Без рубрики

Моя история

Я расскажу вам несколько историй, которые произошли со мной в моей юности и которые изменили мою жизнь. История первая. Было это давно. Я ещё был четырнадцатилетним пацаном. Семья наша была небольшая — я, мой старший брат и наша мать. Жили мы тихо в небольшой, но очень уютной трехкомнатной квартире. Окна выходили на тихую зеленую улочку и по ночам, когда деревья качались от ветра, на стенах нашей с братом комнаты появлялись странные и удивительные узоры, которые меняли свою причудливую форму. Блики фонарей освещали мое и тело моего брата, и по ночам, когда мне не спалось я тихо смотрел то на стену, то на моего брата, то просто в темное окно. Отдельно хочу рассказать о своем брате. Звали его Павел. Ему было в то время семнадцать лет и он, как и все школьники которые заканчивают школы, мечтал о новой и взрослой жизни. У нас с братом были странные отношения. Нельзя сказать, что б мы сильно любили друг друга, скорее всего это просто не проявлялось в тех формах взаимоотношений, которые обычно существуют между братьями. Ноя знал, что у меня есть брат, и что я могу всегда на него положиться. Наши отношения несмотря ни на что были нежными. Жили мы с братом в одной комнате. Наши кровати стояли друг на против. И как бывает у всех подростков у нас были секреты о которых мы не говорили ни другим и ни друг другу, хотя и догадывались. Личная жизнь Пашки только становилась на ноги, не го появилась подруга, которой он очень гордился и чему я сильно завидовал. В своих мечтах я представлял себе как буду обнимать ее, как буду снимать с ее тела одежду и как буду засовывать свой член в ее влажную плоть. От этого мой член набухал, становился упругим и твердым, яйца нудно болели, и только дрочка могла помочь мне в таки минуты. Я дрочил всегда и везде. Дрочил постоянно. Я знал, что Пашка не брезгует этим, но это были только мои догадки. Обычно наши занятия мастурбации происходили в полном одиночестве. Только белесые пятна на черных семейных ситцевых трусах моего брата выдавали в нем онаниста, такого же, как и я. В бане, когда мы раздевались и его трусы, вывернутые на изнанку упали на пол, я как то спросил у него с улыбкой на губах: — Паш, а что это за пятна такие у тебя на трусах, а? Посмотри-ка лучше на свои — ответил он, и стянул с меня мои семейки, вывернул и сунул мне поднос. А еще я завидовал большому и толстому члены моего брата. По утрам, просыпаясь и вставая в школу, я смотрел на его стояк. Сквозь семейки можно было разглядеть, что его член был сантиметров 20, и это вызывало во мне беспокойство: Когда же и у меня будет такой? Я теребил свой член, и мерил его линейкой надеясь, что он вырос за то время, что прошло, но он как-то все не рос. Брат с ехидством смотрел на меня по утрам и вместо смущения только все больше демонстрировал свою красоты и все более распалял меня, заставляя тем самым порой спускать по утрам прямо в туалете. В тот вечер мы легли спать и, что беспокоило меня. Мне снились странные сны. Как будто бы кто гоняться за мной, догоняет меня, стягивает с меня одежду, валит на землю и пытается засунуть свой огромный член мне рот. Проснулся я среди ночи, лоб у меня мокрый был от поту. И тут услышал я поскрипывание лёгкое. Чуть-чуть так, еле слышно. Что такое? Глянул на Павла, — темнота-то не совсем кромешная, фонари с улицы в окно светили чуток, — а у него одеяло трясётся вроде. Я подумал, что может, показалось мне. Пригляделся — так и есть. Обе руки у него — под одеялом, и оно трясётся. Дрочил Пашка. Так — подумал я, попался братишка. Во вне, что заиграло, какие то новые непривычные ощущения появились, какая-то приятная и сладкая истома стала разливаться по моему телу откуда с низу, начиная с паха и подниматься все выше и выше:. Гляжу я, значит, на брата, а в голове звенеть начало. Так и хотелось подойти к нему, забраться под его одеяло. Я это любил делать ещё чуть ли не с пелёнок. Вот, я и решил осмелеть. В один прыжок я оказался в его кровати, он даже опомниться не успел, только проворчал: — Чего не спишь-то, ё-моё?: А я на этом не остановился. Откуда смелость взялась? Рукой своей, как бы нечаянно, я раз — и прикоснулся к его члену. Чувствую — стоит колом. Думаю, будь, что будет! Засунул руку ему в трусы и ухватил. Федька дёрнулся: — Ты чего это? Ну, соображаю, пора в открытую говорить: — Федь, — говорю, — ты дрочил, я видел. Хочешь, я тебе сам? — Ты не дури давай — ответил он мне, при этом его голос был не так суров и это давало мне надежду на продолжение. А руку-то мою не убирает. Я и давай водить туда-сюда, вверх-вниз. Его член был похож на большой гриб. Толстая головка не давала натянуть кожицу и мне приходилось водить только по стволу. Тесные трусы не давали мне развернуться, движения были скованы, а Пашка разошелся не на шутку. Сопит и ерзает, двигает задом в такт моим движениям руки. Что б было поудобнее я сел на его грудь, спиной к его лицу, откинул одеяло и стянул с него черные ситцевые трусы. Передо мной предстало все хозяйство брата. Большой член с толстой лиловой головкой подрагивал от нетерпения, а яйца в отвисшей мошонке подпрыгивали в такт моим движениям. И тут руки брата стали скользить по моей спине и подниматься все выше и выше. А потом он с силой направил мою голову к своему члену. Ты чего? — спросил я. Давай возьми его в рот, пожалуйста:. — тихо прошептал Пашка. Не знаю откуда во мне взялась смелость. Я потянулся губами к его члену и начал облизывать головку. Павел запыхтел. Я начал сосать головку, больше ничего в рот ко мне не помещалось, при этом мне так хорошо-хорошо стало. Сосу, сосу, сосу Я разошёлся, прямо как паровоз: Фёдор привстал: — Васёк, не чмокай: Мать услышит. — Ладно, — говорю, — хорошо тебе? — Здорово. Это меня ещё больше подхлестнуло. Я уж порядком устал, но заставил себя ещё работать. Пашка уж тоже вспотел. Ногами стал выделывать. Выделывать — то раскинет их, то сожмёт: Видать, от этого ему ещё лучше делалось. Чувствую, дышит он шумно, дёргаться начал, так я ртом ещё сильнее заработал. Ещё чуток, и он чуть не кричит: — Вась, погоди: Хорош: Вынь изо рта: Да что ж ты: Ой: Ну сами понимаете, в рот мне тут полилась сперма по научному, а по-нашенски — просто спущёнка. Тёплая такая, вязкая: Я изо рта-то его члена выдернул, так она, родимая, в рожу мне стреляет, рожей увернусь, она — в шею, в грудь, конца и края ей не видать. Пашка стонет, мне аж боязно стало: — Паш, — шепчу, — не стони так, мать бы не услышала. Вот ведь, кино-то какое! То он меня урезонивает, то я его. Наконец Павел отспускался, и я побежал в туалет, к умывальнику. Как глянул на себя в зеркало — вся рожа залита как сметаной словно. Аж сопли висят и не капают только по причине густоты своей. Я давай умываться изо всех сил. А вода-то холодная! Спущёнку только в клей превращает, а ни хрена не смывается, собака. Не дай бог, мать в туалет встанет: Я — хвать мыло, давай рожу свою мылить: Помню, мыло ещё в глаза попало. Короче — намучался я тогда. Мать, слава богу, не вышла. Отмылся вроде, возвращаюсь обратно, Павел всё так же и лежит, как лежал — без одеяла, без трусов своих семейных чёрных. Член все такой же толстый с обнаженной головкой поник и блестит. Спит, что ли? Подошёл я и лёг прямо на него. Обнял меня руками — не спит. Заговорил со мной: — Сильно устал? — Есть маленько, — говорю. — Я тебя сильно напачкал? — Есть маленько, — отвечаю. Его сильные руки скользили по мне. Он гладил мою спину. Потом ниже и ниже. От этого по моему телу разливалось тепло. Я был как никогда счастлив и спокоен. Мы просто лежали и молчали. Говорить было нечего да и не нужно. Все было ясно. Так прошло около часа. Пашка встал. Он почесал яйца и натянул на головку кожицу. Он нагнулся и поднял с пола трусы, расправил их и стал просовывать свои ноги в штанины. Надев трусы Пашка подошел к кровати, я лёг на бок, и он обнял меня сзади. Было ещё не совсем уж поздно, я посмотрел на часы, когда возвращался из коридора — без пяти час. Короче заснули. Среди ночи где-то опять я проснулся. Видно не суждено было спать-то. Отчего проснулся? Да от Пашки, от кого же ещё? Руками сжимает меня во сне, и его член мне в задницу упирается. Наверное, Анька, его подруга, ему снится: А мне ничего, приятно. Я и давай задницей-то специально поворачивать, чтобы его стоячий член лучше почувствовать. Он, наверное, тоже проснулся, а может, и не спал давно: — Вась, — говорит, — давай я тебя туда? — Куда? — не понял я. — Ну:, в попку. Я как-то тогда не ожидал этого, не был готов. Да делать нечего. — Давай, — говорю. Пашка встал с кровати. В лучах света уличных фонарей я смог разглядеть его тело. Трусы были оттопырены, и его член торчал кверху и при этом подрагивал. Павел подрачивая, попросил меня встать с кровати. Я не знал. Что делать дальше. Я вообще не представлял, как это будет происходить, и что мне надо делать. Я поднялся с кровати. Пашка присел на корточки передо мной и стал стягивать трусы. Какой он у тебя! — сказал он и погладил мне член. Павел встал и стал стягивать с себя трусы. Делал он все как-то неуклюже и волновался. Сняв трусы, он встал передо мной. Повисла тяжелая пауза. Подумав немного он развернул меня и подтолкнул к спинке кровати. Обопрись и нагнись — тихо сказал он мне. Его рука поглаживала член, а я бесприкасловно выполнял его просьбы. Васёк, если будет чуток больно, ты потерпи. Но, только не пищи, а то что матери-то говорить будем? Ну, а если уж сил не будет, тогда скажи, я уж не стану. Потерплю, — отвечаю, — давай. Начал он пристраиваться. Присел чуток, старается вправить: Не тут-то было. У него у самого ещё опыта-то в этом деле не было никакого, не говоря уж про меня, пацана. Туда-сюда:, чувствую, залупа его упёрлась мне в дырочку и вползать стала. Боль я почувствовал. Больно, — шепчу ему. Отстранился он, на ладонь поплевал, член смочил и — опять. Вроде, побольше залез. Ан, всё ж-таки, тяжело это было. Попка-то у меня тогда совсем маленькая была, детская, а елдёнка у него — для любой манды находка! В общем, уж и так, и сяк крутились-вертелись, а никак он, бедный, не засунет толком. И тут умишко мой мальчишеский подсказал: — Паша, а если смазать? — Можно, а чем? — Кремом для лица. Тот, что по жирнее… — Попробуем. Он выдавил крем на член, на руку и стал растерать его по моему очку и по своему члену… Пошло, пошло, поехало! Скользкий-то член сухому не ровня, да и попка моя, видать, уже расширилась за это время. Его головка быстро проскочила через что то и Пашка остановился. Потом он резким толчком просунул мне весь свой член по самые яйца, да так что они хлопнули по моим, а я подпрыгнул и на какое то время повис на его члене. Он навалился все телом на меня и прошептал: — Ну вот и все. А ты боялся! Ты Васек узенький, а в нутрии у тебя так тепло:. Спросите — больно ли было мне? Да не столько больно, сколько страшновато. Всё-таки такая палка! Как бы, думаю, не повредить мне там печёнки-селезёнки всякие. А у него, видать, так хорошо пошло: Добился, чего хотел, аж дрожит весь дрожью мелкой. Руками меня то за грудь обхватит, то — за шею, за живот. Долго он меня е: ал-то! Или мне это так показалось тогда? Короче, стал я уже покрякивать. Он тогда протянул руку, взял пальцами мою пипирку и ну её дрочить. Мне сразу легче стало. А Федька всё сильней толкает. Член его хлюпает у меня в попке. Чувствую Пашка на подходе. Ой, как он застонал-то! Это было уж очень громко. Я тут только понял, что кончать будет в меня. Я представил как потом будет капать спущенка из моей задницы. — Паша! Ты только в меня не кончай! — сказал я. — Да — только это и смог выдавить из себя Пашка. А голос-то у него как дрожал! ОН резко выдернул член, и спущёнка хлестала мне на задницу, да на ляжки. Ё-моё! Пашка шатаясь подошел к кровати и сел. Его член был красный и блестел. А стоял по моим ногам и ягодицам стекала сперма. — Подожди — Сказал брат, — сейчас я тебе оботру. Он достал какую то тряпку, обтер свой член, а потом подошел ко мне, присел и стал обтирать меня. Мы так и легли не раздеваясь. Брат обнял меня и свободной рукой поглаживал мне спину и живот. Заснули мы уже где-то к утру. А он, едва рассвело и хлопнула дверь за матерью, вскочил, его член снова стоял колом и размахивая им, стал вытирать пол от следов ночного приключения. Потом он повел меня в ванную и стал мыть. От его прикосновений мой член стал подниматься и Пашка стал подрачивать мне все быстрее и быстрее. Сильными толчками из меня вылетела струя спермы, и я застонал. Пашка быстренько принялся за свой член и через несколько минут тоже кончил:. Вот такая история номер один.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики
Без рубрики

Моя история

Здравствуйте. Сейчас глубокая ночь. Я немножко пьян. Зачем я пишу все это, я не знаю, но просто мне очень хочется рассказать все это кому-нибудь. Я устал держать это в себе. Случилось моя love-story два года назад. Сначала, пожалуй расскажу немного о себе. Сейчас мне 20 лет, я, если так можно сказать, учусь в нашем местном государственном университете. Где я живу, в каком городе я говорить не буду. Скажу лишь что наш город является столицей, население где-то миллиона два. Началось все с того, что мой отец начал работать, а точнее его компаньоном стал сын одного очень высокопоставленного лица в нашей республике. Как потом напечатали в газете, он в неофициальном табеле о рангах занимал пятое место. Это все давала моему отцу замечательные перспективы и огромные возможности. Сын этого высокого чиновника был моложе моего отца на десять лет, был откровенно не слишком смышлен, а мой отец был (и есть) очень большим специалистом по финансам и всему что с ними связано. Короче он такой супер финансист. Делает деньги как говориться из воздуха. Вот, и работал он с этим сыном вместе, они очень быстро подружились и стали компаньонами. Мозгом был мой отец, а прикрытие и связями был компаньон. Конечно, у моего отца тоже были к тому времени очень большие связи, но очень многие люди готовы были сотрудничать и работать с ним, ведь они прекрасно знали чей сын компаньон моего отца. Мозгом был мой отец, а компаньон так сказать прикрытием и связями. Для нас начались золотые времена. Не буду вам все рассказывать, думаю любой человек может понять все те возможности которые представились тогда нашей семье. Из самых замечательных это конечно огромные деньги, шикарные машины, различные удостоверения и прочее, прочее. Вплоть до общения с нашим президентом, пребывании в его президентском дворце. Я уж не говорю что всякая там мафия и прочие криминальные структуры сразу оказались где-то там внизу, на помойке. Меня не мог тронуть никто, даже менты. Нетрудно представить что тогда со мной происходило… В универ я вообще не ходил, все ставилось само по себе, в моем распоряжении был спец гараж, любые машины… Деньги. Их было так много, что тратить их было просто некуда… Бесконечные попойки, проститутки, аварии на пьяную голову… Я вообще плохо помню те дни… Но потом что-то случилось и я стал исправляться. Мама меня всегда выручала в трудную минуту и давала советы. Потом я стал опять самим собой, конечно все что было раньше продолжалось, но теперь все было обдуманно и можно сказать почти культурно. Но чего-то хотелось. А чего хотеть 18-ти летнему парню, когда у него есть все, что вообще можно мечтать. Я мечтал о том, что нельзя было купить. Я мечтал о любви. Да, со мной была готова быть любая девушка, стоило только посмотреть. Но это просто раздражало, что любят не меня, а кого-то другого, абстрактного, этакий образ. Образ думаю описывать не надо. Они любили все… машины, деньги, коттеджи, путешествия, но не любили при этом меня… Сначала меня это вообще нисколько не волновало, но за буквально 2 года я понял то, что некоторые понимают только в конце жизни. Я понял, что мне нужно то, что даже я не смогу купить ни за какие деньги. Мне нужна была она. Она. Однажды мы совершенно просто так, без цели пошли в один ночной клуб. Я куда-то отошел, а когда пришел на место где мы сидели, там уже сидели мои друганы с тремя девушками. Было темно и я не видел их лица. Потом оказалось, что это были девушки которых мы заприметили около входа. Я подсел, а мои друзья в этот момент куда-то смылись. Мы начали разговаривать друг с другом, я сел между ними. Потом они увидели какого-то парня и дружно начали от него так сказать прятаться. Делали они это дружно ложась мне, полулежащему, на грудь. Справа были двое, а слева была соответственно третья девушка. И вот они все прятались и прятались, ложились на меня. Потом я, не знаю почему, повернулся лицом к девушке которая была слева от меня. Это было так романтично для меня. У меня такого не было никогда. Мы едва касались друг друга щеками, я чувствовал ее дыхание. Затем я начал иногда осторожно касаться губами ее губ. Это продолжалось довольно долго, потом мы начали целоваться. Затем мы ушли куда-то, сели одни и начали разговаривать. При этом я о себе ничего не рассказывал, только где учусь, что делаю… Мы сидели и просто разговаривали. Изредка целовались. Затем нам надо было уходить, я взял ее номер, сказал что позвоню. Затем я почему-то не вспоминал о ней целую неделю. Потом позвонил. Мы встретились. Был конец лета, я пришел к ней. Самое прикольное было то, что я не помнил ее внешность. В клубе было темно и там я ее толком и не рассмотрел. Она оказалась красавицей. К тому же она была моделью. Мы встретились и поехали к моему другу. Мы решили не проводить время так как проводили его всегда. Мой друг приготовил шикарный ужин (причем сам!), мы сидели за столом со своими девушками и приятно проводили время. Вот тогда я понял, что мне нужно. Мне нужно было спокойствие. Я получил его вместе с ней. Мы начали встречаться. Она ничего обо мне не знала, она думала что я лишь простой богатый мальчишка, каких в нашем городе много. Мы встречались полгода. Я признался ей в любви. Наконец у меня появился человек которому я мог делать добро, за которым мог ухаживать, дарить свою ласку и тепло. Она была моей девушкой. Но потом что-то случилось и она ничего не объясняя сказала, что нам надо расстаться, что мы не подходим друг другу. Я тогда первый раз заплакал перед девушкой. Я сидел у нее на лестничной площадке, как какой-нибудь, как сказали бы мои друзья, лох, в сотый раз говорил что люблю ее и тихо плакал. Не знаю что тогда со мной случилось, но именно тогда я понял что все, что мне нужно от моей никчемной жизни это она. Тогда я осознал, что я действительно люблю ее. Но она была непреклонна. Мы расстались. Я очень часто звонил ей. Сначала мы постоянно ругались, потому что я приставал к ней с вопросом «почему?»… Она ничего не могла объяснить… Говорила, что просто все вдруг исчезло… Я горевал, лез на стенки, напивался каждый день… Так продолжалось где-то месяца три. Потом случилось кое-что непредвиденное. Отца сына компаньона моего отца уволили. Да, и таких больших людей тоже увольняют. Он сам подал заявление, но конечно это была не его воля. Я не буду ничего объяснять, но нашлись силы, которые захотели убрать его с поста. Все это делалось ради президентского места на следующих выборах. Конечно, мало что изменилось. Разве что всякие там «ксивы» отобрали, неприкосновенности… И на мгновение мне показалось, что все рухнуло. Хотя конечно денег уже было и на меня, и на моих детей, и может и на детей моих детей… Но вообще это здесь лишь косвенно. Девушке своей бывшей я часто звонил, мы были лишь друзьями. Ну конечно я ее свои другом никогда не считал, но лишь так я мог видеть ее, слышать ее голос. Мы общались. она жила с братом и мамой. Отец развелся с ее мамой, когда ей было лет 13. А тогда ей уже было 17. Ее отец был владельцем крупной газеты в нашем городе. Газета эта имела такое большое распространение и любовь горожан, что являлась по сути самым популярным изданием в городе. Сначала, когда отец только покинул их она его ненавидела. Потом постепенно стала общаться, затем они сильно сдружились и она опять полюбила его. Он был состоятельный бизнесмен, зарабатывал большие деньги. Помогал бывшей семье. Ну а дочку свою просто баловал. Она была счастлива. Она рассказывала мне о том как он о ней теперь заботиться и вся прямо-таки светилась от счастья. Я верил, что ей это нужно и что ей без этого очень плохо и трудно. Всегда трудно жить без одного из родителей. И вот так случилось, что именно в этой газете появилась статья, большая статья, на первой полосе, о том как и почему сняли с поста этого самого чиновника. Я читал эту статью, она на сто процентов была заказной. Я ничего такого не предполагал. Я ни думал ничего плохого. Но однажды я совершенно случайным образом услышал разговор моего отца, его компаньона и отца этого компаньона. Этот теперь уже бывший чиновник попал в опалу. Теперь ему было нечего делать в этом городе, все равно с ним бы теперь уже не так работали, не так относились, если бы вообще согласились работать. И услышал я, что он интересовался кто владеет этой газетой, какая тварь. Ну кто-то сказал, кто, и затем я услышал то, чего не должен был слышать. Короче я узнал, что этого человека убьют. Зачем это было нужно я не понимал, наверное просто от обиды, месть. Но я ведь прекрасно знал кто был владельцем той газеты. Это был ее отец… Времени было мало. Предать отца и позвонив ей, рассказать ей все, что я знал, я, хотя и хотел, но не мог. Я никогда не забуду той ночи, когда я узнал это. Тогда мне предстояло принять решение, от которого зависела чья-то жизнь. Это решение предстояло принять парню, которому было лишь восемнадцать и, который ничего не знал о реальной жизни. Мне предстояло решить, жить человеку или нет. Я не знал когда и где это произойдет. Всю ночь я сидел и думал… Наверное, хотя это звучит смешно, больше я так долго никогда не думал… Через 2 дня его убили. В подъезде собственного дома. Я звонил ей, никто не брал. Своего отца я не предал. Хотя мое отношение к нему очень испортилось. Я не мог смотреть на него, разговаривать с ним. Я не мог предать его, но я ненавидел его. Хотя он тут был и не причем. Но он был заодно. Спустя два дня после убийства я приехал к ней домой. Ее телефон все также молчал. Дверь открыла ее мать. Она была в нормальном состоянии, она думаю не очень печалилась. Она ничего мне не сказала, она знала как я отношусь к ее дочери. Она показала на ее комнату и сказала что она оттуда не выходит с тех пор как узнала. Сидит, не ест, не пьет, плачет дни напролет. Я зашел. Она валялась на кровати, вся красная и ужасно заплаканная. На нее было страшно смотреть. Но мне было еще хуже. Я предал ее. Я убил ее отца… Тогда я так думал. Я сел рядом. Я сидел и она не обращала на меня никакого внимания. Я сидел и гладил ее по голове. В моих глазах тоже стояли слезы. В тот день я остался ночевать с ней. Я так никогда не делал, но ее мать ни разу не зашла к нам. Я, как был в одежде, лег рядом. Она уткнулась в мою грудь и все также то плакала, то просто лежала и всхлипывала. Потом мы уснули. Наутро мы поехали на похороны. Мой отец не знал кто был отец моей девушки. Он вообще всегда мало интересовался моими делами. В тот день я сказал ему куда иду и что случилось. Он ничего мне не сказал, он лишь нахмурил брови и сказал — да, такое бывает… Он долго смотрел как я собираюсь, все время молчал. Затем он громко вздохнул и ушел куда-то. Я не простился и пошел. Пока я ехал к ней, я плакал. Ее отца похоронили. Она постоянно плакала. С тех пор как его убили до похорон она ни маме, ни мне не сказала ни слова. Я стоял и держал ее за руку. Я знал, что мне нельзя было приходить туда, но ее я бросить не мог. Я так погано никогда и ни при каких обстоятельствах себя еще не чувствовал. Я даже хотел умереть. Еще неделю она приходила в себя. Я всюду всегда был с ней. Днем и ночью. Каждую минуту. Мы снова были вместе, но тогда я об этом не думал. Мне хотелось упасть ей в ноги и просить прощения. Через полгода я предложил ей свою руку и сердце. Она согласилась. Сейчас мне двадцать. Мы живем вместе. Одни. У нас родился ребенок. Девочка. Мы назвали ее также, как и маму. Своего отца я предпочитаю не видеть. Мы редко видимся. Моя тайна все еще во мне. Она об этом никогда не узнает. Она никогда не узнает, что я разрешил убить ее отца… Что тот, кого она любит, убил ее любовь. История и персонажи вымышленные. Все случайные совпадения с реальностью — случайны.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики

Моя история

Все описанное здесь правда… Наверно ее можно назвать «русская красавица»: круглое лицо, длинные светлые волосы, но главное, что сразу бросалось в глаза это грудь, как я потом узнал 4-го размера, в итоге в коридоре вначале появлялась ее грудь, а уже потом все остальное. Я не бабник, и не умею соблазнять женщин, и в случае с ней я как обычно только пялился на нее, но дальше дело не продвигалось. Все случилось в тот день, когда мы запустили систему сообщений между компьютерами в компании, я написал ей тестовое сообщение, она ответила, я ей и т. д. Мы разговорились, и я сказал, что еду в компании на выходные в гости к приятелю. «С женой» спросила она, я сказал, что нет, жена отдыхает у тещи, «тогда с любовницей», «тоже нет, нету любовницы, а у тебя есть любовник?», «да, и даже два»… !!! После небольшого диалога, я осмелился и спросил не хотела бы она встретиться со мной, «а почему бы и нет, мне интересно», что ей было интересно я не стал уточнять. Договорились встретиться после работы. Когда оказались на улице, она сказала, что ей нужно домой на минутку, как потом оказалось, она приняла душ и одела соответствующее белье, ничего не скажешь — профессионалка! Мы взяли такси и поехали к ней, потом через 10 минут ко мне. У меня вначале прошли на кухню, пили шампанское, болтали, потом переместились в комнату на диван, но я все не решался начать атаку, дурачок, она то явно знала за чем ехала! Минут через 10 я дрожащим от волнения голосом предложил ей сесть ко мне на колени, она встала и вместо того чтобы сесть боком ко мне как ожидал я, подтянула юбку до талии и села верхом лицом ко мне и давай целовать взасос. Я просто охуел!!! Картина была потрясная, на ней были чулки и трусики, даже не танго, а просто с веревочкой вместо резинки и на попе, и все это хозяйство в одно мгновение оказалось в моих руках. Тут уже я не стал теряться расстегнул ее блузку, выдернул груди из лифчика и начал мять, а грудь у нее мало того что большая, так еще и упругая, или это было от ее возбуждения. Девица прыг с меня, встает на колени и начинает заниматься моим членом, вытаскивает его и сразу в рот, и давай сосать, я еще раз охуел от такой инициативы. Так не пойдет подумал я, посадил ее на диван и сам занялся ее киской, начал вылизывать, а она как давай стрелять оргазмами, не помню сколько было, но не один и не два точно. Кончилось тем, что я развернул ее, поставил на четвереньки и трахнул. А потом после отдыха еще раз, уже на полу. Это было только начало нашего романа. Все лето мы регулярно занимались сексом, как правило это было в моей комнате, я или ебал ее на столе, или раком около стола или она делал мне минет. Но однажды произошло такое… Мы гуляли вечером и поли пиво, уселись на скамеечке и я просунул руку ей под комбинезон и терзал грудь, в конце концов она завелась и потащила меня в находящийся рядом парк. Там забрались в какие-то кусты, она сняла комбинезон, а он был сплошной с брюками и если не снять его, то никак не потрахаться. И вот стоит она абсолютно голая, наклонилась ко мне задницей, и трахаю ее и одновременно отгоняю комаров, а особенно стараюсь с груди, которая тажело лежит в моих ладонях. Как думаете, может нормальный мужик долго продержаться, конечно нет, секунд через 20 я спускаю в нее и вытаскиваю инструмент. Она разгибается, конечно не проебанная, не испытавшая так желаемого оргазма, но делать нечего, у меня уже повис. Одеваемся, и идем по аллейке, а у мой знакомой была такая особенность, что если ее не проебали, она и идти не может и ножки дрожат и вообще слабость, так и сейчас пришлось опять сесть на скамейку. Ну я сразу опять в комбинезон и давай ей грудь мять, соски накручивать, тут она вообще поплыла, положила голову мне на плечо и стонет, а сама руку себе в трусики и мастурбирует там. Я решил ей помочь и сам переключился на клитор, а она расстегнула мне ширинку и ласкает мой член. Для удобства я вытащил член наружу, благо уже стало темно. Моя красавица, не в силах больше терпеть, скидывает с себя комбинезон, накидывает его себе на спину и прыг на меня верхом своим прекрасным личиком ко мне и пошла скачка… На следующий день у нее все ножки были в синяках от скамейки. Трахаемся мы так, а прохожие, несмотря на ночь, нет-нет да и пройдут по алее. Девушка опять получает оргазм за оргазмом, а я никак не могу, во-первых недавно спустил, а во вторых прохожие мешают. Левой рукой я ее грудь мну, а правую под задницу просунул и палец в попку. Прыгает она уже на два фронта. Время идет, а я никак не могу кончить, думаю чем черт не шутит и шепнул — я хочу в попку. Раньше я кстати никогда не трахал женщину в задницу. Моя подружка, не секунды не медля, поднимается с моего члена и передвигается поближе ко мне, пытается сесть задницей на мой член, но не получается, тогда она разворачивается ко мне спиной, направляет рукой член во вторую дырку и просто садится на мой хуй. Я читал в инете, что нужно медленно, не спеша, чтобы больно не было, а тут просто прыг и хуй уже весь в ее заднице! И опять скачка, и опять оргазмы. Я рукой проверил, пизда свободна — точно в попке. Сейчас она уже сидела голая лицом к алее, и редкие прохожие наверно наблюдали исключительную картину. Так прошло еще несколько минут, чувствую надо что-то делать чтобы кончить самому, я ее остановил, мы вместе поднялись со скамейки, развернулись, она опять наклонилась вперед, и я стал сам трахать ее, но уже в попку. Где-то через минуту мне удалось спустить в нее. Девушка достала из своей сумочки две салфетки, одной вытерла мой член, другой подтерлась сама и мы пошли по домам, кстати теперь ее походка была легкой — грудь впереди, бедра раскачиваются, загляденье, но мои яйца были настолько пусты, что даже рука не поднималась погладить ее по заднице… Все описанное здесь истинная правда, сам до сих пор удивляюсь случившемуся! Максим.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх