Тело молодой развратницы

Когда Катя дала мне свой адрес и попросила подъехать к подъезду, объяснив все попутные приметы, по которым можно было найти новостройку на городской окраине среди массива таких же безликих зданий, я оказался в недоумении. Не затрагивались в наших инетных беседах темы государственных и финансовых тайн, чтобы опасаться их оглашать по телефону, а речь шла именно о какой-то информации, которую можно сообщить лично с глазу на глаз, не доверяя всемирной паутине и мобильным операторам. Интимные же темы, напротив, с завидной регулярностью проскакивали в виртуальном общении, и мне казалось, что имей она что-то сообщить важное в данной сфере, не постеснялась бы сделать это и на мамбе. С другой стороны, ее мотивы тоже понятны: перед тем, как принять решение, что секс состоится и притом с какими-то условиями-ограничениями, молодой 19-летней девушке все-таки желательно увидеть предстоящего партнера в живую, а не на цифровых фотках, несмотря на всю свою приверженность легкости бытия и сексуального поведения.Условия мне не понравились. Тем более, не было в них ничего такого, что нельзя было сообщить не лично. Секс только в презервативе и только классика. Плюс большая бутылка пива. Да и то не сейчас, даже если предположить, что я сразу же воспылаю страстью, а поздно-поздно вечером, когда Катя с братом завершат выступление в очередном кабаке Эмска, куда приехали с гастролями из средней полосы России, и вернутся сюда, на съемную квартиру. До того телефон может не отвечать, чур не обижаться, это не динамо, а рабочие моменты.Странно слышать такое от DD, но и от самой Кати я не был в восторге. Молодость молодостью, ничего не говорю, но слишком уж у нее был простецкий вид колхозницы из рязанской глубинки с соответствующим лексиконом и гардеробом. С трудом верилось, что эта кавалерист-девица знает ноты, чтоб играть или петь, пусть даже непритязательный шансон.Ответив обтекаемо «Ладно, я подумаю, если что, позвоню» и вернувшись в центр города, я переключился на двух других женщин в разработке того дня. Француженка Мари (ударение на «и»), невесть как попавшая в наши края, сводила меня с ума своим очаровательным акцентом и желанием включить в блокнотик настоящую иностранку, а не только представительниц народов бывшего СССР. А нацменка Мади (ударение опять-таки на «и») дразнила мое воображение развратным сексом со скромной горянкой в формате МЖМ, к чему они с мужем делали первые шаги.Да возрадуются ревнители морали: обе они сделали мне «динамо». Причем если французское «динамо» было по-европейски корректно и кратко (Мари просто отказалась от приглашения в ресторан, указав причиной занятость и малую длительность нашего с ней знакомства), то горское «динамо» оказалось коварным и изощренным.Представьте. Поехал я к ним (так и хочется написать в дальний аул) в другой город. Ненастной ночью. Адрес мне ничего не говорит, нанял таксиста, чтоб ехал передо мной к указанной улице. Внимательно следя за его задними фарами, чтоб не потерять в туманной мороси, провалился колесом в люк. Кое-как с таксистом вытащили, поехали дальше, чую, в нутрях машины что-то стучать стало, непонятно, доеду ли. Доехал. Мади с мужем (имя уже не помню) встретили радушно, угостили чем бог послал (да и я не с пустыми руками заявился к ним). Болтаем, болтаем, болтаем, ну сколько можно? Да притом тихо-тихо, шуметь нельзя, в другой комнате отпрыски спят. Когда ж трахаться будем? А не будем. Передумала Мади (или тайному знаку своего мужа повиновалась, не могу точно сказать). Потискали мы ее немного: я за ягодицы, муж за грудь. Посидела у меня на коленях, целуясь взасос со своим благоверным. Себя-то возбудили небось, молодцы, прелюдию перед сексом провели. А меня зачем? Как вспомню, в полумраке комнаты из-под домашки Мади белые ягодицы ослепительно блеснули… заразы! Пора обратно. Вышли с ее мужем, покурили на улице, извинился он несколько раз из-за взбрыка супруги, ну а что поделаешь? Сказал, что если вдруг застряну на дороге, позвонил, приедет, на тросе потащит.Злой как черт, прислушиваясь то к шуму мотора, то к шороху дождя, то к внутренней досаде за бесцельно профуканный день, в 2 часа ночи я въехал в Эмск. И позвонил Кате.Долгие гудки. На работе еще? Или спит уже? Если телефон выключен, то по логике не гудки должны быть, а сообщение, типа «абонент не отвечает». Значит, спит? И может, не одна? Подцепила в кабаке подвыпившего абрека, для кого рязанский прононс как для меня французский? И тут облом? О, нет, ответила. Но голос сонный. Что перевесит — желание спать или переспать?— Привет, Катя!— Привет.— Это DD.— Я узнала.— Поехали ко мне? — несколько секунд паузы. Точно размышляет, чего ей больше хочется. Ну?— Пива возьмешь?— Возьму.— Ну подъезжай. Будешь у подъезда, звони — выйду.Водка без пива — деньги на ветер? Как сказать: я не пил пиво, Катя не пила водку. Но алкоголь ли тому виной или откровенные разговоры про дефлорацию душ (дырок), а может и моя злость от двойного динамо, но все ограничения и условности были отринуты как несущественные. Только классика? В резинке? Еще чего! Катя сосала от души и подмахивала как заправская порноактриса. Немалого размера груди описывали круги в противоход и регулярно находили покой у меня во рту. Сочное тело юной развратницы манило губы и руки, поцеловать, потрогать, поласкать, потискать. Вихрем кружились ее волосы при скачке амазонкой, а ногти царапали мне грудь под мехом. В выражениях Катя не стеснялась:— Заебись!!! — протяжно крикнула она перед своим оргазмом, то ли от скачки, то ли от дрочки клитора, и упав на меня, содрогалась от внутренних волн, хватая опухшими губами мочку моего уха и шею. А потом без напоминаний отсосала, проглотила и запила пивом.Небольшой перерывчик между первым и вторым заходом был посвящен комплиментам, которых удостаивались заезжие музыканты от местных любителей шансона. А также комплиментам исполнительницы оного жанра красотам местной природы и мужественности местных джигитов.— Значит, ты не делаешь минет? — начал я подготовку ко второму заходу.— Не делаю! — ухмыльнулась Катя.— И в попу не даешь?— Не даю! — подтвердила Катя с улыбкой «рот до ушей».— А кто сейчас встанет раком и подставит свой зад?— Не знаю! — растерялась Катя и приняла означенную позу.Второй заход был анальным. Почти. Две-три фрикции для разогрева и смазки в пизду, а потом уже в жопу, жопу, жопу и так до победного конца. Но без орала, это точно!Оральным же от начала до конца был третий заход, утренний. А говоря прямо, беспардонным трахом в рот. Катя ускоряла процесс как могла, то гладила и пощипывала мои ягодицы, то теребила яйца, то вглядывалась нахально мне в глаза, улыбаясь уголками растянутых губ, то тоскливо смотрела на подоконник, где на донышке большой пластиковой бутылки оставалось несколько глотков живительного напитка.А больше всего, как мне кажется, Катю развеселил мой последний вопрос, когда я подвез ее к подъезду:— Послушай, а брат тебя не станет ругать? В 2 часа ночи уехала, непонятно где всю ночь провела.Она фыркнула, ничего не ответила, чмокнула меня в щеку и побежала наверх.Так прошел последний день моего осеннего смотр-парада 2018 года. Вернувшись в Эмск, я занес в блокнотик имя «Катя», с пометкой «на гастролях» и поставил очередной номер 99. Интересно, кто будет сотой? И когда?

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх