Подруга детства

У Жени были данные, наверное, не столько модели, сколько порно звезды. Рост 180, грудь 3, тугие бёдра, аппетитный зад. Внешность типично славянская — широкие скулы, большие серо-зелёные глаза, вызывающе длинные ресницы, пухлые губы. Сказать, что она была красивой — нет, но она была чертовски симпатичной. В свои тридцать один, и, имея восьмилетнего сына, зачастую заставляла проходящих мимо мужчин оборачиваться, а проезжающих мимо авто останавливаться. Выглядела Женя всегда эффектно и не удивительно, что в своё время очень даже удачно вышла замуж за какого-то серьёзного финансиста в столице. Короче, всё у неё было ОК. Детство наше прошло вместе, хоть она и была меня младше на шесть лет. Мы были соседи по лестничной клетке. Тётя Света (мама её) часто просила меня — то посидеть с её егозой, то присмотреть на улице, кабы чего не натворила. Так Женя и росла под моим чутким вниманием. Отца у неё не было — погиб, выполняя интернациональный долг. Короче, был я ей и за старшего брата, и немножечко за отца. Шли годы и, как зачастую бывает — из гадкого утёнка вырастает довольно-таки не хилый лебедь. Так вышло и с Женей. Я учился тогда в институте. Учёба моя проходила в другом городе, вдали от дома. Приехав домой на летние каникулы, я обратил внимание, что Женя в свои четырнадцать выглядит уже весьма взрослой, а никак не подростком. Как следствие, к ней была очередь женихов всех возрастов и сословий. Тётя Света бывало даже жаловалась мне, что добром это не кончится. С Женей же мы при встрече продолжали по-дружески болтать о том, о сём, и о жизни в частности. Шли годы. Я женился в том городе, где окончил ВУЗ. Каждое лето, приезжая уже с женой я наблюдал, как менялась Женька. Она хорошела. Я начал замечать за собой, что смотрю на неё уже ни как на подругу детства, а как на объект моих сексуальных фантазий. Она это, видимо, замечала. В итоге, я её трахнул. Женя, естественно, была уже не девственница. Этому цветочку было на тот момент едва ли восемнадцать лет. Секс получился спонтанным. Я курил в подъезде. Была уже ночь. Мои спали, я смотрел по ящику какую-то муру и вышел покурить. Выкурив полсигареты я услышал, как в подъезд, стуча каблуками кто-то быстро вошёл. Лифтом пользоваться не стала. Жили мои родители на втором этаже, поэтому через несколько секунд передо мной появился силуэт Жени, освещаемый лампочкой с первого этажа. На Жене был короткий белый трикотажный сарафан и светлые босоножки на высоком каблуке. Рыжие волосы несколько взлохмачены. — О, Митька, привет! — выпалила Женя. Запах перегара ударил мне в лицо. — Привет Жека, — парировал я. — Куришь. Дай и мне. Постою с тобой за компанию, — Женя явно искала приключение и повод не заставил себя ждать. Взяв сигарету, Женя приблизилась вплотную, чтобы подкурить. Я знал, что сигарета её ещё больше убьет, но ничего менять не стал. Женю покачивало и она, переминаясь с ноги на ногу, стуча каблуками, тем самым выдавая своё присутствие, всё ближе и ближе подвигалась ко мне. Я шутил с огнём. В любой момент жена могла проснуться и, обнаружив моё отсутствие, выйти в подъезд. Мысли мои были снова перебиты Жениным прикосновением. — Ну расскажи чё-нибудь, не молчи, — её горячий воздух со рта коснулся моих губ. Женя вплотную приблизилась ко мне. Я скромничать не стал. Обхватив её за талию, жарко впился в губы поцелуем. Развернув к себе спиной, задрал сарафан, рывком стянул вниз трусики. Там всё было мокро. Через мгновение мой член был у неё внутри. — Какой ты быстрый, — простонала она. — Да тише ты, — прошептал я. Но Женя не унималась. С каждой моей фрикцией её стоны становились всё громче. Это меня стремало с одной стороны, с другой — понятие того, что могу быть застуканным, понятие того, что я трахаю такую классную и для многих неприступную тёлку, лапаю её упругие бёдра и грудь, а она стонет от удовольствия заводили меня ещё больше. Секс длился не более пяти минут. Еле успел вытащить. Помню, что в сперме была её попка и низ сарафана, капли падали на бёдра, икры и даже на босоножки. Женя было развернулась, чтобы поцеловаться, но я «цыкнув» на неё сказал, что можем быть реально «спалены», взял за руку и повёл по лестнице вверх домой. После этого какое-то время мы прятали друг от друга глаза… но природа взяла своё. Было ещё несколько коротких свиданий. Я искал предлог, чтобы пойти к ней домой, когда не было тёти Светы. То мне нужно было что-то распечатать, а принтёр «подвис», то интернет не работает и т. д. Лето близилось к концу. Но не всё было так радужно. Кое-кто стал догадываться о наших отношениях. Помимо жены мне уже об этом стали намекать и мои родители. Встречи нужно было срочно прекращать. В конце августа я с женой уехал домой. С Женькой мы время от времени перезванивались, но разговоры становились натянутыми. Она понимала, что делит меня с женой, я понимал, что она дома тоже не сидит. Потом я узнал, что Женя уехала в столицу. Телефон у неё поменялся. Одним словом на несколько лет мы выпали из поля зрения друг друга. Знал, что модно вышла замуж, знал, что родила. Но все те наши чувства как-то забылись. Встретить Женю мне довелось спустя лет пять после того. Я приехал к родителям поздней осенью на пару дней. Женя же была у мамы со своим новорожденным сыном. Роды её изменили, повзрослела как-то. Попили чая вечером, поговорили о жизни. Следующая знаковая встреча произошла в 2008 году. Я с семьёй проводил очередное лето у родителей. Солнце, море, пляж. В один из жарких дней я увидел возле родительского подъезда «Рэндж Ровер» со столичными номерами. Сердце моё ёкнуло. А когда я увидел Женю, то думал, что потёряю дар речи. Это была копия Шерлиз Терон. Рыжее «каре», холёная ухоженная кожа, модный дорогой прикид, дорогая бижутерия. Во рту пересохло. Женя радушно со мной поздоровалась и кокетливо подмигнула. Как-то вечером стоя и куря возле подъезда, я услышал за спиной знакомый голос. — Куришь? А я вот бросила, как забеременела. Обернувшись я увидел Женю. В свои двадцать восемь лет она выглядела прекрасно. Узкие джинсы подчёркивали её стройную фигуру. Стрэйчивая футболка эффектно выделяла большую грудь и выступающие соски. Туфли на высоких каблуках добавляли ей ещё больший рост и явную недосягаемость для всех тех, кто, глядя на неё фантазировал о сексе. — Слушай, Митька, мой уехал, хочешь — давай завтра встретимся где-нибудь. Посидим, выпьем, вспомним детство, — в её словах веяло каким-то праздником той возможной встречи. — Я только «за», — вымолвил я, — но ты же понимаешь, я с семьёй. Контроль полный. — Ну смотри, моё дело было предложить, — сказала Женька и застучала каблуками по асфальту, удаляясь к выходу со двора. Я смотрел ей вслед и член невольно твердел от Женькиной фигурки. Можно только представить мужиков, которые также пускают слюни, глядя на неё, понимая всю неприступность этой особы. Докурив, я достал телефон и набрал её номер. — Завтра в восемь вечера в кафе «Фламинго», — коротко сообщил я, как только услышал Женькин голос на том конце линии. — Замётано. Цём, — Женя была не менее краткой. Ночь прошла практически без сна. Я с нетерпением ждал встречи. Днём сказал супруге, что вечером у меня возникла непредвиденная деловая встреча, так как один из руководителей нашей партнёрской компании приехал сюда с семьёй к морю и заодно хочет со мной поговорить о делах. Супруга никак особо на это не отреагировала, так как я уже долгие годы был примерным семьянином. Единственно, попросила много не пить. За полчаса до условленного времени я уже сидел в кафе в укромном районе нашего небольшого приморского городка, лихорадочно куря одну за другой и попивая коньячок. Людей было немного. В основном — семейные пары. Подъехало такси. Вышла … Женя. Короткая клетчатая рубашка с коротким рукавом, затёртая джинсовая сумка через плечо, не менее затёртая джинсовая мини-юбка, белые полукеды. Несмотря на кажущуюся простоту прикида, видно было, что вещи не такие уж и дешёвые. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты и создавалось впечатление, что Женькина грудь вот-вот вырвется наружу. Сидящие в кафе мужчины, как по команде развернулись в Женину сторону, произвёдшую эффект разорвавшейся бомбы. — Привет красавчик, — Женя, подойдя нагнулась через стол, чтобы поцеловаться. Перед моим взором предстала открывшаяся её грудь под рубашкой. Женя была без лифчика. Начало переставало быть томным. Женская половина, присутствующих в кафе Жениному появлению явно не была рада. — Привет мать, — коснувшись её губ сказал я. — Ну что, накидаемся сегодня? — как-то по-базарному ляпнула она. В голосе слышались игривые нотки. В Женьке жил ещё ребёнок. — Легко, — поддержал её настрой я. Разговор стал вязаться только после выпитой половины бутылки коньяка. Вспоминали всё. Заказали ещё бутылку, шашлыки. Когда Женя уходила в туалет, то было забавно уже пьяным глазом наблюдать за мужчинами, ломающих себе шеи, и тех, кто исподлобья пытался в присутствии жён пялиться на неё. Время шло. Выпивка не заканчивалась. Женьке нужно было отдать должное — пила, как лошадь. Я хмелел быстрее и всё сильнее хотел её трахнуть. Трахнуть прямо тут, в кафе на глазах и на зависть всем. Женьку несколько раз приглашали танцевать, но получали стопроцентный отказ. Танцевала она со мной. Танцами назвать это уже было трудновато, потому что мы вовсю целовались взасос и всё это сопровождалось моим не встречающим никакого сопротивления лапаньем. Член рвался наружу из узких джинсов. Мой пьяный мозг ещё мог понимать, что наши откровенные танцы могут кому-то не нравиться и совсем недалеко до неприятностей. Предложив Жене покинуть кафе и двинуться продолжать пить, гуляя по близлежащему скверу, я расплатился за столик и мы, к сожалению мужской и счастью женской половины, покинули кафе. Гуляя по скверу мы продолжали целоваться и прижиматься друг к другу. Сев на лавку я не выдержал: — Женька, милая моя, пососи а? — язык заплетался. — Ммоммент, — промычала Женька. Градус догнал и её. Кое-как расстёгивая джинсы, Женя нырнула рукой мне в трусы. Член готов был лопнуть у неё в руке. Горячие губы коснулись головки. Женя всасывала член глубже и глубже, словно стараясь что-то высосать изнутри. Я смотрел сверху, как её голова методично ходила вверх-вниз, вверх-вниз. Рубашка немного съехала вверх, оголив низ спины. На талии тонкая золотая цепочка с камнями «Swarovski». Пояс юбки оттопырился под которым хорошо были видны Женькины трусики. Трусиками это было назвать тяжеловато — пара белых верёвочек, опоясывающих поясницу и уходящих в щель между половинками ягодиц. Сучка! Какая ж она офигительная! Длинные сильные ноги с красивыми широкими коленками. На щиколотке ноги тоже такая же цепочка. Я начал ловить себя на мысли, что не на той женился, хотя понимал, что такую жену действительно иметь опасно. Слишком уж хороша. Между тем Женя строчила мне на полную. Член у меня в принципе не маленький и то, что она его заглатывала аж к гландам доставляло мне особое удовольствие. Моё первое ощущение, что как только член окажется у неё во рту, я сразу кончу сменилось небольшой тревогой — кончить я никак что-то не мог. Коньяк давал о себе знать. Член стоит, как кол, а с семяизвержением, блин, проблема. Я видел, что и Женя начала уставать. — Ты мне кончишь или нет? Запарилась я уже, — высунув член изо рта несколько раздражённо спросила она. Сосала, надо сказать она классно — без чваканья, чпоканья и кашля. Методика была профи. Понятно было чем, кроме всего прочего Женя охмурила столичного толстосума. — Слушай, давай по-другому, — сказал я вставая. Трусы были мокрые от её слюней, хоть выжимай. Став во весь рост я взял Женю за затылок и стал откровенно трахать её в рот, вгоняя член на всю длину. Женькины руки держались за мои ноги и, если я чувствовал небольшое отталкивание, то делал небольшую передышку, лупася членом по Женькиному языку. Под скамейкой от тянущихся из Женькиного рта слюней образовалась уже маленькая лужица. — Блядь, Митя, ты кончишь или нет в конце концов? — Женя уже реально сердилась. — Потерпи минутку, — упрашивал я её, уже намереваясь тупо дрочить ей на язык. В этот момент наше занятие осветилось лучом фонарика. — Доброй ночи, молодые люди. Отдыхаем? — послышался голос из темноты. Судя по сопутствующему шуму голос был не один. Подойдя ближе к нам, я уже смог видеть их одежду. Менты. «Капец, этого только не хватало» — подумал я. Наспех застёгиваясь, я своим пьяным мозгом лихорадочно соображал что делать. У меня были связи в милиции, но звонить заму в начале первого ночи, тем более по такому поводу мне было стрёмно. Рядом с нами стояло три молодых пацана. Два сержанта и один лейтенант. «Попробую договориться» — тешил себя я надеждой. Однако мои уговоры и предложения денег их не устраивали. Может быть тех денег, что у меня с собой были… Но миллионы я им платить тоже не собирался. Их взоры были обращены к Жене. — Да, блядь, выключи ты свой фонарь! — рявкнула она. Я понимал, почему они светят на неё. Было бы глупо не разглядеть ту картиной. Сидит молодая женщина, красная помада размазана вокруг рта, рубашка расстегнута до груди, ноги расставлены, юбка задралась до стрингов, которые едва прикрывают половые губы. — Слушай, лейтенант, ну давай замнём эту проблему, — раскрыв «лопатник» и протягивая всё, что у меня было продолжал уламывать я ментов. Было, кстати, там на нормально посидеть в кафе компанией ни один вечер. Лейтенант был непреклонен. «Аморалка в общественном месте — это пятнадцать суток, молодой человек. Вам и Вашей подруге. Кстати, ваши удостоверения личности!» — нудил он. — Короче, сержант, грузим их, — сказал он, поворачиваясь к одному из своих напарников. Вот теперь я понял всю безвыходность ситуации. «Жопа! Завтра родные будут всё знать. Это развод и девичья фамилия — к бабке не ходи! Плюс проблемы у Жени. Проблемы и не малые. Он же её содержит, а не наоборот, как у меня» — стучало у меня в голове. На меня и на Женю надели наручники и повели, как я понял потом к патрульной машине. Будем в отделении — буду звонить «полкану». Но, не доходя нескольких метров до «бобика» я услышал голос Жени, которая шла сзади с одним из сержантов. — Товарищ лейтенант, можно Вас на пару слов? — спросила она. Они отошли в сторону и Женька что-то ему начала говорить на ухо. Лейтенант сперва отрицательно махал головой, но постоянные Женькины «ну пожалуйста» и «нам будет хана» видимо надломили что-то в нём. — Ладно, — сказал он — но мне нужно обсудить это с коллегами. Пошептавшись пару минут в сторонке, лейтенант сказал: — Так. Этого — кивнув в мою сторону — сади в «бобик» в «клетку», а ты давай в салон — повернулся он к Жене. Сидя уже в задней части «бобика» и видя через внутреннее окно какие события разворачиваются в салоне машины я понял Женькины намерения, чтобы нас отмазать. Двое сидели впереди, а Женя и лейтенант устроились на задних сидениях. Послышалось лязганье ремня и звук расстёгивающейся «молнии» на штанах. «Приступай» — сказал лейтенант Жене. Голова её опустилась вниз живота мента. Впереди сидящие обернулись и стали наблюдать за тем, что происходило сзади. Через время один из них увидел, что я тоже пялюсь, как Женька отсасывает менту, хотя мне было видно только её нырки головой. — Эй ты, а ну спрячь свою башку! — рявкнул в мою … сторону тот, кто сидел рядом с водителем. В следующую секунду моё окошко было закрыто задвижкой изнутри рукой лейтенанта. От понимания того, что Женька, с её-то статусом отсасывает какому-то голимому менту у меня член стал настойчиво вставать. Из салона уже стали слышны как хрип лейтенанта, та и тихие стоны Жени. «Бобик» стал немного раскачиваться. «Глубже, глубже соси, блядь!» — бубнил лейтенант — «Полижи яички!», «Покусай головку!» У меня не укладывалось это в голове. Женя — жена олигарха, обеспеченная всем, чем только можно делает минет сопляку-лейтенанту. Мои мысли были прерваны вальяжным голосом лейтенанта: — Лёха, давай пристраивайся! Послышалось открывание и закрывание двери, потом открывание задней двери, возня, шлепки по телу. «Ну что, девушка? Начнём?» — слышалось за стенкой. Очередной лязг ремня, звук расстегивания ширинки. «Бобик» стал раскачиваться со стороны в сторону. Слышались Женины стоны. Скрип сидений. Стоны через нос. Значит у одного она сосала, а второй её трахал. Мои руки невольно потянулись к члену, потому что возбуждение от воображения того, что там делают с Женей начало достигать предела. Минуты тянулись часами. За стенкой всё громче были слышны стоны Женьки, звучащие в унисон со скрипом кресел и рессор. У меня голова шла кругом от происходящего. «Куда ты? А ну, глотай! Глотай всё!» — шипел лейтенант. «Вот так. Ну, вот видишь! Умничка! Вовчик, давай! Теперь твоя очередь, иди пересаживайся!» Опять хлопанье дверями, опять звуки расстёгивания штанов, опять тихие стоны Жени. «Класс… Давай, давай… вот так… молодец!… Супер! Бля, какие у неё сиськи, да? Офигеть вообще! Давай, давай, активнее! Вот, вот так! Во умеет, да?» — слышались мужские голоса с салона. Во внешнем смотровом окне появилось лицо лейтенанта. — Не повезло тебе с бабой, — сказал он, выпуская сигаретный дым после затяжки — такую драть нужно по несколько раз на день. Ты не представляешь, как она там Лёхе подмахивает! Что она там вытворяет! Чисто животное! — начал гоготать мент и скрылся с обзора. «Только не в меня, только не в меня… « — слышались надрывистые стоны Жени. Мой член готов был лопнуть от перевозбуждения. «Разверни её ко мне! Быстрее Вова!» — доносилось из салона. «Язык, язык, сука высунь больше!» Потом на какое-то время всё затихло. Послышался голос Вовы: «Поворачивайся на спину». Спустя несколько секунд машина со скрипом начала опять раскачиваться под стоны Женьки. Реплики, возня, стук дверей… «Стань раком!», «Ложись на спину!», «Не останавливайся!» Казалось, что это тянется вечность. Меня распирали противоречивые чувства. Мне было и стыдно за то, что не смог нас отмазать, и Женьку жалко… с другой стороны я слышал её сладострастные стоны, от которых мне становилось не по себе от перевозбуждения. Женька, как мне казалось, уже не столько стонала, сколько поскуливала и всхлипывала. Менялись они все ещё не раз. Кто, как и сколько имел Женьку — представить трудно. Моё пьяное воображение рисовало разнообразные картины. На часах было двадцать минут второго, то есть оргия эта продолжалась без малого час. Самое интересное, что за всё время ни разу ни вякнула их рация и никто не прошёл мимо. Словно колдовство какое-то. Хотя, конечно, место, где стоял «бобик» было реально самым глухим в сквере. — Ладно, всё! Хватит! — вскоре послышался голос лейтенанта — Проверьте, чтобы всё чисто было на сиденьях. Пусть приберёт за собой! Через несколько секунд послышалось громкое сопение одного из ментов. Казалось, что «бобик» сейчас перевернётся. Женин стон походил на вой. Толи ей закрывали рот рукой, чтобы не орала, толи засовывали член — не знаю. Слышно было, как только возникающий открытый стон сразу переходил в глухой. Вскоре скрип сидений закончился. — Выпускай того, — обратился к кому-то лейтенант. В окошке появилось хамоватое и довольное лицо одного из сержантов. Выйдя, я увидел Женю, сидящую на камне возле дерева и отрешённо смотрящую в одну точку. С меня сняли наручники. Двери машины захлопнулись и, взревев мотором, «бобик» умчался прочь, скрываясь во тьме. Мы остались одни. Женя сидела как-то беспомощно. В пробивающимся свете Луны сквозь кроны деревьев я увидел слипшиеся местами от спермы Женины волосы, рубашка в области груди тоже была мокрой. От спермы блестела кожа и на подбородке, и на шее, и на внутренней стороне бёдер. Я был более, чем в метре от Жени, но приторный запах стоял у самого моего носа. — Дай сигарету, — прошептала она. — Ты чего, ты ж бросила несколько лет назад, — немного опешил я. — Дай, я сказала! — рыкнула на меня Женя. Продолжение следует. voytenko@autorambler.ru

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх