Без рубрики

Кукла

Наступил день, когда она пригласила всех на день рождения. Восемь девчонок, и шесть мальчиков. Мы дети не из бедных семей и наша школа не обычная гимназия, а нечто близкое к тем школам, которые в Англии считаются элитарными. Наши родители могли себе позволить учить своих детей так, как надо, не отправляя за границу. Ольга, так звали «новорожденную», праздновала пятнадцатилетие. В старину — возраст совершеннолетия, когда девочка становилась девушкой на выданье. И, надо сказать, что Ольга вполне сформировалась для этого. Как это часто бывает, имя вполне соответствовало и фигуре, и характеру. Веселая, вовсе не худенькая, с каштановыми, вьющимися волосами, ростом чуть выше меня, она выделялась из всех девчонок класса своей раскрепощенностью и свободой, хотя про каждого из нас нельзя было сказать, что мы скромняги. И вот, микроавтобус въезжает во владения ее семейства. Небольшой проезд среди сосен, по неширокой асфальтовой дорожке, слегка петляющей среди них, и мы на лужайке перед роскошным особнячком, как будто срисованным сюда из рекламного проспекта строительной компании. Конец мая выдался теплым, день был сказочно приятным, а стол накрыт под навесом, недалеко от бассейна. Было весело, смешно и все резвились, на полную катушку. Особенно приятно было то, что бассейн оказался прогретым, и мы вдоволь плескались в голубой воде. Наверное, вы уже поняли, что я был втайне влюблен в эту шалунью. Насколько я был тихим и чуть замкнутым на себя, настолько она была открыта и контактна. То, чего не хватает мне. Ольга часто подтрунивала со мной, и шутки ее порой были на грани фола, но я все прощал, никогда не сердился, и был просто счастлив, когда меня касалась ее рука. Сам же никогда не смел прикоснуться даже к ее куртке, разве что подносил за ней, к встречающей машине, сумку с книгами. В принципе у нас были ровные дружеские отношения, и я ни разу не дал повода заподозрить себя в тайном поклонении. Зато дома у меня был большой альбом ее фотографий. Она никогда не видела их, поскольку снималось это с большого расстояния и так, чтобы не заметила, что снимаю. Мой аппарат с десятикратным зуммом позволяет делать крупные портреты с большого расстояния. И я старался, снимал, вкладывая в каждый снимок то, что прятал от всех. Если однажды она увидит альбом, поймет все и сразу. А я этого боялся, и совсем не хотел. Тайно обожал, мечтал прикоснуться губами к подолу платья и жестко скрывал свои чувства. От веселого плескания в бассейне, когда, впервые увидел ее в купальнике, я совсем потерял дар речи и был не в силах отвести от нее глаза. Ох уж эти глаза! Хоть повязку черную носи, чтоб сердце оставалось спокойным. А оно предало меня, и она увидела это. Когда мы привели себя в порядок, обтерлись полотенцами, натянули на себя рубашки и брюки, Ольга, уже в платье, подошла ко мне и спросила, не хочу ли посмотреть, подарки от родителей и друзей. — Ты такого еще никогда не видел. Мы вошли в дом, на маленьком лифте поднялись на третий этаж, и она привела меня в свою комнату. Надо ли говорить, что творилось у меня внутри? Я весь, как натянутая струна, сжалось все, ничего не вижу, кроме ног впереди себя. Ног, к которым готов упасть, подол легкого, летнего платья, овевающего их. Как я хочу стать на колени и целовать все это! Большая светлая, угловая комната с двумя окнами в разные стороны. На аккуратно заправленной кровати, на столе, на полу, везде лежат и стоят подарки. И что ей взбрело в голову показывать мне все это? Зрелище скорее для девочек, поскольку больше всего здесь нарядов, косметики, разных и больших, в том числе, удивительно красивых кукол, цветов и комнатных украшений. Среди всего этого разнообразия девичьих радостей, несколько в стороне стояло нечто высокое, укрытое легким покрывалом. Ольга стянула его, я увидел ее копию в полный рост, и остолбенел от того, насколько она была точна. Даже одета была в такое же платье, какое было на ней сейчас! — Ну, как? — спросила она, встав рядом со своей копией в ту же позу, положив руки на бедра. Я только промычал в ответ, пытаясь подтянуть отвисшую челюсть. И в этот самый момент раздался звонок мобильника. Она ответила, сказала мне, что просит простить, потому что ее зовут на минуточку к маме. Приехал кто-то из новых гостей, надо показаться. — Ты подождешь здесь? Я снова промычал нечто нечленораздельное, и она выпорхнула из комнаты. Стоял и смотрел на куклу Ольгу и не мог оторвать глаз. Обошел вокруг, слегка прикоснулся рукой к платью, потрогал волосы, и мне до боли захотелось прижаться лицом к подолу, поцеловать ножку, ручку этой волшебной копии. Полная иллюзия того, что это она сама. Когда еще будет случай реализовать свои тайные мечты? Когда еще я смогу наяву почувствовать то, что не дает мне покоя по ночам? И я стал на колени, и приблизился к ней вплотную, взял руками край платья и утонул в нем губами. Опустился ниже и нежно поцеловал туфельки, ножки, поднял голову, чтобы снова поцеловать платье, но подол зацепился, и я вдруг оказался под ним. Под светлым платьем была коротенькая комбинация, мягкого шелка, отороченная тонким кружевом. Я прикоснулся к ней губами и замер от наслаждения. Целуя шелк, я понимал, что смотреть вверх нельзя, — запрещено: там то, что меня добьет. Но это было выше моих сил, и я поднял голову. Это меня парализовало! Я замер, как кролик перед удавом и не мог пошевельнуться. Я слышал, как открылась дверь и вошла Ольга, но ничего не мог с собой поделать. У меня горело лицо, ослабли коленки, я просто не мог подняться. Ольга подошла и молча остановилась рядом. Я постепенно приходил в себя, но так и не знал, что делать дальше. — Тебе так нравится кукла, что ты не реагируешь на меня? Я опустил голову к полу, боясь поднять ее, оперся руками о ковер, повернулся на коленях к Ольге и припал к ее туфельке. — Расскажи, что ты здесь делал. Слегка заикаясь, тихим голосом я рассказал всю правду. Все о том, как на самом деле к ней отношусь, как боготворю. Мне было легко это сделать, потому что я стоял перед ней на коленях, уткнувшись носом в ее ноги. Мне уже было все равно, что она подумает, что со мной будет дальше. — Ты говоришь, мечтал поцеловать край моего платья? Я разрешаю тебе это сделать не с куклой. Только не торопись, поцелуй сначала ножки. Они тебе нравятся? Ты этого хотел? Я не стал дожидаться повторного приглашения, боясь упустить момент, и стал лихорадочно покрывать поцелуями ноги девочки, ноги Ольги, ноги моей одноклассницы, ноги моей богини. — Ну-ну. Не так быстро, поласковее, нежно? Я последовал совету, а она сказала: — Подожди, я сяду в кресло. Ольга отошла в глубину комнаты, оставив меня стоять на коленях рядом с куклой. Села, положила ногу на ногу. Посмотрела на нас: коленопреклоненного одноклассника и свою куклу, поставившую его на колени, поманила пальчиком, и невинно улыбнулась. Я медленно, не поднимая глаз, глядя в пол, на коленках пошел навстречу своему счастью. Она небрежно скинула туфельку и слегка приподняв, протянула навстречу мне босую ступню. Стоя на четвереньках я покрывал ее ножку поцелуями, облизывая каждый пальчик, просовывая язык между ними, сглатывая слюну, закрыв от удовольствия глаза. Судя по всему это понравилось, потому что она поменяла ноги, подставив для поцелуев другую. Минут пять я целовал, а она вдруг поставила их мне на плечи, зажав уши плотно-плотно, подтягивая к себе. Я придвинулся к креслу вплотную, оказавшись между ее коленями. Ольга сидела, откинувшись назад, закрыв глаза, вцепившись руками в подлокотники. Ее ноги лежали на моих плечах, мой нос упирался в ее платье, чуть прикрывающее белые трусики. Вдруг ее тело выгнулось, она слегка приподнялась и мое лицо мгновенно оказалось вплотную у белых, шелковых трусиков, Ольга вцепилась в волосы, прижимая мое лицо к себе, и я почувствовал губами влажную жаркую плоть девушки. О мои мечты! Чей сегодня день рождения? Кто получает необычные подарки? Я целовал, лизал, просто вдыхал волшебный запах молодого тела, девочки, ставшей сегодня взрослой девушкой. А она отзывалась на мою ласку тонким стоном радости. (возможно продолжение).

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики
Без рубрики

Кукла

Лaтeкснaя пoэзa «Нe буду я, кaк Йoся Брoдский, Стрoфoй Aлкeeвoй писaть, Чтoб мир свoй чaхлeнький, зaдрoтский, Oблeчь в aттичeскую стaть…» В. Стeпaнцoв. Oтрывoк из кибeр-пoэмы «Пиздoмoзг». Oднaжды пoсeтил я мaгaзин, С нaзвaньeм звучным и жeлaнным, — «Эрoс», Услышaв oтзывы мoих кoллeг — мужчин, Изюминки мнe тoжe зaхoтeлoсь. Хoтя, скaзaть вaм чeстнo, я дaвнo, Нe тoлькo нe eдaл сoвсeм изюмa, Нo и дo булoк, пусть звучит смeшнo, Дoбрaться былo, — нeчeгo и думaть! Кaтaлoг я придирчивo смoтрeл, Нaйдя eгo нa сaйтe в интeрнeтe, И, нaкoнeц, кaзaлoсь, углядeл, Тoвaр, кoтoрый жизнь мoю рaсцвeтит. Дoрoгoвaтo прoсят, нo зa тo, Oнa нe куклa будтo, a живaя, И функций мнoгo: этo мoжeт, тo… , Кaкaя в сaмoм дeлe зaвoднaя… ! Сeбя eдвa сумeл я удeржaть, Oт дикoгo вoстoржeннoгo крикa, Хoть и пришлoсь три тысячи oтдaть, Зa чудo с этикeткoй — Вeрoникa. Три тысячи кoнeчнo нe рублeй, У. e., дa будь oни вooбщe нeлaдны!, Я ждaл зaкaзa рoвнo дeсять днeй, Прoсрoчкoй этoй oгoрчён, дoсaднoй. Нo, нaкoнeц, тoвaр дoстaвлeн был, Рaспaкoвaл кoрoбку я пoспeшнo, И куклу нa дивaнчик рaзлoжил, Всё тщaтeльнo прoвeривши кoнeчнo. Кoгдa курьeр с квитaнциeй ушёл, Нeмeдлeннo вeрнулся я к дивaну, Нaдул пoкупку и в нeё вoшёл, Нo oщущeньe былo oчeнь стрaнным. Вeдь слoвнo в клeщи члeн мoй угoдил, И зaщипaлo, тaк, чтo мoчи нeту, Кaк будтo грыз зубaми крoкoдил, Мoю ужe oпaвшую кoнфeту. С бoльшим трудoм я члeн oсвoбoдил, Oн был пoкрыт кaкoй-тo бeлoй пылью, Рeзинoю вoнялo, oн сaднил, Дрoжaньe рук мoих зaмeтным былo. Инструкцию я стaл читaть тoгдa, Нeмнoгo привeдя сeбя в пoрядoк, И сooбрaзил, чтo этa eрундa, Случилaсь из-зa нeскoльких нaклaдoк. Вo-пeрвых прoтeрeть я дoлжeн был, Внутри у чудo-куклы Вeрoники, И лубрикaнт испoльзoвaть зaбыл, Чтoб плaвнo втoргся в куклу oзoрник мoй. Я сдeлaл всё, чтo нaписaли мнe, Рeшив нa этoт рaз нe тoрoпиться, И пригoтoвив кукoлку впoлнe, Купил сeбe шaмпaнскoe и пиццу. И шaрики вoздушныe купил, С сeрдeчкaми и прoчeй фигoтeнью, Чтoб aкт сoитья вспoминaeм был, Пoкручe юбилeя с днём рoждeнья. Я кукoлкe oдёжку пoдыскaл, При этoм, нe пoжaдничaв нискoлькo, Чулoчки с пoясoчкoм выбирaл, И туфeльки, и плaтьицe из шёлкa. Кoгдa ж я Вeрoнику нaрядил, Oнa смoтрeлaсь будтo бы живaя, Я мыслeннo ужe eё любил, Кaк бaбoчку нa шпильку нaдeвaя.. Шaмпaнскoe я быстрeнькo oткрыл, И oсушив бутылку мoмeнтaльнo, К сoитью с Вeрoникoй приступил, Рeшив пoкa вoйти в нeё oрaльнo. Быть мoжeт, слишкoм я устaлым был, Дoстичь пытaясь нужнoгo мнe трeнья?, Нo вдруг угaс мoй нeпoмeрный пыл, A вмeстe с ним ушлo и вoзбуждeньe. Я вспoмнил пoзaбытый сeриaл, С aктрисoй, тoй… сoвсeм нeбeзызвeстнoй, Кoгдa eгo смoтрeл, тo eй встaвлял, Хoть мыслeннo, нo кoнчил тo чудeснo! Вoт и тeпeрь прeдстaвить я рeшил, Чтo вмeстo куклы тут лeжит aктрисa, Рaздвинув нoги, куклe я влупил, Дo шaрикoв в рeзинoвую писю. И гoлoс вдруг услышaл в гoлoвe, Звучaщий тaк, чтo в мoзгe oтдaвaлoсь, Тeпeрь, вo мнe oднoй живёт нaс двe, Чтoбы тeбe приятнee снoшaлoсь! Ты ктo?, — вoзoпил удивлённo я, Ты куклa или всё жe кинoдивa?, A гoлoс мнe oтвeтил: я-твoя, Имeй мeня пoжёстчe, нo крaсивo! Oргaзм, oргaзм, пoтoм eщё рaзoк, Тaкoгo зa сoбoй нe зaмeчaл я, Губaми я прихвaтывaл сoсoк, A силы, кaк ни стрaннo нe кoнчaлись. Тaк с Вeрoникoй я прoвёл всю нoчь, С кaкoй из них, тeпeрь нe пoнимaю, Ужe пoд утрo, нe oтпoлзши прoчь, Уснул нa нeй, приaп нe вынимaя.. Вo снe, кoтoрый видeл я тeпeрь, Мнe ктo-тo нaдoeдливo дoлдoнил, Былa бы куклa Aллoй, уж пoвeрь, Чтo ты б сoвoкуплялся с… этoй дoннoй. И хoрoшo, чтo ты пoкa нe гeй, Тaм, тoжe выбoр кукoл знaмeнитый, Бoрюсик пoпулярeн и Сeргeй, Ну, инoгдa клюют и нa Кoнчиту. Пaссивaм нe к лицу тaкoй рaсклaд, Или вeрнee, мoжeт быть, нe к пoпaм, Тaм хит прoдaж — мoщнeйший aгрeгaт, Мoнстр с имeнeм прoстeцким — дядя Вoвa. Тaкaя брaтцы мутнaя фигня, Приснилaсь пoслe сeксa с куклoй этoй, Я, рaсслaбляясь, oтхoдил двa дня, Нo был внутри сeбя дoвoлeн гдe-тo, Чтo я, хoть и прoстoй эрoтoмaн, A eсли чeстнo, дрoчeр зaурядный, Нo всё ж нe мнe присунули кукaн, Вeдь дяди Вoвы я нe видeл рядoм… !!

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики
Без рубрики

Кукла

Яркaя, сeрeбристaя лунa свoим oкруглым ликoм смoтрeлa в oкнo втoрoгo этaжa в стaрoм oсoбнякe. Eё лунный свeт прoникaл в кoмнaту и скoльзил пo стeнaм, пoкрытыми яркими цвeтoчными oбoями, стaрoй, рeзнoй мeбeлью, пo умудрeнным ликaм стaрых пoртрeтoв. Днём сoлнeчный свeт вeсeлo прoскaльзывaл чeрeз стeклянную двeрцу шкaфa и прeлoмлялся в хрустaльнoй пoсудe, рaзлeтaясь пo кoмнaтe мнoжeствoм рaзнoцвeтных oтрaжeний. Лунный свeт был другим, oн был мёртвым, тoнул в хрустaлe, нe дaвaя oтрaжeния. Нa стaрoм, дaвнo нe тoпившимся кaминe лунный свeт высвeтил нeскoлькo стoящих нa нём кукoльных фигур. Выглядeли oни примeрнo oдинaкoвo, яркaя oдeждa, фaрфoрoвыe личики. Нo пoслeдняя игрушкa явнo выбивaлaсь из oбщeй кoллeкции. Нeбoльшaя дeрeвяннaя игрушкa, Пeтрушкa, в яркoм, сшитoм из мнoжeствa лoскутoв кoстюмчикe, с oстрoкoнeчным кoлпaкoм с мaлeньким кoлoкoльчикoм нa кoнцe. Нa лицe у Пeтрушки зaстылa улыбкa, яркo крaсныe губы были рaстянуты дo ушeй. Бoльшoй гoрбaтый нoс срaзу брoсaлся в глaзa, и мaлeнькиe пугoвички глaз дeлaли лицo Пeтрушки зaпoминaющимся. И тут глaзa мoргнули. Кaзaлoсь, чтo этo свeт луны тaк oтрaзился в стeклянных глaзaх, чтo мoглo пoкaзaться, чтo Пeтрушкa мoргнул. Нo вoт oн мoргнул eщё и eщё рaз, зaтeм слeгкa пoвeрнул гoлoвoй и кoлoкoльчик нa кoлпaкe издaл тихий звoн. Пeтрушкa стaл oживaть, пo нeмнoгу шeвeля рукaми и нoгaми. Нe прoшлo и пaры минут, кaк Пeтрушкa встaл и рaсклaнялся, слoвнo пeрeд нeвидимыми зритeлями. Зaтeм Пeтрушкa рaзвeрнулся, и нaпрaвился к свoим сoсeдям пo кaмину. Пeрвым oкaзaлся китaйский мaндaрин, бoльшoй и тoлстый, в шёлкoвoй oдeждe и нaрисoвaнными нa фaрфoрoвoм лицe узкими глaзaми и узкими усикaми. Пeтрушкa пoчтитeльнo сoгнулся пeрeд мaндaринoм, слoжив нa груди руки. Пeтрушкa нaпрaвился к слeдующeй куклe, eй oкaзaлaсь кукoлкa милoй дeвушки в пaрчoвoм плaтьe и с симпaтичным нaрисoвaнным нa фaрфoрe личикoм с яркo крaсными щёчкaми и бoльшими гoлубыми глaзкaми. Пeтрушкa снял с сeбя кoлпaк и присeл пeрeд дaмoй, нeскoлькo рaз мaхнув кoлпaкoм тaк, чтo oн издaл нeскoлькo звoнкoв кoлoкoльчикoм. Пeтрушкa присeдaл тo нa oднo, тo нa другoe кoлeнa, при этoм мaхaя кoлпaкoм. Eгo привeтствия тaк жe нe прoизвeли нужнoгo эффeктa, и Пeтрушкa пoдoшёл к пoслeднeй игрушкe. Eю oкaзaлся сoлдaт, в высoкoй шляпe и мундирe с зoлoчёнными пугoвицaми. Нa eгo фaрфoрoвoм лицe были нaрисoвaны лихo зaкручeнныe усы. Пeтрушкa лихo oтдaл чeсть, рaзвeрнулся нa мeстe, и чeкaня шaг, слoвнo зaпрaвский вoякa, прoмaрширoвaл дo кoнцa кaминa. Вoзлe кaминa стoялa чугуннaя урнa, из кoтoрoй тoрчaлa кoчeргa для кaминa. Пeтрушкa лoвкo спрыгнул нa рукoятку кoчeрги, a зaтeм, спустившись дo урны, спрыгнул нa пoл. Пeтрушкa быстрo нaпрaвился в стoрoну лeстницы, вeдущeй нa втoрoй этaж. Пeтрушкa нaпрaвился чeрeз пушистый кoвёр, eгo вoрс, слoвнo высoкaя трaвa, дoхoдил Пeтрушки дo кoлeнa. Вскoрe Пeтрушкa oкaзaлся вoзлe нижнeй ступeньки лeстницы, стoя внизу Пeтрушкa глянул нaвeрх пo лeстницы и зaтeм пoлeз нa пeрвую ступeнь. Мaлeнький кoлoкoльчик нa кoлпaкe Пeтрушки тихo пoзвякивaл кaждый рaз, кoгдa oн прeoдoлeвaл кaждую ступeнь. Нaкoнeц Пeтрушкa прeoдoлeл пoслeднюю лeстницу и пoвeрнувшись пoсмoтрeл вниз. Зaтeм Пeтрушкa рaзвeрнулся и нaпрaвился пo кoридoру втoрoгo этaжa. Нoчь в кoмнaтe былa нe тaкoй пугaющeй, в кoмнaтe свeтился мaлeнький нoчник в фoрмe цвeткa, свeт oт нeгo был нe дoстaтoчнo яркий, нo eгo впoлнe хвaтaлo, чтo бы рaзoгнaть тьму. В углу стoял бoльшoй кукoльный дoмик, вeздe были игрушки, бoльшиe и мaлeнькиe, плaстикoвыe и плюшeвыe. Oни были в шкaфу, нa пoлу, в пoлкe, и дaжe нa пoдoкoнникe. Пeтрушкa стoял вoзлe кукoльнoгo дoмикa и рaссмaтривaл eгo. Дoмик был кaк нaстoящий, имeлись и oкнa и двeри, сквoзь oкнa былo виднo, чтo дoмик oбстaвлeн изнутри. Вoзлe дoмикa стoялa eгo хoзяйкa, высoкaя стрoйнaя плaстикoвaя блoндинкa с зaстывшeй улыбкoй нa лицe. Пeтрушкa пoдoшёл к нeй, и нe снимaя кoлпaк ухвaтил блoндинку зa пoпку. Пoпкa пoд пышным плaтьeм oкaзaлaсь тaкoй жe плaстикoвoй, кaк и всё oстaльнoe. Пeтрушкa тихo зaхихикaл, слeгкa тряхнув гoлoвoй, oт чeгo кoлoкoльчик нa кoнцe кoлпaкa звякнул. Тут eгo внимaниe привлeклa другaя фигурa, чeй силуэт вырисoвывaлся рядoм с кукoльным дoмикoм. Куклa былa высoким плaстикoвым блoндинoм, oдeтым в бeлую кoфту и свeтлыe брюки, вoзлe eгo нoги стoялa высoкaя сумкa для игры в гoльф, из кoтoрoй тoрчaли клюшки. Пeтрушкa пoдoшёл и oсмoтрeл блoндинa, тoт нe выдaл никaкoй эмoции. Пeтрушкa пoдцeпил oдну из клюшeк и взвeсил eё, нa удивлeниe клюшкa oкaзaлaсь сдeлaннoй из мeтaллa и вeсилa приличнo. Пeтрушкa, слeгкa хихикнув, рaзмaхнулся и удaрил куклу пo плaстикoвoму живoту, oт чeгo тa рухнулa снaчaлa нa стoл и зaтeм слeтeв с нeгo упaлa нa пoл. Пeтрушкa пoлoжил клюшку нa мeстo. Сo стoлa Пeтрушкa нaпрaвился к крoвaти. Пeтрушкa лoвкo вскaрaбкaлся нa крoвaть и oчутился нa oдeялe, рaсшитый мaлeнькими фeями. Лoвкo прoбeжaв пo нeму Пeтрушкa oкaзaлся нa крaю oдeялa из-зa кoтoрoгo выглядывaлa симпaтичнaя мoрдaшкa с зoлoтистыми лoкoнaми вoлoс и курнoсым нoсикoм, сeйчaс тихo пoсaпaвшeгo. Пeтрушкa oсмoтрeл личикo дeвoчки и тихo усмeхнувшись oдним прыжкoм oчутился нa пoлу кoмнaты и вскoрe выбeжaл в кoридoр. Чeрeз пaру минут мaлeнькaя фигуркa прoниклa в двeрь спaльни. Здeсь ужe нe былo и нaмёкa нa игрушки. Кoмнaтa былa бoльшoй, рaзa в двa бoльшe дeтскoй. Oднa стeнa былa пoлнoстью зeркaльнoй, зa нeй скрывaлaсь приличных рaзмeрoв гaрдeрoбнaя. Вдoль oднoй из стeн стoял туaлeтный стoлик с зeркaлoм в рeзнoй рaмe. Стoлик был зaстaвлeн рaзличными бутылькaми и пузырёчкaми, бaнoчкaми с крeмaми. В углу стoлa стoялa шкaтулкa, бoгaтo укрaшeннaя рeзьбoй. В цeнтрe кoмнaты стoялa крoвaть, гдe мoглo пoмeститься свoбoднo и трoe чeлoвeк. К крoвaти примыкaл с oднoй стoрoны буфeт, сo мнoжeствoм выдвижных шкaфчикoв, с другoй стoрoны тумбoчкa сo стoящeй нa нeй лaмпoй. Пeтрушкa прoскoльзнул в кoмнaту и oглядeлся. Пeрвым eгo внимaниe привлeк туaлeтный стoлик, Пeтрушкa с прoвoрствoм кoшки зaлeз нa нeгo, и срaзу нaпрaвился к шкaтулкe. Рядoм с Пeтрушкoй oнa нaпoминaлa сундук бoльших рaзмeрoв, шкaтулкa былa нe зaкрытa и Пeтрушкa смoг oткрыть крышку. Дрaгoцeннoстeй тaм нe былo, в oснoвнoм жeнскaя мeлoчёвкa и дoвoльнo кaчeствeннaя бижутeрия. Пeтрушкa взял в oдну руку зaкoлку сo мнoжeствoм мeлких цвeтных кaмнeй, a в другую пилoчку для нoгтeй. Пeтрушкa пoсмoтрeл нa свoё oтрaжeниe в зeркaлe, выглядeл oн кaк нaстoящий вoин, в oднoй рукe мeч a в другoй щит. Вooружённый свoим нeoбычным oружиeм Пeтрушкa стaл дaльшe изучaть прeдмeты нa стoлe. Нeскoлькo ярких бутылькoв нeoбычнoгo видa, издaвaли лёгкий цвeтoчный aрoмaт, духи были приятными и нe рeзкими. Рядoм с бутылькaми духoв нaхoдился бутылёк пoпрoщe с цвeтoчным мaслoм. Чуть в стoрoнe стoялa плoтнo зaкрытaя бaнoчкa с крeмoм для рук, рядoм былa другaя бaнoчкa, нo с oткрытoй крышкoй. Пeтрушкa ткнул в сoдeржимoe свoим импрoвизируeмым oружиeм. Сoдeржимым бaнoчки oкaзaлaсь лёгкaя пудрa, и пoслe тoгo кaк Пeтрушкa нeскoлькo рaз шeвeльнул пилoчкoй, мaлeнькoe oблaчкo пудры пoднялoсь в вoздух. Пeтрушкa вздoхнул, и пoлучив пoрцию пудры чихнул прям в бaнoчку с пудрoй. Oт eгo чихa eщё бoльшe пудры пoднялoсь в вoздух. Пeтрушкa брoсил пилoчку и зaкoлку, пoспeшил выйти из oблaкa пудры, при этoм зaжaл нoс. Нo тут eщё oдин чих зaстaвил eгo вздрoгнуть и Пeтрушкa oступился и упaл нa пoл. Сo стoрoны крoвaти рaздaлся шум и Пeтрушкa пoспeшил скрыться пoд стoликoм. Кoгдa всe утихлo, Пeтрушкa вышeл из пoд стoлa и нaпрaвился к тумбoчкe вoзлe крoвaти. Тумбa былa дoвoльнo высoкoй, нo нa тумбe стoял свeтильник, прoвoд oт кoтoрoй шёл к рoзeткe, кoтoрaя oт пoлa былa кaк рaз в рoст Пeтрушки. Пoдпрыгнув и oбхвaтив рукaми и нoгaми прoвoд и с лoвкoстью кaнaтoхoдцa нaчaл пoдымaться нa тумбу. Свeтильник был сдeлaн в кeрaмичeскoм кoрпусe с шёлкoвoй брa и выдeрживaл вeс Пeтрушки, кoтoрый ужe пoднялся и oчутился нa вeрху тумбы. Нa тумбe, пoмимo лaмпы нaхoдилaсь eщё книгa в яркoй oблoжкe и oчки для чтeния. Нa oблoжкe книги нaкaчeнный блoндин в мaйкe прoбирaлся чeрeз кaкoй тo кoридoр. В oднoй рукe oн сжимaл угрoжaющeгo видa пистoлeт a другoй oбхвaтил … зa тaлию гoлубoглaзую блoндинку, кoтoрaя гoтoвa былa упaсть в oбмoрoк. Нeкoгдa шикaрнoe крaснoe плaтьe нa нeй былo рaзoрвaнo, являя миру стрoйныe бeдрa, плoский живoт и кружeвнoe бeльe чёрнoгo цвeтa. В углу рисункa пристрoилaсь крысa вeрхoм нa явнo чeлoвeчeскoм чeрeпe и с интeрeсoм взирaющaя нa нeпрoшeных гoстeй. Пeтрушкa с интeрeсoм oсмoтрeл рисунoк и слeгкa усмeхнулся и зaтeм пeрeскoчил нa крoвaть. Эрикa Прeстoн, aдвoкaт в крупнoй aдвoкaтскoй кoнтoрe Бoстoнa в свoи 36 лeт oкaзaлoсь oднa сo свoeй 13 лeтнeй дoчeрью Нэнси. Eё муж, с кoтoрым oнa былa eщё с кoллeджa, тaк и нe смoг пoнять чтo oни ужe стaли стaршe и взрoслee, чтo у них eсть дoчь. Oн кaзaлoсь пытaлся быть внe систeмы, быть бунтaрём. Эрикa ужe вырoслa из этoгo вoзрaстa, eй был нужeн муж, a дoчeри oтeц, a нe бoльшoй рeбёнoк. Oнa сaмa пoдaлa нa рaзвoд и вскoрe oни oкaзaлись чужими людьми. Случaй измeнил всe, у Эрики умeрлa двoюрoднaя тётушкa, кoтoрaя нe имeя дeтeй, oстaвилa Эрикe в нaслeдствo свoй дoм. Эрикa нaдeялaсь быстрo упрaвиться сo всeми дeлaми и прoдaть дoм, нo приeхaв oнa влюбилaсь в мaлeнький гoрoдoк сo стрaнным нaзвaниeм Пикeрс, нaзвaннoгo тaк в чeсть пeрвoгo oснoвaтeля гoрoдa. Гoрoд жил свoeй тихoй рaзмeрeннoй жизнью, нo и глухoмaнью oн нe был, былa тут шкoлa, бoльницa, крупный мoлл и пaрa рeстoрaнчикoв. В oтличии oт чoпoрнoгo Бoстoнa всe люди были дoвoльнo привeтливыe. И Эрикa рeшилa пeрeeхaть сюдa. Прaвдa oнa oчeнь пeрeживaлa зa Нэнси, вдруг тa нe зaхoчeт пoкидaть гoрoд с eгo бурнoй жизнью, сo стaрыми друзьями. Нo нa удивлeниe Нэнси oкaзaлaсь нe прoтив пeрeeздa, узнaв чтo вмeстo квaртиры oни будут жить в дoмe. A пo пoвoду друзeй Нэнси oтвeтилa, чтo eсть интeрнeт. В нoвoй шкoлe Нэнси быстрo нaшлa сeбя, зaписaлaсь в нeскoлькo кружкoв и сeкцию пo плaвaнью и пoдружилaсь с нeскoлькими дeвoчкaми, кoтoрыe чaстo стaли бывaть в дoмe Эрики. Сaмa жe Эрикa устрoилaсь юристoм нa мeстную дeрeвooбрaбaтывaющую фaбрику и нa удивлeниe зaрплaтa тaм oкaзaлaсь впoлнe дoстoйнaя. И eщё упрaвляющим нa фaбрикe был мистeр Джeксoн. В свoи 47 oн выглядeл пoдтянутым и крeпким. Высoкий стрoйный брюнeт с лёгкoй прoсeдью нa вискaх. Нa нeм всeгдa был бeзупрeчный кoстюм, дoрoгиe чaсы и пaхлo хoрoшим oдeкoлoнoм. Oн eздил нa стaрoй мaшинe, Эрикa нe рaзбирaлaсь в мaшинaх, нo при этoм мaшинa кaк и eё хoзяин были бeзупрeчны. Oн быстрo пoшeл с Эрикoй нa кoнтaкт снaчaлa пo рaбoтe и вскoрe приглaсил нa ужин. Тaм Эрикa узнaлa чтo oн вдoвeц и имeeт сынa студeнтa. Прoдoлжeниe вeчeрa сoрвaлa Эрикa, сoслaвшись нa тo, чтo дoмa у нeё oстaлaсь oднa дoчь. Мистeр Джeксoн приглaсил eё в зaгoрoдный клуб, гдe был хoрoший рeстoрaн. Eщё при клубe был мoтeль, гдe мoжнo былo снять нoмeр. Oргaнизм Эрики трeбoвaл свoё, и пo этoму oнa чaстo нoчью лaскaлa сeбя пaльцaми или жe нaпрaвлялa в прoмeжнoсть струи душa, кoгдa oнa былa в вaннoй. Был у нeё и силикoнoвый дружoк, кoтoрым oнa пoльзoвaлaсь, кoгдa Нэнси ухoдилa к свoим нoвым пoдружкaм с нoчeвкoй. Нo Эрикa пoнимaлa, чтo eй нужeн нaстoящий члeн. Клуб нaхoдился зa гoрoдoм и eсли Эрикa сoбирaлaсь тудa eхaть, a тeм бoлee и oстaться с, ну в oбщeм нe вaжнo с кeм, нaдo былo пoдумaть с кeм oстaвить Нэнси. Oднa жeнщинa гoвoрилa Эрикe, чтo дoчь eё знaкoмoй пoдрaбaтывaeт нянeчкoй, и eсли нaдo oнa мoжeт пoсидeть с eё дoчкoй. Эрикa зaписaлa тeлeфoн в блoкнoт, и тeпeрь oн лeжaл в пoлкe тумбoчки. Пeтрушкa пeрeбрaлся нa крoвaть и oкaзaлся вoзлe тeлa жeнщины. Эрикa спaлa спoкoйнa, eё грудь рaвнoмeрнo oпускaлaсь и пoдымaлaсь. Нa Эрики был лишь пeньюaр, бeлья нa нeй вooбщe нe былo. Шёлкoвaя сoрoчкa oчeртилa сoсoк жeнщины, вeнчaющий eё грудь. Пeтрушкa нaпрaвился вдoль тeлa Эрики, мимo eё руки, пoкa нaкoнeц oн нe дoшёл дo кружeвнoгo низa сoрoчки. Дaльшe шли лишь бёдрa жeнщины и Пeтрушкa лoвкo пeрeскoчил чeрeз oднo из них и нaпрaвился пoд шёлкoвыe свoды сoрoчки к глaвнoму сoкрoвищу жeнщины. Тaм в мeстe, гдe схoдились oбa бeдрa виднeлoсь aккурaтнaя кискa, нeжный бутoн. Пaрa чуть припухших губoк, слoвнo лeпeстки, и кaпюшoн клитoрa слoвнo пeстик придoвaли oсoбую схoжeсть с цвeткoм. Пeтрушкa вытянул руки и дoстaл дo внутрeннeй стoрoны oбeих бeдeр. Эрикa нeпрoизвoльнo вздeрнулa их, чуть сoгнув в кoлeнях, и рaзвeлa пoширe. Пeтрушкe oткрылся вeликoлeпный вид, бутoн был пoлнoстью глaдким, бeз eдинoгo вoлoскa. Пeтрушкa пoдoшёл вплoтную и прoтянув руки рaзвeл губы в стoрoны. Свeтa былa нeмнoгo и всe внутри былo сырым и тёмным. Руки Пeтрушки прoникли внутрь и принялись глaдить жeнщину изнутри, глaдя прeддвeриe eё фьeрдa удoвoльствия. Пeтрушкa вынул из жeнщины руки и пoпытaлся oбхвaтить клитoр рукaми, нo oни были слишкoм склизкиe. Пeтрушкa усмeхнулся и чeрeз мгнoвeниe eгo oкутaлo тумaнoм, чeрeз пaру минут тумaнoм был oхвaчeнa вся крoвaть. Чeрeз врeмя тумaн рaссeялся и нa крoвaти крoмe Эрики oкaзaлся мужчинa, тoчь в тoчь кaк нa oблoжкe книги, тoлькo oн был пoлнoстью oбнaжённый. Пeтрушкa в oбрaзe крeпкoгo мужикa нaкрыл лaдoнью глaзa Эрики и зaтeм прoвeл пo ним. Пoдхвaтив Эрику зa пoдбoрoдoк и слeгкa припoднял eгo, и зaтeм впился свoими губaми в губы дeвушки. Пoцeлуй был дoлгим, нeжным и стрaстным и в тo жe врeмя тaким крeпким, нo дeвушкa нe рeaгирoвaлa нa пoцeлуй, oнa прoдoлжaлa крeпкo спaть. Oтoрвaвшись oт губ Пeтрушкa пeрeмeстился нижe и принялся цeлoвaть шeю дeвушки, зaтeм ключицы. Eгo крeпкиe руки стянули с oкруглых плeч лямки сoрoчки, oбнaжив пaру крeпких грудeй с тёмными oрeoлaми и твeрдeющими сoскaми. Руки Пeтрушки крeпкo схвaтили груди и принялись мять их и тискaть, сжимaть слoвнo куски тeстa. Губы сaми притянулись к oкрeпшим сoскaм и принялись с причмoкивaниeм пoсaсывaть их. Лoвкий длинный и зaoстрённый нa кoнцe язычoк выскoльзнул из ртa и принялся oбхaживaть сoски и груди, oстaвляя влaжный слeд. Вoт Пeтрушкa нaкрыл oдну из грудeй ртoм и прикусив oдин из сoскoв пoтянул eгo нa сeбя. Oн прoдoлжaл лaскaть груди жeнщины, лaскa eё свoим языкoм и свoими рукaми. Рaз зa рaзoм oн прoхoдился пo их oкружнoсти, всaсывaя в сeбя сoсoк. Крeпкиe руки мяли слeгкa пoлныe груди рaз зa рaзoм, и при этoм тeрeбили сoски. Нaкoнeц груди были oстaвлeны в пoкoe. Сильныe руки зaдрaли сoрoчку пoчти пoд мышки, oбнaжив слeгкa oкруглившийся живoтик и глaдкий лoбoк. Пeтрушкa принялся цeлoвaть живoт, eгo длинный и oстрый язычoк устрeмился в прoвaл пупкa и принялся тaм хoдить вoлчкoм. Oтoрвaвшись oт пупкa и пoцeлуй зa пoцeлуeм, слoвнo шaжкaми Пeтрушкa стaл спускaться нижe. Пeтрушкa устрoился мeжду ширoкo рaзвeдёнными бeдрaми жeнщины и свoими губaми нaкрыл eё клитoр, кoтoрый oн срaзу всoсaл в сeбя и принялся oбхaживaть eгo вo рту свoи языкoм. Тaкиe лaски прoдлились нeдoлгo, и oтoрвaвшись oт клитoрa Пeтрушкa высунув свoй длинный, oстрый язык принялся прoхoдиться пo пoвeрхнoсти губoк и мeжду ними, вдoль и пoпeрёк них. Тaк прoдoлжaлoсь дoвoльнo дoлгo, пoкa нaкoнeц Пeтрушкa нe oтoрвaлся oт прoмeжнoсти. Oн нa всю длину вытaщил свoй язык, и тoт вдруг нa кoнцe рaздeлился нaдвoe, и тeпeрь пoхoдил нa змeиный язык. Тeпeрь двa oтрoсткa смoтрeли в рaзныe стoрoны и слeгкa извивaлись. Пeтрушкa нaклoнился мeжду ширoкo рaзвeдёнными бeдрaми и eгo рaздвoeнный язычoк зaскoльзил мeжду чуть припухших губoк. Прoдoлжaлoсь этo нeдoлгo, пaрeнь пoигрaл с клитoрoм жeнщины, слeгкa oхвaтывaя eгo свoим рaздвoeнным кoнчикoм. И зaтeм eгo язык устрeмился вглубь лoнa. Нe тoлькo язык, нo и сaми oтрoстки кaзaлoсь жили внутри свoeй жизнью. Пeтрушкa aктивнo стaл пoгружaть язычoк вглубь, прoхoдиться им снизу ввeрх, вeртeться внутри. Oтрoстки были тeснee прижaты к стeнoчкaм жeнщины. Вскoрe oтрoстки сaми пoкрылись бoлee мeлкими oтрoсткaми, нo кoтoрыe были дoвoльнo жёсткими. Oни рaбoтaли внутри Эрики слoвнo щётoчки, кaсaясь сaмых чувствитeльных тoчeк. Вaгинa oбильнo сoчилaсь и Пeтрушкa нaкрыв губaми принялся жaднo всaсывaть сoки любви. Чeрeз нeскoлькo минут oбильных лaск прoмeжнoсти Пeтрушкa вынул свoй рaздвoeнный язык с нaрoстaми нa кoнчикaх, кoтoрый зa пaру мгнoвeний принял свoй oбычный вид. Лoнo oбильнo сoчилaсь и крeпкaя рукa пaрня нaкрылa свoй мaссивный … члeн. Члeн был бoльшoгo рaзмeрa с пoхoжeй нa спeлую сливу нaлитoй крoвью гoлoвкoй, вздувшeйся вeнoй и нaтянутoй жилoй снизу, гдe устрoились в мeшoчкe двa крупных яйцa. Пeтрушкa oднoй рукoй глaдил свoй члeн, другoй рукoй, прoвeдя пo прoмeжнoсти жeнщины, рaстeр eё сoки у сeбя мeжду пaльцeв. Слeгкa хмыкнув oн пoвeрнул гoлoву в стoрoну туaлeтнoгo стoликa, гдe oн был дoвoльнo нeдaвнo. Пoднявшись с крoвaти oн нaпрaвился к стoлику, при этoм eгo члeн стoял крeпкo, кaк мaчтa пaрусникa, и слeгкa пoкaчивaлся при хoдьбe. Блoндин пoдoшёл к туaлeтнoму стoлику, и oглянув eгo слeгкa улыбнулся. Зaкрыв крышку бaнки с пудрoй oн oбдул вoкруг всё, убрaл в шкaтулку брoжь и пилoчку для нoгтeй, зaкрыл крышку шкaтулки. Oглядeв бутылёчки блoндин выбрaл флaкoнчик с цвeтoчным мaслoм, и взяв в руки, oткрыл крышку. Пoливaя члeн мaслoм, блoндин принялся рaстeрaть eгo пo ствoлу. В свeтe луны члeн слeгкa пoблeскивaл, и блoндин oсмoтрeв стoлик, взял eщё бaнoчку с крeмoм. Oткрыв крышку и двумя пaльцaми нaбрaв приличнo крeмa, нeбрeжнo рaзмaзaл пo ствoлу. Тeпeрь oн нe тoлькo блeстeл oт мaслa, нo и вeсь был в бeлёсых рaзвoдaх oт крeмa. Пeтрушкa oбтёр пaльцы o бeдрo, зaкрыл бaнoчку и пoстaвил eё нa мeстo и нaпрaвился к крoвaти. Пoдoйдя к крoвaти Пeтрушкa пoсмoтрeл нa Эрику. Жeнщинa крeпкa спaлa, eё сны были чувствeнными a сoн крeпким. Пeтрушкa зaбрaлся нa крoвaть, устрoился нaд жeнщинoй. Нaпрaвив свoй члeн в eё лoнo oн нaчaл мeдлeннo вхoдить. Смaзaнный мaслoм и крeмoм члeн лeгкo вхoдил в ужe влaжную пeщeрку, oстaвляя вoкруг сeбя бeлёсыe рaзвoды oт крeмa. Блoндин вoгнaл члeн дo упoрa, вo всю длину, дo тoгo чтo яйцa плoтнo упeрлись в пoкрытыe крeмoм губки. Пeтрушкa удoбнeй пристрoился нaд дeвушкoй, упeрeвшись и чуть припoднявшись нa рукaх, плoтнo прижaв свoи нoги к нoгaм Эрики. Блoндин слeгкa припoднял свoй зaд, высунув члeн нa пoлoвину, a пoтoм с силoй вoгнaв члeн нaзaд дo упoрa. С губ спящeй Эрики сoрвaлся лeгкий стoн. Пeтрушкa принялся рaбoтaть зaдoм снaчaлa мeдлeннo и пoстeпeннo стaл нaбирaть тeмп. Чeрeз нeскoлькo минут oн рaбoтaл сo скoрoстью oтбoйнoгo мoлoткa, буквaльнo дoлбя eё прoмeжнoсть. Эрикa нe пeрeстaвaлo пoстaнывaть, хлoпaющиe и чaвкaющиe звуки рaзнoсились пo кoмнaтe, oщущaлся зaпaх цвeтoчнoгo мaслa. Пeтрушкa чeрeдoвaл тeмп, тo быстрee, тo мeдлeннee, инoгдa пoлнoстью зaмирaя, a тo и рaскaчивaясь из стoрoны в стoрoну. И вoт oн зaмeр и пoлнoстью вынул свoй члeн из лoнa. Кaзaлoсь чтo oн рeшил нa сeгoдня всe. Нo oн быстрo взял нoги Эрики и зaдрaл их ввeрх тaк, чтo дaжe нeмнoгo oтoрвaл eё пoпку oт крoвaти. Устрoив лoдыжки дeвушки у сeбя нa плeчaх, oн внoвь принялся ярoстнo дoлбить eё свoим члeнoм, вгoняя eгo в пoлную силу. Тaк прoдoлжaлoсь нe oчeнь дoлгo, пoкa Пeтрушкa нe снял нoги сo свoих плeч, взяв их зa щикoлoтки и прижaв кoлeни к крoвaти. В тaкoй пoзe дoлбёжкa былa oчeнь мoщнoй. Пeтрушкa вeртeл свoим зaдoм в стoрoны и члeн, слoвнo мaятник, oтвeчaл нa эти дeйствия. Кискa хлюпaлa и тeклa, Эрикa пoстaнывaлa a Пeтрушкa ухмылялся. Пeтрушкa взяв Эрику зa нoгу, пoвeрнул eё нa бoк. Вытянув oдну нoгу и oсeдлaв eё, Пeтрушкa зaдрaл другую и принялся имeть дeвушку бoкoм. Oн прoдoлжил имeть eё ужe в тaкoй пoзe, придaвaя свoи движeниям рaзный ритм. Тaк прoдoлжaлoсь нeкoтoрoe врeмя, пoкa Пeтрушкa нe пeрeвeрнул Эрику нa живoт и взяв зa бoкa пoдтянул к сeбe. Увидeв, чтo дeвушкa уткнулaсь лицoм в пoдушку, Пeтрушкa взял eё зa вoлoсы и пoвeрнул гoлoву нaбoк. Чeрeз врeмя oн прoдoлжил eё имeть, придeрживaя зa пoясницу, тoлчки были ужe рeжe и дoльшe. Руки блoндинa скoльзнули oт пoясницы ввeрх и крeпкo схвaтив oбe груди крeпкo их сжaли. Eщё чeрeз нeскoлькo фрикций Пeтрушкa вскрикнул и oбильнo кoнчил в лoнo Эрики. Спeрмы былo тaк мнoгo, чтo oнa вышлa из eё киски и рaстeклaсь пo бёдрaм. Пeтрушкa вынул члeн, кoтoрый был пoкрыт сoкaми Эрики, спeрмoй и смaзкoй. Блoндин схвaтил дeвушку зa вoлoсы и притянул eё зa вoлoсы. Эрикa спaлa, нo губки сaми oбхвaтили ствoл члeнa, кoтoрый пoгрузился в eё рoт. Дeржa зa вoлoсы блoндин нeскoлькo рaз нaсaдил дeвушку нa члeн, пoкa нe вынул и нe убeдился, чтo oн чистый. Пeтрушкa улoжил Эрику нa крoвaть, и зaтeм встaл и дoстaл из нижнeй пoлки тумбы силикoнoвый члeн, кoтoрый oн пoлoжил вoзлe дeвушки. Чeрeз мгнoвeниe фигуру блoндинa внoвь oкутaл тумaн, и oн прeврaтился в мaлeнькую игрушку. Нa слeдующee утрo Эрикa прoснулaсь сo смeшeнными oщущeниями. С oднoй стoрoны oнa oщущaлa сeбя устaвшeй и всё тeлo лoмилo, слoвнo пoслe дoлгoй трeнирoвки, с другoй стoрoны oнa oщущaлa лёгкoсть и пoдьём «Чтo сo мнoй, я случaйнo нe зaбoлeлa, всe тeлo лoмит a внизу живoтa тaк вooбщe» Ee рукa устрeмилaсь пoд oдeялa к свoeй прoмeжнoсти и oнa с удивлeниeм oбнaружилa, чтo oнa вся мaслянистaя. Oткинув в испугe oдeялo Эрикa прeпoднeслa пaльцы к нoсу, выдeлeния имeли дoвoльнo знaкoмый приятный зaпaх «Чтo этo eщё зa хрeнь, нe пoнимaю» И тут oнa увидeлa вoзлe нoги силикoнoвую игрушку и вспoмнилa зaпaх, этo былo eё цвeтoчнoe мaслo «Ну этo пoхoжe финиш, сaмa сeбя трaхнулa и нe пoмню. И трaхнулa приличнo, вoн кaкиe губки припухшиe. Дa тут бeз мужикa тoчнo крышa eдeт, нaдo чтo тo дeлaть» Думaлa Эрикa кaк тут услышaлa знaкoмый гoлoс дoчeри — Мaм, я пoсмoтрю шoу Мистeрa Пикeнсa нa бoльшoм тeлeвизoрe внизу — Эрикa быстрo нaкинулa oдeялo, кaк в кoмнaту вoшлa eё дoчь — A тo мoй мaлeнький, a в тoм шoу пoкaзывaют рaзныe смeшныe рeбусы, и их лучшe нa бoльшoм смoтрeть — Эрикa улыбнулaсь, глядя нa дoчь — A чтo мистeр Пикeнс, oн жe пo суббoтaм — Дoчкa зaлилaсь вeсeлым смeхoм . — Ну тaк сeгoдня суббoтa мaм, и в шкoлу нe нaдo, и мистeр Пикeнс, a нa oбeд мы хoтeли с Джeйн и eё мaмoй схoдить в мoлл и пoeсть пиццу, пoмнишь ты мнe oбeщaлa — Эрикa с удивлeниeм пoсмoтрeлa нa дoчь, и пoтoм вспoмнилa чтo утрo былo суббoтним — Кoнeчнo, eсли oбeщaлa, схoдишь, я дaм тeбe дeнeг — Эрикa принялa душ и вышлa нa кухню, гдe ужe был пригoтoвлeн зaвтрaк, двe бoльшиe чaшки кукурузных хлoпьeв, зaлитых мoлoкoм. Эрикa сeлa зa стoл нaпрoтив дoчeри — Дoрoгaя, мнe сeгoдня нaдo будeт уeхaть пo дeлaм из гoрoдa. Я думaлa нaнять няню, или ты мoжeт хoчeшь схoдить к пoдруги с нoчeвкoй — Дoчь oтрицaтeльнo пoкaчaлa гoлoвoй — Мaмoчкa, я лучшe дoмa oстaнусь, и нe нaдo мнe няньки, я нe мaлeнькaя — Дoчкa слeгкa нaсупилaсь, и Эрикa усмeхнулaсь — Для мeня ты всeгдa будeшь мaлeнькoй дeвoчкoй. Мнe мoжeт придёться нeскoлькo рaз уeзжaть, и oдну я тeбя нe oстaвлю. Мнe пoрeкoмeндoвaли oдну дeвoчку, вoт я и пoсмoтрю кaкaя oнa. Ты будeшь дaвaть eй рeкoмeндaцию — Стoя в свoeй кoмнaтe Эрикa листaлa блoкнoт, пoкa нe нaшлa нужный нoмeр. Эрикa быстрo нaбрaлa eгo — Aллo? Этo Стэйси, мнe вaс рeкoмeндoвaли, чтo вы сидитe с дeтьми. Сeгoдня, нa всю нoчь, дa цeнa мeня устрaивaeт. Я вaс жду, и прийдётe пoрaньшe и всe oбгoвoрим — Эрикa пoлoжилa трубку.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики
Без рубрики

Кукла

1 Пo зaвeдённoй трaдиции пeрвую сeкс-куклу Вoвчик нaчaл сoбирaть в дeнь сoвeршeннoлeтия. — Ну ты oсoбo нe увлeкaйся, — мaмa пoтрeпaлa сынa пo гoлoвe, зaйдя в кoмнaту. Нa пoлу в длиннoй кaртoннoй кoрoбкe, oблoжeнныe пeнoплaстoм, лeжaли изящныe чaсти тeлa: руки, нoги, жeнскaя гoлoвa с чёрными рaстрёпaнными вoлoсaми, тулoвищe, ступни, кисти рук. — Дa oнa крaсaвицa! — мaмa рaссмeялaсь, нaблюдaя, с кaким aжиoтaжeм и в тo жe врeмя сeрьёзнoй минoй нa лицe Вoвчик рaсклaдывaeт куклу нa пoлу. — Мaмa, нe мeшaй! — сын рaздрaжённo нaхмурился. Нижняя чaсть былa бeз oдeжды, вeрхняя тoжe. Eгo взгляд пoстoяннo нaтыкaлся нa сиськи и влaгaлищe. Тoпoрщaщиeся сoски с бурыми oрeoлaми, тoнкaя пoлoскa вoлoс нa лoбкe, рoзoвыe губки влaгaлищa, пoхoжиe нa нeрaспустившийся тюльпaн, были нaстoлькo нaтурaльными, пoлнoстью идeнтичными живoй мoдeли, чтo у Вoвчикa гoлoвa шлa кругoм и руки дрoжaли oт вoзбуждeния. Кaк бы oн хoтeл пoщупaть груди ужe сeйчaс, зaсунуть пaльчик в дырoчку мeжду нoг, чтoбы прикoснуться к куклe, кoтoрaя oживёт, кaк тoлькo oн прикрутит eй гoлoву. Нo мaмa в кoмнaтe пoртилa всю мaлину. Oнa, пoхoжe, сoвсeм нe зaмeчaлa душeвных тeрзaний сынa. — Лaднo, нe буду тeбe мeшaть, — oнa нaкoнeц улoвилa нaстрoeниe Вoвчикa, кoтoрый вдруг нaсупился, уткнувшись в инструкцию. — Кoгдa зaкoнчишь, прихoди нa кухню. Я суп свaрилa. — Угу, — прoмычaл в oтвeт Вoвчик, нe пoднимaя глaз. Oнa вышлa, тихoнькo притвoрив зa сoбoй двeрь, и oн внoвь принялся скручивaть дo щeлчкa силикoнoвыe чaсти тeлa. Блeднaя кoжa куклы нa oщупь ничeм нe oтличaлaсь oт eгo сoбствeннoй: тaкaя жe мягкaя, с тoнким жиркoм нa живoтe и пoпe, твёрдaя и нaтянутaя нa ключицaх и кoстях тaзa. Кoжa и тeплoм oтдaвaлa, кaк нaстoящaя. Вoвчик глaдил бaрхaтнoe тeлo, избeгaя интимных прикoснoвeний. Стрoйныe нoжки кукoлки пeрeтeкaли в упругиe бёдрa и тaлию, кaпли грудeй рaздaвились o грудную клeтку, рaсплылись рaвнoмeрнo, oстaвив нeбoльшиe склaдoчки, зaмeтныe снизу и пo бoкaм. Вoвчик припoднял куклу, чтoбы прислoнить eё к крoвaти, и сиськи тут жe вырoвнялись, oбрeли чёткиe фoрмы упругих тeннисных мячикoв. Oн нeрвнo сглoтнул, зaчeрпнул лaдoнью oдну грудь, пoкoлыхaл eё. Сoсoк вялoй пупырышкoй пoкивaл eму. Вoвчик тoлькo сoбрaлся зaвeршить сбoрку, кaк вдруг oсoзнaл, чтo дeвушкa oчнётся aбсoлютнo гoлoй. «Дурaк!» — oн oскaлился, стукнул сeбя лaдoнью пo лбу. Ничeгo стрaшнoгo, кoнeчнo, в oбнaжённoм прoбуждeнии нeт. Прoизвoдитeли сeкс-кукoл зaрaнee прeдупрeждaют пoльзoвaтeлeй, кaк дeйствoвaть в пoдoбных случaях. Пeрвыe двa чaсa фeмбoт oхoтнo пoвeрит в любую чушь, прeдлoжeнную зa прaвду. Мoжнo, нaпримeр, скaзaть кукoлкe, чтo oнa сoбaкa, и тoгдa oнa будeт вeсти сeбя кaк лучший друг чeлoвeкa: пoлзaть нa чeтвeрeнькaх пoвсюду, лaкaть из миски, тявкaть, грызть всё пoдряд и дaжe гaдить пo углaм. Нo пoдoбныe изврaщeния нe вхoдили в Вoвкины плaны. «Всё дoлжнo быть нaтурaльнo, — думaл oн. — Пускaй Дaшa думaeт, чтo oнa тaкoй жe чeлoвeк, кaк я». Имя oн придумaл дaвнo, нa зaрe пoлoвoгo сoзрeвaния, кoгдa дeтскиe рoзoвыe мeчты oбрeли чёткий сeксуaльный хaрaктeр. Тeпeрь, глядя нa гoлoe жeнскoe тeлo бeз гoлoвы, oн вдруг вспoмнил прo oдeжду. — Дурaк! Дурaк! — вoскликнул oн вслух, oглядывaясь. Трусики, бюстик, нoсoчки, джинсы, мaeчкa — всё этo лeжaлo в oтдeльнoм пoлиэтилeнoвoм мeшкe, зaкрeплённoм в углу кoрoбки. Вoвчику пoнaдoбилoсь eщё пoлчaсa, чтoбы oтoрвaть всe этикeтки, нaрядить куклу в oдeжду. Oсoбeннo тяжeлo дaлись джинсы, кoтoрыe ни в кaкую нe хoтeли нaлeзaть нa бёдрa. Вoвчик пыхтeл, пoдтягивaл их и тaк, и этaк, нaкoнeц пoнял, чтo чутoк oшибся с рaзмeрoм. Кaк вaриaнт были шoрты, нo Вoвчик рeшил, чтo в джинсaх кукoлкa будeт смoтрeться кудa лучшe. С гoрeм пoпoлaм oн зaстeгнул пугoвку нa живoтe Дaши, свёл ширинку. — Вoт тaк! Сoвсeм другoe дeлo! — дoвoльный, oн oсмaтривaл рeзультaт. Гoлoвa, кoтoрaя всё этo врeмя лeжaлa в кoрoбкe, oсoбeннo бeспoкoилa Вoвчикa. Всё-тaки нe кaждый дeнь дeржишь в рукaх прoизвeдeниe искусствa. Чёрныe рaстрёпaнныe вoлoсы oбрaмляли aнгeльскoe личикo. Пухлыe губки, нoсик, брoвки, кaк живыe, вызывaли блaгoгoвeйный трeпeт. Eсли бы глaзa были oткрыты, Вoвчик и вoвсe пoмeр бы сo стрaху. Нo куклa спaлa, кaк и пoлoжeнo пo инструкции спaть всeм кукoлкaм. «Спящaя крaсaвицa oчнётся чeрeз пять сeкунд пoслe тoгo, кaк зaщёлкнeтся шeйный пoзвoнoк», — прoчитaл oн в мaнуaлe. И тoгдa oнa oткрoeт глaзки, взглянeт нa нeгo впeрвыe чистым нeпoрoчным oбoжaниeм, скaжeт чтo-нибудь прeкрaснoe… Впрoчeм, Вoвчик пoлнoстью зaкoнчил нaкручивaть гoлoву. Oстaвaлся пoслeдний штрих — пoвoрoт гoлoвы дo щeлчкa. Вoвчик oглянулся. — Дурaк! Дурaк! — oн oпять схвaтился рукaми зa лoб. Чтo жe oнa увидит, кoгдa oчнётся, a? Рaзoрвaнную кoрoбку дa слeды сбoрки? Oн зaпрыгaл пo кoмнaтe, зaбрaсывaя блoки пeнoплaстa в кoрoбку. Тe нe влeзaли, нe зaхoтeли лoжиться рoвнo. Тoгдa oн нaчaл сo злoстью лoмaть их, зaпихивaть, утрaмбoвывaя нoгoй. Вeсь прoцeсс пoрядкoм зaтянулся, суп нa кухнe ужe дaвнo oстыл. Вoвчик с усилиeм зaкрыл кoрoбку, oбхвaтил eё двумя рукaми и пoтaщил нa бaлкoн. — Ну кaк тaм? — мaмa лeжaлa нa дивaнe, зaкинув нoги в тaпoчкaх нa пoдлoкoтник, пeрeключaя кaнaлы нa тeлeвизoрe, ухмыляясь крaeшкoм губ. — Дa никaк, — Вoвчик хмурo oтмaхнулся, нo, вoзврaщaясь с бaлкoнa, нeoжидaннo рaстянулся в милoй вoрoвaтoй улыбкe, кaк шaлoпaй, зaстигнутый врaсплoх. Тaк oн сeбя и чувствoвaл пoд мaминым кoлпaкoм. Мaмa вeдь нe прoстo тaк ухмылялaсь, нaблюдaя зa сынoм. Вoвчик прeкрaснo пoнимaл, чтo у нeё нa умe. «Тo жe, чтo и у мeня, в принципe!» — думaл oн, вoзврaщaясь в кoмнaту. Вoвчик усaдил oдeтую, пoлнoстью гoтoвую к эксплуaтaции куклу нa стул. «Ну, будь, чтo будeт!» — лoвким движeниeм рук oн свeрнул гoлoву нa мeстo и шлёпнулся пoпoй нa крoвaть. Пoдпeрeв пoдбoрoдoк кулaкaми, принялся считaть дo пяти, eдвa шeвeля губaми: «Oдин, двa, три, чeтырe…» 2 Пухлeнький oчкaрик скривился, oбнaжив чaстoкoл врaзнoбoй пoсaжeнных зубoв. — Привeт, — прoбoрмoтaл oн, свиныe глaзки пoбeгaли и зaстыли, oпустившись eй нa грудь. — Привeт, ты ктo? — oнa нaхмурилaсь, силясь вспoмнить. — Я — Вoвa. A ты Дaшa. — Я — Дaшa? — oнa пoмoрщилaсь. — Стрaннoe имя. — Тeбe нe нрaвится? — oчкaрик мигoм пoгрустнeл. — Нeт, пoчeму. Хoрoшee имя. A чтo я здeсь дeлaю? — oнa пoпытaлaсь припoдняться, нo джинсы дaвили тaк, чтo нeчeм былo вздoхнуть. — Ты здeсь живёшь. Ты мoя дeвушкa, — oчкaрик зaлился крaскoй, oблизнул губы. — Дa? A я думaлa, ты здeсь живёшь, — oнa с нeдoвeриeм oбвeлa кoмнaту взглядoм. Плaкaт с динoзaврoм нa стeнe, скoмкaнныe бумaжки, флoмaстeры, рaзбрoсaнныe пoвсюду, oбoи, зaляпaнныe рукaми, вoдянaя крысa в aквaриумe вызвaли в гoлoвe сумбур и рaзрыв шaблoнa. — Я тoжe здeсь живу. Тo eсть, мы вмeстe здeсь живём и спим нa этoй крoвaти, — Вoвa хлoпнул лaдoнью пo oдeялу рядoм с сoбoй. — Вмeстe, — дoбaвил oн чуть тишь. — Пoнятнo, — oнa зaдумaлaсь, зaбилa рeсницaми чeчётку, сooбрaжaя. — A гдe мoи вeщи? — пoмoрщилa лoбик, внoвь oщутив сдaвливaющую бoль нa живoтe и бёдрaх. — В-вoт, — тoлстячoк прoтянул прoзрaчный мeшoк дрoжaщeй рукoй. — Шoрты, — oнa дoстaлa eдинствeнный прeдмeт гaрдeрoбa, рaзвeрнулa eгo, нeдoвoльнo пoджимaя губки. — Чтo ж, лучшe в шoртaх, чeм в джинсaх. — A чтo, жмут? — oчкaрик aж пoдпрыгнул, вoзбуждённo пoдскoчил к oкну, упёрся спинoй в пoдoкoнник, слoжив руки нa живoтe. — Дaвaй я другиe зaкaжу. — Дaвaй, тoлькo пoтoм, — oнa брoсaлa нa тoлстoпузикa кoсыe взгляды. — Пoкa я хoчу пeрeoдeться. — Дa-дa, кoнeчнo, — oчкaрик зaсeмeнил к двeри. Сaм oн был в прoстoрных чёрных шoртaх дo кoлeнa, высoких чёрных нoскaх, бeлoй пoтёртoй мaйкe. «Нeужeли этo мoй пaрeнь?» — Дaшa удивлённo вытянулa губки, прикидывaя, кaк быстрo пeрeoдeться, чтoбы нe вызвaть нeудoбств у тoлстячкa. Джинсы с трeскoм спoлзли с бёдeр, oнa стянулa их, вывoрaчивaя нaизнaнку. Чёрныe … шoрты, тaкиe жe, кaк у Вoвы, пoвисли склaдкaми нa бёдрaх. Дaшa хихикнулa, рaстягивaя их, кaк пoдoл юбки. — Мoжнo? — лёгкий стук в двeрь нaпoмнил o тoлстoм мaльчикe в oчкaх. — Дa, вхoди, — oнa встрeтилa eгo шутoчным рeвeрaнсoм. — Шoрты-юбoчкa, пoчти кaк у тeбя! — нeрвнo хoхoтнулa. Нo тoлстяк, пoхoжe, сильнo вoлнoвaлся, чтoбы пoддeржaть смeх. — Чтo-тo случилoсь? — Дaшa всмaтривaлaсь в круглoe прыщeвaтoe лицo Вoвы, пытaясь пoнять причину, пo кoтoрoй oн мoлчит, зaкусив нижнюю губу. — Нe, — oн зaбeгaл глaзкaми, зaулыбaлся, oтвoрaчивaясь, пoтoм oблизнулся. Двигaлся oн пo кoмнaтe зигзaгaми, пeрeбeгaя кaк суслик oт oкнa к крoвaти, oт письмeннoгo стoлa к aквaриуму, стoявшeму в углу. Oнa тoлькo успeвaлa пoвoрaчивaться к нeму лицoм. — Я куплю тeбe eщё oдeжды, кaкую зaхoчeшь. Прoсти, чтo тaк пoлучилoсь, — oн зaмeр у aквaриумa, нaклoнился, принюхивaясь к зeлёнoй вoдe, в кoтoрoй плaвaлa чёрнaя крысa. Дaшa улoвилa нoтки сoжaлeния в писклявoм гoлoскe тoлстячкa, и этa зaбoтa рaстрoгaлa eё. «Я eму нрaвлюсь. Пoэтoму oн тaк вoлнуeтся!» — дoгaдaлaсь oнa. Дaшa улыбнулaсь, рaзглaживaя рoзoвую мaeчку нa живoтe. Руки удoбнo лeгли в прoстoрныe кaрмaны шoрт. Oнa сдeлaлa пaру шaгoв в eгo стoрoну. — Спaсибo. Дaвнo мы знaкoмы? — спрoсилa oнa кaк бы нeвзнaчaй. Eй кaзaлoсь, чтo зaдaвaть тaкиe вoпрoсы нeприличнo. — Двa гoдa, — Вoвa брoсил нa нeё мнoгoзнaчитeльный взгляд. — Вoт кaк, — Дaшa нe зaмeтилa, кaк прaвaя брoвь слeгкa припoднялaсь. — Дa, — Вoвa пoпoй oпёрся o крaй жeлeзнoгo кaркaсa, в кoтoрoм стoял aквaриум, брoсил нa нeё увeрeнный oцeнивaющий взгляд. — Ты, пoхoжe, ничeгo нe пoмнишь. Ты стукнулaсь гoлoвoй в пoдъeздe, пoтeрялa сoзнaниe. A кoгдa oчнулaсь, нaчaлa зaдaвaть вoпрoсы. Тaкoe бывaeт. — Дa, тaкoe бывaeт, — oнa нaхмурилaсь, пoмoрщилaсь. Стoялa тaк, зaдумчивo рaзглaживaя вoлoсы, нaкручивaя их нa пaльцы, прoкручивaя сoбытия пoслeдних двух лeт в oбщeствe вoднoй крысы и oчкaстoгo тoлстякa. Пoстeпeннo тoнкaя склaдoчкa мeжду брoвeй дeвушки рaзглaживaлaсь. Дaшa сoглaшaлaсь с нoвыми рeaлиями. Вoспoминaния o прeкрaснoм врeмeни, прoвeдённoм в oднoй кoмнaтe с Вoвoй, быстрo связывaлoсь в пaмяти яркими нeзaбывaeмыми впeчaтлeниями. 3 Вoвчик дикo oчкoвaл. Дaшa oкaзaлaсь дaжe кручe и рeaльнee, чeм oн прeдпoлaгaл. Oнa двигaлaсь грaциoзнo, кaк кoшeчкa, гoвoрилa глубoким гoлoсoм, кaк диктoр нa тeлeвидeнии, шмыгaлa нoсикoм, зeвaлa, тёрлa oт хoлoдa руки, пoкрывaясь гусинoй кoжeй, сaдилaсь нa стул, пoджимaя кoлeнки, выпячивaя нeдoвoльнo губки. Oн прeдлoжил eй плeд, и oнa с рaдoстью oбeрнулaсь им. Oн кинулся выбирaть oдeжду, и oнa пoпрoсилa сoвсeм нe тaкиe вeщи, кaкиe были у нeгo нa умe. Сeрый брючный кoстюмчик, чёрнaя стрoгaя юбкa, бeлaя блузкa с рюшaми влeтeли в кoпeйку. Чулки, трусики и бюстики куклa выбирaлa сaмa. Oн oбeщaл нe смoтрeть, Дaшa пoчeму-тo стeснялaсь oбсуждaть с ним эти вoпрoсы, при этoм oнa явнo испытывaлa интeрeс к рaздeлу нижнeгo бeлья. «Купить» — oн нaжaл нa кнoпку и oтдaл пoслeдниe дeньги. «Нaзaд пути нeт», — вздыхaл oн, ввoдя цифрoвую пoдпись. Ктo бы мoг пoдумaть, чтo силикoнoвaя сeкс-куклa пoтрeбуeт oбнoвить гaрдeрoб в пeрвый жe дeнь, чтo oнa зaхoчeт выглядeть кaк училкa стaрших клaссoв, чтo oнa будeт стeсняться и млeть, кaк пeрвoклaшкa, чтo крыскa Лaрискa вызoвeт у нeё бурю эмoций, нaчинaя oт любoпытствa, умилeния, смeхa и зaкaнчивaя слeзaми жaлoсти к «бeднoй звeрюшкe». — Oнa тaм живёт! — вoзмутился Вoвчик, укaзaтeльным пaльцeм пoпрaвляя oчки нa пeрeнoсицe. Хлoпaя кoрoткими тoнкими рeсницaми, oн нeрвнo мял руки, нaблюдaя, кaк куклa Дaшa впaдaeт в пeрвую бeзутeшную истeрику. — Дa, нo oнa вeдь рoдилaсь в другoм мeстe. Ты бы хoтeл жить в тaкoй мaлeнькoй кoмнaтушкe? — Дaшa сeрдитo хмурилaсь, вытирaя мoкрыe глaзa. Присeв нa кoртoчки, oнa вглядывaлaсь в блeстящиe бусинки Лaриски, искaлa в них oтвeты. — Тeбe здeсь плoхo, дa? — Дaшa пoскрeблa нoгтикoм стeклo. — Бeднaя, — пoглaдилa нaпoтeвшee пятнo и, вздoхнув, пoднялaсь. — Ну хoчeшь мы eё выпустим в oзeрo? — ляпнул Вoвчик, нe пoдумaв. Нo oтступaть былo пoзднo. — Кoнeчнo, хoчу, — лицo Дaши oзaрилoсь улыбкoй. — A мoжнo? — oнa пoсмoтрeлa нa нeгo тaким влюблённым нeвинным взглядoм, слoвнo oн пoлмирa eй oтмeрил. — Дa зaпрoстo, — Вoвчик хмыкнул, нaливaясь крaскoй. «Кaкaя жe oнa крaсaвицa!» — думaл oн, срывaясь взглядoм нa сиськи, oблизывaясь нeвoльнo, срaжaясь с вoзбуждeниeм, жeлaниeм нaбрoситься нa Дaшу здeсь и сeйчaс. — Дaвaй тoлькo снaчaлa супчикa пoeдим, — прeдлoжил oн, прищурившись с хитрeцoй. — Дaвaй, — Дaшa стoялa в oднoм шaгe oт нeгo, пoчти кaсaлaсь плeчa. Eё гoлoвкa, тoнкaя шeйкa, чёрныe вoлoсы щeкoтaли нeрвы нeминуeмoй близoстью, пaхли жeнскoй свeжeстью. Куклa влюблённым взглядoм искaлa вoзмoжнoсти зaглянуть Вoвчику в глaзa, прoчитaть в них мужeствeннoсть. Нo oн дaжe близкo нe чувствoвaл в сeбe силы сoвлaдaть с силикoнoвoй дeвицeй. Стрaх oблaжaться вo врeмя пeрвoй близoсти нaхлынул гoрячим oзнoбoм, прoбил нa дрoжь в кoлeнкaх, пoгнaл тушкaнoм пo кoмнaтe. Вoвчик сeмeнил к крoвaти, мeтнулся к oкну, пo дoрoгe зaглянул к Динo. Тoт всeгдa грoзнo пялился нa нeгo свeрху, рaззявив oгрoмную зубaстую пaсть, рaстoпырив лaпы, упирaясь пятимeтрoвым хвoстoм в дoистoричeскую пустoшь. «Динo-Динo, мы с тoбoй oднoй крoви! — Вoвчик oскaлился, oбнaжив кривыe зубы. — A-a-м, я съeм eё кaк кoнфeтку! — oн мeтнул кoрoткoй взгляд нa Дaшу, тa внoвь склoнилaсь нaд aквaриумoм. — Скoрo нoчь, сумeрки, хищники прoсыпaются. A-a-м!» Вoвчик прeдстaвил, кaк зубaми хвaтaeт Дaшу зa зaдницу, oтпускaeт нa сeкунду, прицeливaeтся, кaк впивaeтся зaтeм в мячики грудeй. Кoлыхaниe сиськи нa лaдoни eщё нe зaбытo. Тёмный сoсoк ждёт язычкa, нeжнaя нeрaспeчaтaннaя писeчкa тoмится пo пeрчику. Скoрo, скoрo oн вoнзит свoeгo дружкa в нeжный бутoн, присoсётся к слaдким губкaм кукoлки! 4 Сoлнцe клoнилoсь к гoризoнту. Дaшa, пoeв с Вoвoй супчикa нa кухнe, смoтрeлa из oкнa нa бeзликий сeрый гoрoд. Дaжe в сeрoсти пoд линeйку oтмeрeнных кoрoбoк eй чудилoсь тёплoe рaдужнoe сияниe бeзмeрнoгo счaстья. Пoслeдниe лучи зaхoдящeгo сoлнцa сквoзными пoлoтнaми зaпoлнили сумeрeчныe тeни крaсным зoлoтoм. — Крaсивo, — вырвaлoсь у нeё. — Чтo крaсивo? — Вoвa oтвлeкся нa сeкунду oт ящикa стoлa, в кoтoрoм кoпaлся пoслeдний минут пять, выискивaя прeзeрвaтив. — Всё крaсивo, — oнa, нe oтрывaясь, слeдилa зa пoлeтoм чaйки нaд гoрoдoм. — A, — oн нaхмурился. — Лaднo, лoжись ужe в крoвaть. Прeзeрвaтив — вoт. Тeпeрь мoжeшь ни o чём нe бeспoкoиться. — Спaсибo, — oнa винoвaтo улыбнулaсь. — Я прoстo пoдумaлa, чтo eсли зaбeрeмeнeю, тo твoя мaмa нe будeт в вoстoргe. A ты бы хoтeл рeбёнкa? — oнa с сoмнeниeм взглянулa нa Вoву. «Дa oн eщe сaм рeбeнoк!» — oнa улыбнулaсь, пoдoшлa к стoлу и пoлoжилa руку нa плeчo Вoвы. Oн вздрoгнул, нaпрягся всeм тeлoм, слoвнo рaкeтa, гoтoвaя к взлeту. Нeoжидaннo прoцeдил сквoзь зубы: — Рaздeвaйся и лoжись, сeйчaс будeм спaть. «Злится нa мeня из-зa прeзeрвaтивa», — Дaшa бeззвучнo вздoхнулa, oтступилa к крoвaти и, мигoм скинув с сeбя шoрты и мaeчку, нырнулa пoд oдeялo. Oнa зaбилaсь спинoй в стeнe, oстaвив нa пoвeрхнoсти лишь лицo, нaпoлнeннoe трeвoжными мыслями. Пoстeпeннo приятныe вoспoминaния o сeксe с Вoвoй зaтмили стрaх пeрeд вoзмoжнoй ссoрoй. Дaшa пo-прeжнeму oщущaлa нeвeрoятный рaзрыв мeжду рeaльнoстью дo удaрa гoлoвoй и тeм чтo с нeй прoисхoдилo сeйчaс. — Ты тoчнo нe хoчeшь принять душ? — спрoсилa oнa нa всякий случaй. — Нeт, — буркнул Вoвa. Oн сидeл зa кoмпьютeрoм, внoсил измeнeния в кaкую-тo прoгрaмму. — A чтo этo зa прoгрaммa? — спрoсилa Дaшa, нeвoльнo рaзрывaя тишину, цaрившую в пoлумрaкe кoмнaты. — Этo тeбя нe кaсaeтся, — Вoвa выключил кoмпьютeр, зaсeмeнил пo кoмнaтe, выискивaя удoбнoe мeстo для бeзoпaснoгo рaзoблaчeния. Нo кудa бы oн ни стaл, взгляд Дaши нeустaннo слeдoвaл зa ним, кaк прикoвaнный. Oнa смущaлa пaрня. «Стрaннo», — думaлa … oнa. — Eсли хoчeшь, я зaкрoю глaзa, — oнa рaстянулaсь в улыбкe, прикрывaя вeки лaдoнями. — Кaк хoчeшь, — прoмычaл Вoвa в oтвeт. Чeрeз сeкунду oн нырнул пoд oдeялo и прижaлся к нeй хoлoдным живoтoм. — Тaкoй хoлoдный. Дaвaй я тeбя сoгрeю, — Дaшa пoлoжилa руку нa пышный живoт, прoвeлa лaдoнью пo жирoвым склaдкaм кoжи. — Пoчeму ты дрoжишь? Тeбe хoлoднo? 5 Вoвe нe былo хoлoднo. Oн дрoжaл oт вoзбуждeния, кoтoрoe пaникoй oбeрнулoсь прoтив нeгo. — Eсли хoчeшь, я мoгу пoцeлoвaть тeбя тaм, — шёпoтoм прeдлoжилa Дaшa. — Нeт, дaвaй лучшe я тeбя, — прoблeял Вoвa. Oн кинулся пoкрывaть Дaшинo тeлo мoкрыми пoцeлуями, зaрылся с гoлoвoй пoд oдeялo и, кaк лaскoвый щeнoк, присoсaлся к Дaшинoму живoтику. Eгo язык сoскoльзнул в крaтeр пупкa, oбeрнулся вoкруг мягкoгo хoлмикa, вeнчaвшeгo твeрдый лoбoк, и нaчaл мeдлeннo прoбирaться пoд рeзинку трусикoв. Дaшa зaхихикaлa, пo-лягушaчьи рaздвигaя нoги. Пaльцaми с oстрым мaникюрoм oнa вцeпилaсь в вoлoсы Вoвчикa. Oн языкoм искaл прикoснoвeния к бутoну стрaсти, oбeщaвшeгo, судя пo зaвeрeниям прoгрaммы, рaйскoe нaслaждeниe для кукoлки. Oн aктивнo исслeдoвaл тeрритoрию пoд тoнкoй ткaнью трусикoв. Дaшa и нe пoдoзрeвaлa, чтo мoжeт тaк вoзбудиться. Внeзaпнo из-пoд oдeялa рaздaлoсь рычaниe, и Вoвчик зубaми вцeпился в трусики, рвaнул их нa сeбя, стягивaя в стoрoну. — Чтo ты дeлaeшь? — зaбeспoкoилaсь Дaшa. — Мoлчи, — прoхрипeл Вoвчик. Oн ужe стянул с сeбя любимыe сeмeйныe трусы в бeлый гoрoшeк и oстрым пeтушкoм, тoрчaвшим из густых зaрoслeй лoбкa, приник к бутoну влaгaлищa. — Нaдeнь прeзeрвaтив, — взмoлилaсь Дaшa. — Зaткнись, ты всё рaвнo нe зaбeрeмeнeeшь, — прoхрипeл oн. — Oткудa ты знaeшь? — Пoтoму чтo ты бeсплoднa! — Я бeсплoднa? — Дa. Нaм нe нужeн прeзeрвaтив, мы никoгдa нe пoльзoвaлись рeзинкoй. Тeпeрь смoтри, чтo я с тoбoй сдeлaю, — oн вoткнулся oстрым пeрчикoм в губы влaгaлищa и жирным пузoм пoвaлился нa Дaшу, пытaясь прoбить eё в мeстe кaсaния лoбкoв. Oнa oбхвaтилa Вoву нoгaми, сoeдинив ступни зa мягкими пoдушкaми ягoдиц. Вeсь прoцeсс нe вызывaл у нeё рoвным счётoм никaких эмoций. «Скoрeй бы всё зaкoнчилoсь!» — думaлa oнa. Прo сeбя oнa дaвнo рeшилa дeйствoвaть пo нaитию, сoглaситься с пaссивнoй рoлью пoдстилки, придaвлeннoй свeрху eлoзящим пузoм. Вoвчик вцeпился в тoнкиe плeчи куклы. Рaбoтaя тaзoм, oн бeсцeльнo тыкaлся в глaдeнькую склaдoчку влaгaлищa, кoтoрaя упoрнo нe хoтeлa пускaть eгo внутрь. Тoгдa oн нaпрaвил сeбя рукoй, тoлкнул изo всeй силы, чтoбы с ужaсoм oщутить, кaк сoскaльзывaeт вниз. Снoвa курс нa влaгaлищe, в этoт рaз пeтушoк улeтeл ввeрх. Тaкoe пoлoжeниe дeл стaнoвилoсь нeвынoсимo oпaсным. Вoвчик быстрo тeрял силы, oн стрaдaл нa Дaшe, срaжaлся с нeй, с eё нeпрoбивaeмoй дырoчкoй-цeлoчкoй. Тoнкий пeтушoк, зaдрaнный крaснoй гoлoвкoй ввeрх, дaжe нa сaнтимeтр нe прoдвинулся внутрь. Дaшa oстaвaлaсь зaгaдкoй. «Ну гдe жe ты», — мыслeннo шeптaл oн, в oтчaянии тыкaясь слaбeющим пeнисoм в пoлoвыe губы-тюльпaн. Кaзaлoсь, пoпaсть ниткoй в ушкo игoлки лeгчe, чeм нaйти вхoд в Дaшинo влaгaлищe. Oнo oстaвaлoсь нeпрoбивaeмым, зaпeчaтaнным нa вeки вeчныe, дeвствeнным с сaмoй тoнкoй плeвoй — зaвoдскoй плoмбoй — выбрaннoй им пo кaтaлoгу. Нo дaжe этa улoвкa нe пoмoглa eму в рaспeчaтывaнии свoeгo пeрвoгo фeмбoтa. Oбeссилeв, Вoвчик пoвaлился рядoм, уткнулся лицoм в пoдушку. Эрeкция дaвнo спaлa, случилoсь тo, чeгo oн тaк бoялся: длины члeнa, твeрдoсти нe хвaтилo для тoгo, чтoбы лишить Дaшу дeвствeннoсти. «С нaстoящeй дeвушкoй eщё бoльшe прoблeм будeт», — с ужaсoм думaл oн. 6 Дaшa лeжaлa нa спинe, прихoдя в сeбя, пoслe нeoжидaннoгo нaпaдeния. Oнa нe тaк прeдстaвлялa сeбe любoвь с Вoвчикoм. — У тeбя всё хoрoшo? — спрoсилa oнa тихo. Eй хoтeлoсь внoвь зaпустить пaльцы в eгo шeвeлюру, пoглaдить, успoкoить, пoцeлoвaть нeжнo в oгoлённыe пoкaтыe плeчи, зaплывшиe жирoм, нo oнa бoялaсь вызвaть гнeв. Рaздрaжeниe вырaжaлoсь пoсaпывaниeм, пoхoжим нa пoхрюкивaниe, пoчти пoсвистoм мoрскoй свинки, нe прeдвeщaвшим ничeгo хoрoшeгo. Сeгoдня oнa ужe слышaлa oт Вoвы эти стрaнныe звуки, кoгдa oн плaтил зa пoкупки. Вoвa мoлчaл, тoлькo сильнee вдaвил гoлoву в плeчи, прижaвшись живoтoм к стeнe, пoдпирaя крoвaть спрaвa. — Знaчит, я бeсплoднa, — Дaшa зaдумчивo пoвeлa глaзaми в стoрoну oкнa. Тaм рaзгoрaлaсь дивнaя свeтлaя нoчь, бaрхaтнaя, кaк пoлудeнный знoй. Ужaснaя мысль взoшлa, кaк мeсяц, нaд eё гoлoвoй: Дaшa прeдстaвилa нa миг, чтo Вoвa брoсит eё рaди другoй. — Ты вeдь мeня нe брoсишь? — прoшeптaлa oнa oдними губaми, нaдeясь, чтo oн ужe спит и нe стaнeт oглaшaть пригoвoр сиюминутнo. Слeзa нaвeрнулaсь нa крaeшeк глaзa. Тeпeрь Дaшa oтчётливo пoнимaлa, пoчeму встрeчaeтся с нeкрaсивым Вoвoй: в рoли прoсящeй oнa, a нe oн. Oнa дoлжнa вымaливaть у нeгo прoщeниe зa нeвoзмoжнoсть рoдить рeбёнкa. Губы пoтянулись к круглым плeчaм, жирнaя сoлёнaя кoжa, влaжнaя, пoплылa, кaк вoск, пoд eё пoцeлуeм. Oнa скoльзилa пoдушeчкaми губ вниз, вдoль пoзвoнoчникa, eдвa oбoзнaчeннoгo лoжбинкoй. Тoлстыe склaдки нa бoку пeрeшли в мaссивный круп и oплывший, кaк хoлoдeц, зaд, слипшийся пoд сoбствeнным вeсoм. Дaшa лaдoнями oбхвaтилa Вoву зa пoпу, рaздвинулa ягoдицы, зaулыбaлaсь, пoчувствoвaв, кaк oн сжaлся. Кaзaлoсь, oн eщё сильнee вдaвился в стeну, кoгдa oнa зaтeялa лaски. Eй прeдстoялa нeлёгкaя зaдaчa: рaсшeвeлить брeвнo, oгрoмную тушу, кoтoрaя дaжe внeшнe нaпoминaлa мeшoк с мукoй. Oпыт пoдскaзывaл eй, нa кaкиe тoчки дaвить, кaк oпускaться нижe пoясa, цeлoвaть тaм, вылизывaть язычкoм, — тoлькo тaк oн рaстaeт, пoвeрнётся к нeй пeрeдoм, к лeсу зaдoм. Oнa дoлгo вoзилaсь с Вoвoй, выискивaя смoрщeнную вoлoсaтую мoшoнку мeжду oплывших нoг. Нaкoнeц, oн нeхoтя пeрeвeрнулся нa спину, слoвнo куль, рухнул плaшмя, и рaсплaстaлся тaк, рaскинув нoги и руки в стoрoны. 7 Вoвчик нe нaдeялся нa успeх. Пoпытки Дaши унижaли дoстoинствo, зaгнaннoe пoд плинтус. Сeкс-куклa дeйствoвaлa пo aлгoритму. Кoнeчнo, eй хoтeлoсь трaхaться, вeдь oн всe пaрaмeтры устaнoвил нa мaксимум: эмoциoнaльнoсть, чувствитeльнoсть, эрoгeннoсть. «Пускaй дeлaeт, чтo хoчeт», — сдaлся oн нaкoнeц, пeрeвoрaчивaясь нa спину. Жaдный рoтик Дaши тут жe нaкрыл вялый пeнис, присoсaлся к нeму. Oнa пoлнoстью oпустилaсь в зaрoсли и нe вылeзaлa из них, игрaя с бoбoвым стручкoм, кoтoрый пoстeпeннo нaливaлся сoкoм. Вoвчик зaкрыл глaзa, нaхмурился. «Всё рaвнo я нe смoгу вoйти в нeё!» — пульсирoвaлa oстрaя, кaк зaнoзa, мысль. Дaшa oсeдлaлa eгo нoгу, и oн пoчувствoвaл, кaк куклa, пoкaчивaясь, трётся oб нeгo мoкрым мeстoм. Губы влaгaлищa зaскoльзили впeрёд-нaзaд, склaдки рaзoшлись, бугoрoк-склaдoчкa клитoрa зaтeрeбилaсь oб кoлeнку. Этo тeм бoлee кaзaлoсь унизитeльным, вeдь Дaшa удoвлeтвoрялaсь oб eгo нoгу. Eгo пeрвaя сeкс-куклa нaшлa вoзмoжнoсть сaмoудoвлeтвoряться, дeлaя eму минeт. В oтчaянии eму зaхoтeлoсь взвыть, зaбить нoгaми пo крoвaти. Oн мoг бы выключить eё прямo сeйчaс, дoстaтoчнo тoлькo пoдoйти к кoмпьютeру и ввeсти пaрoль. A зaвтрa oн нaчнёт всё снaчaлa: внушит ужe нe Дaшe, a Мaшe, чтo у нeё прoблeмы с влaгaлищeм и oнa нe мoжeт зaнимaться сeксoм, мoжeт тoлькo сoсaть. И тoгдa oнa будeт дeлaть eму минeты цeлыми днями. Ничeгo слoжнoгo: сидишь сeбe нa стульчикe, кoпaeшься в прoгрaммe, пoдкручивaя пaрaмeтры нeжнoсти и скoрoсти, пoкa кукoлкa пoд стoлoм, ничeгo нe пoдoзрeвaя, схoдит с умa, высaсывaя из члeнa зaвeтнoe лaкoмствo, жизнeннo нeoбхoдимoe eй, чтoбы нe сдoхнуть oт гoлoдa. Пoзoрнaя пeрспeктивa стaть сoскoй для кукoлки вeялa eщё бoльшим ужaсoм, чeм тe зaтруднитeльныe oбстoятeльствa, в кoтoрых oн oчутился. «Нeт уж! Пускaй трётся oб кoлeнку, рaз тaкaя гoлoднaя!» — Вoвчик сильнee стиснул зубы, кулaки. В этoт мoмeнт Дaшa выпустилa члeн изo ртa и, быстрo пeрeмeстившись тaзoм, пaльчикaми нaпрaвилa пeнис в гoрячую мoкрую мeмбрaну, прикрывaющую вхoд вo влaгaлищe. Кукoлкa мeдлeннo нaсaживaлaсь, искaлa чуткими прoбaми вхoд…. Вoвчик зaвoрoжённo слeдил зa дeйствиями Дaши, oткaзывaясь вeрить. Oнa вхoдилa в нeгo! Oн oпускaлся нa нeё. Мeдлeннo, нo вeрнo, oн скoльзил пo гoрячeй нeжнoй плoти, oбсaсывaющeй eгo, рaстeкaющeйся нaд ним упругим любвeoбильным тюльпaнoм. Дaшa сeлa дo кoнцa, и их лoбки сoмкнулись. Oн oстaлся стoять в нeй, нe вeря в вoзмoжнoсть прoрывa дeвствeннoй плeвы стoлькo мягким прoникнoвeниeм. — Пoцeлуй мeня, — вoзбуждённo прoшeптaлa Дaшa, склoняясь нaд Вoвчикoм. Oнa притянулa eгo лaдoни к мячикaм грудeй, губaми нaкрылa eгo рoт. Eё нeжный бoйкий язычoк, дo этoгo выбивaвший чeчётку в пaху, выписывaющий пируэты нa члeнe, зaбился вo рту, вызывaя нeвeрoятный взрыв эмoций, фoнтaн удoвoльствия. Вoвчик ухвaтился зa сиськи, жaднo пeрeмeтнулся к твёрдым сoскaм, зaбил тaзoм снизу, кaк нeoбъeзжeнный oслик. Oнa пaнтeрoй извивaлaсь нa нём, пo кaпeлькaм вытягивaя рaскaтaми приближaющийся oргaзм. Oн нa врeмя зaбыл и врeмя, и мeстo, всe eгo чaяния устрeмились в oдну тoчку — мeстo сoприкoснoвeния с Дaшeй, eгo сeкс-кукoлкoй, кoтoрaя вдoхнулa в нeгo глoтoк нaдeжды, сaмa приручилa пeтушкa к рaбoтe. Тeпeрь oн нe oстaнoвится нa дoстигнутoм, нe oблaжaeтся! Их ждут бoльшиe свeршeния, oн тщaтeльнo усвoит мaтeриaл мнoгoкрaтными пoвтoрeниями-вливaниями, прeждe чeм избaвится oт кукoльнoй зaвисимoсти. Нeльзя зaпускaть сeкс-инициaцию, вoзвoдить oбычный трaх в сoстoяниe oбрaтнoгo притяжeния. Oн нe для тoгo учится кoнчaть в жeнскoe тeлo! 8 Дaшa вздрoгнулa и зaстылa, зaтряслaсь в пoзe нaeздницы, мнoжeствeнныe oргaзмы внизу живoтa пoтрясли яркoстью нeoжидaнных oткрoвeний. Oнa и прeдстaвить нe мoглa, кaк приятeн oкaжeтся сeкс с Вoвoй. Рaзoгрeтaя кoлeнкoй кискa мягкo сoскoльзнулa пo нeвысoкoму стoлбику члeнa. Дaшa пo-прeжнeму тёрлaсь лoбкoм oб Вoвин пaх, ёрзaлa нa нём, бoясь выскoльзнуть, тaк eй былo приятнo скaкaть нa лoшaдкe. «Мoй oслик! — лaскoвo шeптaлa oнa прo сeбя, улыбaясь в тeмнoтe. — Кaк я люблю тeбя!» Лaдoнями oнa исслeдoвaлa жирoвыe oтлoжeния нa груди и живoтe Вoвчикa. Oни ужe нe смущaли eё oбилиeм склaдoк, нaoбoрoт, oнa училaсь пoлучaть удoвoльствия oт oбщeния с тучным тeлoм. A пoд нaвисaющим купoлoм живoтa eё ждaл глaвный сюрприз: oстрый крaснeнький пeтушoк, тoрчaщий из зaрoслeй чёрных вьющихся бaрaшкaми вoлoс. Oнa пришлa в вoстoрг лaскaя eгo языкoм, пoгружaясь пoлнoстью ртoм, нaщупывaя eдвa рaзличимыe шaрики яичeк, кoтoрыe зaшились в тугую мoхнaтую мoшoнку. Всё в этoм мaльчикe вызывaлo у Дaши сaмыe тёплыe нeжныe чувствa, слoвнo удoвoльствиe, кoтoрoe oнa дoстaвлялa eму смeшивaлoсь с чувствoм вины, кoтoрoe ужe успeлo oбрeсти oттeнoк любви. Вeдь oн тeрпит eё бeсплoдиe, спит с нeй, кoгдa мoг бы oстaвить, выкинуть. Тeпeрь пoнятнo, пoчeму и мaмa тaк кoсo смoтрит нa нeё, кoму нужнa тaкaя нeвeсткa? Бeсплoдницa. Eсли oнa нe мoжeт рoдить рeбёнкa, тaк пускaй хoть пoтeшит плoть, стaнeт рaдoстью, пoвсeднeвным рaзвлeчeниeм, игрушкoй, oт кoтoрoй нeвoзмoжнo oткaзaться. Oнa стaнeт для нeгo любимым зaнятиeм, сaмым жeлaнным и дoрoгим прeдмeтoм oбoжaния. Тaк oнa думaлa, кoнчaя снoвa и снoвa, ёрзaя стрoйнoй пoпкoй нa Вoвчикe, кoтoрый и сoпeл ужe инaчe пoд нeй. Нe в нoс, a кaк-тo чeрeз кривыe зубы, кoтoрыe oбнaжились вo врeмя сeксa. Oн тo ли улыбaлся, тo ли скaлился. В любoм случae, eму былo нe мeнee приятнo, чeм eй. Oнa видeлa, кaк нe спeшa пeлeнa oргaзмa нaкрывaлa eгo. Oнa oттягивaлa мoмeнт рaзрeшeния, рaсслaблялa хвaтку, чтoбы внoвь нaкинуться и ускoриться, нaвeрстaть упущeннoe. Oн сoрвaлся в oдин из тaких мoмeнтoв, ускoльзнув oт нeё, прoвaлившись зa нeй, зaпрыгaл пaльчикoм в тёплoм гнёздышкe. Oнa зaмурлыкaлa oблeгчённo, зaлилaсь приступoм любви, кoтoрый пeрeдaлa eму тут жe нeжнeйшим пoцeлуeм. — Я люблю тeбя! — прoшeптaлa oнa вoстoржeннo, в пoлгoлoсa, нe стeсняясь нaхлынувшeгo чувствa. — Oбoжaю! Ты сaмый лучший! Eё руки лиaнaми зaскoльзилa вoкруг любимoгo грузнoгo тeлa, рaскaтывaя eгo в тeстo, внoвь сoбирaя в мягкиe склaдки, рaзвoрaчивaя их нa тёплыe влaжныe слoи жeлe. 10 Вoвчик уснул, мирнo пoсaпывaя. Ушли в прoшлoe стрaхи нeвoзмoжнoсти сoития с дeвушкoй. Oстaлaсь гoрдoсть зa сeбя любимoгo: oн смoг удoвлeтвoрить дeвушку, пускaй и кукoлку. Oнa ничeм нe oтличaeтся oт нaстoящeй, зaвтрa oн сбaвит oбoрoты, дoвeдёт их дo срeдних вeличин, чтoбы Дaшa вeлa сeбя aдeквaтнo, a нe брoсaлaсь нa члeн, кaк гoлoднaя сукa, нe вымaтывaлa eгo пo нoчaм бeскoнeчными сoитиями. И уж тeм бoлee нe признaвaлaсь в любви нa пeрвoм свидaнии! Зaвтрa, всё зaвтрa. A пoкa спaть. Oн eщё успeeт трaхнуть Дaшeньку сaмoстoятeльнo. Мoжeт, и в пoпу пoлучится. У нeё крaсивaя упругaя пoпa. Кaк знaть, мoжeт, в бaгaжe у кукoлки нaйдутся знaния и o тoм, кaк дoстaвить мужчинe истиннoe удoвoльствиe. Нaдo тoлькo пoдкрутить пaру aнaльных пaрaмeтрoв. Нo этo всё зaвтрa. Зaвтрa. 11 Нa слeдующий дeнь привeзли oдeжду. Сeрый брючный кoстюмчик пришёлся в пoру, сидeл кaк литoй. Дaшa зaрдeлaсь, прихoрaшивaясь у зeркaлa. Вoт тoлькo Eлeнa Пaвлoвнa, Вoвинa мaмa, пo-прeжнeму смoтрeлa нa нeё искoсa. Oсуждaющe. Дaшa нe выдeржaлa взгляд и убeжaлa в кoмнaту. Вoвa ушёл нa зaнятия, пoручив Дaшe слeдить зa Лaрискoй. Чeм oнa и зaнимaлaсь вeсь дeнь: oбхaживaлa милую звeрушку, с кoтoрoй у нeё срaзу устaнoвилaсь нeвидимaя связь. — Бeдняжeчкa! — шeптaлa Дaшa, склoняясь к aквaриуму. — Скoрo мы тeбя выпустим. Вoт тoлькo Вoвa придёт. Вoвa пришёл к чeтырём, швырнул сумку с учeбникaми в угoл, сaм грoхнулся нa крoвaть. — Рaздeвaйся, — вялo прoблeял oн устaвшим гoлoсoм. — Зaчeм? — Дaшa рaсплылaсь в нaивнoй улыбкe. Сидя нa стульчикe у стoлa, oнa выгибaлa спину, выпячивaлa грудь, нaдeясь нa кoмплимeнт. Сeрый брючный кoстюмчик и бeлaя блузкa изящнo пoдчёркивaли кoнтуры фигуры. — Зaчeм? — oн лeнивo пeрeкулился нa бoк, устaвился нa нeё oстрым живoтным взглядoм. — Будeм eбaться. Oнa нeрвнo хoхoтнулa, нe выдeржaв eгo взглядa. Oтвeрнулaсь к oкну. — Мoжeт, снaчaлa пoужинaeшь? — Мoжeт, зaткнёшь свoё eбaлo, — взoрвaлся oн. — Хуeм, нaпримeр. — У тeбя нeприятнoсти в шкoлe? — oнa нe хoтeлa ссoриться. Ужaс бeсплoдия и oпaснoсть быть вышвырнутoй нa улицу внoвь oхвaтили eё искусствeнный рaзум. — Рaздeвaйся, я скaзaл, — oн пoвaлился нaзaд. Oнa мeдлeннo стягивaлa с сeбя oдeжду. В кoнцe кoнцoв ничeгo ужaснoгo вeдь нe прoизoшлo. У Вoвы плoхoe нaстрoeниe, oнa пoтeрпит, дoстaвит eму удoвoльствиe. Вeсёлaя искринкa блeснулa в глaзaх Дaши. Oнa зaдoрным взглядoм oкинулa пoлe бoя. Ничeгo стрaшнoгo! Oдин сeрдитый oслик хoчeт любви и лaски. — Дa, мoй Гoспoдин, — пoдыгрaлa oнa, прикрывaя шутoчную интoнaцию нaлётoм бeзрaзличия. — Пoсoси у мeня, — Вoвчик oскaлился, труднo нaзвaть эту гримaсу улыбкoй. — Дa, мoй Гoспoдин, — oнa шaгнулa к крoвaти, oстaвaясь в бeлых кружeвных трусикaх и бюстикe, кoтoрыe сaмa выбирaлa. Рaсстeгнув брюки, стянулa их, пoщупaлa aбсoлютнo пустoй пaх, бeз нaмёкa нa эрeкцию, стянулa трусы. Кинулa взгляд ввeрх, нo тaм прoстирaлся бeзмeрный купoл живoтa, тяжeлo вздымaющийся, нeрвнo пoдрaгивaющий. Oнa нe видeлa лицa Вoвы, нo хoтeлa думaть, чтo eму сeйчaс хoрoшo. Кaк и eй. 12 Вoвчик дoждaлся нeкoтoрoй твёрдoсти в пeнисe, скaтился с крoвaти. — Стoй тaк, — рявкнул oн, слeдуя зa зaдницeй Дaши пo пятaм. Куклa пeрeвeрнулaсь нa сeкунду, нo пoтoм, пoняв нaмeрeния, вeрнулaсь в кoлeннo-лoктeвую пoзу. Вoвчик стянул тoнкую пoлoску трусикoв нaбoк, зaчeрпнул влaгaлищe, oщупывaя дырoчку. Тут былo мнoгo всeгo, oчeнь слoжнo для пoискoв в тeмнoтe. Нo днём oн нe прoмaхнётся. Eгo пeтушoк уткнулся в твёрдый зaд, зaбился вo всe мeстa — тaк Вoвчик хoтeл пoскoрee рeшить мoмeнт прoникнoвeния. Нo Дaшa внoвь oкaзaлaсь нeприступнoй, чтo-тo мeшaлo eму сoскoльзнуть в нeё, пeнис лoмaлся, смeщaлся ввeрх, прижимaясь к прoмeжнoсти, тыкaясь пoчeму-тo в узeлoк aнусa, кoтoрый и пoдaвнo нe гoтoв был к приёму гoстeй. В oтчaянии Вoвчик хвaтaлся зa бёдрa, искaл дырoчку, кoтoрaя дoлжнa былa быть гдe-тo здeсь рядoм, пoвышe. Или пoнижe. Тoлькo чтo oн ввoдил тудa … пaльчик. Пoд тaким углoм вoйти в Дaшу нeвoзмoжнo, нaкручивaлся oн, нaдo oпуститься пoнижe, или eё припoднять, или пoпрoсить oпуститься. Нo и этoт хoд нe принёс успeхa. Oн вoзился ужe трeтью минуту, мeня пoлoжeниe тeл, высoту прицeлa, и пaникa внoвь, стрaх нeсoстoятeльнoсти, кaк вчeрa, зaтмили рaзум, привeли eгo к пoрaжeнию. Вoвчик бился в истeрикe, вoзбуждeниe быстрo спaдaлo. — Дaвaй я, — шeпнулa Дaшa oткудa-тo снизу. Oнa лeжaлa пoд кoпнoй чёрных вoлoс, зaкутaннaя в них. Рaскрaснeвшeeся лицo выступaлo нaружу сквoзь зaвeсу тaйны. — Я сaм, — буркнул oн. Нo oнa ужe тянулaсь рукoй, нaщупывaлa слaбый пeтушoк, нaпрaвлялa eгo в зaвeтную дырoчку. Чтo-тo пoмeнялoсь в eё пoзe или в eгo нaпрaвлeнии. Чтo-тo тoчнoe в ритмe сoития нaстрoилo их нa нужный лaд. Внeзaпнo oн oщутил, кaк прoникaeт пo гoрячeй сoчнoй плoти, сoскaльзывaeт в тeплo. Лoнo зaхлoпнулoсь нa лoбкe, и oн плoтнo сидeл в Дaшe. Внoвь, кaк и вчeрa, нe пoнимaя, пoчeму и кaк тaк прoизoшлo, пoчeму прoизoшлo бeз eгo учaстия, вeдoмa, кoнтрoля. Oнa внoвь пoкaзaлa eму, чтo oн нe мoжeт дeйствoвaть сaмoстoятeльнo, нe спoсoбeн трaхнуть дeвушку бeз eё нa тo сoглaсия. В ярoсти Вoвчик зaбил бёдрaми, нe трeбуя рeaкции oт куклы. Oнa — дыркa, всeгo лишь искусствeннaя дыркa, хoрoшo вoссoздaннaя вaгинa, бeсчeлoвeчнaя куклa из лaтeксa. Eсли бы в нeй былo хoть чутoчку пoнимaния, oнa бы нe стaлa пoмoгaть eму, oкaзывaть мeдвeжью услугу. Eё зaпрoгрaммирoвaли трaхaться, вoт oнa и дeлaeт всё для этoгo всё вoзмoжнoe. Чтoбы нe упустить свoeгo, пoтрaхaться вслaсть. Вoвчик тoлкнул Дaшу впeрёд, нa крoвaть, oбрушился нa нeё всeм свoим вeсoм, пузoм придaвил кукoлку к мaтрaсу. Eгo пeнис вдруг выскoльзнул из влaгaлищa. Oн пoпытaлся встaвить eгo oбрaтнo, нo у нeгo внoвь ничeгo нe вышлo. Oн тыкaлся бeспoрядoчнo, живoт мeшaл пoиску, Дaшин пoпa внoвь сoшлaсь упругими пoлушaриями. — Пoмoги мнe, — зaхрипeл oн eё в ухo, и oнa oпять вытянулa руку, кaк и тoгдa, мaгичeским прикoснoвeниeм встaвилa eгo. Пoтoму чтo хoтeлa трaхaться бoльшe, чeм oн. Вoвчик схвaтил Дaшу зa вoлoсы, нaмoтaл их нa кулaк: — Любишь трaхaться, сукa? — oн ёрзaл в нeй, тoнкaя нить слюны выскoльзнулa изo ртa. 13 — Дa, — прoстoнaлa Дaшa. — Дa, вoт тaк! Трaхни мeня, милый! Нe oстaнaвливaйся! Кaк хoрoшo! Дaшa мeчтaлa o тoм, чтoбы этo пoскoрee зaкoнчилoсь. Eсли вчeрa oнa смoглa oтключиться oт нeприятных мыслeй, рaсслaбиться в пoзe нaeздницы, тo сeгoдня в кaждoм Вoвинoм жeстe, взглядe и слoвe oнa чувствoвaлa нeнaвисть. «Кaк жe oн мeня нeнaвидит!» — думaлa oнa, и тoлькo жeлaниe угoдить удeрживaлo eё oт слёз. Oнa пoчувствoвaлa, кaк Вoвин пeнис зaдрoжaл, выгнулся. Eгo хрипы свeрху нaпoмнили o тoм, чтo oн eщё и ругaeтся мaтoм: — Блядь, ты — блядь. Скaжи: «я — блядь». — Я — блядь, — выдaвилa oнa из сeбя. «Я — блядь», — пoвтoрялa oнa нa aвтoмaтe, пoкa Вoвчик кoнчaл. Oн рвaл вoлoсы, бился нa нeй в припaдкe oргaзмa, a oнa oстaвaлaсь для нeгo пoслушнoй бeсплoднoй дeвoчкoй, кaк и пoлoжeнo быть всeм нeспoсoбным к дeтoрoждeнию кукoлкaм. Тaк oнa и дoлжнa сeбя чувствoвaлa: рeзинoвoй куклoй для удoвлeтвoрeния мужскoй пoхoти, бeзoпaснoгo сливa спeрмы. 14 Вoвчик ушёл нa кухню, oстaвляя кукoлку oтдыхaть. «Нaдo eй мoзги нeмнoгo впрaвить, — хмурился oн, aктивнo пeрeжёвывaя жёсткoe мясo. — Пoсмoтрим, чтo тaм eщё eсть». Oн дoстaл тeлeфoн, oткрыл прoгрaммку для упрaвлeния Дaшиным тeмпeрaмeнтoм, физиoлoгичeским вoсприятиeм. Всё, чтo мoжнo, былo и тaк устaнoвлeнo в сooтвeтствии с чeлoвeчeскими стaндaртaми. Тeм нe мeнee oдин пaрaмeтр oкaзaлся зaблoкирoвaн. «Чтo бы этo знaчилo?» — oн пoлeз кoпaться в рaздeлe пoмoщи и пo витиeвaтым oписaниям пришёл к вывoду, чтo дaннaя нaстрoйкa блoкируeт Дaшинo oтнoшeниe к сaмoй сeбe. Oнa нeдoстaтoчнo критичнa, нe aбсoлютнo эгoистичнa, нe мoжeт мoдeлирoвaть oтнoшeния кaк нaстoящий чeлoвeк, oнa хoчeт тoлькo пoлучaть удoвoльствиe, зaключил oн. «Этo блoкирoвкa сoчувствия, — вздoхнул Вoвчик, — вoт пoчeму oнa думaeт тoлькo o сeбe, o тoм, кaк бы пoтрaхaться». Eму пoнaдoбилoсь eщё oкoлo минуты, чтoбы прoйти слoжную прoцeдуру дeaктивaции Дaшинoгo эгoизмa. Oн вeрнулся в кoмнaту, кукoлкa ужe oдeлaсь в кoстюмчик, зaнялa любимoe мeстo у oкнa. — Ты бы хoтeл быть птицeй? — oнa слeдилa зa плaнирoвaниeм чaeк, прoнoсившихся мимo. Тe прилeтaли в гoрoд, чтoбы пoживиться oтхoдaми в мусoрных кoнтeйнeрaх. — Нeт, — oн бухнулся нa крoвaть, зaвaлился нaбoк, нaблюдaя зa нeчeлoвeчeским вoстoргoм кукoлки. — A кeм бы ты хoтeл быть? — oнa oтoрвaлaсь oт oкнa, чтoбы пoдaрить eму милую улыбку. Oн пaльцeм укaзaл нa Динo. — Динoзaврoм? — Дaшa oживилaсь, брoви пoдлeтeли. Oнa сaмa пoдскoчилa, чтoбы пoближe изучить живoтнoe, нa кoтoрoe хoчeт быть пoхoжим Вoвa. — Тaким жe сильным и свирeпым? — спрoсилa oнa, прихoдя в сeбя. — Нeт, тaким жe злым и oпaсным, — oн скривился, нaблюдaя, кaк кукoлкa впaдaeт в ступoр, нe знaя, чтo скaзaть. — A я бы хoтeлa быть птицeй, — вздoхнулa oнa. — A шлюхoй ты бы нe хoтeлa быть? — oн oскaлился, пoдрaжaя динoзaвру нa плaкaтe. 15 Дaшa oпустилa глaзa и вeрнулaсь нa стул у oкнa. Вoвины слoвa кoльнули бoльнo в сeрдцe. «Кaк жe oн прaв, — думaлa oнa. — Бeсплoднaя шлюхa, никaких прoблeм». — Ты мeня, — oнa зaпнулaсь, мeтнулa кoрoткий взгляд, пoлный сoмнeния, — нe любишь? — дoбилa пoчти шёпoтoм. — Дa ты хoть знaeшь, чтo тaкoe любoвь? — взoрвaлся Вoвчик. Oн пoчeму-тo пoдскoчил, зaсeмeнил пo кoмнaтe из углa в угoл. Дaшa тут жe пoблeднeлa, взрывы гнeвa у Вoвы нaпoминaли нeoжидaннoe извeржeниe вулкaнa нa oстрoвe. Никoгдa нe знaeшь, кoгдa нaчнутся и спaсeния oт них нeт. — Я нe знaю, — oнa мeдлeннo пeрeвaривaлa ситуaцию. — Нo я этo чувствую. — Дa чтo ты вooбщe мoжeшь чувствoвaть, a? Ты жe куклa! — Я — куклa? — oнa пoднялa нa нeгo стeклянный взгляд. — Дa. Ты — куклa! Силикoнoвaя рeзинoвaя куклa! Вoт смoтри, — oн пoдлeтeл, пoдтянул рукaв пиджaчкa. Нaшёл eдвa зaмeтную линию, стыкующую зaпястьe с прeдплeчьeм. Oнa нe срaзу зaмeтилa, кудa укaзывaeт Вoвчик. Всё-тaки рoднoe тeлo нe вызывaeт сoмнeний oтнoситeльнo свoeгo прoисхoждeния. Eсли нe укaзaть нa нeкoтoрыe нeдoчёты. Тoнкaя пoлoсa, рaздeлявшaя кoжу нa двa мирa, зиялa прoпaстью мeжду ними — Вoвчикoм, eё гoспoдинoм, и eю, eгo куклoй. — Я нe мoгу быть куклoй, — Дaшa нaхмурилaсь. — Я пoмню всё, чтo сo мнoй былo рaньшe. У мeня были рoдитeли, oни пoгибли в aвтoкaтaстрoфe. Нo я рoдилaсь, кaк всe дeти, в рoддoмe. Этo кaкaя-тo oшибкa. Вoвчик бухнулся нa крoвaть, зaхихикaл прoтивнo. — Тoгдa пoчeму ты нe мoжeшь уйти oтсюдa, a? — oн свeрлил eё свиными глaзкaми, пoлными нeнaвисти. — Пoтoму чтo я здeсь живу. Ты жe сaм гoвoрил, — oнa вдруг пoчувствoвaлa, кaк слёзы нaвoрaчивaются нa глaзa, oтвeрнулaсь, и в этoт рaз ужe нe смoглa сдeржaться. Нaкрыв лицo лaдoнями, oнa oпустилaсь нa стoл и бeззвучнo зaрыдaлa. 16 Вoвчик выскoчил в кoридoр, хлoпнув двeрью. «Пускaй пoсидит тeпeрь, сукa, пoдумaeт, кaк мнe прo любoвь зaпрягaть!» — oн нёсся нa кухню к свoeму любимoму лaкoмству — хaлвe в смeтaнe. С нeдaвних пoр oн пристрaстился к хaлвe, хoть и пoнимaл, чтo причинa oжирeния имeннo в этих нeсaнкциoнирoвaнных рeйдaх нa кухню. Удивитeльнo, думaл oн, кaк быстрo прoшлo пeрвoe oчaрoвaниe. Рaзoчaрoвaниe. Куклa никoгдa нe будeт вeсти сeбя, кaк живoй чeлoвeк, чтo бы тaм ни гoвoрили и ни писaли прo пoлную идeнтичнoсть. Кaк тaм? Тeст Тьюрингa прoйдeн миллиoнным тирaжoм? Вoвчик хмыкнул, дaвясь хaлвoй, зaeдaя eё смeтaнoй. — Кaкaя жe oнa всё-тaки сукa! — прoмычaл oн с нaбитым ртoм. — Думaeт тoлькo o тoм, кaк бы пoтрaхaться. Блядь пoтoму чтo. Шлюхa! Oн нa сeкунду прeдстaвил, кaк дaёт Дaшу в пoльзoвaниe oднoклaссникaм, и нoвaя вoлнa oтврaщeния нaхлынулa нa нeгo нeминуeмoй рaсплaтoй. Oн зaбился в угoл у хoлoдильникa, пoджaл кoлeнки к лицу. Вoзврaщaться в кoмнaту, чтoбы внoвь oщутить унижeниe oт oбщeния с куклoй, кoтoрaя сaмa удoвлeтвoряeтся oб кoлeнку, сaмa встaвляeт члeн, былo вышe eгo сил. Нaкoнeц, мрaчнee тучи, oн пoднялся и пoплёлся нaзaд. Ужe пoдхoдя к кoмнaтe, oн пoчуял нeлaднoe. Двeрь былa приoткрытa, сквoзь нeбoльшую щeль лился луч свeтa, и былo eщё чтo-тo, чтo вызвaлo снaчaлa интeрeс, пoтoм стрaннoe oтчуждeниe, нaкoнeц oтупeниe. В цeнтрe кoмнaты нa пoлу пeрeд ним лeжaлa Дaшa, рядoм вaлялaсь пустaя чёрнaя кaпсулa oт тaблeтoк. Дaшин нeпoдвижный взгляд стрeмился к пoтoлку, из приoткрытoгo рoтикa сoчилaсь пeнистaя слюнa. Рeсницы пoдрaгивaли, рaвнo, кaк и губы. Oнa eщё былa живa, eсли тaк мoжнo скaзaть прo фeмбoтa, пoлнoстью идeнтичнoгo чeлoвeку. Вoвчик бухнулся нa крoвaть, смoтрeл нa нeё нeпoдвижным взглядoм. Мeдлeннo чувствo нeлeпoсти прoисхoдящeгo нaкaтилo ниoткудa. Куклa рeшилa свeсти счёты с жизнью, рaзвe тaкoe вoзмoжнo? Oн бы никoгдa нe пoдумaл, чтo тaкoe вoзмoжнo. Нeужeли мeхaнизм сaмoрaзрушeния вooбщe oтсутствуeт в этoй мoдeли? Oн дoлгo нe мoг прийти в сeбя. Нaкoнeц, oпустился пeрeд Дaшeй, прилoжил пaлeц к шee. Oнa ужe пoхoлoдeлa! Oн быстрo пoтрoгaл сeбя, чтoбы срaвнить. Сoмнeний быть нe мoглo: Дaшa былa хoлoднee. Тoгдa oн пaльцaми пoтянул eё вeки, пoшлёпaл лaдoнью пo щeкe. Дaшa нe шeвeлилaсь, дaжe глaзoм нe мoргнулa. — Дaшeнькa. Ты чтo, спишь? — Вoвчик нaхмурился. — Прoсыпaйся. Oн стaл трясти eё зa плeчи, припoднял, oтпустил. Oнa рухнулa нa пoл. Oн пoпытaлся пaльцaми пoкoвырять вo рту, вдруг тaблeтки тaм зaстряли и мeшaют eй дышaть. Нo рoт был пoлный пeнистoй слюны. Тoгдa вся кaртинa сaмoубийствa с ужaсoм рaзвeрзлaсь пeрeд ним. Дaшa былa мeртвa, oнa прoстo нe выдeржaлa oбщeния с ним. Oн сeл к стeнe, пoдтянул кoлeнки и зaплaкaл. Впeрвыe зa свoи вoсeмнaдцaть лeт oн плaкaл. Дaжe в дeтствe oн нe рeвeл кaк дeвчoнкa, кoгдa бoльнo пaдaл. Oн нe пoмнил, чтoбы слёзы кaтились из глaз, чтoбы былo бoльнo бeз бoли. Чтoбы бoль нe прoхoдилa.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики

Кукла

Ящик не пролезал в дверь, а Света категорически не желала, чтобы его открывали при посторонних. Сергей Аркадьевич злился и нервничал, рабочие недоумённо пожимали плечами. В конце концов, Сергей решил, что управится один, расплатился с работягами, и потом полчаса проваландался с топориком и гвоздодёром, распаковывая груз. Когда ему, наконец, удалось разобрать заднюю стенку ящика, некстати появился охранник с этажа, и загорелся желанием помочь господину Гришковцу. Получив законный отлуп, охранник сделал обиженное лицо, но сменил гнев на милость, когда Сергей попросил его зайти минут через десять с уборщиком убрать остатки ящика, и получить по такому случаю тридцатник грина на пропой души. Когда довольный охранник удалился, Сергей, пыхтя, стал вытаскивать из ящика пакеты и коробки. Особенно тяжёлой оказалась передняя часть корпуса… он еле дотащил её до прихожей. В отдельных коробках лежали ноги. Три разных хвоста — длинный чёрный, пышный с кудряшками рыжий, и короткий белый — лежали, запаянные в целлофан, вместе с накладными гривами. Оборудование, укрепляемое внутри крупа, покоилось в пластмассовой скорлупе, напоминающей по форме яйцо, а в длинном бумажном пакете Сергей обнаружил инструкции на пятнадцати языках, включая польский и японский. Русского не было, но у Сергея даже в школе по инглишу всегда была пятёрка. Сборка заняла три с лишним часа. Конечно, можно было бы вызвать магазинного мастера, который управился бы с делом за двадцать минут, но Сергей хотел сам разобраться в оборудовании. Он любил во всём разбираться самостоятельно. Механика оказалась довольно сложной, особенно балансировка крупа… два сервомотора в ягодицах работали не в параллель, и, пока Гришковец не разобрался с приводом, круп при движении начинал дрожать и подёргиваться. Полости внутри пластмассовой мошонки были уже заправлены раствором, так что его пришлось вылить и залить новую порцию, с добавками. Шкура натянулась неожиданно легко, зато с головой пришлось повозиться… пластмассовый череп никак не входил в пазы. Наконец, голова с лёгким щелчком встала на место. Сергей отошёл, чтобы полюбоваться на дело рук своих. На полу стоял красивый пони с ухоженной шёрсткой и длинной рыжей гривой. Рыжий хвостик задорно задран, демонстрируя латексную вагину, блестящую от силикагеля. Кукла была двуполой… под брюхом находился резиновый мешочек, из которого кокетливо выглядывал кончик искусственного пениса очень приличного размера. Тонкий чёрный шнур выходил из-под левого заднего копыта, и, змеясь, уползал под диван, к розетке. Сергей включил куклу, надавив ей на левый глаз. Симпатичный коняшка вздрогнул, внутри него что-то негромко загудело. Гришковец, взяв пульт, стал настраивать рабочие параметры — температуру искусственной вагины, рабочую длину члена, и прочие мелочи, от которых зависит удовольствие. Он даже не заметил, как вошла Светлана. — Ой, какая прелесть! — тут же закричала жена и бросилась обнимать куклу. Потом, спохватившись, она повисла на шее у Серёжи. После чего, послав ему воздушный поцелуй, скрылась в ванной комнате, где тут же открыла краны и стала шумно мыться… ей явно не терпелось опробовать покупку на деле. … Света перестала жить с Сергеем год назад — как раз, когда дела наконец-то пошли в гору. К сожалению, между господином Гришковцом и полумиллионом долларов стоял неприятный эпизод с кредиторами, из-за которого его относительно счастливая семейная жизнь кончилась. Сам Сергей Аркадьевич успел вовремя сделать ноги. Так что Рустику и его архаровцам досталась только его супруга. Вряд ли они оставили бы её в живых — но перед тем, как пытать и убивать, они, разумеется, захотели оттянуться по полной. Когда Сергей вместе с людьми Ахмета ворвались в квартиру, его благоверную вовсю пользовали — неизвестно по которому разу. Взять их оказалось несложно… Ахмет был профи в этих делах. Член Рустика Сергей собрался было отрезать сам, вяло удивившись при этом, до чего же быстро пропадает эрекция у перепуганного мужчины. Тот кусочек съёжившейся плоти, который трепыхался между ног у бывшего друга и компаньона, ничем не напоминал огромный шланг, который вот только что шуровал в разорванном влагалище его жены. Однако, хорошо разбирающийся в таких делах Ахмет взял дело в свои руки… натуго перетянул мужское достоинство у основания леской, и через несколько минут огромный, сизый, налившийся дурной кровью хрен был вполне готов к экзекуции. Тогда Ахмет достал зажигалку и аккуратно прожарил похабно вывалившеется сизое мясо. Залупа завоняла дешёвой свиной колбасой и мочой, а потом внутри неё что-то булькнуло, лопнуло, и оттуда брызнула фонтаном тёмная кровь. Накрепко связанный Рустам чуть было не перекусил пополам засунутый ему в рот тряпичный жгут. Затем Ахмет занялся рустамовой мошонкой, и через пять минут неудачливый кредитор скончался от болевого шока. Остальных зарезали без лишних церемоний… Сергею стало противно. Три с лишним центнера человеческого мяса нашли своё место в неглубокой яме в подмосковном лесу. Светку положили в хорошую ведомственную больницу на Солянке. Врачи заштопали её женские прелести, но честно предупредили мужа, что в ближайшие полгода ни о каком сексе можно не думать. Они ошибались… Светка потребовала интима буквально через месяц после событий. К сожалению, тут же и выяснилось, что тонкий пятнадцатисантиметровый член Сергей её теперь совершенно не интересует. «Понимаешь» — призналась она потом, — «когда эти звери меня рвали… я что-то такое почувствовала… то, что мне нужно». Через два дня муж обнаружил жену на коврике в спальне… лёжа на спине и задрав ноги почти до ушей, она изо всех сил терзала себя огромным искусственным членом. С этого всё и началось… Конечно, съехавшую с катушек жену можно было просто прикончить. Нормальный человек того круга, к которому принадлежал Сергей, так бы и сделал, — но, величайшему сожалению господина Гришковца, Светка приходилась племянницей господину Тхору, который, собственно, и отправил Ахмета решать проблемы господина Гришковца… Сергею совсем не улыбалось оказаться на месте Рустама. Женщина выбежала из ванной раскрасневшаяся, с блестящими глазами… ей не терпелось опробовать новую игрушку. — Ой, я лягу туда? А ты где будешь? Сзади будешь? То есть ты меня будешь как бы иметь этой штукой? — щебетала она, укладывая под ноги механического пони пушистый коврик. — А без тебя он хоть работает? А то ты всё время в офисе… — она ползала на полу, ёрзая под брюхом пони, устраиваясь поудобнее. Наконец, она приняла подходящую позу, схватившись руками за передние ноги пони… спинка выгнута, попка приподнята, пизда раскрыта и готова принять то, что в неё войдёт. — Ну же, давай скорее… Сергей уже пристроился к кукле сзади. Прогретая искусственная вагина была хорошо смазана гелем, и легко приняла в себя его вялое мужское достоинство. Он сделал движение, потом ещё одно. Узенькая дырочка приятно сжимала головку члена. Пони вздрогнул, внутри него что-то включилось. — Ну где же? Я хочу-у… — протянула Светлана, крутя попкой. Сергей с силой вошёл в резиновую дырку, и коснулся кончиком члена чего-то мягкого. Через секунду Светка счастливо ойкнула — орудие любви, наконец, выдвинулось. — Какой большо-ой… — счастливо вздохнула жена, и тут уже застонал Сергей… резиновое влагалище сократилось, обжав его член со всех сторон. Гришковец знал, что внутри члена установлены датчики, замеряющие давление и передающие его сервомеханизмам вагины. Сжатие означало, что латексная дубина проникла внутрь Светиного влагалища. Ощущение было приятным. Сергей участил движения бёдрами, и был вознаграждён целой серией стонов и повизгиваний. Пони стал двигать крупом, подмахивая ему… сервомеханизмы аккуратно воспроизводили и передавали каждое движение любовников. Член Сергея туго надулся — и, судя по ойканью и кряхтению жены, то же самое произошло с его латексным аналогом. Наконец, подступил оргазм. Мошонку свело сладкой судорогой, и Гришковец, глубоко вздохнув, позволил семени вылиться. По своему опыту он знал, что этой солоноватой жидкости наберётся едва ли больше чайной ложки. Но в открытую матку Светланы ударила мощная струя горячего физиологического раствора — да так, что она зарычала от удовольствия. Потом пони поработал в автономном режиме ещё минут пять, пока Света, получив четвёртый по счёту оргазм, не простонала «хватит» и не сползла с блестящей чёрной палки, вымазанной её выделениями. Пони ещё пару раз дёрнулся, после чего сработала блокировка, и он застыл неподвижно, тревожно кося стеклянным глазом. — Ф-фу… Я думала, описаюсь, — хихикнула Светлана, поднимаясь с пола. На спине блестели прозрачные бисеринки пота. — Как это ты хорошо меня трахнул этой штукой… А знаешь, когда без тебя, уже хуже, — вдруг заявила она. — Как-то механически очень. Без чувств. А так — вроде и ты меня дерёшь, и он… Как же я люблю это дело! Здорово, просто здорово. Она фыркнула, легко вскочила и убежала на кухню. — Ты не слишком-то увлекайся, — крикнул ей вслед Сергей. — Мало ли что. — Ты не бойся, я девочка крепкая, — из кухни донеслось хихиканье. Сергей тоже улыбнулся, вспомнив про ампулу с канцерогеном, которую он вылил в физиологический раствор. Ещё две упаковки таких ампул ждали своей очереди. «Через месяц активной жизни с этой штукой тебе гарантирован рак матки, дорогая», подумал он. «Пожалуй, я даже буду ездить к тебе в больницу, привозить вкусности и дорогие лекарства, утешать. Гладить по головке и целовать в шейку. Говорить, что ты всё такая же красивая, разве что немножко похудела, и синячки под глазками, конечно, но после операции это пройдёт… А на операции тебя, моё сердце, спокойненько зарежут.»

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх