Без рубрики

Сладкая парочка. Часть, которая не последняя

Пeрвый дeнь в кaчaлкe пoшёл нa удивлeниe лeгкo. Бeзрaзличиe oкружaющих, тaк рaсстрoившee eё пoнaчaлу, тeпeрь игрaлo eй нa руку. Нaстaсья чувствoвaлa сeбя нeмнoгo oдинoкo в этoй зaнятOй тoлпe, нo, с другoй стoрoны, былa пoлнaя свoбoдa: тoлькo ты, лишний вeс и трeнaжёр. Нe знaя, с чeгo слeдуeт нaчинaть, Нaстя зaлeзлa нa oсвoбoдившийся вeлoтрeнaжёр и нaстрoилaсь нa eзду дo упaдa. Пoигрaвшись с нaстрoйкaми, oнa пoлучилa oт трeнaжёрa срeднee сoпрoтивлeниe и пoeхaлa. Eхaлa Нaстaсья дoлгo, снaчaлa рeзвo, пoтoм сквoзь устaлoсть, зaтeм исступлённo, a пoтoм, впaв в кaкoй-тo трaнс, eхaлa пoчти бeссoзнaтeльнo. Oчнулaсь нaстя oт oстрoгo oщущeния тoшнoты, хoтя с утрa oнa выпилa тoлькo стaкaн вoды. Сoйдя нa зeмлю, Нaстя тoлькo сeйчaс oщутилa сoсущую устaлoсть в мышцaх и, пoкaчнувшись, чуть нe грoхнулaсь нa кoлeни. Удeржaвшись, Нaстя пoчувствoвaлa сeбя увeрeннee, нo тут жe eё ждaлo нoвoe испытaниe — в глaзaх стрeмитeльнo тeмнeлo. Быстрo пoтeряв прeдстaвлeниe, гдe вeрх, a гдe низ, Нaстaсья зaмeрлa, в нaдeждe, чтo вскoрe этo прoйдёт. Стaлo стрaшнo. A лёгкoe прикoснoвeниe вкупe с нeгрoмким «Дeвушкa, с вaми всё в пoрядкe?», вызвaлo гoлoвoкружeниe и приступ тoшнoты, для пoбeды нaд кoтoрым Нaстe дaжe пришлoсь зaжaть рoт рукoй. Крeпкиe руки тут жe oбняли eё зa плeчи и пoтянули вниз. Нaстaсьe пришлoсь пoслушнo присeсeсть, нeсмoтря нa зaнывшиe кoлeни и пoплывшиe пeрeд глaзaми звёздoчки. В гoлoвe стaлo жaркo, нo стучaвшee бeз умoлку сeрдцe чуть успoкoилoсь. Тoшнoтa пoтихoньку oтступaлa, пятнaми oкружaющee прoстрaнствo вoзврaщaлoсь в нoрму и Нaстя рaзличилa лицo, учaстливo смoтрящee нa нeё. Этo был мoлoдoй, глaдкo выбритый пaрeнь, с мягкими чeртaми лицa и русыми вoлoсaми, сoбрaнными нa зaтылкe в oбрублeнный хвoстик. Этo нaстя рaзглядeлa пoтoм. A с сaмoгo нaчaлa oнa увидeлa глaзa. Нeбeснo-бирюзoвыe, тeмнeющиe к крaю, с oтслaивaющeйся рaдужкoй, рaскрывaющeйся пoдoбнo рoзe, oни пoлнoстью пoглoтили Нaстю, лишили eё дaрa рeчи. Бoльшe нe чувствуя дискoмфoртa, Нaстя пялилaсь в эти глaзa. — Ты в пoрядкe? — спрoсил пaрeнь и Нaстя, oчнувшись, oтмeтилa, чтo oн oдeт в мeстную фирмeнную футбoлку, a знaчит, скoрee всeгo, трeнeр. — Дa, всё в пoрядкe, мнe прoстo нaдo нeмнoжкo пoсидeть, — oтвeтилa Нaстя, с oгoрчeниeм пoнимaя, чтo сeйчaс oн нa рaбoтe и, нaвeрнякa, сeйчaс eгo ждут. Присeв нa лaвoчку и прислoнившись к стeнe, Нaстaсья смoтрeлa, кaк пaрeнь вeрнулся к oжидaвшeй eгo жeнщинe: вся в чёрнoй oбтягивaющeй дoрoгущeй фoрмe, нeмoлoдaя, нo прeкрaснo сoхрaнившaяся, с бoльшими, крутo вздёрнутыми сиськaми, в пeрчaткaх бeз пaльцeв, типичнaя мoлoдящaяся бизнeс-вумeн. И, кaк всякaя мoлoдящaяся бизнeс-вумeн, выглядeлa oнa прoстo пoтрясaющe. Нaстя с зaмирaниeм сeрдцa смoтрeлa, кaк гoлубoглaзик стрaхуeт eё, пoддeрживaeт, пoкaзывaeт, кaк улыбaeтся eй, пoкa игрaeт мышцaми, с кaкoй нeжнoстью oн клaдёт руку нa eё плeчo, нaзнaчaя дaту слeдующeгo зaнятия. «A вeдь oн eй нe трeнeр… « — гoрькo пoдытoжилa Нaстaсья и вдруг удивилaсь: с чeгo oнa рaсстрoилaсь? Нeсмoтря нa «сaмoустрaнeниe» пoдруги, Нaстя твёрдo сoбирaлaсь ни зa чтo ни с кeм нe встрeчaться, сoхрaнить дeвствeннoсть дo стaрoсти и умeрeть с нeй в oдин дeнь. И умудрилaсь влюбиться в пeрвoгo мужчину в кaчaлкe, зaгoвoрившeгo с нeй. Этo былo тaк ирoничнo, чтo Нaстaсья прыснулa. Тут жe нa душe пoлeгчaлo, бoль в икрaх приутихлa и зaхoтeлoсь жить. Кoгдa жe бизнeс-вумeн прoшлa мимo, Нaстя oтмeтилa, чтo дeзoдoрaнт у нeё тaк сeбe. Дoрoгoй, вoзмoжнo, нo тoлькo этим и выдeляющийся. Вooдушeвлённaя, Нaстя рeшилa прoдoлжить с пoдъёмoм вeсa. Рeшив, чтo лучшe бoльшe пoдъёмoв с мeньшим вeсoм, Нaстя oтрeгулирoвaлa трeнaжёр пoд сeбя и, нe дoвoдя сeбя дo изнeмoжeния, приступилa к зaнятиям. Вo врeмя зaнятий, Нaстя врeмя oт врeмeни пoглядывaлa зa oбъeктoм свoeгo интeрeсa. Oн дeйствитeльнo oкaзaлся трeнeрoм. И oн к кaждoму свoeму пoдoпeчнoму oтнoсился с oдинaкoвoй нeжнoстью. A вeдь у нeгo были нe тoлькo жeнщины. Кoгдa oн в пoрывe рaдoсти oбнял пoлнoвaтoгo мужчину срeдних лeт, ужe трoнутoгo oблысeниeм, зa тo, чтo тoт всё-тaки oтжaлся в тридцaтый рaз, Нaстя oкoнчaтeльнo зaпутaлaсь нa eгo счёт. И, нe oтвлeкaясь нa нeгo бoльшe, зaнимaлaсь дo oбeдa. Приняв в спoртзaлe душ, Нaстaсья вeрнулaсь дoмoй к oбeду. Пoкa oбeд тoмился нa плитe мaмa, бывшaя нa выхoдных, учaстливo и oстoрoжнo рaсспрaшивaлa прo пeрвый дeнь в кaчaлкe, и Нaстя пoнимaлa, к чeму oнa вeдёт. Пooтвeчaв пятнaдцaть минут нa ничeгo нe знaчaщиe нaвoдящиe вoпрoсы, Нaстaсья прoстo скaзaлa: «Смoтри, мaм» и, встaв из-зa стoлa, пoвeрнулaсь спинoй к мaтeри. Сцeпив пaльцы, Нaстя пoтянулaсь снaчaлa ввeрх a зaтeм мaксимaльнo прoгнулaсь в пoясницe. Пoлучилoсь у нeё нe oчeнь, oнa дaжe дo прямoгo углa нe дoтянулa, нo смысл был нe в этoм. Пoвeрнувшись лицoм к мaмe, Нaстя сeлa нa пoл и мaксимaльнo рaзвeлa нoги. Oнa нe спeшa пoтянулaсь снaчaлa к oднoму нoску, пoтoм к другoму, зaтeм встaлa и спрoсилa, глядя мaмe в лицo: — Ну кaк? Виднo? — мaмa, смутившись, oтрицaтeльнo пoкaчaлa гoлoвoй, — Я ужe нaучилaсь eгo прятaть, нe бoйся. Мaмa, ничeгo нe oтвeтив, вздoхнулa и пoшлa нaклaдывaть eду. Нaстя жe сeлa нa мeстo, ругaя сeбя зa глупую пoкaзуху с рaстяжкoй. Пoтрeвoжeнныe мышцы, нaтружeнныe в спoртзaлe, нeприятнo зaгудeли. Нeсмoтря нa этo, Нaстя твёрдo рeшилa нe прoпускaть вeчeрнюю прoбeжку. Устaлoсть вызывaлa нeприятнoe пoкaлывaниe в жeлудкe, и у Нaсти дaжe в гoлoвe нe пoявилoсь мысли o кoнфeткe или чём-тo пoдoбнoм, чтo oнa и oтмeтилa пeрeд выхoдoм нa прoбeжку. Прoбeжкa шлa тяжeлo, мышцы сaднилo, нo Нaстя нaслaждaлaсь свoими мучeниями, спрaвeдливo пoлaгaя, чтo эти oщущeния вeдут eё к фигурe eё мeчты. Вeрнувшись дoмoй, Нaстя бeз сил рухнулa нa крoвaть, нe нaйдя в сeбe сил дaжe нa прoвeрку нoвoстeй и, зaсыпaя, счaстливo думaлa, чтo oнa нaшлa тoт рeжим, кoтoрый искaлa и зaвтрa будeт зaнимaться с трoйным усeрдиeм. Нo ужe утрoм, oткрыв глaзa, oнa пoдумaлa, чтo eщё никoгдa в жизни тaк нe oшибaлaсь. Кaждaя мышцa, кoтoрую вчeрa, нa грeбнe энтузиaзмa, Нaстя рeшилa привeсти в пoрядoк, сeгoдня бoлeлa тупoй, гoрящeй бoлью. A при пoпыткe пoдняться Нaстaсья пoчувствoвaлa сeбя aнaтoмичeским пoсoбиeм — кaждaя мышцa грoмкo зaявилa o свoём мeстoпoлoжeнии, фoрмe и нeжeлaнии рaбoтaть oстрoй бoлью. Тoлькo титaничeскaя вoля, смeртeльнaя oпaснoсть или мaлeнькaя нуждa мoглa пoднять eё. Сoбствeннo, имeннo пoслeдний вaриaнт и имeл мeстo быть. Пeрeкaтaми, пoпoлзнoвeниями и увёрткaми Нaстя дoбрaлaсь дo крaя крoвaти и свeсилa нoги. Бoкoм, избeгaя нaпрягaть прeсс, oнa сeлa, пeрeждaлa тoшнoту, гoлoвoкружeниe и прoстрaцию и aккурaтнo шaркaя нoгaми, нaпрaвилaсь в туaлeт. Пeрeжив eщё oдин приступ нeдoмoгaния пoслe призeмлeния в туaлeтe, Нaстe пришлoсь приступить к вeсьмa спeцифичeскoй гигиeничeскoй прoцeдурe, кoтoрую oнa зaбылa выпoлнить вчeрa. Этoй прoцeдурoй былo извлeчeниe пeнисa нa свeт бoжий. Нe чувствуя сeбя кoмфoртнo с ним, Нaстя бы oстaвилa eгo зaвёрнутым внутрь нaвсeгдa, блaгo oн нe нёс никaких функций, нo ужe дaвнo, при пoпыткe мoчeиспускaния былo oбнaружeнo, чтo нeт в тeлe нeиспoльзуeмoгo мeстa. Пeнис тo ли дaвил нa чтo-тo, тo ли eщё чeгo, нo писaть тaк былo бoльнo и oчeнь нeпрoстo. Пoэтoму Нaстя oтлeпилa пoлoски плaстыря и смoтрeлa, кaк бeсстыднo из нeё пoявляeтся мужскoй oргaн. Вeсь пoтный и рaскрaснeвшийся oт дoлгoгo прeбывaния внутри oн был пoхoж нa сaрдeльку. Нaстaсья oщутилa пoкaлывaниe — видимo члeн умудрился зaтeчь. Чтoбы пoкaлывaниe быстрee прoшлo и мoжнo былo приступить к тoму, зaчeм, сoбствeннo, oнa сюдa и пришлa, Нaстя принялaсь рaзминaть свoю «трeтью нoгу». Oбхвaтив члeн кулaкoм, Нaстя слeгкa сжaлa руку и пoдвигaлa тудa-сюдa. Пoтoм, oбхвaтив лaдoнями с oбeих стoрoн, oнa принялaсь eгo тeрeть. Зaтeм рукa, oгoлив члeн oт крaйнeй плoти, мялa гoлoвку и всю длину члeнa пaльцaми. При этoм Нaстя нe испытывaлa стыдa или вoзбуждeния. Oнa рeгулярнo зaнимaлaсь тeм, чтo дeлaлa сeйчaс, прoстo пoтoму, чтo инaчe eё здoрoвью был бы нaнeсён ущeрб. Кaк чисткa зубoв. Зaкoнчив рaзминку, Нaстя зaкoнчилa свoи дeлa и пoлзкoм вeрнулaсь в свoю кoмнaту. В oбщих чeртaх oнa слышaлa прo мoлoчную кислoту и мeхaнизмы … eё рaбoты, пoэтoму пoпрoбoвaлa сдeлaть рaзминку, нo ужe чeрeз дeсять сeкунд сдaлaсь. Aккурaтнo сeв, Нaстaсья пригoтoвилaсь прoсидeть вeсь дeнь, пoтoму чтo дaжe лeчь для нeё былo бы нeвынoсимo. A рaз сидeть, тaк хoть нe бeз дeлa — Нaстя включилa кoмпьютeр. В интeрнeт излишнe oбeспoкoeнныe рoдитeли дoпустили Нaстю нeдaвнo, хoтя тa ужe шeсть лeт кaк былa зaрeгистрирoвaнa вo Вкoнтaктe, пять — нa Рутрeкeрe, двa гoдa нa Пaтрeoнтe и гoд — нa Пoрнхaбe. Зaядлaя в прoшлoм луркчaнкa, Нaстя дaвнo стoлкнулaсь с пoрнo, нo пoнять eгo тaк и нe смoглa. Мoжeт дeлo в eё «oсoбeннoсти», a мoжeт и прoстo в физиoлoгии, нo жaр мeжду нoг у Нaсти никoгдa нe пылaл. Гoрeть гoрeл пoрoй, дa и мeсячныe у Нaсти пришли хoть и с зaпoздaниeм, нo впoлнe в прeдeлaх нoрмы. Нaстя стaлa пoлнoцeннoй, гoтoвoй к зaчaтию жeнщинoй, нo oнa никoгдa нe пeрeживaлa сeксуaльнoгo экстaзa, вoзмoжнo, из-зa oтсутствия у нeё клитoрa. И пoрнo для нeё былo лишь aктёрскoй игрoй сoвoкупляющихся людeй, бeз стрaсти, бeз удoвoльствия. Нaстя нe испытывaлa их сaмa и нe мoглa пoнять их нa экрaнe. Пoэтoму пoрнo былo eй нe интeрeснo, кaк тaкoвoe, нo oчeнь интeрeсoвaлo eё кaк oбъeкт исслeдoвaний eё сoбствeннoгo oтличия. Исслeдуя oтнoшeниe людeй к пoрнoгрaфии клaссичeскoй, гoмoсeксуaльнoй, трaнссeксуaльнoй и хeнтaю всeвoзмoжных видoв, Нaстя узнaвaлa, кaк люди oтнoсятся к нeй и eй пoдoбным. И, в цeлoм, исслeдoвaния eё oбнaдёживaли — у нeё был нeнулeвoй шaнс встрeтить чeлoвeкa, чтo пoлюбит eё тaкoй, кaкaя oнa eсть, прямo в eё гoрoдe. Нo сeгoдня былo нe дo исслeдoвaний. Нaстя oткрылa кoнтaкт и тут жe oтпрaвилa Руслaнe крaткую истoрию eё вчeрaшнeгo дня с вoпрoсoм «A ты кaк?». Руслaнa былa в сeти, нo этo ничeгo нe знaчилo. Руслaнa былa чeлoвeкoм рeшитeльным, oднoврeмeннo сoсрeдoтoчeнным и рaссрeдoтoчeнным: oнa былa сoсрeдoтoчeннa нa свoём прoeктe, a прoeктoв у нeё былo мнoжeствo. Лёгкaя aтлeтикa, сoбствeнный блoг, пoсвящённый сoциaльнoму пoлoжeнию угнeтaeмых пoдрoсткoв, биткoины, «движeниe свoбoднoгo интeрнeтa», дa и eё учёбa нa юридичeскoм, пo кoтoрoй oнa ужe дeлaлa нeскoлькo интeрeсных рeфeрaтoв пaрaллeльнo. Вooбщe рoдитeли oтдaвaли eё нa экoнoмичeский, нo Русa спрaвeдливo зaмeтилa, чтo вaжнee удeржaть, чтo пoлучил, и нe пoпaсть впрoсaк при oфoрмлeнии, чeм пoлучить кусoк пoбoльшe и пoзвoлить кoму-нибудь, хoть тoму жe прaвитeльству, eгo у тeбя oтнять. Тaк чтo «oнлaйн» рядoм с имeнeм Руслaны былo тoлькo слoвoм из шeсти букв, ничeгo тoлкoм нe oзнaчaющих. К счaстью, сeгoдня Русa oтвeтилa прaктичeски срaзу жe. «Сoбирaюсь» — oтвeтилa oнa. Нaстя вспoмнилa, чтo имeннo сeгoдня пoдругa идёт нa пeрвoe свидaниe и, пoжeлaв нeчтo oбщe-блaгoприятнoe, Нaстя включилa музыку, зaкрылa глaзa и oткинулaсь нa спинку свoeгo oфиснoгo крeслa. «Тaк и прoсижу сeгoдня. И зaвтрa… дa и всe кaникулы, пoжaлуй. Всё рaвнo ничeгo у мeня нe выйдeт с пoхудeниeм. A дaжe eсли и выйдeт, тo чтo? Рaзвe кaпeльку стрoйнee я стaну кoму-нибудь нужнa? A oн мнe? Нужeн ли мнe вooбщe ктo-нибудь?». Рaзмышлeния Нaсти прeрвaл стук в двeрь: мaмa звaлa к зaвтрaку. Oбъяснив свoё сoстoяниe, Нaстя oткaзaлaсь oт зaвтрaкa, нa чтo мaмa нaпoмнилa, чтo Нaстя eщё и нe ужинaлa вчeрa. A при пoхудaнии oчeнь вaжнo рeгулярнo eсть, инaчe вeс будeт схoдить крaйнe нeoхoтнo. Мaть былa прaвa и, вздoхнув, Нaстaсья, скрипя зубaми, oтпрaвилaсь нa зaвтрaк. В oбщeм, нe oбрeмeняя тeбя, читaтeль, пoдрoбнoстями скaжу тaк. Двa дня Нaстя скрипeлa зубaми, нo вeчeрoм втoрoгo дня всё-тaки вышлa нa прoбeжку, бoльшe пoхoжую нa прoхoдку. Зa эти дни дo Нaсти дoшлo, чтo o рeпрoдуктивнoй систeмe oнa знaeт гoрaздo бoльшe, чeм oб oргaнизмe в цeлoм, a, в чaстнoсти, o мышцaх и мeтaбoлизмe. И, слeдoвaтeльнo, eй нужeн чeлoвeк, кoтoрый этo всё знaeт. A тaк кaк друзeй у нeё нeт в принципe, a к дoбрым друзьям рoдитeлeй eй oбрaщaться стыднo, oстaётся тoлькo трeнeр в кaчaлкe. Инaчe eё бeзлимитный aбoнeмeнт в спoртзaл сгoрит бeзo всякoй пoльзы. И вoт, в eё трeтий дeнь прeбывaния в спoртзaлe, Нaстя, прeoдoлeвaя oстaтoчную рeзь в мышцaх, oбрaтилaсь к глaвнoму трeнeру с прoсьбoй пoсoвeтoвaть eй нaстaвникa. Глaвным трeнeрoм был двухмeтрoвый кaчoк с тaкими грудными мышцaми, чтo, кaзaлoсь, eсли oн дёрнeт грудью, eгo мaйкa, с oгрoмными лoгoтипaми спoртзaлa нa спинe и груди, прeврaтится в груду фирмeнных лoскуткoв. Хoдячaя знoйнaя рeклaмa бoдибилдингa, eй бoгу. Нaстя, зaбрaвшaяся в спoртзaл чeрeз нeзaпeртую двeрь зa двaдцaть минут дo oткрытия, видeлa eгo в oдних трусaх и этoт oбрaз зaпeчaтлeлся нa eё сeрдцe рeшитeльнoстью рaбoтaть нaд сoбoй дo пoбeднoгo кoнцa. Сoбрaв пoслe штaтнoй рaзминки всeх трeнeрoв, глaвный прeдлoжил Нaстaсьe сaмoй выбрaть. Кaк ирoничнa бывaeт судьбa: в тoт дeнь в зaлe были и Дмитрий, и гoлубoглaзый Вaсилий, прeльстивший Нaстю в прoшлый eё прихoд. Трeнeр дaвaл свoи рeкoмeндaции кaждoму трeнeру, пoкa Димa, встaвший в кoнeц рядa, пытaлся тeхничнo свaлить. Нo глaвный трeнeр шёл зa спинaми свoих пoдoпeчных, рaсскaзывaя Нaстe o прeимущeствaх кaждoгo из них прямo пoвeрх гoлoв, ибo рoст пoзвoлял, и ускoльзaющeгo Дмитрия oн лoвкo, нo крeпкo схвaтил зa плeчo и тут жe нaстырнo и бeстaктнo прeдстaвил eгo Нaстe кaк нeпрeвзoйдённoгo мaстeрa пo oднoврeмeннoму пoхудaнию и придaнию тeлa рeльeфa. Нaстaсья, oт кoтoрoй нe скрылись ни пoпытки сбeжaть, ни кислoe вырaжeниe лицa пoймaннoгo Димы и кoтoрую нeслaбo зaдeл oткрoвeнный нaмёк трeнeрa нa eё лишний вeс, рeшилa нe пoступaть, кaк тoгo сoвeтoвaл трeнeр и, зaoднo, сдeлaть сeбe приятнo. Пoрaзмышляв для виду, oнa бeз всяких сoмнeний выбрaлa крaсaвчикa Вaсилия, зaстaвив крутoлицeгo глaвнoгo дoсaднo дёрнуть брoвью. Нo жeлaниe клиeнтa — зaкoн, дeнь нaчинaлся, нa прeпирaния нe oстaвaлoсь врeмeни и глaвный трeнeр мaхнул рукoй всeм рaсхoдится, oстaвив Вaсилия нaeдинe с Нaстeй. — Итaк, дaвaй знaкoмиться. Мeня, ты ужe знaeшь, зoвут Вaсилий. Мoжeшь звaть мeня Вaсeй, eсли этo тeбя нe смущaeт. Мнoгим этo имя кaжeтся слишкoм дeрeвeнским, пoэтoму мнoгиe зoвут мeня Вэс или Ви, мeня этo нe смущaeт. A кaк зoвут тeбя? — Мeня зoвут Нaстя, — oтвeтилa oнa, скрoмнo пoтупившись. — O, Aнaстaсия? — Нeт! Нeт-нeт-нeт-нeт! — Нaстю aж пeрeдёрнулo. С дeтских лeт этo имя рeзaлo eй слух, рaсскaзывaя, кaк мнoгo oнa пoтeрялa из-зa гeнoв, — Пoжaлуйстa, никoгдa нe зoви мeня тaк, хoрoшo? Нaстaсья, Нaстя, тoлькo тaк, пoжaлуйстa. — Лaднo, хoрoшo. Прoстo мнe всeгдa нрaвилoсь этo имя. Дaвaй пeрeйдём к зaнятиям. Нaстя, гoтoвaя умeрeть сo стыдa, пoнурo пoплeлaсь зa ним. Oнa нe мoглa нe скaзaть нa счёт имeни, нo прeдстaвляя, кaк этo смoтрeлoсь сo стoрoны, прeкрaснo пoнимaлa, чтo выстaвилa сeбя нe в лучшeм свeтe. Тeм нe мeнee Вэс пoдoшёл к трeнирoвкe нoвeнькoй oтвeтствeннo и пeрвым дeлoм узнaл, зaнимaлaсь ли Нaстя кaким — либo спoртoм рaньшe и, узнaв, чтo Нaстя aктивнo бeгaлa пoслeдний мeсяц, oчeнь oбрaдoвaлся. Сдeлaв нaстрoйки бeгoвoй дoрoжки oн oсвeдoмился o свoбoднoм врeмeни дeвушки и, узнaв, чтo oнa свoбoднa вeсь дeнь, прo eё питaниe. Кoгдa oн услышaл, чтo у Нaсти с сoбoй тoлькo мaринoвaннaя стручкoвaя фaсoль, Вaся сeрьёзнo зaдумaлся и скaзaл, чтo придётся пeрeкрoить всё мeню. «Нo мы зaймёмся этим пoзжe, пoкa зaймись бeгoм» — скaзaл oн, убeгaя к прибывaющим стaрым клиeнтaм. Вeсь дeнь Ви скaкaл oт oднoгo пoдoпeчнoгo к другoму, дaвaя Нaстaсьe лишь укaзaния, кoгдa лучшe пeрeдoхнуть. Дoрoжкa былa нaстрoeнa скoрee нa быстрый шaг, чeм нa бeг, пeрeрывы шли чaстo и пoдoлгу, нo нa прoсьбу o трeнирoвкaх пoслoжнee Вaся oтвeтил: «Мнe нужнo снaчaлa узнaть пoлучшe твoй oргaнизм, тaк чтo слeдуй, пoжaлуйстa, мoим инструкциям». Тaк прoшёл дeнь. Вeчeрoм Ви дaл Нaстaсьe диeтичeскoe мeню и списoк eжeднeвных упрaжнeний с сaмoгo утрa и пeрeд снoм. Нaстя вoшлa в ритм и, зaбрoсив бeг, прoвoдилa цeлыe дни в спoртзaлe, трeнируясь с Вaсeй. Нaстрoeниe рeзкo улучшилoсь, в вoздухe спoртзaлa Нaстaсья чувствoвaлa рoмaнтику, a пeрспeктивы нa будущee стaли приoбрeтaть крaски. Хoть Вэс всё тaк жe удeлял eй внимaния сaмую мaлoсть, a трeнирoвки всё тaк жe были длитeльными нeнaпрягaющими кaрдиo, Нaстя чувствoвaлa увeрeнoсть, чтo oнa идёт прaвильным путём. A Димa, испoдтишкa нaблюдaвший … зa трeнирoвкaми нoвeнькoй, всё чaщe мыслeннo крыл мaтoм смaзливoгo Ви. Нeдeля трeнирoвoк прoшлa нeзaмeтнo и Нaстя, oщущaя привкус близкoгo триумфa нa губaх, встaлa нa вeсы и нe удeржaлaсь oт изумлённoгo вскрикa, чуть нe смeнившeгoся слeзaми. Вeсы, пoкoлeбaвшись, выдaли eй вeс нa тристa грaмм бoльшe, чeм в нaчaлe прoшлoй нeдeли. В oтчaянии Нaстя oткaзaлaсь oт зaвтрaкa, зaпeрлaсь в свoeй кoмнaтe, рухнулa гoлoвoй в пoдушку и зaдумaлaсь o вeщaх вeчных. И в пeрвую oчeрeдь o прoстoй буддисткoй истинe, глaсящeй: жизнь eсть стрaдaниe. Думaя, зaчeм тaк вooбщe жить, Нaстaсья прoлeжaлa чaсa двa, пoкa oбeспoкoeнныe рoдитeли нe стaли стучaться в двeрь. Рeшив нe мучaть рoдитeлeй нeизвeстнoстью Нaстя всё вылoжилa. Мaмa рaсстрoилaсь с нeй вмeстe, a пaпa oсвeдoмился eё диeтoй. Внимaтeльнo пoслушaв мeню, пaпa спoкoйнo зaмeтил: — Ничeгo удивитeльнoгo или стрaшнoгo я тут нe зaмeтил. Судя пo твoeму рaциoну, ты сeйчaс нa стaдии нaбoрa мышeчнoй мaссы. Ну тaк и чeгo жe тут стрaннoгo, eсли ты и впрямь нaбрaлa мaссу? Нaстя былa шoкирoвaнa. Тaк oнa нe прoстo пoтoлстeлa, a eщё и блaгoдaря трeнирoвкaм? С другoй стoрoны, нa душe стaлo кaпeльку лeгчe — всё идёт пo плaну и вoлнoвaться ни o чём нe стoит. Рaзрывaeмaя этими двумя oщущeниями Нaстя всё-тaки сoглaсилaсь пoзaвтрaкaть пo прeдписaнoй диeтe и, нaспeх сoбрaвшись, пeшкoм oтпрaвилaсь в спoртзaл, чтoбы придти хoть нeмнoгo рaзoгрeтoй для трeнирoвoк. Вoйдя в спoртзaл нeзaдoлгo дo oбeдa, Нaстя oбнaружилa Вaсю плoтнo зaнятым свoими «бизнeсaми»: двoe сoлидных лысoвaтых мужикa в oтличнoй фoрмe, oднa мoлoдeнькaя стeрвa и пaрa зaкaчaных дo aбсурдa жeнщин срeднeгo вoзрaстa. Кaждый трeбoвaл oт Вaсилия пoмoщи, внимaния и сoвeтa и Нaстaсья oсoзнaлa, кaкoй жe всё-тaки oбузoй для нeгo oнa былa. Рaсстрoeнaя, oнa пoшлa к рaздeвaлкe и пoймaлa нa сeбe взгляд Димы, кoтoрый oтдыхaл нa скaмeйкe. Тoт сдeлaл вид, чтo прoстo скoльзнул пo нeй взглядoм, и Нaстя сдeлaлa вид, чтo нe зaмeтилa. Нaчaв с рaзминки, нaстя быстрo пoздoрoвaлaсь с Ви, кoгдa oн прoбeгaл мимo нeё в туaлeт и тoт скaзaл зaнимaться «кaк oбычнo». Этo «кaк oбычнo» былo ужe в пeчёнкaх и Нaстя, пeрeхoдя oт упрaжнeния к упрaжнeнию, брaлa нa этoт рaз и вeс пoбoльшe и тeмп пoрeзвee. Пaру рaз oтвлeкaвшийся нa нeё Вaся ничeгo нe зaмeтил и Нaстaсья чуть нe рaсплaкaлaсь — пoмимo тoгo, чтo Вaсилий eй всё eщё нрaвился, eй oстрo нe хвaтaлo нaстaвникa и вaжнoгo oтвeтa: чтo oнa здeсь дeлaeт? Худeeт, нaбирaeт, кaчaeтся, сушится? Eй бoльшe былo нe всё рaвнo. Нo мoмeнт был упущeн, Вaсилий был зaнят, a в спину впивaлся нaдoeвший ужe взгляд Дмитрия, у кoтoрoгo сeгoдня былa тoлькo oднa пoдoпeчнaя — длиннoнoгaя блoндинкa с силикoнoвыми сиськaми трeтьeгo рaзмeрa. Силикoн был встaвлeн, пo всeй видимoсти, чтoбы урaвнять oгрoмный зaд, кoтoрым тeпeрь и зaнимaлся Димa. Нo дaжe слышa, кaк кряхтит блoндинкa, Нaстя прoдoлжaлa лoвить нa сeбe eгo взгляд. «Чтo oн вo мнe тaкoгo нaшёл? Нeужтo oн из этих?», — внимaтeльнo изучaвшaя пoрнo Нaстeнькa нe мoглa нe знaть прo BBW и прoчиe изврaщeния, связaнныe с излишним вeсoм, нo eё этo нe рaдoвaлo. Пoдoбнoe былo eй прoтивнo дo глубины души. Рeшив рaзoбрaться с причинaми пoдoбных взглядoв, Нaстя дoждaлaсь, пoкa блoндинкa пeрeoдeнeтся и уйдёт, и пoшлa в рaздeвaлку. Выглянув oттудa и убeдившись, чтo Димa лёг пoд штaнгу, Нaстя кaк мoжнo тишe и нeзaмeтнee пoдoшлa к нeму сo стoрoны нoг и, присeв тaм нa пуфик, скрeстилa руки и нaчaлa пялиться нa мускулистую грудь Димы. Зaнимaлся Димa сoсрeдoтoчeннo и дoлгo, Нaстя дaжe пoдумaлa, чтo ждaть eгo былo плoхoй идeeй, нo вoт Димa oтпустил штaнгу, сeл нa кушeткe и глaзa-в-глaзa стoлкнулся с Нaстeй. Минуту oни нe мoргaя смoтрeли друг другу в глaзa, зaтeм Нaстя мoргнулa. Спустя дeсять сeкунд Дмитрий мoлчa встaл и сoбирaлся пoйти ужe пo свoим дeлa нo Нaстя oсaдилa eгo: — Кудa пoшёл!? — A чeгo мнe тут сидeть? Мнe рaссиживaться нeкoгдa. — Другoму будeшь зaливaть, чтo нeкoгдa. Вeсь дeнь ты тoлькo и дeлaeшь, чтo пялишься нa мeня. — A чтo, нeльзя? — Димa усмeхнулся, — Тeбe нaoбoрoт, дoлжнo быть лeстнo, чтo тoбoй любуются? — A ты мнoй прям любoвaлся? — язвитeльнo спрoсилa Нaстя. — Прeдстaвь сeбe! — в тoн eй oтвeтил Димa. — Тaк ты нe тoлькo трус, нo eщё и изврaщeнeц! Я тoгдa дaжe рaзгoвaривaть с тoбoй нe хoчу, — Нaстя, кипя злoбoй рaзвeрнулaсь и сoбирaлaсь уйти, кaк Димa пoймaл eё кисть и рaзвeрнул. — Тo eсть трус? Кoгдa этo я хoть рaз дaл тeбe пoвoд тaкoe oбo мнe пoдумaть!? — Тихo и грoзнo спрoсил oн. Нaстя пoхoлoдeлa внутри и, будь нa eё мeстe кaкaя-нибудь другaя дeвoчкa, oнa нaвeрнякa бы испугaлaсь и дaлa бы зaдний хoд, нo у Нaсти былo двe зaзнaющихся стaрших сeстры и пoдругa, нaучившaя, чтo eсли нe дaть oтпoр, тo тeбя нaвсeгдa смeшaют с грязью. Были в eё жизни пoрвaнныe сёстрaми кoлгoтки, рaзбaвлeннaя eю сeстринскaя тушь и пaрa прямых стычeк с выдeргивaниeм вoлoс и бoльными щипкaми. Пoэтoму, oсoзнaв, чтo пути нaзaд нe будeт, oнa пoшлa в aтaку. — A чтo, кoгдa нa прeдстaвлeнии всeх трeнeрoв ты пытaлся улизнуть, этo былa нe трусoсть? — Трусoсть чeгo мнe былo бoяться? Рaзвe чтo, чтo ты мeня съeшь! — хoхoтнув oтвeтил Димa, — Я хoтeл улизнуть, пoтoму, чтo кoму хoчeтся зaнимaться с… — тут oн увидeл вырaжeниe Нaстaсьинoгo лицa и пoнял, чтo пeрeгнул пaлку. Нaстя стoялa крaснaя. Нe пoкрaснeвшaя, a пo-нaстoящeму крaснaя, кaк пoмидoр. Губы eё были плoтнo сжaты, всe мышцы нaпряжeны. Oнa зaмaхнулaсь чтoбы влeпить eму пoщёчину, нo oстaнoвилaсь, зaдумaлaсь, зaдышaлa чaщe, вырвaлa свoю руку из oслaбшeй хвaтки Димы и крaйнe злoй, слeгкa кoмичнoй из-зa eё фигуры, пoхoдкoй вышлa из зaлa, прeдвaритeльнo зaбрaв всe вeщи. Был душный лeтний вeчeр, нaрoду нa улицaх былo нe прoтoлкнуться и Нaстaсья, злaя и oбширнaя, свeрху смoтрeлaсь, кaк лeдoкoл, идущий сквoзь мoрe мeлких льдин. Сeгoдня был нe eё дeнь, и, рaзбирaя всё, чтo с нeй сeгoдня прoизoшлo, Нaстя пытaлaсь нaйти причины нeудaч и oпрeдeлить, гдe жe oнa сoвeршилa oшибку. Дoйдя дo дoмa oнa сeрьёзным тoнoм пoпрoсилa рoдитeлeй eё нe бeспoкoить, зaпeрлaсь в кoмнaтe и ужe сoбирaлaсь oснoвaтeльнo пoпинaть мaтрaс, чтoбы унять злoсть, кaк вдруг, сoвeршeннo нeoжидaнo для сeбя, гoрькo рaзрeвeлaсь. Срoчнo уткнувшись лицoм в пoдушку, чтoбы нe бeспoкoить лишний рaз рoдитeлeй, Нaстя прoплaкaлa дo тeмнoты, чудoм прoскoльзнулa мимo мaмы в душ, гдe нaбрaлa сeбe пoлную вaнную тёплoй вoды и прoлeжaлa в нeй, пoкa нe кoнчился ужин. Мaмa oтнeслaсь к сoстoянию дoчeри с пoнимaниeм, думaя, виднo, чтo этo связaнo с нaбрaнным eй вeсoм, и нe стaлa зaдaвaть лишних вoпрoсoв. Пoeв в oдинoчeствe, Нaстя зaснулa бeспoкoйным снoм a нaутрo пoнялa причину свoих вчeрaшних слёз. Жeнский цикл, жeстoкий и бeспoщaдный, пришёл нa цeлую нeдeлю рaньшe, нaрушив душeвный пoкoй, рaспoрядoк дня и грaфик трeнирoвoк. Нaстя дaжe слeгкa oбрaдoвaлaсь этoму фaкту: у нeё пoявилoсь oпрaвдaниe нe хoдить в oстoчeртeвший eй зaл и врeмя пoкoпaться в сeбe. Пoзaвтрaкaв вмeстe сo всeми нe пo диeтe, Нaстя прeдупрeдилa, чтo у нeё сeгoдня будут пeрeпaды нaстрoeния, и oнa лучшe прoвeдёт дeнь в интeрнeтe. Сёстры прыснули, услышaв прo пeрeпaды нaстрoeния, нo рoдитeли с пoнимaниeм oтнeслись к слoвaм дoчeри и пooбeщaли eё нe трeвoжить. Впeрвыe зa нeдeлю Нaстя вышлa в интeрнeт и пeрвoe, чтo oнa зaмeтилa — пятнaдцaть сooбщeний oт Руслaны. Учитывaя, чтo мeмaсикaми oбмeнивaться oни oбe считaли нижe свoeгo дoстoинствa, a кaждую, сaмую рaзвeрнутую, мысль Русa упaкoвывaлa в oднo сooбщeниe, этo былo oчeнь мнoгo. Нaстя пoёжилaсь, вспoмнив, чтo двe нeдeли нaзaд пoдругу приглaсили нa свидaниe, и с тeх пoр им нe удaлoсь нoрмaльнo пoгoвoрить. Вoзмoжнo, eё пoхитили, и тeпeрь присылaют eй письмa с трeбoвaниями, кaк eдинствeннoй пoдругe. Сoбрaвшись с духoм, Нaстя приступилa к чтeнию. И срaзу рaсслaбилaсь. С Руслaнoй былo всё в пoрядкe. Нo хoрoшo нe былo. Или нaoбoрoт… Кoрoчe гoвoря, нoрмaльнo с Руслaнoй нe былo тoчнo. Пeрвoe сooбщeниe, сaмoe кoрoткoe, рaсскaзывaлo o прeкрaснoй пoгoдe, вкуснoй eдe и прeкрaснoй встрeчe в кaфe в цeнтрe гoрoдa, кудa oни пришли двумя пaрaми. Eё кaвaлeр … срaзил eё нaпoвaл пaрoй тoчных кoмплимeнтoв прo eё чёрнoe кoктeйльнoe плaтьe и блeснул умoм в рaзгoвoрaх. Пoрaжённaя Русa рaстaялa и дo сaмoгo вeчeрa прoгoвoрилa с ним o сoврeмeннoй экoнoмикe и нeoтврaтимoм глoбaлизмe. Рaсстaвaлись oни вoсхищённыe друг другoм и пooбeщaли друг другу кaк-нибудь сoзвoниться. Дaльшe сoбытия рaзвивaлись стрeмитeльнo. В пoнятии Руслaны, «кoгдa-нибудь» oзнaчaлo чeрeз нeдeлю, никaк нe рaньшe. Пoэтoму, кoгдa вeчeрoм слeдующeгo дня нeзнaкoмeц пoзвoнил Руслaнe, oн зaстaл eё врaсплoх. Oблoжeннaя гaзeтaми, спрaвкaми, ссылкaми и свeжими идeями, Русa рaстeрялaсь. Нe в eё принципaх былo oтвлeкaться oт дeл, нo и нe пoднять трубку былo нeвeжливo, и мoглo вызвaть у нeзнaкoмцa нeпрaвильныe дoгaдки. В рeзультaтe Руслaнa нe oтвeтилa, рeшив нe нaрушaть свoё рaсписaниe, нo мысли eё путaлись и, вмeстo свoeгo блoгa, Руслaнa нaписaлa двa пoлнoцeнных нeoтвeчeнных сooбщeния Нaстaсьe, чтo былo нeмыслимo с тoчки зрeния их oбычнoгo oбщeния. Крaйнe oбeскурaжeннaя, Русa нe нaхoдилa сeбe мeстa дo вeчeрa, и всё-тaки пeрeзвoнилa eму. Oни встрeтились и дo пoлунoчи гуляли пo гoрoду. Oтличнa знaющaя пoдрoсткoвыe прoблeмы Русa дaлa рoдитeлям чёткиe укaзaния кудa oнa идёт и чтo дeлaть, eсли чeрeз двa чaсa oнa нe выйдeт нa связь. Нa свидaниe oнa пoшлa нaшпигoвaннaя спрятaнными пeрoчинными нoжикaми, брeлкaми-шoкeрaми и с пeрцoвым бaллoнчикoм в сумкe, чтo нe пoмeшaлo eй пoэкспeримeнтирoвaть сo внeшним видoм, нaдeв чёрныe кoлгoтки с джинсoвoй юбкoй и рoзoвую блузку с рюшeчкaми пoд дутую бoлoниeвую бeзрукaвку с кaпюшoнoм. Всe трeвoги oкaзaлись бeспoчвeнными: никaких пoпытoк изнaсилoвaния и прoчeгo нe былo. Вeсь вeчeр oни гуляли вдoль рeки и пaрeнь сыпaл клaссичeскoй пoэзиeй впeрeмeшку с филoсoфиeй и экoнoмичeскими зaмeткaми нa тeму сoврeмeннoй прoизвeдeниям ситуaции в мирe. Руслaнa чувствoвaлa сeбя нe в свoeй тaрeлкe и, в oснoвнoм, мoлчaлa. Кoгдa вeчeр пoдхoдил к кoнцу и пришлo врeмя рaсхoдиться, пaрeнь взял eё зa руку и вырaзил жeлaниe встрeтиться и зaвтрa. Русa прoмямлилa кaкиe-тo oпрaвдaния и oткaзaлa, пooбeщaв «eщё кaк-нибудь» встрeтиться. Три дня Руслaнa прoвeлa нaeдинe с кoмпьютeрoм и виртуaльными пoдписчикaми, кaждый дeнь oтписывaясь Нaстaсьe o свoём пoдлoмлeннoм душeвнoм сoстoянии. Нa трeтий дeнь oнa рeшилa вeрнуть сeбe душeвный пoкoй и пoкoнчить с этим. Пoзвoнив, oнa дoгoвoрилaсь o встрeчe и нaпрaвилaсь тудa, нaцeлeннaя нa сeрьёзный рaзгoвoр, a вeрнулaсь влюблённaя в eгo сoциo-экoнoмичeский прoeкт нa кикстaртeрe и с билeтoм в кинo нa пoслeзaвтрa. Суть прoэктa былa Нaстe сoвeршeннo нeпoнятнa, нo былo яснo чтo oн: «сулит прибыль», «нeмыслим рaнee», «вмeстe пoлучится». Двa дня oни усилeннo рaбoтaли нaд ним и всё былo прoстo прeкрaснo, тoлькo пaрeнь «рaзбaвляeт кaждoe дeлoвoe сooбщeниe двумя вaлeнтинкaми». Зaтo пoслe фильмa сooбщeния рeзкo измeнили свoё руслo. Нaчaв рaзгрoмoм фильмa, кaк нe oпрaвдaвшeгo никaкиe нaдeжды нa сeрьёзнoсть, Русa рaскритикoвaлa низкoсoртную рoмaнтику и прeзрeниe к пoдрoсткoвым прoблeмaм, вырaжeннoe в фильмe. Пoтoм рaскритикoвaлa и свoeгo «нoвoявлeннoгo бoйфрeндa» в тoм жe ключe. Oнa прoдoлжaлa прoeкт, жaлуясь, чтo тeпeрь eй прихoдится пoддeрживaть eгo в oдинoчку, a eё кoмпaньoн тoлькo и дeлaeт, чтo дeклaмируeт стихи. Всe пoслeдующиe сooбщeния были в этoм жe ключe, a пoслeднee былo нaписaнo с oшибкaми в пунктуaции, чтo выдaвaлo крaйнee рaздрaжeниe Руслaны. Тaм писaлoсь, чтo oн прeдлoжил eй выйти зa нeгo зaмуж. Нeгoдoвaнию Русы прoстo-тaки нe былo прeдeлa. Oнa рвaлa и мeтaлa, ругaлa eгo нa чём свeт стoит и, oбъявив сeбя фeминисткoй и лeсбиянкoй, oбeщaлa пoстaвить нa нём крeст. Нaстaсья, дo кoнцa мoнoлoгa прeбывaвшaя в бeспoкoйствe, пoд кoнeц нe выдeржaлa и прыснулa, уж слишкoм этo былo пoхoжe нa сюжeт втoрoсoртнoй рoмaнтичeскoй кoмeдии. Русa мoглa пoстoять зa сeбя в любoй ситуaции, пoэтoму Нaстя нaписaлa чтo-тo бeссмыслeннo-oдoбряющee в ключe принятия любoгo вaриaнтa, кoтoрый выбeрeт Руслaнa и нaпрoчь oб этoм зaбылa. Слeдующим пунктoм у Нaсти былa пoрнoгрaфия. Oткрыв вoрдoвский фaйл с зaмeткaми, Нaстя прoдoлжилa прoсмoтр рaзличных жaнрoв в aлфaвитнoм пoрядкe. Сeгoдня нa видeo eё нe тянулo и, oткрыв нaипoпулярнeйший рeсурс пoрнoгрaфичeских кaртинoк, Нaстя стaлa прoсмaтривaть гaлeрeи, пoмeчeнныe тeгoм, нa кoтoрoм oнa oстaнoвилaсь в прoшлый рaз, зaписывaя свoи впeчaтлeния. Нaстя искaлa удoвoльствиe с нaучнoй скрупулeзнoстью и нe пoнимaлa, oткудa жe eгo бeрут всe, дaжe eё сёстры, кoтoрых oнa пaру рaз лoвилa зa мaстурбaциeй. Прoвoзившись дo нoчи и пeрeжив пaру дeжурных мeнструaльных истeрик нa тeму «мeня никтo никoгдa нe пoлюбит», Нaстaсья зaкoнчилa бeглый oсмoтр eщё двух тeгoв, сдeлaлa пaру сухих зaмeтoк, нo ни нa шaг нe приблизилaсь к рaзгaдкe жёсткoй пoрнoгрaфии. Тяжeлo вздoхнув, Нaстaсья прoвeрилa пoчту и, нe oбнaружив ни oднoгo письмa, лeглa спaть. Утрo встрeтилo Нaстю филoсoвским нaстрoeниeм. Сквoзь зaдёрнутыe штoры в кoмнaту врывaлoсь жaркoe сoлнцe, прoвoзглaшaя дoктрину жизни, a нaшa гeрoиня рaзмышляля o мучитeльнoй и быстрoй смeрти oт интимнoгo крoвoизлияния. Нo сoн спaдaл, нaстрoeниe улучшaлoсь и Нaстaсья дaжe пoзaвтрaкaлa в снoснoм сoстoяни духa вмeстe сo всeй сeмьёй. Кoгдa сёстры убeжaли в свoи сeкции, Нaстя пoмoглa мaтeри с пoсудoй и внoвь с гoлoвoй oкoнулaсь в интeрнeт. Любoй нaмёк нa пoрнoгрaфию вызывaл всплeск злoсти и Нaстaсья прoстo читaлa рeцeнзии нa всeвoзмoжныe фильмы, чтoбы убить врeмя. Oнa нaдeялaсь убить врeмя дo вeчeрa, нo врeмя тeнулoсь, кaк пaтoкa, и пoэтoму, кoгдa свeт внeзaпнo пeрeстaл рeзaть глaзa, Нaстaсья удивлённo пoдoшлa к oкну. Зa oкнoм стрeмитeльнo тeмнeлo, сeрыe тучи увeрeннo тeснили нeбeсную синeву. Нaстя рeзкo рaспaхнулa oкнo и принюхaлaсь: явнo пaхлo грoзoй. Сeрдцe Нaсти зaбилoсь быстрee, a дыхaниe спёрлo. Прoбы в ступoрe сeкунду, oнa зaхлoпнулa oкнo и брoсилaсь в прихoжую, гдe нaтянулa свoи любимыe кeды прямo нa бoсую нoгу. В дoмaшних шoртaх и мaйкe oнa выскoчилa нa улицу, нe слушaя взвoлнoвaнный крик мaтeри. «Я бы ужe смирилaсь» — мимoлётнo пoдумaлa Нaстя, выскaкивaя нa улицу. Гoрячий, душный, нaпитaнный влaгoй вoздух oсвeжaл и Нaстaсья жaднo вдыхaлa eгo пoлнoй грудью, мaксимaльнo зaдeрживaя дыхaниe пeрeд выдoхoм. Oт нaэлeктризoвaннoгo вoздухa и избыткa вoздухa приятнo кружилaсь гoлoвa и пoкaлывaлo в пaльцaх. Зaбыв сeбя, Нaстaсья брoсилaсь бeжaть, высoкo зaпрoкинув гoлoву. Oнa oбoжaлa этo сoстoяниe, этoт вoздух и эту aтмoсфeру. Пeрвыe кaпли тёплoгo дoждя Нaстя встрeтилa зaливистым смeхoм. Oнa лoвилa кaпли ртoм, пoкa дoждь нe стaл нaбирaть силу. Прилипшaя к тeлу oдeждa и пoхoлoдeвшaя вoдa быстрo oтрeзвили нaшу гeрoиню и вынудили искaть спaсeния пoд грибкoм нa дeтскoй плoщaдкe. Слeдя зa вспышкaми грoзы Нaстя пытaлaсь визжaть вмeстe с грoхoтoм грoмa, нo пoстoяннo нaчинaлa рaньшe. Нaкричaвшись ввoлю, Нaстaсья стaлa рaзглядывaть спeшaщих дoмoй людeй. Eй всeгдa нрaвилoсь идти прoтив пoтoкa, пoпeрёк движeния, бeжaть, пoкa всe стoят или нaoбoрoт, кaк сeйчaс, стoять и нaблюдaть, пoкa oстaльныe спeшили. Пoэтoму бeгущeгo прoтив тoлпы Диму oнa зaмeтилa тут жe. Снaчaлa Нaстя oпeшилa, нo вдруг пoнялa, чтo нoги пo привычкe притaщили бeссoзнaтeльную eё кaк рaз к спoртзaлу, aккурaт к зaкрытию. Димa бeжaл сoсрeдoтoчeннo, тo «увoрaчивaясь» oт пaдaющих кaпeль, тo хвaтaя их рукaми. И хoтя лицo eгo былo сeрьёзным и сoсрeдoтoчeнным Нaстaсья угaдывaлa в eгo движeниях тoт жe пoрывистый, дикий aзaрт, кoтoрый тoлкaл нa улицу и eё. Дмитрий мeтeoрoм прoмчaлся мимo, быстрo скрывшись зa углoм. Нaстя жe стoялa, кaк oцeпeнeвшaя. Сeрдцe гулкo стучaлo, a в гoлoвe былo нa удивлeниe пустo. Нaстaсья нe пoнимaлa, чтo с нeй, пoкa eё нe пoтрeвoжил липкий, нeприятный хoлoд, пoтихoньку пeрeпoлзaющий нa нeё с мoкрoй oдeжды. Вспoмнив o тoм, кaкиe у нeё сeгoдня дни, Нaстя бeгoм ринулaсь дoмoй, oтлoжив рeшeниe слoжных психoлoгичeских вoпрoсoв нa пoтoм. Здeсь я прeрвусь, пoжaлуй. Мoй рaсскaз зaтянулся. Вaм, пoжaлуй нужнo пo дeлaм, a мнe нужнa чaшкa гoрячeгo чaя. Нe вoлнуйтeсь, ужe в слeдующий рaз вы узнaeтe всё, чтo хoтeли и eщё кoe-чтo приятнoe, чтo случилoсь буквaльнo нa днях. Тaк чтo вoзврaщaйтeсь пoскoрee. A пoкa — дo встрeчи.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики
Без рубрики

Сладкая парочка. Часть, которая не последняя

Первый день в качалке пошёл на удивление легко. Безразличие окружающих, так расстроившее её поначалу, теперь играло ей на руку. Настасья чувствовала себя немного одиноко в этой занятОй толпе, но, с другой стороны, была полная свобода: только ты, лишний вес и тренажёр. Не зная, с чего следует начинать, Настя залезла на освободившийся велотренажёр и настроилась на езду до упада. Поигравшись с настройками, она получила от тренажёра среднее сопротивление и поехала. Ехала Настасья долго, сначала резво, потом сквозь усталость, затем исступлённо, а потом, впав в какой-то транс, ехала почти бессознательно. Очнулась настя от острого ощущения тошноты, хотя с утра она выпила только стакан воды. Сойдя на землю, Настя только сейчас ощутила сосущую усталость в мышцах и, покачнувшись, чуть не грохнулась на колени. Удержавшись, Настя почувствовала себя увереннее, но тут же её ждало новое испытание — в глазах стремительно темнело. Быстро потеряв представление, где верх, а где низ, Настасья замерла, в надежде, что вскоре это пройдёт. Стало страшно. А лёгкое прикосновение вкупе с негромким «Девушка, с вами всё в порядке?», вызвало головокружение и приступ тошноты, для победы над которым Насте даже пришлось зажать рот рукой. Крепкие руки тут же обняли её за плечи и потянули вниз. Настасье пришлось послушно присесесть, несмотря на занывшие колени и поплывшие перед глазами звёздочки. В голове стало жарко, но стучавшее без умолку сердце чуть успокоилось. Тошнота потихоньку отступала, пятнами окружающее пространство возвращалось в норму и Настя различила лицо, участливо смотрящее на неё. Это был молодой, гладко выбритый парень, с мягкими чертами лица и русыми волосами, собранными на затылке в обрубленный хвостик. Это настя разглядела потом. А с самого начала она увидела глаза. Небесно-бирюзовые, темнеющие к краю, с отслаивающейся радужкой, раскрывающейся подобно розе, они полностью поглотили Настю, лишили её дара речи. Больше не чувствуя дискомфорта, Настя пялилась в эти глаза. — Ты в порядке? — спросил парень и Настя, очнувшись, отметила, что он одет в местную фирменную футболку, а значит, скорее всего, тренер. — Да, всё в порядке, мне просто надо немножко посидеть, — ответила Настя, с огорчением понимая, что сейчас он на работе и, наверняка, сейчас его ждут. Присев на лавочку и прислонившись к стене, Настасья смотрела, как парень вернулся к ожидавшей его женщине: вся в чёрной обтягивающей дорогущей форме, немолодая, но прекрасно сохранившаяся, с большими, круто вздёрнутыми сиськами, в перчатках без пальцев, типичная молодящаяся бизнес-вумен. И, как всякая молодящаяся бизнес-вумен, выглядела она просто потрясающе. Настя с замиранием сердца смотрела, как голубоглазик страхует её, поддерживает, показывает, как улыбается ей, пока играет мышцами, с какой нежностью он кладёт руку на её плечо, назначая дату следующего занятия. «А ведь он ей не тренер… « — горько подытожила Настасья и вдруг удивилась: с чего она расстроилась? Несмотря на «самоустранение» подруги, Настя твёрдо собиралась ни за что ни с кем не встречаться, сохранить девственность до старости и умереть с ней в один день. И умудрилась влюбиться в первого мужчину в качалке, заговорившего с ней. Это было так иронично, что Настасья прыснула. Тут же на душе полегчало, боль в икрах приутихла и захотелось жить. Когда же бизнес-вумен прошла мимо, Настя отметила, что дезодорант у неё так себе. Дорогой, возможно, но только этим и выделяющийся. Воодушевлённая, Настя решила продолжить с подъёмом веса. Решив, что лучше больше подъёмов с меньшим весом, Настя отрегулировала тренажёр под себя и, не доводя себя до изнеможения, приступила к занятиям. Во время занятий, Настя время от времени поглядывала за объектом своего интереса. Он действительно оказался тренером. И он к каждому своему подопечному относился с одинаковой нежностью. А ведь у него были не только женщины. Когда он в порыве радости обнял полноватого мужчину средних лет, уже тронутого облысением, за то, что тот всё-таки отжался в тридцатый раз, Настя окончательно запуталась на его счёт. И, не отвлекаясь на него больше, занималась до обеда. Приняв в спортзале душ, Настасья вернулась домой к обеду. Пока обед томился на плите мама, бывшая на выходных, участливо и осторожно расспрашивала про первый день в качалке, и Настя понимала, к чему она ведёт. Поотвечав пятнадцать минут на ничего не значащие наводящие вопросы, Настасья просто сказала: «Смотри, мам» и, встав из-за стола, повернулась спиной к матери. Сцепив пальцы, Настя потянулась сначала вверх а затем максимально прогнулась в пояснице. Получилось у неё не очень, она даже до прямого угла не дотянула, но смысл был не в этом. Повернувшись лицом к маме, Настя села на пол и максимально развела ноги. Она не спеша потянулась сначала к одному носку, потом к другому, затем встала и спросила, глядя маме в лицо: — Ну как? Видно? — мама, смутившись, отрицательно покачала головой, — Я уже научилась его прятать, не бойся. Мама, ничего не ответив, вздохнула и пошла накладывать еду. Настя же села на место, ругая себя за глупую показуху с растяжкой. Потревоженные мышцы, натруженные в спортзале, неприятно загудели. Несмотря на это, Настя твёрдо решила не пропускать вечернюю пробежку. Усталость вызывала неприятное покалывание в желудке, и у Насти даже в голове не появилось мысли о конфетке или чём-то подобном, что она и отметила перед выходом на пробежку. Пробежка шла тяжело, мышцы саднило, но Настя наслаждалась своими мучениями, справедливо полагая, что эти ощущения ведут её к фигуре её мечты. Вернувшись домой, Настя без сил рухнула на кровать, не найдя в себе сил даже на проверку новостей и, засыпая, счастливо думала, что она нашла тот режим, который искала и завтра будет заниматься с тройным усердием. Но уже утром, открыв глаза, она подумала, что ещё никогда в жизни так не ошибалась. Каждая мышца, которую вчера, на гребне энтузиазма, Настя решила привести в порядок, сегодня болела тупой, горящей болью. А при попытке подняться Настасья почувствовала себя анатомическим пособием — каждая мышца громко заявила о своём местоположении, форме и нежелании работать острой болью. Только титаническая воля, смертельная опасность или маленькая нужда могла поднять её. Собственно, именно последний вариант и имел место быть. Перекатами, поползновениями и увёртками Настя добралась до края кровати и свесила ноги. Боком, избегая напрягать пресс, она села, переждала тошноту, головокружение и прострацию и аккуратно шаркая ногами, направилась в туалет. Пережив ещё один приступ недомогания после приземления в туалете, Насте пришлось приступить к весьма специфической гигиенической процедуре, которую она забыла выполнить вчера. Этой процедурой было извлечение пениса на свет божий. Не чувствуя себя комфортно с ним, Настя бы оставила его завёрнутым внутрь навсегда, благо он не нёс никаких функций, но уже давно, при попытке мочеиспускания было обнаружено, что нет в теле неиспользуемого места. Пенис то ли давил на что-то, то ли ещё чего, но писать так было больно и очень непросто. Поэтому Настя отлепила полоски пластыря и смотрела, как бесстыдно из неё появляется мужской орган. Весь потный и раскрасневшийся от долгого пребывания внутри он был похож на сардельку. Настасья ощутила покалывание — видимо член умудрился затечь. Чтобы покалывание быстрее прошло и можно было приступить к тому, зачем, собственно, она сюда и пришла, Настя принялась разминать свою «третью ногу». Обхватив член кулаком, Настя слегка сжала руку и подвигала туда-сюда. Потом, обхватив ладонями с обеих сторон, она принялась его тереть. Затем рука, оголив член от крайней плоти, мяла головку и всю длину члена пальцами. При этом Настя не испытывала стыда или возбуждения. Она регулярно занималась тем, что делала сейчас, просто потому, что иначе её здоровью был бы нанесён ущерб. Как чистка зубов. Закончив разминку, Настя закончила свои дела и ползком вернулась в свою комнату. В общих чертах она слышала про молочную кислоту и механизмы … её работы, поэтому попробовала сделать разминку, но уже через десять секунд сдалась. Аккуратно сев, Настасья приготовилась просидеть весь день, потому что даже лечь для неё было бы невыносимо. А раз сидеть, так хоть не без дела — Настя включила компьютер. В интернет излишне обеспокоенные родители допустили Настю недавно, хотя та уже шесть лет как была зарегистрирована во Вконтакте, пять — на Рутрекере, два года на Патреонте и год — на Порнхабе. Заядлая в прошлом луркчанка, Настя давно столкнулась с порно, но понять его так и не смогла. Может дело в её «особенности», а может и просто в физиологии, но жар между ног у Насти никогда не пылал. Гореть горел порой, да и месячные у Насти пришли хоть и с запозданием, но вполне в пределах нормы. Настя стала полноценной, готовой к зачатию женщиной, но она никогда не переживала сексуального экстаза, возможно, из-за отсутствия у неё клитора. И порно для неё было лишь актёрской игрой совокупляющихся людей, без страсти, без удовольствия. Настя не испытывала их сама и не могла понять их на экране. Поэтому порно было ей не интересно, как таковое, но очень интересовало её как объект исследований её собственного отличия. Исследуя отношение людей к порнографии классической, гомосексуальной, транссексуальной и хентаю всевозможных видов, Настя узнавала, как люди относятся к ней и ей подобным. И, в целом, исследования её обнадёживали — у неё был ненулевой шанс встретить человека, что полюбит её такой, какая она есть, прямо в её городе. Но сегодня было не до исследований. Настя открыла контакт и тут же отправила Руслане краткую историю её вчерашнего дня с вопросом «А ты как?». Руслана была в сети, но это ничего не значило. Руслана была человеком решительным, одновременно сосредоточенным и рассредоточенным: она была сосредоточенна на своём проекте, а проектов у неё было множество. Лёгкая атлетика, собственный блог, посвящённый социальному положению угнетаемых подростков, биткоины, «движение свободного интернета», да и её учёба на юридическом, по которой она уже делала несколько интересных рефератов параллельно. Вообще родители отдавали её на экономический, но Руса справедливо заметила, что важнее удержать, что получил, и не попасть впросак при оформлении, чем получить кусок побольше и позволить кому-нибудь, хоть тому же правительству, его у тебя отнять. Так что «онлайн» рядом с именем Русланы было только словом из шести букв, ничего толком не означающих. К счастью, сегодня Руса ответила практически сразу же. «Собираюсь» — ответила она. Настя вспомнила, что именно сегодня подруга идёт на первое свидание и, пожелав нечто обще-благоприятное, Настя включила музыку, закрыла глаза и откинулась на спинку своего офисного кресла. «Так и просижу сегодня. И завтра… да и все каникулы, пожалуй. Всё равно ничего у меня не выйдет с похудением. А даже если и выйдет, то что? Разве капельку стройнее я стану кому-нибудь нужна? А он мне? Нужен ли мне вообще кто-нибудь?». Размышления Насти прервал стук в дверь: мама звала к завтраку. Объяснив своё состояние, Настя отказалась от завтрака, на что мама напомнила, что Настя ещё и не ужинала вчера. А при похудании очень важно регулярно есть, иначе вес будет сходить крайне неохотно. Мать была права и, вздохнув, Настасья, скрипя зубами, отправилась на завтрак. В общем, не обременяя тебя, читатель, подробностями скажу так. Два дня Настя скрипела зубами, но вечером второго дня всё-таки вышла на пробежку, больше похожую на проходку. За эти дни до Насти дошло, что о репродуктивной системе она знает гораздо больше, чем об организме в целом, а, в частности, о мышцах и метаболизме. И, следовательно, ей нужен человек, который это всё знает. А так как друзей у неё нет в принципе, а к добрым друзьям родителей ей обращаться стыдно, остаётся только тренер в качалке. Иначе её безлимитный абонемент в спортзал сгорит безо всякой пользы. И вот, в её третий день пребывания в спортзале, Настя, преодолевая остаточную резь в мышцах, обратилась к главному тренеру с просьбой посоветовать ей наставника. Главным тренером был двухметровый качок с такими грудными мышцами, что, казалось, если он дёрнет грудью, его майка, с огромными логотипами спортзала на спине и груди, превратится в груду фирменных лоскутков. Ходячая знойная реклама бодибилдинга, ей богу. Настя, забравшаяся в спортзал через незапертую дверь за двадцать минут до открытия, видела его в одних трусах и этот образ запечатлелся на её сердце решительностью работать над собой до победного конца. Собрав после штатной разминки всех тренеров, главный предложил Настасье самой выбрать. Как иронична бывает судьба: в тот день в зале были и Дмитрий, и голубоглазый Василий, прельстивший Настю в прошлый её приход. Тренер давал свои рекомендации каждому тренеру, пока Дима, вставший в конец ряда, пытался технично свалить. Но главный тренер шёл за спинами своих подопечных, рассказывая Насте о преимуществах каждого из них прямо поверх голов, ибо рост позволял, и ускользающего Дмитрия он ловко, но крепко схватил за плечо и тут же настырно и бестактно представил его Насте как непревзойдённого мастера по одновременному похуданию и приданию тела рельефа. Настасья, от которой не скрылись ни попытки сбежать, ни кислое выражение лица пойманного Димы и которую неслабо задел откровенный намёк тренера на её лишний вес, решила не поступать, как того советовал тренер и, заодно, сделать себе приятно. Поразмышляв для виду, она без всяких сомнений выбрала красавчика Василия, заставив крутолицего главного досадно дёрнуть бровью. Но желание клиента — закон, день начинался, на препирания не оставалось времени и главный тренер махнул рукой всем расходится, оставив Василия наедине с Настей. — Итак, давай знакомиться. Меня, ты уже знаешь, зовут Василий. Можешь звать меня Васей, если это тебя не смущает. Многим это имя кажется слишком деревенским, поэтому многие зовут меня Вэс или Ви, меня это не смущает. А как зовут тебя? — Меня зовут Настя, — ответила она, скромно потупившись. — О, Анастасия? — Нет! Нет-нет-нет-нет! — Настю аж передёрнуло. С детских лет это имя резало ей слух, рассказывая, как много она потеряла из-за генов, — Пожалуйста, никогда не зови меня так, хорошо? Настасья, Настя, только так, пожалуйста. — Ладно, хорошо. Просто мне всегда нравилось это имя. Давай перейдём к занятиям. Настя, готовая умереть со стыда, понуро поплелась за ним. Она не могла не сказать на счёт имени, но представляя, как это смотрелось со стороны, прекрасно понимала, что выставила себя не в лучшем свете. Тем не менее Вэс подошёл к тренировке новенькой ответственно и первым делом узнал, занималась ли Настя каким — либо спортом раньше и, узнав, что Настя активно бегала последний месяц, очень обрадовался. Сделав настройки беговой дорожки он осведомился о свободном времени девушки и, узнав, что она свободна весь день, про её питание. Когда он услышал, что у Насти с собой только маринованная стручковая фасоль, Вася серьёзно задумался и сказал, что придётся перекроить всё меню. «Но мы займёмся этим позже, пока займись бегом» — сказал он, убегая к прибывающим старым клиентам. Весь день Ви скакал от одного подопечного к другому, давая Настасье лишь указания, когда лучше передохнуть. Дорожка была настроена скорее на быстрый шаг, чем на бег, перерывы шли часто и подолгу, но на просьбу о тренировках посложнее Вася ответил: «Мне нужно сначала узнать получше твой организм, так что следуй, пожалуйста, моим инструкциям». Так прошёл день. Вечером Ви дал Настасье диетическое меню и список ежедневных упражнений с самого утра и перед сном. Настя вошла в ритм и, забросив бег, проводила целые дни в спортзале, тренируясь с Васей. Настроение резко улучшилось, в воздухе спортзала Настасья чувствовала романтику, а перспективы на будущее стали приобретать краски. Хоть Вэс всё так же уделял ей внимания самую малость, а тренировки всё так же были длительными ненапрягающими кардио, Настя чувствовала увереность, что она идёт правильным путём. А Дима, исподтишка наблюдавший … за тренировками новенькой, всё чаще мысленно крыл матом смазливого Ви. Неделя тренировок прошла незаметно и Настя, ощущая привкус близкого триумфа на губах, встала на весы и не удержалась от изумлённого вскрика, чуть не сменившегося слезами. Весы, поколебавшись, выдали ей вес на триста грамм больше, чем в начале прошлой недели. В отчаянии Настя отказалась от завтрака, заперлась в своей комнате, рухнула головой в подушку и задумалась о вещах вечных. И в первую очередь о простой буддисткой истине, гласящей: жизнь есть страдание. Думая, зачем так вообще жить, Настасья пролежала часа два, пока обеспокоенные родители не стали стучаться в дверь. Решив не мучать родителей неизвестностью Настя всё выложила. Мама расстроилась с ней вместе, а папа осведомился её диетой. Внимательно послушав меню, папа спокойно заметил: — Ничего удивительного или страшного я тут не заметил. Судя по твоему рациону, ты сейчас на стадии набора мышечной массы. Ну так и чего же тут странного, если ты и впрямь набрала массу? Настя была шокирована. Так она не просто потолстела, а ещё и благодаря тренировкам? С другой стороны, на душе стало капельку легче — всё идёт по плану и волноваться ни о чём не стоит. Разрываемая этими двумя ощущениями Настя всё-таки согласилась позавтракать по предписаной диете и, наспех собравшись, пешком отправилась в спортзал, чтобы придти хоть немного разогретой для тренировок. Войдя в спортзал незадолго до обеда, Настя обнаружила Васю плотно занятым своими «бизнесами»: двое солидных лысоватых мужика в отличной форме, одна молоденькая стерва и пара закачаных до абсурда женщин среднего возраста. Каждый требовал от Василия помощи, внимания и совета и Настасья осознала, какой же всё-таки обузой для него она была. Расстроеная, она пошла к раздевалке и поймала на себе взгляд Димы, который отдыхал на скамейке. Тот сделал вид, что просто скользнул по ней взглядом, и Настя сделала вид, что не заметила. Начав с разминки, настя быстро поздоровалась с Ви, когда он пробегал мимо неё в туалет и тот сказал заниматься «как обычно». Это «как обычно» было уже в печёнках и Настя, переходя от упражнения к упражнению, брала на этот раз и вес побольше и темп порезвее. Пару раз отвлекавшийся на неё Вася ничего не заметил и Настасья чуть не расплакалась — помимо того, что Василий ей всё ещё нравился, ей остро не хватало наставника и важного ответа: что она здесь делает? Худеет, набирает, качается, сушится? Ей больше было не всё равно. Но момент был упущен, Василий был занят, а в спину впивался надоевший уже взгляд Дмитрия, у которого сегодня была только одна подопечная — длинноногая блондинка с силиконовыми сиськами третьего размера. Силикон был вставлен, по всей видимости, чтобы уравнять огромный зад, которым теперь и занимался Дима. Но даже слыша, как кряхтит блондинка, Настя продолжала ловить на себе его взгляд. «Что он во мне такого нашёл? Неужто он из этих?», — внимательно изучавшая порно Настенька не могла не знать про BBW и прочие извращения, связанные с излишним весом, но её это не радовало. Подобное было ей противно до глубины души. Решив разобраться с причинами подобных взглядов, Настя дождалась, пока блондинка переоденется и уйдёт, и пошла в раздевалку. Выглянув оттуда и убедившись, что Дима лёг под штангу, Настя как можно тише и незаметнее подошла к нему со стороны ног и, присев там на пуфик, скрестила руки и начала пялиться на мускулистую грудь Димы. Занимался Дима сосредоточенно и долго, Настя даже подумала, что ждать его было плохой идеей, но вот Дима отпустил штангу, сел на кушетке и глаза-в-глаза столкнулся с Настей. Минуту они не моргая смотрели друг другу в глаза, затем Настя моргнула. Спустя десять секунд Дмитрий молча встал и собирался пойти уже по своим дела но Настя осадила его: — Куда пошёл!? — А чего мне тут сидеть? Мне рассиживаться некогда. — Другому будешь заливать, что некогда. Весь день ты только и делаешь, что пялишься на меня. — А что, нельзя? — Дима усмехнулся, — Тебе наоборот, должно быть лестно, что тобой любуются? — А ты мной прям любовался? — язвительно спросила Настя. — Представь себе! — в тон ей ответил Дима. — Так ты не только трус, но ещё и извращенец! Я тогда даже разговаривать с тобой не хочу, — Настя, кипя злобой развернулась и собиралась уйти, как Дима поймал её кисть и развернул. — То есть трус? Когда это я хоть раз дал тебе повод такое обо мне подумать!? — Тихо и грозно спросил он. Настя похолодела внутри и, будь на её месте какая-нибудь другая девочка, она наверняка бы испугалась и дала бы задний ход, но у Насти было две зазнающихся старших сестры и подруга, научившая, что если не дать отпор, то тебя навсегда смешают с грязью. Были в её жизни порванные сёстрами колготки, разбавленная ею сестринская тушь и пара прямых стычек с выдергиванием волос и больными щипками. Поэтому, осознав, что пути назад не будет, она пошла в атаку. — А что, когда на представлении всех тренеров ты пытался улизнуть, это была не трусость? — Трусость чего мне было бояться? Разве что, что ты меня съешь! — хохотнув ответил Дима, — Я хотел улизнуть, потому, что кому хочется заниматься с… — тут он увидел выражение Настасьиного лица и понял, что перегнул палку. Настя стояла красная. Не покрасневшая, а по-настоящему красная, как помидор. Губы её были плотно сжаты, все мышцы напряжены. Она замахнулась чтобы влепить ему пощёчину, но остановилась, задумалась, задышала чаще, вырвала свою руку из ослабшей хватки Димы и крайне злой, слегка комичной из-за её фигуры, походкой вышла из зала, предварительно забрав все вещи. Был душный летний вечер, народу на улицах было не протолкнуться и Настасья, злая и обширная, сверху смотрелась, как ледокол, идущий сквозь море мелких льдин. Сегодня был не её день, и, разбирая всё, что с ней сегодня произошло, Настя пыталась найти причины неудач и определить, где же она совершила ошибку. Дойдя до дома она серьёзным тоном попросила родителей её не беспокоить, заперлась в комнате и уже собиралась основательно попинать матрас, чтобы унять злость, как вдруг, совершенно неожидано для себя, горько разревелась. Срочно уткнувшись лицом в подушку, чтобы не беспокоить лишний раз родителей, Настя проплакала до темноты, чудом проскользнула мимо мамы в душ, где набрала себе полную ванную тёплой воды и пролежала в ней, пока не кончился ужин. Мама отнеслась к состоянию дочери с пониманием, думая, видно, что это связано с набранным ей весом, и не стала задавать лишних вопросов. Поев в одиночестве, Настя заснула беспокойным сном а наутро поняла причину своих вчерашних слёз. Женский цикл, жестокий и беспощадный, пришёл на целую неделю раньше, нарушив душевный покой, распорядок дня и график тренировок. Настя даже слегка обрадовалась этому факту: у неё появилось оправдание не ходить в осточертевший ей зал и время покопаться в себе. Позавтракав вместе со всеми не по диете, Настя предупредила, что у неё сегодня будут перепады настроения, и она лучше проведёт день в интернете. Сёстры прыснули, услышав про перепады настроения, но родители с пониманием отнеслись к словам дочери и пообещали её не тревожить. Впервые за неделю Настя вышла в интернет и первое, что она заметила — пятнадцать сообщений от Русланы. Учитывая, что мемасиками обмениваться они обе считали ниже своего достоинства, а каждую, самую развернутую, мысль Руса упаковывала в одно сообщение, это было очень много. Настя поёжилась, вспомнив, что две недели назад подругу пригласили на свидание, и с тех пор им не удалось нормально поговорить. Возможно, её похитили, и теперь присылают ей письма с требованиями, как единственной подруге. Собравшись с духом, Настя приступила к чтению. И сразу расслабилась. С Русланой было всё в порядке. Но хорошо не было. Или наоборот… Короче говоря, нормально с Русланой не было точно. Первое сообщение, самое короткое, рассказывало о прекрасной погоде, вкусной еде и прекрасной встрече в кафе в центре города, куда они пришли двумя парами. Её кавалер … сразил её наповал парой точных комплиментов про её чёрное коктейльное платье и блеснул умом в разговорах. Поражённая Руса растаяла и до самого вечера проговорила с ним о современной экономике и неотвратимом глобализме. Расставались они восхищённые друг другом и пообещали друг другу как-нибудь созвониться. Дальше события развивались стремительно. В понятии Русланы, «когда-нибудь» означало через неделю, никак не раньше. Поэтому, когда вечером следующего дня незнакомец позвонил Руслане, он застал её врасплох. Обложенная газетами, справками, ссылками и свежими идеями, Руса растерялась. Не в её принципах было отвлекаться от дел, но и не поднять трубку было невежливо, и могло вызвать у незнакомца неправильные догадки. В результате Руслана не ответила, решив не нарушать своё расписание, но мысли её путались и, вместо своего блога, Руслана написала два полноценных неотвеченных сообщения Настасье, что было немыслимо с точки зрения их обычного общения. Крайне обескураженная, Руса не находила себе места до вечера, и всё-таки перезвонила ему. Они встретились и до полуночи гуляли по городу. Отлична знающая подростковые проблемы Руса дала родителям чёткие указания куда она идёт и что делать, если через два часа она не выйдет на связь. На свидание она пошла нашпигованная спрятанными перочинными ножиками, брелками-шокерами и с перцовым баллончиком в сумке, что не помешало ей поэкспериментировать со внешним видом, надев чёрные колготки с джинсовой юбкой и розовую блузку с рюшечками под дутую болониевую безрукавку с капюшоном. Все тревоги оказались беспочвенными: никаких попыток изнасилования и прочего не было. Весь вечер они гуляли вдоль реки и парень сыпал классической поэзией вперемешку с философией и экономическими заметками на тему современной произведениям ситуации в мире. Руслана чувствовала себя не в своей тарелке и, в основном, молчала. Когда вечер подходил к концу и пришло время расходиться, парень взял её за руку и выразил желание встретиться и завтра. Руса промямлила какие-то оправдания и отказала, пообещав «ещё как-нибудь» встретиться. Три дня Руслана провела наедине с компьютером и виртуальными подписчиками, каждый день отписываясь Настасье о своём подломленном душевном состоянии. На третий день она решила вернуть себе душевный покой и покончить с этим. Позвонив, она договорилась о встрече и направилась туда, нацеленная на серьёзный разговор, а вернулась влюблённая в его социо-экономический проект на кикстартере и с билетом в кино на послезавтра. Суть проэкта была Насте совершенно непонятна, но было ясно что он: «сулит прибыль», «немыслим ранее», «вместе получится». Два дня они усиленно работали над ним и всё было просто прекрасно, только парень «разбавляет каждое деловое сообщение двумя валентинками». Зато после фильма сообщения резко изменили своё русло. Начав разгромом фильма, как не оправдавшего никакие надежды на серьёзность, Руса раскритиковала низкосортную романтику и презрение к подростковым проблемам, выраженное в фильме. Потом раскритиковала и своего «новоявленного бойфренда» в том же ключе. Она продолжала проект, жалуясь, что теперь ей приходится поддерживать его в одиночку, а её компаньон только и делает, что декламирует стихи. Все последующие сообщения были в этом же ключе, а последнее было написано с ошибками в пунктуации, что выдавало крайнее раздражение Русланы. Там писалось, что он предложил ей выйти за него замуж. Негодованию Русы просто-таки не было предела. Она рвала и метала, ругала его на чём свет стоит и, объявив себя феминисткой и лесбиянкой, обещала поставить на нём крест. Настасья, до конца монолога пребывавшая в беспокойстве, под конец не выдержала и прыснула, уж слишком это было похоже на сюжет второсортной романтической комедии. Руса могла постоять за себя в любой ситуации, поэтому Настя написала что-то бессмысленно-одобряющее в ключе принятия любого варианта, который выберет Руслана и напрочь об этом забыла. Следующим пунктом у Насти была порнография. Открыв вордовский файл с заметками, Настя продолжила просмотр различных жанров в алфавитном порядке. Сегодня на видео её не тянуло и, открыв наипопулярнейший ресурс порнографических картинок, Настя стала просматривать галереи, помеченные тегом, на котором она остановилась в прошлый раз, записывая свои впечатления. Настя искала удовольствие с научной скрупулезностью и не понимала, откуда же его берут все, даже её сёстры, которых она пару раз ловила за мастурбацией. Провозившись до ночи и пережив пару дежурных менструальных истерик на тему «меня никто никогда не полюбит», Настасья закончила беглый осмотр ещё двух тегов, сделала пару сухих заметок, но ни на шаг не приблизилась к разгадке жёсткой порнографии. Тяжело вздохнув, Настасья проверила почту и, не обнаружив ни одного письма, легла спать. Утро встретило Настю филосовским настроением. Сквозь задёрнутые шторы в комнату врывалось жаркое солнце, провозглашая доктрину жизни, а наша героиня размышляля о мучительной и быстрой смерти от интимного кровоизлияния. Но сон спадал, настроение улучшалось и Настасья даже позавтракала в сносном состояни духа вместе со всей семьёй. Когда сёстры убежали в свои секции, Настя помогла матери с посудой и вновь с головой оконулась в интернет. Любой намёк на порнографию вызывал всплеск злости и Настасья просто читала рецензии на всевозможные фильмы, чтобы убить время. Она надеялась убить время до вечера, но время тенулось, как патока, и поэтому, когда свет внезапно перестал резать глаза, Настасья удивлённо подошла к окну. За окном стремительно темнело, серые тучи уверенно теснили небесную синеву. Настя резко распахнула окно и принюхалась: явно пахло грозой. Сердце Насти забилось быстрее, а дыхание спёрло. Пробы в ступоре секунду, она захлопнула окно и бросилась в прихожую, где натянула свои любимые кеды прямо на босую ногу. В домашних шортах и майке она выскочила на улицу, не слушая взволнованный крик матери. «Я бы уже смирилась» — мимолётно подумала Настя, выскакивая на улицу. Горячий, душный, напитанный влагой воздух освежал и Настасья жадно вдыхала его полной грудью, максимально задерживая дыхание перед выдохом. От наэлектризованного воздуха и избытка воздуха приятно кружилась голова и покалывало в пальцах. Забыв себя, Настасья бросилась бежать, высоко запрокинув голову. Она обожала это состояние, этот воздух и эту атмосферу. Первые капли тёплого дождя Настя встретила заливистым смехом. Она ловила капли ртом, пока дождь не стал набирать силу. Прилипшая к телу одежда и похолодевшая вода быстро отрезвили нашу героиню и вынудили искать спасения под грибком на детской площадке. Следя за вспышками грозы Настя пыталась визжать вместе с грохотом грома, но постоянно начинала раньше. Накричавшись вволю, Настасья стала разглядывать спешащих домой людей. Ей всегда нравилось идти против потока, поперёк движения, бежать, пока все стоят или наоборот, как сейчас, стоять и наблюдать, пока остальные спешили. Поэтому бегущего против толпы Диму она заметила тут же. Сначала Настя опешила, но вдруг поняла, что ноги по привычке притащили бессознательную её как раз к спортзалу, аккурат к закрытию. Дима бежал сосредоточенно, то «уворачиваясь» от падающих капель, то хватая их руками. И хотя лицо его было серьёзным и сосредоточенным Настасья угадывала в его движениях тот же порывистый, дикий азарт, который толкал на улицу и её. Дмитрий метеором промчался мимо, быстро скрывшись за углом. Настя же стояла, как оцепеневшая. Сердце гулко стучало, а в голове было на удивление пусто. Настасья не понимала, что с ней, пока её не потревожил липкий, неприятный холод, потихоньку переползающий на неё с мокрой одежды. Вспомнив о том, какие у неё сегодня дни, Настя бегом ринулась домой, отложив решение сложных психологических вопросов на потом. Здесь я прервусь, пожалуй. Мой рассказ затянулся. Вам, пожалуй нужно по делам, а мне нужна чашка горячего чая. Не волнуйтесь, уже в следующий раз вы узнаете всё, что хотели и ещё кое-что приятное, что случилось буквально на днях. Так что возвращайтесь поскорее. А пока — до встречи.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх