В плену чувственной боли

Продолжение рассказа «Соседки лесбиянки».Прошло две недели, наполненных нежными и настойчивыми ласками. Для моих соседок я была чем-то наподобие игрушки, на которой они отрабатывали свои умения доставлять удовольствие. Мне это нравилось, с каждым днем я становилась все раскованнее и, странное дело, совсем не чувствовала себя лесбиянкой. У обеих моих соседок были парни, иногда то одна, то другая не приходила ночевать.Я все еще была девственницей — девочки ни за что не хотели разорвать злосчастную препону. «Это должен сделать любимый мужчина, а нам достаточно твоей горошинки-клитора и кругленькой попки», — говорили они, когда в изнеможении я просила вставить в мое влагалище вибратор, которым пользовались они.До этого я мало уделяла внимания своей груди. Да, она была достаточно красивой и полной, но я никогда не думала, что правильно ее лаская, можно почувствовать удивительное наслаждение. Однажды я после душа стояла перед зеркалом и наносила на лицо ночной крем — я пользовалась обогревателем, который, как известно, сушит воздух, а это плохо для кожи. Конечно же, дверь ванной была не заперта, и я не удивилась, когда ко мне зашла Алина.— О, детка, кремиком нужно смазывать не только личико, — сказала она, и взяла баночку из моих рук.Она обмакнула в легкую белую массу средний пальчик, и, приобняв меня, начала водить им по моему расслабленному после горячего душа правому сосочку. Через несколько секунд он затвердел и стал необычайно чувствительным — это была маленькая розовенькая бусинка, которая посылала сладкие импульсы в мою киску. Алина снова обмакнула в крем средний пальчик, и смазала второй мой сосочек. Я тихонько застонала и свела бедра, чтобы надавить на клитор.— Ах ты нетерпеливая бесстыдница, а ну-ка разведи ножки. Сегодня ты научишься получать удовольствие от этих крошек, — сказала мне Алина, поглаживая мои грудки с вызывающе торчащими сосками.Она приобняла меня и повела в мою комнату. Анюты сегодня не было — она осталась ночевать у своего парня — здоровенного мужика-байкера, очень грубого и мужланистого. Но Анька была уверенна, что мужчина должен быть именно таким, а еще он ей очень нравился в постели. Проведя у него ночь, она возвращалась утром с кругами под глазами и, не раздеваясь, падала в постель, чтобы проспать до позднего вечера. Ночью они определенно не спали в обычном смысле этого слова.Алина легонько толкнула меня в постель. На мне, конечно же, ничего не было — я еще до девочек привыкла спать без одежды. Баночку с кремом моя соседка взяла с собой, когда я лежала перед ней, она не спеша снова смазала мои сосочки, которые залоснились от крема. В комнате было прохладнее, чем в ванной, и мои бусинки стали еще тверже и еще чувственнее. Алина села мне на живот, я чувствовала ее мокрую голенькую киску и теперь была совершенно беззащитной. Она взяла мои сосочки указательным и большим пальцами и сжав их, легонько потянула в разные стороны — это было немного больно, но это только прибавляло ощущениям остроты — внизу живота сладко заныло. Алина стала покручивать сосочки, периодически отпуская их и поглаживая. Это был ее метод «кнута и пряника» для моих малышек. Я чувствовала все большее возбуждение и не могла сдержать стонов.Мне очень хотелось кончить, но я не могла — руки не доставали до киски из-за сидящей на мне Алине. Тогда я скрестила ножки и почти кончила, когда вдруг Алина, негодующе вскрикнув, вскочила с меня.— Ах ты противная нимфоманка! — рассержено крикнула она. — разве я тебе не сказала, что сегодня ты получишь удовольствие через свои сосочки? Разве я разрешала тебе скрещивать ноги?Под ее негодующим взглядом я развела ножки, надеясь, что она успокоится и примется дальше ласкать моих малышек.— Боишься? Знаешь, что неправа?Я виновато кивнула. Алина села на край кровати и, словно что-то выискивая, оглядела комнату. Ее взгляд остановился на узком кожаном ремешке от платья, который лежал на тумбочке.— А ну-ка вставай.Я покорилась, ругая себя за нетерпеливость, которая помешала мне получать удовольствие от нежных ласк подруги. Алина резко схватила меня за талию и перекинула через свои колени. Я догадалась, что теперь она примется меня шлепать. Иногда мои соседки похлопывали по моей попке — но совсем недолго. От этого я еще острее чувствовала возбуждение. Но шлепали они меня вовсе не от злости. Теперь же Алина была очень сердита, и мне стало очень не по себе, когда она потянулась к узкому ремню.— Алиночка, пожалуйста, меня никогда еще не били. Я буду послушной, буду делать все, что скажешь.Но глаза ее сердито сузились.— А ну ляг спокойно и прими наказание, как следует! Не били ее! Оно и видно!Я опустила голову и уперлась локтями в пол. Половинки моей попки непроизвольно сжимались и разжимались. От происходящего у меня даже немного закружилась голова. Неужели одно из самых моих сокровенных эротических желаний вот-вот сбудется! Неужели меня сейчас накажут! По коже пробежали мурашки. Мои нервы были напряжены до предела, поэтому когда Алина легонько провела по моим ягодичкам ладошкой — поглаживая их и примериваясь, я чуть не закричала.— Учти: будешь кричать больше чем нужно, сделаю из твоей попки настоящую отбивную — поверь, ты этого заслуживаешь, избалованная девчонка!После этих слов я еле сдержала слезы.Первый шлепок был не столько болезненным, сколько неожиданным. Алина пока шлепнула меня рукой, я же вздрогнула всем телом и стиснула зубы. Я решила во всем ей покоряться.Она шлепнула меня еще раз — все еще примериваясь, но уже чуть больнее. И еще — уже по-настоящему. А потом удары посыпались на мои булочки один за другим.— Шлеп! Шлеп! Шлеп! Шлеп! Шлеп!Мне казалось, что от шлепков даже эхо расходится. Попка моя горела. Терпеть становилось все сложнее, но я, сжав зубы, лишь стонала и изо всех сил опиралась на локти — чтобы не было соблазна прикрыть попку руками, это Алину рассердило бы еще больше.— Шлеп! Шлеп! Шлеп! Шлеп!Казалось, попка так накалилась, что вот вот не выдержит и треснет.— Алиночка, миленькая, пожалуйста, хватит! — взмолилась я. Из глаз моих уже капали слезы, но где-то в глубине души я желала продолжения. «Что будет дальше, если она продолжит?» — шептал в моей голове порочный голосок и, словно, ненароком, я раздвигала ножки.— Шлеп! Шлеп! Шлеп!Удары стали реже и слабее — наверное, у Алины заболела рука. Она шлепнула меня еще пару раз и остановилась. В зеркале на стене я видела, как раскраснелись ее щечки. Но какой розовой была моя попка!Кое-где отпечатались ее ладони с длинными пальцами. Как бы рассеянно, она положила руку на мою киску, и я задрожала от возбуждения.— Да ты течешь, как сучка! — возмутилась Алина. — ты же получаешь удовольствие от наказания.Я чуть не расплакалась от стыда. Сказать мне было нечего — ее слова были правдой.— Вставай! Сейчас ты получишь по настоящему. Она расставила широко ноги, накрутив на руку ремешок.— Становись на четвереньки между моих ног. Я сделала, как она сказала, и ее ноги плотно зажали мои бока. Плохо понимая, что я делаю, я выпятила попку и слегка развела ножки.Когда ремешок впервые ужалил меня, он немного задел губки между моих ножек — и я вскрикнула от боли и… возбуждения. Я повернула голову, и увидела, что половые губки Алины влажные от соков. «Ее это тоже возбуждает», — догадалась я.Ремешок свистел и свистел, а я вскрикивала сквозь зубы.На полу перед моим лицом уже натекла приличная лужица от слез, когда Алина, наконец, отбросила в сторону ремешок и побежала к себе.Я чуть не расплакалась в голос как глупая девчонка от разочарования. Неужели она сейчас кончит без меня? А я истерзанная так и останусь в одиночестве. Конечно, я могла получить удовольствие и без нее, но сейчас мне хотелось ей подчиняться, мне хотелось, чтобы мое удовольствие зависело от нее. Мое желание снова сбылось, она вернулась в мою комнату с огромным членом на поясе и какими-то блестящими клипсами.— Детка, я должна была сделать это, ты ведь понимаешь? — спросила Алина своим обычным мелодичным и ласковым голоском.— Да, — покорно согласилась я, опустив глаза в пол, чтобы скрыть радость от того, что она вернулась.— Тогда, малышка, нам нужно довести дело до конца. Ты должно понять, что нужно слушаться.— Ты права, — всхлипнула я, и ей понравилась моя покладистость.— Тогда крошка вставай с пола и давай в кроватку. Становись там на четвереньки и выпяти попку, как ты умеешь. Мне нравится, что ты стала послушной девочкой, поэтому я постараюсь быть нежнее.Я подчинилась. Она же взяла член на поясе. Оказалось, что там два члена. Один — на вибрации, она ввела в свою влажную киску, потом застегнула на талии ремешок, и второй член стал прямо перед моим лицом. Я слегка открыла ротик, и она позволила полизать это огромное орудие, но через несколько мгновений, нахмурившись, отстранилась. Я вжала голову в плечи, но шлепков не последовало. Она нажала на крошечную кнопочку в основании вибратора, который полностью вошел в ее киску, и он тихонько загудел. Прохладная мазь капнула на розочку моего ануса, и почти сразу же ее быстрые пальчики размазали смазку и проникли в меня. Я застонала.Огромный член прислонился к моей попке, и я уже готова была покориться ему, как Алина снова отстранилась.Она протянула руку и взяла в ладонь мою левую грудь, пропустив сосок между указательным и средним пальцем. Клипса — зажим защелкнулась на нем, и я закричала. Серия шлепков по ягодичкам быстро успокоила меня. Через мгновение такая же клипса укусила мой. Правый сосок. Я была настолько поглощена новым болезненным и все равно возбуждающим ощущением, что опомнилась только когда Алина ввела в мой анус страпон сразу на несколько сантиметров. Он тоже оказался вибро. Миллиметр за миллиметром он входил в меня, я постепенно привыкала к боли от зажимов на сосках, которая оказалась какой-то чувственной, отдающейся в животе и ступнях. Раз — и я оказалась почти насаженной на огромный искусственный фаллос. Два — и он почти вышел из меня. Раз — вошел, уже резче, два — резко вышел.— о, да, — шептала я в плену чувственной боли, тонущей в желании.Алина тоже стонала, ее движения учащались. Раз-два, раз-два, раз-два.Еще-еще-еще-еще-еще. Вдруг одна клипса начала соскальзывать с сосочка, больно прищемляя его — он был еще скользким от крема. Я закричала. В тот момент, когда клипса соскользнула, меня пронзил сильнейший оргазм. Я упала грудью на постель и забилась в конвульсиях. Спустя несколько мгновений кончила и Алина. Вторая клипса тоже начала съезжать. Я стиснула зубы — щелк! — и она отскочила от моей второй бусинки. Обессилевшие, мы лежали с Алиной на постели. Последней мыслью, перед тем, как сон сморил меня, была мысль о том, что я тут живу около месяца. Скоро хозяин придет за оплатой, а вдруг квартира окажется слишком дорогой? Вдруг на мое место найдут более симпатичную и платежеспособную квартирантку?

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх