Ночные забавы

Маша заканчивала свой танец. Значит, подошла моя очередь, и я ушла за сцену. Как раз вовремя, песня уже закончилась. «Перед вами танцевала прекрасная Мари, встречайте очаровательную Кэрри!», — прозвучал голос в зале. Это точно, Маши здесь нет, есть только Мари. И есть только Кэрри. Я вышла на сцену. Софиты ударили по глазам. Это мой первый выход сегодня, шоу только начинается. Я подошла к пилону. В руках салфетка — опасно танцевать, если рура скользкая. Протереть шест, чтобы это было незаметно — тоже искусство. Клиент должен видеть только танец. Я знаю, что выгляжу сногсшибательно. Черные лаковые ботфорты на высоченной платформе. Черные кружевные трусики. Корсет на завязках. Бюстгальтер в комплект к остальному. Вообще-то я люблю белое белье. Но в клубе оно оказывается очень непрактичным — быстро пачкается. А это уже совсем не эротично. Распущенные каштановые волосы продолжают каждое движение танца. Часть клиентов не замечает ничего другого, кроме этих волос. Музыка играет, я танцую. И изучаю посетителей. Их пока не очень много. Несколько расположилось на диванах по углам зала. Парочка торчит за бар-стойкой. С отвращением посмотрела на их свисающие ниже пояса животы. Перед такими танцевать-то противно, не говоря о чем-то еще. Не подойду к ним ни за что. Ничего, Кэрри подойдет. Двое парней сидело слева, на диване под сценой. Попеременно к ним на колени прыгала какая-то девица. Юбка задиралась по пояс, но ее это только веселило. Администратор зала угрюмо наблюдал за этой троицей, но пока ничего не предпринимал. Справа в углу развалился мужчина. «Турок», так называли его девочки за характерную внешность. Этот из постоянных клиентов. Всякий раз приходит с новой девицей. И зачем он их сюда водит? К этому тоже не подойду, девочки жаловались на его грубость. Но его здесь терпят, денег он оставляет прилично. Я расстегнула корсет и отправила его за кулисы. Следом за ним полетел и бюстгальтер. Парни с девицей на коленях заулюлюкали. Посредине сидело двое. Нет, они не вместе. Тот, что левее — совсем молоденький. Симпатичный. Стильная прическа, брендовая одежда — видно, он при деньгах. Это не только я замечаю, возле парня уже крутились Мари и Николь. Сегодня он будет мой, если захочу. Правее сидел некто постарше, но тоже молодой. Он курил кальян и бросал на меня небрежные взгляды. Старается выглядеть уверенно. Чем уверенней ты хочешь казаться, тем быстрее твои деньги станут моими. Он новичок, это видно. Спросите — по каким признакам? Не скажу, не знаю. Но это видно. И я собираюсь это подтвердить. Песня заканчивалась. Мне вдруг захотелось выполнить свой коронный номер — поперечный шпагат на пилоне с вращением вокруг оси. Этот трюк я обычно приберегаю на потом, но слишком уж скучающее выражение лица у того мальчика с кальяном. И вот мои ноги вытянуты в одну струнку вдоль пилона. Держусь за шест одной рукой, другая висит свободно. Чуть выгибаю спину и наклоняю голову. Волосы водопадом струятся вниз. Я делаю оборот, приковывая к себе взгляды всех мужчин в зале. Еще один оборот, быстрее. Волосы развеваются шелковым шлейфом. Еще один оборот. В зале свист и аплодисменты. Турок, улыбаясь, что-то рассказывает своей девице, указывая на меня пальцем. Пьяная барышня из троицы слева злобно вперилась завистливым взглядом. Еще бы, ведь ее кавалеры потеряли к ней всякий интерес и смотрят только на меня. Молоденький парнишка забыл струсить сигарету, и пепел сейчас свалится ему прямо на брюки. А этот с кальяном продолжает сидеть с отсутствующим видом! Ну ты нахал! Ты чего сюда пришел? Ну все, считай, что ты нарвался! Мой танец окончен. Подобрала за кулисами корсет и бюстгальтер, оделась. Посмотрелась в зеркало, поправила волосы. Дыхание выровнялось. С зеркала на меня смотрела такая конфетка, что захотелось пофлиртовать с самой собою. Я вышла в зал и медленно прошлась вдоль сцены, ловя на себе восхищенные взгляды. Подошла к любителю кальяна. — Привет, с тобой можно покурить кальян? — Привет, конечно! Присаживайся. Надо же, улыбка искренняя и голос приятный. — Угостишь девушку? — А что ты хочешь? — Может быть, бутылочку вина? — Ой, а оно тебе надо? Ты что, пьешь на работе? Вообще-то я действительно мало пью. Пьяные танцы на пилоне чреваты. Но ему-то зачем это знать? — Ну, выпьем вместе, не хочешь? — одариваю его улыбкой наивной малолетки. — Да я сегодня уже достаточно выпил. А вот покурить вместе — с удовольствием! Жлоб что ли? Ладно, алкоголь мне и правда сейчас ни к чему. — Ну, давай покурим. Какой аромат? — Понятия не имею, что принесли, то и курю. А на сцене ты очень хороша! Ты посмотри, он заметил! Я просто счастлива! Да я везде и всегда хороша! И только идиоты этого не замечают! — Спасибо. — Ты профессионально танцуешь? Такой шпагат не всякий сделает. Неужели. Тебе-то почем знать? Цену себе набиваешь? — Я от природы гибкая. Мне это легко дается. Девочки мне завидуют даже. — А мальчики от тебя в восторге. А ты еще какие-то трюки делаешь? Да. Особенно хорошо удается перекачивать деньги из ваших карманов в мои. А ты при этом будешь сидеть и глотать розовые сопли. — Трюки? Ну я танцую, а дальше — по настроению. — Значит — мне повезло. По всему видно — настроение у тебя сегодня, что надо. Поверь, скоро оно станет еще лучшим. А ты похудеешь на несколько сотен. — А ты часто стрип-клубы посещаешь? — Заметно, да? Улыбается. Хочет подкупить своей искренностью? Но это лучше, чем если бы стал строить из себя клубного героя. — Немного. Я тоже не вру. И тоже улыбаюсь ему в ответ. Не хочется портить хорошо начавшийся разговор. — Кажется, здесь тебя зовут Кэрри? Это что еще за «здесь»?! — Бинго, вы ответили на вопрос на миллион долларов! — Мы потратим его вместе. А он ничего. В чувстве юмора ему точно не откажешь. Беру мундштук кальяна, меняю одноразовый кончик. Вдыхаю. Прохладный дым приятно разливается по всему телу. Со вкусом дыни. Мне нравится. — Чем занимается Кэрри вне этого клуба? Чем занимается студентка 4-го курса? Ходит на пары. Сдает экзамены. Строит планы на будущее. — Катаюсь на мотоцикле. — Да ты что! Расскажи подробней! Нет, подожди, дай представить. Лето, море, Казантип. День завершается, закатное солнце превращает облака над горизонтом в розовые перья. Тусовка только начинается, но музыка уже играет. Молодежь собирается. Кучкуется у дороги, потягивая из разноцветных бутылок, и затягиваясь разновкусными сигаретами. И тут рев мотора заглушает музыку. Все оборачиваются и видят, как ночной демон подлетает к ним на красном спортивном мотоцикле. Демон весь в черном. Черный облегающий защитный комбинезон, черные перчатки, черный шлем. Останавливается, глушит мотор и перекидывает ногу через мотоцикл. Все ахают. Ведь по фигуре сразу видно, что это девушка. И чтобы рассеять всякие сомнения, демон одной рукой снимает шлем, из-под которого вырывается грива каштановых волос. Вечерний бриз их подхватывает, и они развиваются гербовым флагом. Все замолкают, стоят с открытыми ртами. Даже музыка затихла. Королева ночи явилась на бал. Я смеюсь, нет хохочу. На эту тему так красочно надо мной еще не шутили. А ведь в этом что-то есть! Какие-то похожие фантазии меня и вправду навещали! С этой надо поиграть отдельно! — Ну ты наплел! Ты какой-то словоблуд! Ой, блин, я тут с тобой заговорилась совсем. — Но ты ведь правда ездишь на мотоцикле? — Да, правда. Потом поговорим. Я лечу на сцену. Администрация не любит пауз между номерами. И вот я снова танцую. Настроение приподнятое. Ох, сейчас я вам станцую, готовьтесь! Что-то мне подсказывает, что не «вам», а «тебе». Боже, мне хочется танцевать только для этого мальчика! А я даже не знаю, как его зовут! Я танцую, и смотрю на него. А он смотрит на меня, не отрываясь. И нет в его взгляде ни похоти, ни хамского оценивания. Взгляд его легкий, от него не хочется прикрыться. И мне тоже легко. Я — Сальма Хайек, а он — Квентин Тарантино. Tito & Tarantula играют свою знаменитую After Dark. Я — воплощение соблазна. Сейчас я стану лить виски по ноге, а все вокруг начнут превращаться в вампиров. Я танцую, и не хочу останавливаться. Я наслаждаюсь танцем, он доводит меня до какого-то экстаза. Публика на это реагирует. Раздаются свист и аплодисменты. Руки протягивают деньги на сцену. Я это замечаю, но игнорирую. Ты здесь из-за денег! Ты что, забыла?! Быстро взяла, пока не передумали! Танец окончен. Я собираю деньги и ухожу за сцену. Меня тянет продолжить этот разговор. По дороге кто-то хватает за запястье и предлагает исполнить ему приват. Я вырываюсь, и со словами «Не сейчас» бегу к дивану перед сценой. Как мило с твоей стороны! Отказать клиенту из-за незаконченного разговора! Да ты совсем сдурела! — Привет. — Привет. Это было очень круто! Даже лучше, чем в прошлый раз. Ну так, старалась же. — Спасибо. — Знаешь, ты мне напомнила Сальму Хайек из «От заката до рассвета». Он что, мысли читает? — Только змеи на шее у меня не было. — Ты и без змеи выглядела очень… опасной, что ли. — Да? Почему это? — Ну вот свяжешься с тобой — и все время надо быть на чеку. Не расслабишься. Один уже связался… Да что ты об этом знаешь! — Неправда, я ласковая и пушистая. — Да. Как пантера. — Кажется, мы говорили о мотоциклах. — Да, и я не дал тебе рассказать. Ну, рассказывай! — На самом деле, у меня нет красного спортивного мотоцикла. На самом деле, у меня нет никакого мотоцикла. Это был его мотоцикл. — Но ты хочешь иметь мотоцикл, да? — Да, я бы хотела. — Подожди, дай угадаю. Ты работаешь здесь, чтобы накопить на мотоцикл? — Какой догадливый. Ничего ты не понимаешь… — Я работаю здесь, чтобы помочь маме… Господи, зачем я это говорю?! Ему-то не все равно! Зачем я о ней вспомнила? Боже, это она во всем виновата! Это из-за нее я здесь! Из-за ее беспомощности и бессилия! И теперь сильной приходится быть мне… — А мама, конечно, берет деньги, и не спрашивает, откуда они. Ты кто такой? Ты будешь мне рассказывать, что такое хорошо и что такое плохо? Может, еще и жизни меня поучишь? — Маме знать совсем не обязательно. — А кто знает? Он знал. Терпел поначалу. Потом эти вспышки ревности, эти скандалы, придирки к каждой мелочи! А потом — «Давай останемся друзьями». Что это значит, кто мне объяснит? Что значит — «останемся»? Почему — «Давай останемся друзьями», а не — «Выходи за меня замуж»? Я смотрю на него. Мне надо с кем-то это обсудить. Я уже не могу больше держать это в себе. С ним? Ну, а какая разница, с кем? Не с мамой же… Он — просто случайный попутчик. Мы пассажиры в одном вагоне, но нам в разные стороны. Нет, не буду. «Уважаемые посетители. Только сейчас объявляется акция. Полный стриптиз в приватной кабинке за полцены. 200 гривен вместо 400. В течение двух песен наслаждайтесь танцем только для вас. Спешите, акция действует, пока звучит это объявление!» — Пошли в приват. — Ты знаешь, мне и так хорошо. С тобой. Я вижу, ты хочешь о чем-то поговорить. Давай поговорим. Тоже мне, психоаналитик. Может, еще и счет мне выставишь? — Ой, оно тебе надо — грузить тебя моими проблемами? — Ну почему? Если я начну грузиться — мы поменяем тему разговора, да и все. Почему ему хочется рассказать, довериться? Я не хотела ни с кем об этом говорить, а с ним — захотелось. — Объясни, что означает фраза «Давай останемся друзьями»? Пауза, задумался. — С парнем разругалась? — Да не то, чтоб мы ругались, но закончилось все этими словами. — Он знает, где ты работаешь. — Да. — Ты с ним здесь и познакомилась. — Да. — Он хочет, чтоб ты закончила с этим. — Да. — И предлагает тебе денег. — Да!!! А ведь он попал в самое яблочко!»Сколько тебе надо денег?», — не этот ли вопрос я постоянно слышала? — Он хочет тебя купить. Я молчу. — Скажи мне, как тебя зовут? — Катя. — Катя. Вот, что я тебе скажу, Катя. Этот парень смотрит на тебя, и видит Кэрри. Он не может понять, что Кэрри есть только здесь, в этом клубе. И что вне его есть только Катя. И что Катя — это не Кэрри. Катя — это обычная девочка, с обычными желаниями. Катя хочет быть любимой, но ее любовь нельзя купить. И ее свободу нельзя купить. (Порно истории) А Кэрри существует только для того, чтобы Катя была свободной. А ведь так оно и есть! Он прав в каждом слове! Да я это и сама знаю, ничего нового он не сказал. Но я рада это услышать со стороны. — Да, он все время говорил о деньгах. Что мне только надо назвать сумму. — А ты боялась их брать. — Да. — Это вопрос доверия между людьми. Значит — ты ему не доверяла. — Но я хотела. — Знаешь, Катя, главное — это быть самим собой. Есть присказка такая: «После свадьбы женщина хочет, чтоб мужчина поменялся, а мужчина хочет, чтоб женщина не менялась». — И что это значит? — Это значит, что для того, чтоб понравиться кому-то, мы часто ведем себя не так, какими мы есть на самом деле. Мы стараемся понравиться, и в этом вся проблема. Ведь это только фактор времени, когда мы устанем притворяться, и покажем свое истинное лицо. Это может произойти через 2 недели, через 2 месяца или через 20 лет. Вопрос в том, готова ли ты притворяться 20 лет? Может, лучше сразу найти того, перед кем не нужно играть? — А такой человек есть? — Конечно! Я в этом абсолютно уверен! — Хотелось бы мне разделять твою уверенность. — Пока что ты уверенна только в одном: если сегодня ты возьмешь у него денег, то завтра он станет рассказывать, что и как тебе делать. Я достала сигарету. Он услужливо взял коробок спичек. Достает спичку, чиркает ней о коробок. Выдерживает паузу. Огонек разгорается. Подносит его к кончику моей сигареты. Я наблюдаю за его руками. У него тонкие и длинные пальцы. Ухоженные ногти. Ладонь под стать пальцам, не широкая. Это изящные руки, руки аристократа. Его пальцы двигаются очень грациозно. Плавно и точно, без лишней суеты. Это пальцы для ласки и любви. Мы закурили. Я поплакалась, и мне стало легче. Мне захотелось его обнять. Я придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. Он обнял меня за талию, и нам было хорошо. — Знаешь что, я не могу просто так здесь сидеть с тобой. — Почему? — Администраторам это не понравится. Я и так отказала одному клиенту. — Ты поступай, как считаешь нужным, я перечить не буду. — Но вот если мы пойдем в приват, то клуб претензий не предъявит. — Мы пойдем, Кэрри. Я благодарно на него посмотрела. Он понял. Он действительно понял. Кати здесь нет, здесь только Кэрри. И только Кэрри танцует приват. — Пойдем? Как раз акция… — Пойдем. Мы пошли на второй этаж. Вошли в кабинку с приглушенным светом. У меня даже немного участился пульс. Ты здесь из-за денег! Ты меня слышишь, Кэрри?! И это сегодня только твой первый приват! А будешь себя так дальше вести — то и последний! Я толкнула его в грудь, и он упал на диван. Я снова веду охоту. Я хищница. Мои движения плавные, но агрессивные. Я почти что на его коленях. Он близко, опасно близко. Моя грудь танцует у него перед лицом. Я чувствую его возбуждение. Оно заполняет пространство, и жертве уже не уйти. Я задираю его футболку и одним движением стягиваю через голову. У него поджарое тело. Не худое, а именно сухое, поджарое. Без грамма лишнего жира. И без передутых мышц. Зато каждую отчетливо видно. Он определенно держит себя в форме. Свет сверху подчеркивает рельеф груди и плоский живот с характерными кубиками. Мне нравится его тело. Я скольжу у него по бедрам. Ощущаю твердый бугорок его уязвимого места. Он кладет свои руки мне на бедра. Кажется, такая поза ему привычна. Я продолжаю характерные движения. Его руки задели попу и прошлись по спине. Он едва-едва касается пальцами моего тела. Я не зря обратила на них внимание. По мне пробегают мурашки. Он сосредотачивается между лопаток, на «кошачьем» месте. Моя кожа покрывается испариной. Он прижимает меня к себе, ныряя лицом в ложбинку между грудями. Я чувствую его губы и язык на своей коже. Его руки уже спереди. Он охватил ладонями груди. Совсем чуть-чуть, но сила его рук пронзает мое тело, заставляя спину выгибаться дугой. Как эта нежность касаний сочетается с силой хватки? Определенно, мне бы хотелось выяснить это в деталях. Он поднимает на меня глаза. Теперь у меня мурашки от одного его взгляда. — Как тебя зовут? — Катя. Что?!!! — Скажи еще раз. — Катя. Опомнись!!! — Я хочу тебя, Катя. Нет!!! Я Кэрри, Кэрри, Кэрри! А ты козел! Что ты меня лапаешь?! Ненавижу, когда лапают! Дома жен своих лапайте! Господи, зачем ты сделал их такими козлами? Убери свои руки! Убери, убери, убери!!! Хочешь меня?! А я хочу только денег, ты понял?! Ты?! Ты можешь это понять?! Хватает тебе мозгов?! Он как будто почувствовал мою ярость. Откинулся на диван. Вытянул на его спинке руки. Смотрит на меня ровно и, кажется, с легкой тоской. Как будто ждет, когда уйдет эта накрывшая меня волна. Этот взгляд меня, почему-то, успокоил. И даже устыдил. Зачем я на него накинулась? Хорошо хоть, не вслух… Он нормальный парень и говорит, что думает. Мне захотелось опять почувствовать его руки на своем теле. Я наклонилась так, чтоб одним соском пройтись у него по губам. Он не стал ловить его губами, лишь тонко коснулся языком. Это был не язык, а оголенный электрический провод под напряжением. И это напряжение ударило меня коротким замыканием. Казалось, что сосок сейчас начнет дымиться. Я повела телом в другую сторону, предлагая свой другой сосок. Он снова обхватил ладонями ниже пояса и обездвижил меня. Мой сосок был у него во рту, и с ним происходило нечто невероятное. Мне нравились его руки на своей попе. Сильные руки, которые крепко тебя держат. Я опустилась на них, как на стул. Пальцы сильнее впились в кожу. Дура, что ты делаешь?! Тебя же могут за это оштрафовать! Ну и пусть! Сегодня с деньгами все равно не складывается. Вторая песня заканчивалась. — Наше время истекло. — Так быстро? — он был разочарован. — К сожалению… Я совсем потеряла голову, так как наклонилась к его губам и поцеловала. Губы были теплые и влажные. С терпким запахом табака. Он касался меня только губами, но заполнял собой всю меня полностью. Целуется славно. Ах, где ж ты раньше был, мой мальчик! Боже, что за ночь! Мы снова сидим в зале на диване. Мы курим кальян. Я не сразу заметила, что никто уже не меняет одноразовый кончик на мундштуке. Мы разговариваем. Вернее, он травит мне какие-то свои байки. Я смеюсь от души. Мне хорошо. — Катя, мы еще увидимся? — Если захочешь. — Вне клуба. — Да. — Как же я тебя найду? — Позвони мне. Мой номер 095… — Катя, я позвоню. Ты позвонишь, я знаю. — Знаешь, когда ты поймешь, что встретила своего мужчину? Может, я его уже встретила? — Когда? — Когда у тебя не будет причин давать кому-то свой номер телефона…

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...

Ночные забавы

Небольшой южный город нежился в теплом солнце. Море принимало в свои объятия, уставшие от зимы тела отдыхающих. Прошла неделя, как супружеская пара приехала отдыхать. Легкий загар уже покрыл их молодую кожу. Беспечность отдыха и купания, нежность и любовь друг к другу. Ночь приносила прохладу и наслаждение. Каждый день. Но не в эту ночь: День прошел, насыщенный как всегда. Пляж, купания, спорт — в этот день было всего особенно много. Он сидел на балконе, расслабившись в кресле, и курил, глядя на ночные огни по берегу моря. Она вытянулась на кровати и смотрела на него. Почувствовав ее взгляд, он обернулся, и в его глазах зажглась нежность, а на ее губах появилась улыбка. — Ты что на меня смотришь? — спросил он. — Любуюсь на своего мужчину! Ты такой красивый! — Да перестань, мужчина не может быть красивым. — Может, ты красивый, потому что я тебя люблю! — Я тебя тоже люблю! Он с удовольствием смотрел на нее, думая, как ему повезло с женой. Красивая, сексуальная. Длинные волосы были разбросаны по подушке, глазки цвета янтаря, чуть пухлые губки. Круглые плечи, упругая грудь с вишенками сосков, плоский живот, выпуклый гладкий лобок, женские бедра и точеные икры, и маленькие ступни с фиолетовым лаком на ноготках. Он сидел обнаженный, и она сразу заметила его возбуждение. — Ну что у нас «мальчик» такой беспокойный, никак ему не отдыхается! — засмеялась она. — Была ты жената на такой красивой женщине, тебе тоже бы не отдыхалось! Она встала с кровати, подошла к нему. Его лицо оказалось напротив ее лобка. — Кто красивая — я? Да я просто страшна, как ночь! — Ты да, — улыбнулся он, — а вот «она» просто красавица! — Кто, вот эта! — она расставила ножки в стороны, и положила руку на лобок, — «она» только и может губки дуть, да слюнки пускать, — ее палец скользнул между набухшими губками и стал блестящий от влаги. — Ну и целуйся с ней, раз она красавица! Он обхватил ее за ягодицы и притянул к себе. Язык скользнул между губок, лаская клитор. Она вздрогнула и застонала. Руки его гладили ягодицы, бедра. Она как могла широко расставила ножки, отдаваясь его языку и рукам. Резко оттолкнув его голову, она опустилась на голени и обхватила его член губами, стараясь как можно глубже поглотить в себя. Он запустил одну руку в ее волосы, чуть надавливая и отпуская, второй рукой ласкал грудь, наслаждаясь ее упругостью. Ее губы отпустили член, и язык стал ласкать яички. Язык скользнул вверх по всей длине, и член снова погрузился в ее ротик. Он смотрел сверху на водопад ее волос, тонкую талию и круглые ягодицы. Ее рука скользнула себе между ног и стала ласкать губки. Почувствовав, что он сейчас кончит, она попыталась отстраниться, но он надавил ее голову вниз, и теплая жидкость толчками стала заполнять ее ротик. — Фу, противный! — она встала с колен, — Ты немного горький, поменьше кофе и сигарет. Я пошла в душ, неудовлетворенная. Какие вы мужики эгоисты, все себе да себе, — она остановилась в дверях душа и показала ему язык. Он блаженно потянулся и пошел к ней. Она стояла под душем. Встав рядом, он обмылся и оставив ее наслаждаться водой, ушел. Завалился на постель и закрыл глаза. Она долго любила плескаться и когда вышла, он уже спал. Попыталась его растормошить, но бесполезно. Он что-то пробормотал, перевернулся на живот, и его дыхание снова стало ровным и спокойным. Она вышла на балкон и облокотилась на перила. Воздух был теплый и пах морем. Спать не хотелось. С танцплощадки пансионата доносилась музыка. Она приняла решение. Войдя в комнату, еще раз глянула на него, накинула на себя длинный белый легкий сарафан, даже не одевая трусиков. Расчесала перед зеркалом волосы. Сарафан облегал все ее тело, соски просвечивались сквозь ткань. Пуговицы были спереди, по всей длине, и она расстегнула их снизу, выше середины бедер. Покрутилась перед зеркалом, каплю духов за ушки и на шейку. От одной мысли, что она пойдет в таком виде, без трусиков, в полупрозрачном сарафане, на танцы, ее лоно снова стало мокрым и горячим. Надев босоножки на каблучке, тихонько закрыв за собой дверь, она стала спускаться по лестнице. Она знала, что он проспит до утра, и вся ночь у нее впереди: Как только щелкнул замок в двери, он до этого, вроде крепко спавший, резко поднялся с постели. Натянув на себя темную футболку и джинсы, он пошел за ней. В окно на лестнице он увидел, как она вышла из дверей центрального входа и пошла к выходу из пансионата. Он быстро сбежал по ступенькам, и пошел за ней, держась в тени деревьев. Белый сарафан был хорошо заметен. Дома отдыха растянулись вдоль моря, один за одним. Она прошла несколько штук, и свернула в ворота одного. Он шел за ней. Она пошла в сторону танцплощадки. При каждом шаге ее сарафан распахивался, обнажая то одно, то другое бедро. Придя на танцплощадку, она встала в сторонке, разглядывая людей. Он встал в зарослях кустов, в нескольких метрах от нее, чуть сзади. Ему прекрасно все было видно, и соски, стоявшие, толи от возбуждения, толи натертые материей сарафана. И темную ложбинку между ягодиц, просвечивающихся сквозь тонкую ткань. Она чуть пританцовывала под музыку. Люди веселись, танцевали, пили пиво и лимонад. Многие мужчины, смотрели в ее сторону. Когда заиграл медленный танец, один из мужчин, стоящих неподалеку, направился к ней. Он был высокий, темный, в светлых джинсах и белой майке, подчеркивающей, его широкие плечи. Он шутливо наклонился, приглашая ее на танец. Она кивнула, и они вышли на площадку. Одна его рука обхватила ее талию, другой, взяв ее руку, он отвел в сторону. Танцевали они, на расстоянии друг от друга, как в классическом вальсе. Он что-то говорил, она улыбалась, что-то отвечала. Танец кончился, они отошли вместе к скамейке и сели. Она положила ногу на ногу, сарафан распахнулся, почти полностью открывая ее гладкие бедра. Они продолжали разговаривать, его взгляд скользил по ее бедрам. Следующий медленный танец они танцевали уже не классически. Он обхватил ее обеими руками за талию, она обвила ему шею, и они танцевали, тесно прижавшись к друг другу. Его руки скользили по ее спине и иногда опускались на ягодицы. Ее бедро было между его ног, оно двигалось и сильно прижималось к его паху. Он увлек ее к раю площадки, где было мало народу и тень от деревьев. Его губы стали целовать ее ушко, шею. Она откинула голову и прикрыла глаза, отдаваясь мужским губам. Он запустил ей руку в волосы и наклонил губы к ее губам. Они стали целоваться, страстно и жадно. Его рука скользнула вниз, к расстегнутому сарафану и накрыла лобок. Она убрала его руку, и потянула за собой, где была дорожка между кустарника. Наблюдавший, двинулся за ними. Они прошли в самый дальний темный и безлюдный угол парка. Там стояло большое дерево, к которому и прислонилась женщина. Мужчина снова жадно впился в ее губы, она также ему отвечала. Его руки ласкали ее грудь, через ткань сарафана, зажимали между пальцами сосочки. Они были такие дикие и страстные, молодые и безумные. Его руки скользнули вниз сарафана и расстегнули пуговицы до самого верха. Распахнув сарафан, мужчина отодвинулся, любуясь открывшимся зрелищем. Потом опять стал целовать ее лицо, шею, губы опустились до груди, язык двигался вокруг сосочков, задевая их. Губы сомкнулись на ореоле соска, зубы впились в сосок. Девушка застонала и выгнулась, подставляя ему грудь. Ее руки сняли с него майку. Он гладил ее икру, бедра. Рука скользнула к лобку, ощутив жаркую влажность. Он двинулся вниз, стал целовать ее бедра, рукой лаская лоно. Он поднял ее ножку и стал целовать пальчики на ноге, сорвал босоножку и стал ласкать каждый пальчик, то облизывая его языком, то обхватывая губами. Он вернулся к ее бутону, она широко раздвинула ножки, и его язык и губы стали пить ее нежную влагу. Палец скользнул внутрь, один, за ним и второй. Безымянный палец, смоченный ее влагой, скользнул в попку. Она чуть присела, пуская мужчину к своим всем прелестям. Язык ласкал клитор, пальцы проникали в обе дырочки. Женщина сама стала все быстрей и быстрей насаживаться на пальцы. И вот ее стон, сжатые бедрами пальцы и влага, оросившая его руку. Она опустилось на корточки, он поднялся. Были видны раскрытые большие губки, а между ними, как лепестки малые, все блестело от большого количества влаги. Мужчина тоже был сильно возбужден, джинсы, казалось, лопнут от напряженной плоти. Девушка стала гладить его член через джинсы, сжимая и разжимая руку. На ее щеках был румянец, губы, опухшие от поцелуем, в глазах страстный блеск. Она стала целовать и покусывать его плоть через ткань. Намучивши его, она расстегнула пуговицу и молнию, и член буквально вырвался из плена. Мужчина, даже не дав ей взглянуть на него, обхватил ее голову и погрузил член в ее ротик. Он вошел на всю длину и обратно. Вперед-назад, вперед — назад. Потом он рывком поднял ее на ноги, развернул и наклонил вперед. Ее руки уперлись в дерево, он вошел сзади в ее лоно. Быстрые, глубокие, сильные толчки. Она одной рукой продолжала упираться в дерево, второй ласкала себя, проникая пальчиком, вместе с его членом в свой цветок. Несколько раз наслаждение захлестывало ее, пока мужчина достал член и стал кончать ей на круглые ягодицы. Когда они успокоились, она сидела на коленях возле дерева, прижавшись к нему плечом. Мужчина сидел рядом, что-то говорил, гладил ее по волосам. Она, вырвавшись из нирваны, попросила его уйти и сказала, что придет еще. Он встал, оделся и, поцеловав ее волосы, ушел. Она так и осталась сидеть, разморенная любовью. Наблюдавший, вышел и пошел к ней. Увидев мужа, девушка улыбнулась. Он подошел, скинул с себя одежду, опустился на колени перед ней, стал целовать ее лицо, вдыхать запах ее волос, пахнущие чужим одеколоном. Рука опустилась на лобок, пальцы заскользили по мокрым губкам. Влаги было столько много, что она стекала вниз, между полушариями попки. Он положил ее набок, лег сзади. Ее ягодицы были мокрыми, ее дырочки были обе влажные и скользкие. Она подняла одну ногу, и уперлась в дерево. Он стал водить головкой по ее губкам и попке. Потом приставил член к попке и медленно вошел в нее. От большого количества влаги, он вошел легко и безболезненно. Он стал быстрей и быстрей двигаться в ней, рукой лаская ее губки, проникая пальцами вглубь, чувствуя через перегородку, как двигается его член. Движения были недолгие, возбуждения этого вечера было слишком велико. В последний момент он вытащил член и приставил его к клитору. Горячие сильные струи ударили, заставляя ее застонать. Она напряглась, по ее телу прошла дрожь, и она обмякла, прижавшись спиной к его груди. Он уткнулся в ее волосы, и они лежали несколько минут, наслаждаясь близостью. — Я плохая девочка, да, Любимый? — тихо спросила она. — Нет, ты сама лучшая! — ответил он. — Я все правильно сделала, так как ты хотел, и мы мечтали? — Да, спасибо, Любимая! — И тебе спасибо! Я тебя люблю!

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх