавый, одетый в узкий, шитый серебром камзол. А второй… второй полненький, средних лет, с париком белых волос». Однако, перевернувшись на спину, увидела рядом с кроватью только золотой подсвечник с часами. Ничего не понимая, внимательно пригляделась: у подсвечника явно дрожали свечи, а на циферблате часов стрелки немыслимо изгибались. Часы звучно чихнули. Бель испуганно отпрыгнула под покрывалом в дальний угол кровати, прижав колени к подбородку. — Ладно… , хватит притворяться. Она и так все поняла, — раздался первый голос. Подсвечник открыл глаза. — Дорогая мисс! Мы рады приветствовать вас. — Как я сюда попала? Часы пожали плечами. — Наш хозяин спас вас. — Он справился с волчьей стаей в одиночку? — Дело в том, что… он… не совсем человек. Бель вздохнула. — Заколдованный принц? — Да! — одновременно выкрикнули часы с подсвечником. «Нет, — напомнила себе Бель, — Клок и Люмьер». — А что с ним произошло? Люмьер тяжко вздохнул и начал рассказывать. — … и наложила проклятье. Пока не найдется девушка… — он откашлялся и закончил скороговоркой, — которая получит удовольствие от секса с ним в попку. Бель вспыхнула. Клок ответил на невысказанный вопрос. — Были такие, что сами пробовали, — он возвел глаза к небу, — а в самом начале и те, которых принц сам… — Ни у кого не получилось? — Попыталась пошутить Бель. На этот раз звучно откашлялись оба. — Нет, — промямлил он. — И даже хуже. Но все они ушли из замка живые и с большой компенсацией. — Тогда, я тоже пойду? — Бель, — сокрушенно сказал Люмьер. — Если вы уйдете… я не могу, да и не стал бы удерживать, но… Бель терпеливо уселась на край кровати. — О чем вы еще мне не рассказали? — Волшебница назначила срок. Который истекает через два дня. Если принц не найдет единственную, то проклятие станет вечным. И только тут до Бель дошло, что они тоже люди, заколдованные, и сколько еще в замке таких… людей? Люмьера вдруг прорвало. — Представляешь себе, каково лечь вечером в постель с красивой девушкой, а ночью проснуться, обнимая метлу с глазками? Воцарилась тишина. Наконец Бель произнесла: — Можно узнать, какого размера член вашего принца? Даже на золоте Люмьера появился румянец. — С мою свечу толщиной. Она придирчиво осмотрела. Чуть уже, чем у Ясеня. — Головка или ствол? — Головка!!! — Клок слегка покачивался, как будто готовый потерять сознание. — Я попробую сделать это. Ради вас. Но сначала мне нужна небольшая тренировка. Иди сюда, Люмьер. Она похлопала по постели. Подсвечник шустро вспрыгнул на кровать. Бель скинула покрывало, встала на колени, руками слегка раздвинула половинки попки. Услышала за собой резкий выдох, — Люмьер потушил огонь на своей руке, — и, практически сразу же, ощутила холодное прикосновение воска. Люмьер, с открытым ртом, погружал руку в заднее отверстие Бель, чувствовал при этом сопротивление, но не сильное. Не веря своим глазам, погрузил почти до предела — золотых лепестков держателя. Бель вздрогнула от прикосновения холодного металла. Сама она боли не чувствовала, хотя поначалу испугалась, — Люмьер пронзил ее, по ощущениям, едва не до желудка. Она пошевелила бедрами, потом осторожно, вращаясь вокруг свечи, перевернулась на спину. Люмьер затаил дыхание, глядя на розовую пещерку ее киски. — Можешь вынимать, Люмьер. Так же медленно он вытащил свою руку-свечу. Попка Бель отпускала ее неохотно, издав громкий хлопающий звук, как от выстрелившей пробки от бутылки шампанского. Все еще ошарашенный Люмьер принялся подталкивать Клока к выходу. Закрыв дверь в спальню, он прислонился к ней на дрожащем основании, вытирая пот со лба. — Если даже все останется, как есть, — прошептал он, — если даже ничего не получится… на всю оставшуюся жизнь мне хватит того, что я испытал сегодня. Он закрыл глаза. По мрачному коридору, освещенному неровным огнем огромных факелов, медленно шел огромный зверь. Сразу было заметно, что ему очень не по себе идти вот так, на двух лапах, одетым в дорогой костюм, хотя когти на лапах скрежетали об холодный камень, с завитой гривой и уложенной шерстью. Рядом с ним шли, изо всех сил стараясь не отстать, Клок с Люмьером. Все трое остановились в тупике трех стен. Зверь протяжно и глубоко потянул носом. Негромко зарычал, и в его рыке послышались слова. — Она здесь? — Да, Ваше величество. Она ждет вас. — Она все знает? Люмьер медленно ответил. — Мы ей рассказали, — сделал ударение, — ВСЕ о нас и нашем проклятии. На мгновение фигура зверя переменилась. Тяжелый, напоминавший львиный, хвост замер поджатым, высоко стоящие уши прижались к голове. Рычание приобрело виноватую окраску. — О чем мне с ней говорить? Как себя вести? — Постарайтесь быть собой, — твердо ответил Клок. — В этом единственная наша надежда. Чудовище толкнуло стену перед собой, и потайная дверь легко повернулась, впуская его в ярко освещенный и празднично украшенный зал. За длинным и узким столом было всего два кресла. В одном из них сейчас сидела такая прекрасная девушка, что у него замерло сердце. Перед ней на столе устроили представление половина его придворных: чашек, вилок, ложек… Она смеялась и хлопала в ладоши. Чтобы не испугать ее неслышным появлением, он тихо рыкнул. Девушка с испугом посмотрела на него, но тут же улыбнулась. Он попытался улыбнуться в ответ, но волчья пасть не создана для улыбок. Обеспокоенный, он сел на свое место. На блюде перед ним лежал огромный кусок жареного мяса. Краем глаза он заметил перед гостьей тарелку супа. Сдерживая себя изо всех сил, он принялся медленно, как ему казалось, есть. И все же, когда он запихнул последний кусок в пасть, она сидела с почти полной тарелкой. Грозно посмотрел на стол. «Да не на стол, а на своих придворных», — машинально поправила себя Бель. Блюдца, ложки и чашки, соскочив с него, исчезли за дверьми. — Я — Бель, — девушка неуверенно показала на себя пальцем. — Я… я не помню, как меня зовут, — выдавил из себя зверь. — Это… было так давно… — Сегодня все закончится, — с надеждой в глазах ответила она. — Не… знаю, — сокрушено ответил он. Бель встала, подошла к нему и положила, без тени робости, свои руки на его покрытые шерстью плечи. Шепнула: — Я помогу тебе… Стол вздрогнул и приподнялся на ножках. Бель с любопытством заглянула под него, и едва не отшатнулась в ужасе. Багровый, весь испещренный тугими жилами, член зверя стоял как каменный, поднимая половину стола. Едва он встал, тот выпрямился во всей красоте, а под ним перекатывались яйца, огромные, как у лошади. Бель встала на колени, с трудом наклонила его и принялась посасывать и облизывать, обильно смачивая его слюной. Куда там Люмьеру с его свечкой! Тем не менее, она повернулась к нему спиной, прогнувшись подобно молодой кошечке. Услышала за своей спиной треск разрываемого платья. Одним махом он засадил в нее половину своего члена. Боль пронзила ее огненной стрелой, но даже она не смогла погасить ее возбуждение. — Еще, еще, — кричало ее естество. Почувствовав на себе прикосновение его яиц, она принялась сама двигаться на его члене, едва не сводя его с ума. Их хаотичные рывки слились в едином движении. — Нет! — Бель бессильно повисла на его дергающемся члене чудовища. Торжествующий рев потряс замок. Белая молния вновь ослепила всех, ее видящих. Бель очнулась. Ее кто-то нес на руках, мужских и очень сильных. Зрение еще не вернулось к ней до конца, она видела лишь смутные тени, что касались ее, и голоса: — Спасибо тебе, прощай… прощай, Бель. Среди прочих она расслышала голос Люмьера и Клока, дрожащие от волнения. И лишь тогда, когда все люди остались позади, она услышала единый выдох: — Прощай, принц! — и снова потеряла сознание. — Бель, Бель, очнись! Она лежала на постели в своей комнате. Над ней склонился отец, смертельно бледный. Краска только-только начала возвращаться на его лицо. — Я никогда себе не прощу, что отпустил тебя одну! Что с ней произошло? Теперь он обращался к кому-то, стоящему за спиной Бель. — На нее напали волки, — ответил сильный мужской голос. — И вы убили их? — Нет, — в голосе послышалось удивление. — Вокруг нее было много их трупов. Но она сама была невредима. Наконец его голова появилась в ее поле зрения. Сильное и мужественное лицо. — Вы не заметили того, кто это сделал? — Я что-то помню, — сказала она, глядя в его бездонные голубые глаза, — по-моему, это было страшное чудовище. — Он больше не вернется. Это я обещаю, — мужчина улыбнулся. Она улыбнулась ему в ответ.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...

Красавица и чудовище

Для всех понедельник день трудный, но не для Кати. Она знала, что сегодня на работе, в спортивном центре, будет мало народу и ближе к вечеру, можно будет уделить время для собственных занятий. Пройдясь по залам и сверившись с расписанием тренировок с личными клиентами, Катя посчитала, что до закрытия она может уделить себе пару часов. В раздевалке она быстро скинула с себя, соответствующую дресс-коду заведения, одежду тренера. И облачилась в свои любимые шортики, прикрывающие на половину, так же столь любимые натренированные ягодицы. В довершении топик, сквозь который не смотря на жару, предательски и так завораживающе виднелись острые сосочки, маленькой аккуратной груди. После часа силовых тренажеров, Катя был готова уже перейти к аэробным занятиям, как в дверях появился администратор заведения Игорь — Катюша, — Игорь не смущаясь облизнул вмиг пересохшие губы, уставившись взглядом на капельки пота, на загорелой коже девушки. — Игорь, я остываю, Чего ты хотел? — она знала, что администратор хочет ее и при каждой встрече, раздевает глазами и без того не прикрытое тело. Как тренер, она уже привыкла к таким похотливым взглядам, как клиентов, так и администрации заведения. Но как примерная жена и любящая мать, ни на секунду не задумывалась о каком либо адюльтере, да еще и на работе. Хотя надо признать, иногда в низу живота что-то предательски ухало, когда она мысленно чувствовала прикосновения рук, некоторых смазливых клиентов. Но такие мысли, Катя гнала прочь из своей белокурой головушки. — Катя, там приехал начальник службы безопасности одной крупной корпорации. Он хочет тренировать у нас своих сотрудников. Клиент очень важный. Бабла заработаем кучу, если все срастется. Зарплату тебе поднимем. Как назло все тренеры уже ушли, вот тебя одну еле нашли. Проведи его по залам, покажи что и как у нас. А я пока хозяйку дождусь и с его юристом посмотрим договор. Хорошо? — Игорь, секунду, я только приму душ и переоденусь. — Ты с ума сошла? Времени нет, нельзя его упустить. Давай пошли скорее. Только предупредить хочу. Ты его не испугайся главное. Человек через многое прошел. Следы войн отразились на лице. Короче Катя, урод он еще тот. В кабинете на диване в развалку сидел огромный мужчина. Не смотря на всю вальяжность своей позы, чувствовалось что он внутренне всегда напряжен. Как скрытая пружина. От взгляда Кати не ускользнуло, что мужчина подтянут и не имеет проблем с лишним весом. — Знакомьтесь Катя. Это Роман Николаевич. Катя взглянула в лицо, шефа безопасности и невольно вздрогнула. От подбородка вверх через щеку и бровь уходил старый шрам, теряясь в седом ежике волос. — Не будем терять времени — посетитель встал. При своих 160 сантиметрах роста, Катя по сравнению с этим гигантом почувствовала себя Дюймовочкой. — Пойдем детка, покажешь мне все. Девушка пока осознавала фамильярность обращения, уже оказалась в коридоре, свою огромную клешню Роман Николаевич положил ей на поясницу. Катя поморщилась, вспоминая, что так и не успела принять душ. Но гостя это не смущало. Через пол часа экскурсии по всем залам, они оказались в душевых. — А здесь у нас сауна и бассейн. Мы уже закрываемся, поэтому температура ниже уже. Но никто не жаловался. Катя ловила себя на мысли, что рассказывает все это в немного заискивающем тоне. На нее это было не похоже, и она не понимала, это так действует на нее внешность собеседника или то, что заведению очень необходим такой крупный клиент. На слове «крупный» девушка поежилась и увидела, как мужчина снимает пиджак. — Жарко. — Оставшись в футболке, гость шагнул в помещение сауны. Вскоре оттуда донеслись звуки воды и невнятное бормотание. — Что он там искупаться решил? — в полголоса произнесла Катя, и открыла дверь — Роман Николаевич, вот собственно и все. И еще у нас дружный и приветливый коллектив. — Иди сюда — гулкий голос раздался из бассейна — Роман Николаевич, уже позд… — девушка замерла в проеме двери. Брюки и футболка висели на вешалке, а сам хозяин вещей, ловко вынырнув из воды, вылез на бортик бассейна и встал перед Катей в полный рост, своего обнаженного тела. Длины руки хватило, чтоб гигант взялся за хрупкую шею и притянул к себе миниатюрную девушку. Он впился долгим поцелуем в сомкнутые алые губы. От неожиданности Катя ни чего не смогла сделать. Второй рукой Роман Николаевич сорвал легкую ткань тренировочного топика и прижал к своей волосатой груди девушку. Катя издала вздох, почувствовав, как предательски набухают соски и желание овладевает ее телом. Этого хватило, чтоб язык этого здоровяка, по-хозяйски проник к ней в рот. Продолжая держать за шею, мужчина отодвинул ее от себя и взял за подбородок. Взгляд ярко голубых глаз прожег ее насквозь, Катя чувствовала, что этот человек как будто читает все ее заветные мысли. В этих мыслях не было ни страха, ни сомнения ни стыда. Ей хотелось лишь одного — быть безвольной куклой в руках этого монстра. И будто поняв все это, его рука лишь слегка надавила на плечо. Опустившись на колени, девушка посмотрела преданным взглядом вверх и взяла в рот еще не совсем вставший член. Роман Николаевич, запустил свою пятерню в ее белокурые локоны, и стал двигать в такт. Катя никогда не позволяла никому за свою жизнь, так обращаться с собой. Но сейчас другое занимало ее голову, а точнее рот. Член наполнялся могучей эрекцией, девушке пришлось взяться уже двумя руками от основания, чтоб ограничить глубину вхождения. Слишком толстый агрегат для горлового минета, успела подумать Катя, как хозяин приподнял ее одной рукой, и как пушинку бросил на диван в раздевалке. Шортики полетели вслед за топиком. Трусиков на Кате не было и перед взором мужчины предстал идеально гладкий лобок и розовые губки. Подставив свой член к входу в столь манящую киску, Роман Николаевич чуть засомневался, но все же надавил. Не смотря на размеры своего члена, он не почувствовал особых преград и сухости, и еще раз взглянул на девушку. — Я смотрю тебе понравилось? Раз вся такая мокрая? — на последнем слове он загнал свой член до самого упора. Девушка громко вскрикнула и вцепилась тоненькими пальчиками в руки мужчины. Гость стал наращивать темп, не сводя взгляда с закрытых глаз Екатерины, руками он держал ее за бедра. Через несколько минут он сбавил обороты и стал ласкать ее тело. Ее острые соски, клитор, тонкие и выразительные губы, все было подвластно его грубой ладони. Когда он выходил из нее, Катя двигала бедрами вперед, боясь что все закончится. Роман Николаевич приподнял ее, сел на диван, и с такой же легкостью опустил ее на себя. Девушка сама прильнула к его небритой щеке и стала целовать мужчину. Еще 15 минут такой скачки, и гость готов был разрядиться, но он спохватившись, поставил ее на колени и вошел сзади. Наращивая темп мужчина долбил крохотную девушку, нависая над ней. Одной рукой он прогибал ей поясницу, а второй шарил по маленькой груди, хватая стальными пальцами ее розовые соски. Катя, не сдерживаясь, стонала во весь голос. Амплитуда движений была настолько большой, что почти 21 сантиметровый член Романа Николаевича, полностью покидал истерзанную киску девушки, и погружался в нее до самого основания. (Специально для pornoskaz.ru — секситейлз.орг) Страсть охватила Екатерину и она уже ничего не замечала вокруг. Мужчина взял ее за волосы и запрокинул голову назад, два его пальца оказались у нее во рту. И она сжала свои белые зубки, с такой силой, как только могла. Сзади раздалось рычание и Катя почувствовала пульсацию члена у себя внутри и заполняющую ее теплоту. Безвольно рухнув на диван, девушка тяжело дышала. Неспешно вытащив член, гость постучал им по изумительным ягодицам девушки, стряхивая остатки спермы. — Ну что, пойдем теперь подпишем договор? — прохрипел он. — Конечно. Пойдемте, Роман Николаевич — раздался от дверей голос администратора Игоря.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...

Красавица и Чудовище

Я слежу за ней уже две недели. Милая, красивая девочка. Взявшись за это дело я предполагал, что она — избалованная сука. Ещё бы, при таких деньжищах. Представительница золотой молодёжи, прожигающая словно беззаботный мотылёк свою жизнь. Думающая, что ей всё позволено и всё можно. Нет, Люба Исаева оказалась очень скромной, если это слово подходит для девушки, разъезжающей на чёрном Мерседесе кабриолете, одевающейся в самых дорогих бутиках и никогда не державшей в руках ничего тяжелее пары книг. Роскошь воспринимается ею, как данность. Для неё это и есть — данность, с детства окружающая обстановка. Скромность проявляется в другом. В ней нет презрительности и хвастовства, как правило, присущих людям этого круга. Она не ставит себя выше и не считает себя лучше обычных людей. Её приветливость и доброжелательность, обезоруживают. Чем больше я наблюдаю за ней, тем сильнее нахожу привлекательной. Не просто привлекательной, чёрт возьми, она — красавица. Восточные корни деда, сильно сдобренные русскими генами, причудливо переплелись, создав это чудо. Тонкий нос, пухлые, чётко очерченные губы, большие чёрные, как черешня, глаза. И всё это в ореоле длинных каштановых волос. Её фигура — тонкая и грациозная, но с весьма женственными формами, вызывает тесноту в моих штанах. Я не приближаюсь слишком близко, нельзя обращать на себя внимание. Для меня это — обычная работа, после которой я получу кучу денег. Очередное гнусное дело. Но я впервые хожу на работу словно на праздник, потому что смотреть на неё, истинное удовольствие. Меня возбуждает мысль, что через несколько дней эта девочка будет рядом и в полной моей власти. Но нет, мне нельзя будет даже пальцем к ней прикоснуться. Зачем всё усложнять? Через пару дней, максимум — неделю, я и сам, куплю себе чёрный Мерседес кабриолет и поеду на юга, где будут сотни красавиц. Она, просто моё очередное дело, гнусное дело, по которым я специалист. Люба выходит из института, и я никого не вижу вокруг, только её плавные движения, её приветливую улыбку. В штанах эрекция. До чего же она хороша. … Сегодня в моей коллекции появится новая кукла. Папа смеётся: «Тебе уже почти 20 лет, а ты всё в куклы не наиграешься». Смеётся, но разрешает тратить деньги на мою страсть. Мои девочки занимают в нашем особняке большую, хорошо охраняемую, комнату — есть весьма ценные экземпляры. Впрочем, я не гонюсь за стоимостью, мне главное, чтобы в кукле была душа. Наверное, так глупо говорить об игрушке. Однако некоторым мастерам, древним и современным, удивительным образом удаётся вдохнуть в их фарфоровые тела жизнь. Я почти точно знаю: Арлин — бедная девочка, страдающая от нищеты, Каролина — великосветская красавица, ждущая удалого виконта, который закружит её в лихом танце, и развеет на несколько часов скуку, Жоржетта — несчастная влюблённая, мучающаяся от того, что им с избранником не суждено быть вместе, Кати — глупая кокетка, радующаяся, как дитя, каждому услышанному комплименту. Да, они живые для меня. Эти миниатюрные женщины. Я могу часами бродить в кукольной комнате, всматриваясь в крошечные одухотворенные лица, и придумывать для них и вместе с ними, историю их жизни. Глеб Семёнович — антиквар, благодаря которому в моей коллекции появилось много экземпляров, живёт в обычном доме. Хотя его квартиру конечно нельзя назвать обычной. Чего там только нет, антикварного и не очень и все вещи дышат временем, стариной. Сегодня я приехала к нему за новой куклой. Охранник остался в машине, зачем ему c нами скучать. Глеб Семёнович такой болтун. Быстро взбегаю по ступенькам. На лестничной площадке, между вторым и третьим этажом, что-то большое и чёрное неожиданно отделилось от стены, мне в нос ударил резкий запах. Мир закачался, начал расплываться и уходить из-под ног. Темнота. Где-то далеко работает телевизор, строгий диктор читает новости. В голове тяжесть. Веки словно налиты свинцом, с трудом, но удаётся их открыть. Видна спинка кровати, железные прутья, покрашенные белой, уже облупившейся краской. Я видела такую давно, в детстве, когда мы с подружкой Лерой зачем-то забрели в сарай её бабушки. Чуть дальше — зеркало, старое, тройное. Подобное, только намного изящнее, есть в квартире у Глеба Семёновича. На окошке чёрная тряпка-занавесь, не имеющая никакого отношения к обычным занавескам. От неё в комнате полумрак. Какой странный сон. Сон?! Распахиваю сильней глаза. В теле ощущается боль. Пробую пошевелить руками. Я связана. На губах что-то липкое, похожее на скотч. Чёрт — это не сон! Страшно. Ноги тоже связаны. Меняю положения тела, что-то падает, в комнате раздаётся грохот. Телевизор замолкает. Слышатся чьи-то шаги. Деревянная дверь, выкрашенная синей краской открывается. — Вот и куколка проснулась, — голос немного с хрипотцой, глубокий. Дёрнулась и закричала. Чудовище! Из-за скотча, крика не получилось. Мычание. Нет, это не чудовище, я ошиблась — человек. Судя по широким плечам — мужчина. Просто у него на голове одета чёрная шапка-маска с прорезями для глаз и рта. Она-то и испугала меня. Хотя откуда я взяла, что людей, надо бояться меньше чудовищ? Он кажется огромным. Может потому, что я смотрю на него снизу-вверх или потому, что моя голова немного кружится и предметы перед глазами расплываются. Это не может быть правдой! Я не могу находиться неизвестно где, с незнакомым мужчиной похожим на чудовище! Внимательно слежу за его приближением. Подходит, приподнимает мою голову за подбородок. У него красивые глаза. Кошачьи. Не зелёные, не жёлтые и не карие. Все цвета в них перемешаны. Его пальцы слегка поглаживают мой подбородок. — Для тебя я — Алекс. Если будешь себя хорошо вести, с тобой всё будет в порядке и ты — кукла, скоро поедешь домой к папочке. Сейчас я сниму скотч с твоего рта. Ты меня поняла? Хорошо — это как? Конечно я не могу задать вопрос. Только киваю головой. — Будет немного больно. Немного? Ещё как больно! Вскрикиваю, но тут же сжимаю крепко губы, отец учил не показывать свою боль перед врагами. Руки до этого ласково поглаживающие подбородок, двигаются дальше, зарываются в волосы. Эти прикосновения и немного шершавые пальцы вызывают странные ощущения в моём теле. Тепло. От них кожа загорается и пылает. Он пропускает мои волосы, через пальцы, сжимает, а потом сильно тянет, вынуждая запрокинуть голову. Неожиданно и больно. Опять вскрикиваю. Шепот: — Просто не доставай меня, сиди тихо, как мышка. И с тобой ничего не случится. От страха и близости этого тёмного человека — сбивается дыхание. Он смотрит на мои полуоткрытые губы, обводит их контур кончиком пальца, который немного пахнет табаком. Этот тёмный человек меня хочет! Несмотря на свою неопытность, я просто физически ощущаю волны возбуждения, исходящие от него. Какие же красивые глаза. Словно смотришь в калейдоскоп, где постоянно что-то меняется — всполохи, блики. Боже, о чём я думаю, романтичная идиотка! Этот человек меня похитил, а я любуюсь его глазами. Наверное, та наркотическая гадость, ещё не выветрилась из моего организма и так действует на рассудок. — Почему я здесь? — не узнаю свой голос — сиплый, хриплый, словно у алкоголички. Он усмехнулся. — У твоего папочки слишком много денег. — Люди помешались на деньгах. Это ведь всего лишь бумажки. — Кукла, что ты можешь знать об этом, ты ведь никогда не испытывала нужды. Родилась с серебряной ложкой во рту. — Да?! И что из того, думаешь ты будешь счастливее имея большие деньги?! Он хмурится, в глазах опять всполохи. Кажется, мои слова не доставляют ему удовольствия. Видно я напрочь лишена инстинкта самосохранения. Зачем злить его? Придвигается ещё ближе и шепчет прямо в мои полуоткрытые губы: — Скажем так — я буду доволен, а счастье — слишком общее понятие. Его губы так близко, в миллиметре от моих. Сердце начинает лихорадочно стучать, в ушах шум… Дыхание? Интересно я дышу или забыла, как это делается? Ещё больнее тянет за волосы. Теперь его губы на уровне моей шеи. Там, где … Читать дальше →

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх