Без рубрики

Моя дядя

1 Мой дядя самых честных правил, В истории он след оставил, И был прославлен на всю Русь, Я рассказать про то берусь. Его поместье находилось В укромном, тихом уголке, Где ручейка вода журчилась, Давая жизнь большой реке. России дивная природа, Которой любовался он, Была обычной для народа, Живущего, в поместье том. Так жизнь бежала быстроного, И вот шестнадцать лет, в Покров, Мой дядя празднует. Дорога, Ведёт гостей из хуторов. Собралось множество знакомых, На бал съезжались все спеша. А дядя под святой иконой Встал на колени и шептал. Вдруг двери тихо отворились, И он увидел пред собой Ту грудь, которой так стремился, Коснуться с детства он рукой! Пред ним, вся в бело-голубом Стояла дочь отца Степана. Она была немного пьяна, Но речь идёт тут не о том! Захлопнув двери за собою, Засов задвинула рукою. И повернувшись к дяде Вове, Кивнула тихо головою. Он отвернулся весь дрожа, (Какая нежная душа!) В его мозгу всё закружилось: Что, где, зачем и почему?! И как всё это получилось, Что Танечка пришла к нему?!? И повернувшись для вопроса: < Зачем пришла ты, мол, ко мне? > Так и остался безголосо Стоять с открытым ртом вдвойне. 2 Не удивляйся, друг читатель. Я тоже сладостный мечтатель. Но время ты не торопи, А слушая тихонько жди. Я отступлю от темы нашей, И расскажу про Танин род. Который знал честной народ, Как род служителей креста. Отец Танюши знаменит. Как только колокол звенит, В его священную обитель Сбегается толпа людей: Баб, молодух и проблядей. И тихо заходя в обитель, Садятся в ряд на лавки все. Отец Степан, производитель, Улыбку прячет в бороде. Росточку малого, от роду Был он, но сила не в ногах. Огромный член дала природа Такой, что путался в штанах! И прихожанки знали точно, Что грех идти к нему им ночью. И в простоте души невинной, Своей делились половиной. За алтарём, манимых знаком, Иных Степан драл даже раком! И исповедь приняв её, Он говорил: < Иди же с миром! Во вторник вновь, дитя моё, Я напою тебя эликсиром! > Танюша ж жила безутешна, В шестнадцать лет, ещё безгрешна! Ведь не было у ней партнёра Гуляки парня, лихача, А ещё лучше б, если хором! (Её заветная мечта) И если грусть её точила, Она брала лопату в руки И аккуратно заводила В пизду, в экстаза, сладкой муке. Бывало, утро настаёт, Танюша открывает рот И, скаля зубы, так зевает, Что носом стенку задевает. Встаёт с постели еле, еле (Как сильно ноги задубели!) И чешет их в одном местечке, Пока не началася течка. Подходит к зеркалу сонливо, Берёт за грудь себя игриво, И между ног её зажав, Суёт в пизду, соском попав. Но так и не войдя в экстаз, Пускает менстру в медный таз. На конюшню идет молча, Где конь копытом землю топчет. Залазит молча под коня, За член его рукой беря. И конь с размаху её раз: (А — ж слёзы покатились с глаз!!!) Но долго так не продолжалось, Однажды Таня наебалась. Лягнул коняга её так, В навоза кучу отлетев, Подняться не могла ни как. И после случая такого, Искала Танечка другого Себе на палку жениха, Чтоб с ним познать Весь вкус греха. Бывало, вся уже дрожит, От жажды друга дорогого, Но парня нет у них другого На хуторе, а он молчит. Молчит и дрочит, втихаря Её томив, себя губя. 3 А сам мой дядя парень бравый, И мастер золотые руки! Он дрочит левой, дрочит правой, Но не с желанья, а со скуки. В шкафу, под стопкою тетрадей, Свою он тайно книгу прячет. О связях половых, внебрачных, И о любви к животным, блядям. Животных полный дом у них: Собаки, куры, овцы, кошки. Их Вовочка ебал немножко, Но не соседских, а своих! Бывало курицу поймает, И на хуй молча одевает. Та извивается, орёт, А он её ебёт, ебёт! У ней уж пух летит кусками, И курица кричит рывками, (Под такт движений его члена) У ней из жопы лезет пена, Но он её не выпускает. И та, предсмертный стон издав, Поносом дядю чуть обдав, Так умирает без всего, Всё ж не приняв любовь его. И день за днём домашний скот, Берёт у дяди Вовы в рот. Хозяйка Вовочку ругает, Зачем зверей он обижает? Ведь легче блядь найти ей сыну, Чем мучить бедную скотину. И так однажды, тихо в ночь, Она к Степану побежала. И попросила, чтобы дочь Ебаться Вовке её дала. (А Танька лишь о том мечтала!) Договорились, в день рождения Она придёт к нему в имение, И разрешит их все сомнения. 4 Итак, продолжу свой рассказ, Мы снова в комнате знакомой. Вот дядя, под святой иконой, Лёг на полу, под ним матрас. Лежит он в позе деловитой, И словно горюшком убитый, Сложил ручёнки на пупок (И лучше выдумать не смог) А Танечка сидела рядом И жадным, полным ласки взглядом, Смотрела на его прибор (Висящий вяло до сих пор) Но вдруг встрепенулась она и зарделась, И, встав на карачки, к нему подползла, И нежно рукой за головку взяла. Поморщилась, крякнула, сплюнув в проход, Уста приоткрыв, жадно сунула в рот. Головка разбухла и в гландах застряла, А Танечка часто и нервно икала. < Как быть, промедление смерти подобно?!> Подумала Таня в беспамятстве злобно. А может, за яйца схватив его кинуть, И тут же залупу со рта ложкой вынуть? Решила, рванула за яйца, и вот Кровь брызнула струйкой, Он ей порвал рот. И сам весь в крови на колени упал, И словно змея, извиваясь дрожал. Она всё молчала, и он всё молчал. Она не кричала, и он не кричал! А утром их нашёл слуга, Обоих мёртвых. От греха Сбежал он прочь к отцу Степану, И рассказал всё без обмана. Что дочь его, в улыбке страшной Лежит с залупою во рту, А рядом, в позе столь ужастной, Валялся дядя весь в поту. И чтоб скандал не поднимать, И прессу к ним не привлекать, Их ночью тайно схоронили, Лишь чуть припудрили, умыли. И с той поры, аж до сих пор (Я слышал бабок разговор) Лишь только полная луна, Взойдёт на небе, как одна Выходит тенью из могилы И молвит так протяжно: < Милый! > И руки тянет, и плывёт. И если уж кого найдёт, На той дороге в час ночной, Схватив утащит за собой, В свою могилу, молвит люд. Быть может правда, может лгут, То я не знаю, Бог уж с ними (Они давно лежат в могиле) И я закончу свой рассказ, Не стану боле мучить вас.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх