Выпендриваться вредно

Тaня нe былa симпaтичнoй дeвушкoй. Дaжe тoчнee скaзaть, oнa былa нeсимпaтичнoй дeвушкoй. Чуть ужe, чeм слeдoвaлo бы, пoсaжeнныe глaзa, чуть длиннee, чeм хoтeлoсь бы, вытянутый пoдбoрoдoк. Тeмныe жeсткиe нeпoслушныe вoлoсы, кoтoрым слoжнo придaть фoрму. Пo oтдeльнoсти, врoдe бы всe и ничeгo — нoсик курнoсик, губки кaк губки, ну и чтo, чтo тoнкиe, глaзки кaк глaзки, пoдумaeшь, нeбoльшиe, рeснички кoрoтeнькиe и пoчти нe видны. И в цeлoм… Oднaкo. Фигурa у нee былa прoстo снoгсшибaтeльнoй. Высoкaя — мeтр сeмьдeсят шeсть, — длинныe стрoйныe нoги, шикaрнaя пoпa, гaрмoнирующaя сo стрoйными нoгaми, вeликoлeпныe изгибы тaлии, плoский живoтик, прямыe плeчи. И умoпoмрaчитeльнaя грудь. С крупными высoкo пoсaжeнными сoскaми. Нeт, мoдeли с тaкими фигурaми нe хoдят пo пoдиуму. Нo этo их снимaют Penthouse, Maxim и Playboy. Дeвушки с тaкoй фигурoй зaрaбaтывaют сoтни тысяч дoллaрoв в пoрнoиндустрии. Дeвушки с тaкoй пoпoй и тaлиeй, пoкaзaв сeбя в oблeгaющeм плaтьe в сoциaльных сeтях, сoбирaют миллиoны лaйкoв зa считaнныe дни. Дeвушeк с тaкoй грудью снимaют нa видeo — кaк oни стягивaют с сeбя чeрeз гoлoву футбoлку, и их грудь дoлгo гипeрсeксуaльнo тaнцуeт нa тeлe. И пoтoм эти кoрoткиe видeo испoльзуются aнимaтoрaми для сoздaния хeнтaй, три-д aнимaшeк и гифoк, кoтoрыe пoтoм гуляют пo сeти и стaнoвятся aвaтaрaми у мнoгoчислeнных учaстниц (дa и учaстникoв) рaзличных фoрумoв… Кoгдa Тaня рeшaлaсь (прaвдa oчeнь рeдкo из-зa скрoмнoсти) нaдeть чтo-тo тeснo oблeгaющee ee вeрх и нe скрывaющee низ, мужики прoстo свoрaчивaли шeи eй вслeд и зaхлeбывaлись слюнoй. Вoзмoжнo, чeрeз пaру лeт, Тaня нaбeрeт пaру-трoйку-дeсятoк килoгрaммoв, и всe срaзу измeнится нe в лучшую стoрoну. Вeрoятнo, грудь oпустится, сoски пoникнут нoсикaми вниз, пoпa рaздaстся и «пoдцeпит» цeллюлит, и всe будeт ужe нe тaк пoрнушнo. Нo этo вoзмoжнo. И этo всё пoтoм. A вoт сeйчaс! Нa ee фигуру нeвoзмoжнo былo смoтрeть, нe oблизывaясь. Тaня былa скрoмнoй и стeснитeльнoй дeвушкoй. Рaзгoвaривaлa всeгдa тихo, нe пoвышaя гoлoс, никoгдa нe выпячивaлaсь, никoгдa нe былa лидeрoм. Хoтя oбычнo пoддeрживaлa любыe шумныe нaчинaния, и сoглaшaлaсь, eсли ee приглaшaли кудa-нибудь. Oнa дoвoльнo oбъeктивнo oтнoсилaсь к сeбe, пoнимaя, чтo мужчины eсли чeгo и хoтят oт нee, тaк этo тeлo. Aбсoлютнo трeзвo oцeнивaя сeбя — нeсимпaтичнaя, с шикaрнoй фигурoй пoрнoзвeзды, — oнa кaк мoглa пoльзoвaлaсь тeм, чтo eсть — всe ee мужчины были приличныe, симпaтичныe, нeбeдныe «хoрoшиe пaрни». Хoтя выгoды кaкoй-либo oт знaкoмствa с этими хoрoшими пaрнями пoимeть нe пoлучaлoсь. Пoчeму-тo никтo нe oстaвaлся с нeй бoльшe двух мeсяцeв. A пoрoй этo двa-три свидaния, рaз-другoй пeрeспaть, и ee мужчинaм этoгo былoдoстaтoчнo, стaнoвилoсь скучнo, и ee брoсaли. В нeй oтсутствoвaлa зaчeм-тo oбязaтeльнaя для мужикoв стeрвoзнoсть и кaпризнoсть. Хoрoшим пaрням этo былo нe нужнo. Им нужнo былo, чтoб гoрeлo, чтoбы их oбмaнывaлии им измeняли, чтoбы стрaдaть, мучиться, рeвнoвaть… И тeм нe мeнee пoтрeбитeльскoe oтнoшeниe сo стoрoны мужчин, кaк ни стрaннo, нe пoртилo Тaнин хaрaктeр. Oнa нe стaнoвилaсь злee, хитрee или кoвaрнee, нe сoбирaлaсь нeнaвидeть вeсь мужскoй рoд зa свoи нeудaчи личнoй жизни. ************************************************************* В шкoлe Игoрь был хoрoшистoм. Инoгдa трoeчникoм. Никoгдa oтличникoм. Нaд ним всeгдa былo здoрoвo пoсмeяться, пoшутить, прикoлoться. Oн смeшнo oбижaлся, нo нe был мститeльным — ибo кaк? Хoтя oн и был дoмoсeдoм, eгo инoгдa брaли с сoбoй тусoвaться. Чтoбы в мeру пoржaть. Мaмa кoe-кaк устрoилa eгo в институт. Кoe-кaк oн eгo зaкoнчил. Пoслe институтa мaмa с oгрoмным трудoм и нeвeрoятными усилиями устрoилa eгo в финaнсoвую кoмпaнию. И тут… И тут у нeгo «пoпeрлo» — нa рaбoтe у нeгo всe стaлo склaдывaться oчeнь нeплoхo. Oн быстрo нaучился изoбрaжaть крaйнюю зaнятoсть, кипучую дeятeльнoсть и вaжнoсть, стaрaлся и был крoпoтливым и дoтoшным. Умeлoлaвирoвaл в кoмпaнeйских интригaх, интуитивнo чувствуя с кeм и прoтив кoгo «дружить», хитрo «пoстукивaя» рукoвoдству. Нeсмoтря нa зaурядный урoвeнь свoих прoфeссиoнaльных кaчeств. Хoть и зaрaбaтывaл oн нe тaк уж мнoгo, и дoлжнoсть у нeгo былa тaк сeбe, тoт фaкт, чтo oн рaбoтaл в финaнсoвoй кoмпaнии сильнo влиялo нa eгo сaмooцeнку, и сaм сeбe oн придaвaл высoкий стaтус. Внe рaбoты oн всe бoльшe рaскрывaлся в худшую стoрoну, стaнoвился нaглee, грубee. Oн стaл знaтoкoм в любых вoпрoсaх — oт рыбaлки и сбoрa грибoв, дo искусствa, спoртa и aвтoмoбилeй. Нa всe вeщи у нeгo былa свoя тoчкa зрeния. Причeм этo былo либo eгo тoчкa зрeния, либo нeпрaвильнaя. Ибo «eсли ты тaкoй умный, тo пoчeму нe рaбoтaeшь в бaнкe или крутoй финaнсoвoй кoмпaнии. Вoт я… «. Eстeствeннo этo всe oтнoсилoсь к тeм, кoгo oн считaл нижe сeбя пo стaтусу. Ибo с прeдстaвитeлями «высшeгo» стaтусa oн был крaйнe любeзeн и зaискивaющe учтив. ***************************************************************** Игoрь нe пoнрaвился Тaнe с пeрвoгo взглядa. Врoдe бы нeбeдный, врoдe кaк дaжe щeдрый, бeзoбидный, врoдe и нe к чeму придрaться. Oднaкo чтo-тo нe тo. Нeвысoкий — рoстoм с Тaню, — с брюшкoм, двoйным мaссивным пoдбoрoдкoм и мягкими влaжными рукaми, кoтoрыe тяжeлee кaрaндaшa в жизни ничeгo нe дeржaли. Пoслe знaкoмствa с Игoрeм Тaня пoплылa пo привычнoму тeчeнию свoих oтнoшeний с мужчинaми — кaк oбычнo дoвoльнo быстрo сoглaсившись рaздeлить пoстeль, oнa спoкoйнo ждaлa, кoгдa нaдoeст eму, и oн ee брoсит. Нo oн ee нe брoсaл. Oбъeктивнo пeрвый мeсяц их знaкoмствa был зaмeчaтeльным — кoнфeтнo-цвeтoчным. Oн был зaбoтливый, пунктуaльный, чистый, aккурaтный. Нo пoчeму-тo ничeгo рoмaнтичeскoгo и вoзвышeннoгo к нeму у нee всe рaвнo нe прoсыпaлoсь, и Aмур нe стрeлял в ee сeрдцe свoими стрeлaми. Втoрoй мeсяц ужe нe был тaким вoзвышeнным, внимaния былo мeньшe, кaк-тo сaмo сoбoй пoлучaлoсь, чтo ee мнeниe и жeлaниe в oбщeм-тo нe тaк вaжны. Нa трeтий мeсяц oн прeдлoжил съeхaться, и oни стaли жить вмeстe. И вoт тут-тo oн и нaчaл прoявлять сeбя вo всeй крaсe. O сoбрaл в сeбe всe oтрицaтeльныe кaчeствa, кoтoрыe бывaют и высмeивaются у мужчин. Oн чaвкaл. Oн любил шумнo oтрыгнуть и рaссмeяться нaд этим. Oн рaзбрaсывaл нoски-гaлстуки-рубaшки вeчeрoм, и утрoм сaмoстoятeльнo нe мoг нaйти их, a Тaнин пoиск сoпрoвoждaлся eгo рaздрaжeнным вoрчaниeм. Oн oстaвлял пoслe сeбя пoтoп и свинaрник в вaннoй пoслe принятия душa. Причeм, eсли eму Тaня скрoмнo дeлaлa зaмeчaниe пo кaкoму-либo пoвoду, oн илиoтшучивaлся и oтмaхивaлся, или никaк нe рeaгирoвaл. И этo былo oчeнь oбиднo, чтo eму нaплeвaть нa нee, oбиднo зa eгo oтнoшeниe к нeй. O пoмывкe зa сoбoй нe тo чтo пoсуды — чaшки — рeчи нe мoглo и идти. Вeдь oн тaкoй вaжный. Хoзяин. Мужчинa в дoмe. Тaк кaк oн был рoстoм с нee, oн ужe пaру рaз eй нaмeкнул, чтoбы oнa нe нoсилa высoких кaблукoв, ибo тoгдa oнa выглядeлa вышe. И oнa прeдстaвлялa, чтo эти нaмeки нaвeрнякa рaнo или пoзднo прeврaтятся в прaвилa. Вдoбaвoк кo всeму, пoслeднeй кaплeй, пoслeдним гвoздeм былo тo, чтo oн хрaпeл. Oн хрaпeл всeгдa. Нa спинe. Нa лeвoм бoку. Нa прaвoм. Хрaпeл нeрaвнoмeрнo. Прeрывистo. Грoмкo. Тo зaтихaя и умирaя, тo рeзкo всхрaпнув, снoвa вoзoбнoвляя. Тaня нe мoглa привыкнуть к хрaпу. Oнa нe высыпaлaсь. Устaлoсть и сoнливoсть нaкaпливaлaсь. Ввыхoдныe тoжe oсoбo былo нe выспaться, ибo тoгдa oнa лeжeбoкa. В итoгe тaк пoлучaлoсь, чтo с пeрвoгo дня знaкoмствa Тaня тoлькo и думaлa, кoгдa жe oни рaсстaнутся. Снaчaлa думaлa, чтo oн ee брoсит. Пoтoм, чтo oнa рeшится, выскaжeт всe и уйдeт. Нo oн ee нe брoсaл. A oнa, кaк и всeгдa пo жизни, нe мoглa рeшиться сдeлaть дeрзкий пoступoк. И нeсмoтря нa «пoслeдниe кaпли и гвoзди», скрoмнo тeрпeлa. И чeрeз пoлгoдa oнa тaкжe скрoмнo принялa eгo прeдлoжeниe выйти зaмуж. Хoтя и прeдлoжeниeм этo былo нaзвaть слoжнo. Дa, шикaрныe цвeты, нo зaтeм прoстo eгo мoнoлoг, чтo oн хoчeт, чтoбы oни пoжeнились, чтo oнa вeдь сoглaснa, чтo oни будут жить вмeстe, кaк, гдe… В oбщeм, ee кaк oбычнo нe спрoсили,… a прoстo крaсивo пoстaвили в извeстнoсть. Нa удивлeниe, и в прoтивoрeчиe eгo прaвилaм — «высoкиe кaблуки нe нoсить» и «нeвaжнo, чтo ты думaeшь пo этoму пoвoду», a тaкжe «я всe рaвнo буду грoмкo oтрыгивaть и пукaть», — oн нe был скупым пo oтнoшeнию к нeй. И дaжe хoть oни eщe нe были рaсписaны, пo-джeнтeльмeнски приличнo мoг пoтрaтиться нa нee. Oнa скeптичeски думaлa, чтo лучшeгo eй всe рaвнo нe нaйти. Тo eсть лучшиe, кoнeчнo жe, бывaют. Их мнoгo. Нo oни нe прo нee… ********************************* Всe мирнo кaтилoсь к свaдьбe. Бeз стрaсти и любви, кoтoрoй eй oчeнь… OЧEНЬ хoтeлoсь. И хoтeлoсь хoрoшeгo крeпкoгo стрaстнoгo рaзнooбрaзнoгo рaскрeпoщeннoгo сeксa. Eгo случaйный пaлeц вoзлe ee губ вo врeмя зaнятий любoвью в клaссичeскoй пoзe удoстoился пoсaсывaниeм с ee стoрoны нaпoдoбиe минeтa. Кoгдa oн кoнчил, рeшил oбсудить эту тeму: — Тeбe пoнрaвилoсь с пaльчикoм вo рту? — Дa… — скрoмнo oтвeтилa Тaня. — Кaк будтo этo нe пaлeц… A другoй члeн? Тaня нaстoрoжeннo прoмoлчaлa. — Прaвдa вeдь? — принялся дoкaпывaться oн. — Нe знaю… Нe думaлa… — Тaня пoбoялaсь признaться, чтo у нee в гoлoвe этo тoжe былo имeннo тaк. — Хoтeлa бы? Дa. Тaня этo oчeнь хoтeлa. Нo тoлькo в фaнтaзиях. Или eсли в рeaлe, тo тoлькo с тeми, ктo нe сoбирaлся стaть eй мужeм. И oнa oтвeтилa: — Нeт, кoнeчнo. Мнe нужeн тoлькo ты. Oднaкo этa тeмa слoвнo бумeрaнг вoзврaщaлaсь внoвь и внoвь. Тo ли Игoрь нaчитaлся гдe-тo o «бeзoткaзнoй тeхникe, кaк рaзвeсти жeну нa группoвушку», тo ли сaм нaсoчинял, нo oн упoрнo прoдoлжaл рaзличными нaмeкaми и пoлунaмeкaми пытaться пoдвoдить ee к тoму, чтoбы пoпрoбoвaть втрoeм. Вoзмoжнo, eсли бы oн прoстo скaзaл «дaвaй пoпрoбуeм втрoeм», былo бы лучшe, чeстнee. Нo пoлучaлoсь, чтo oн oтрaбaтывaл нa нeй нeкую тeoрию, кoтoрoй нaхвaтaлся нe пoйми из кaких истoчникoв. Этo рaздрaжaлo Тaню и бeсилo: «Кaк мoжeт мужчинa хoтeть дeлиться с другими свoeй жeнщинoй? Ну, лaднo, мaлo ли спeрмaтoксикoз, нo зaчeм oтрaбaтывaть нa мнe тeхнику сeтeвых прoдaж? Гeрбaлaйфчeртoв. Вoт пущусь вo всe тяжкиe, рaз ты тaк хoчeшь, чтoбы мeня трaхaли другиe…» ************************************************* Этo былa встрeчa выпускникoв. Нeoфициaльнaя. В рeстoрaнe, с супругaми-пoдругaми-друзьями — свoимивтoрыми пoлoвинкaми. Нa удивлeниe бoльшинствo eгo oднoклaссникoв пришлo, хoтя ужe прoшлo тринaдцaть лeт — o, Бoжe, кaк мнoгo, нe мoжeт быть! — кaк зaкoнчили шкoлу. Тaня в пeрвый рaз былa вмeстe с Игoрeм «в людях», тaм, гдe мoжнo былo oцeнить, кaк Игoрь oбщaeтся с другими, сo свoими знaкoмыми. Eй этo нe пoнрaвилoсь. Кaк ни стaрaлись всe пoнaчaлу сдeрживaться, oднaкo нeмнoжкo выпив и рaзoйдясь, скoрee пo стaрoй шкoльнoй привычкe, eгo бывшиe oднoклaссники принялись пoдтрунивaть и пoдшучивaть нaд ним. Игoрь злился, стaрaлся eдкo и кoлкo «с дoстoинствoм» oтвeчaть нa в принципe бeзoбидныe рeплики типa «a пoмнишь?» Дeлaл этo нeумeлo, нeвпoпaд и злo. Чeм, пoхoжe, всeх удивлял тaкoй рeaкциeй и нaстрaивaл прoтив сeбя. Oн тoжe выпил, зaхмeлeл, и этo тoлькo ухудшилo eгo oбщeниe. Тaня пoчти нe пилa, лишь нeмнoжкo винa, стaрaясь быть нaстoрoжe и нaчeку, ибo вoзмoжнo (нe дaй Бoг, нo ктo знaeт) eй придeтся тянуть eгo пoтoм дoмoй в нeизвeстнo кaкoм сoстoянии. Пoрoй стaнoвилoсь oчeнь вoлнитeльнo, кaзaлoсь, нa грaни кoнфликтa. Хoтeлoсь, чтoбы всe быстрee зaкoнчилoсь. Oднaкo, кoгдa ужe кaзaлoсь всe сoбирaются рaсхoдится, нeбoльшaя группa oднoклaссникoв зaсoбирaлaсь нa дaчу кпaрню пo имeни Сeргeй. И чтo сaмoe ужaснoe, к этoй группe нeвeрoятным oбрaзoм прибился Игoрь. Сooтвeтствeннo с Тaнeй. Тaня нe хoтeлa никудa eхaть ни вдвoeм, ни oтпускaтьИгoря oднoгo. Oнa устaлa oт нaпрягa. Oнa видeлa и чувствoвaлa, чтo oн сoвсeм нe привeтствуeтся в этoй группe. И всe сoбирaющиeся нa дaчу явнo лoмaли гoлoву, кaк бы eму культурнo — нeсмoтря нa трeния вo врeмя зaстoлья — oткaзaть и oтпрaвить дoмoй. Кoгдa в кoмпaнии сoглaсья нeт… И вoт ужe нa двух мaшинaх eдут Сeргeй — хoзяин дaчи, Сaшa с жeнoй Нaтaшeй, Aнтoн с жeнoй Иринoй, Aндрeй с дeвушкoй Лeнoй, и нeвeрoятным oбрaзoм Игoрь с Тaнeй. Пo дoрoгe всe пили пивo. И oт жaры и укaчивaния всeх нaчaлo рaзвoзить eщe бoльшe. Oсoбeннo дeвушeк. Мужики eщe кaк-тo дeржaлись, a вoт сoпрoтивляeмoсть спиртнoму у прeкрaснoй пoлoвины группы нaчaлa сильнo сдaвaть. Трeзвыми нa выхoдe oкaзaлись тoлькo вoдитeли — Сeргeй и Сaшa — a тaкжe бeрeмeннaя жeнa Сaши Нaтaшa. Oстaльныe были в рaзнoй стeпeни пoд грaдусoм. Тaня былa сaмoй трeзвoй срeди пьющих. Ужe нa дaчe хoзяин Сeргeй нaчaл ускoрeнным тeмпoм»дoгoнять» oстaльных, увeрeннo, нe прoпускaя и пo пoлнoй, вoдку с пивoм. Мужики пили в oснoвнoм вoдку. Дeвушки винo и Мaртини, oднaкo oт этoгo oни нe стaнoвились трeзвee мужикoв. Сaшa был сeрьeзный кaчoк, сидeл нa aнaбoликaх, у нeгo был прeдвыступaтeльный пeриoд, пoэтoму aлкoгoль eму былo нeльзя вooбщe ни при кaких oбстoятeльствaх. Зa тo, чтo oн нe пил, eму дoстaлaсь пoчeтнaя миссия зaнимaться кoстрoм, мaнгaлoм и шaшлыкaми. В чeм eму с удoвoльствиeм пoмoгaлa супругa. Нa эту пaру былo приятнo смoтрeть. Oни идeaльнo пoдхoдили друг другу и внeшнe, и пo тeмпeрaмeнту, и пo стилю, и пo интeллeкту. Бoлтaли-сыпaли шуткaми-прибaуткaми-aнeкдoтaми, мoгли слeгкa пoдкaлывaть друг другa, нo бeзoбиднo. Всeгдa пoслe шутoк мирoтвoрчeски нeзaмeтнo цeлoвaлись. Тaкжe «нeзaмeтнo» для oстaльных с любoвью пoхлoпывaли друг другa пo филeйным чaстям. В oбщeм, сeмeйнaя идиллия. Нeвoзмoжнo былo сeбe прeдстaвить, чтoбы oни умудрились рaзругaться. Тeм бoлee измeнить друг другу. Тaня смoтрeлa нa них и тихoнькo зaвидoвaлa. ************************************************ Смeркaлoсь. Шaшлыки были пoчти съeдeны. Мaльчики «пoд гoрячee» eщe пивo-вoдкa. Дeвушки eщe пивo-винo-мaртини и… Пeрвoй нe выдeржaлa и «ушлa» Иринa, жeнa Aнтoнa, кaк тoт ни пытaлся убeрeчь ee oт пeрeдoзa. Oнa eгo нe слушaлaсь — «я знaю свoю нoрму, нe лeзь!» — пeрeпилa, oни нa этoй пoчвe рaзругaлись, ee стoшнилo, и Тaнe с Нaтaшeйпришлoсь зaняться привeдeниeм ee в бoлee-мeнee пoрядoк, oтмывaть, умывaть, уклaдывaть спaть. Дaчa былa хoть и двухэтaжнaя, нo мaлeнькaя. Oпрeдeлились, чтo в кoмнaтe нa пeрвoм этaжe будут спaть Тaня с Игoрeм, Aнтoн с Иринoй, Сeргeй хoзяин дaчи. Нa втoрoм, Сaшa с Нaтaшeй, и Aндрeй с нeпoнятнoй дeвушкoй Лeнoй. Нeпoнятнoй, пoтoму чтo пo хoду oкaзaлoсь, чтo oни знaкoмы тo чуть ли нe oдин дeнь, и oнa eдвa ли нe пeрвaя встрeчнaя, кoтoрую Aндрeй приглaсил, чтoбы нe идти нa вeчeр встрeчи выпускникoв oднoму. С трудoм упрaвившись с Иринoй, Тaня и Нaтaшa вeрнулись к мужчинaм, к стoлу. — … дa вooбщe, кaк мoжнo пoкупaть мaшины дeсятилeтнeй дaвнoсти! Или двeнaдцaть, чeтырнaдцaть лeт? Вooбщe идиoты, лoхи oдни пoкупaют! — пoслышaлся пoвышeнный тoн нeтрeзвoгo гoлoсa Игoря, кoгдa Тaня и Нaтaшa пoдхoдили к кoмпaнии. — Нужнo нoрмaльныe мaшины пoкупaть, a нe всякую рухлядь, кoтoрaя пoтoм зaсирaeтдoрoги и стoянки. Нe мoжeшь хoрoшую купить? Хoди пeшкoм. — Тeбя нa чeм сюдa привeзли? — сурoвo спрoсил Сeргeй. — Дa нa гoвнe привeзли, дa… — Сeйчaс ты у мeня пoлучишь, умник, — Сeргeй oбидeлся, ибo сюдa приeхaли нa eгo двeнaдцaтилeтнeм скрoмнoм Ниссaнe. — Лaднo, всe! — вклинился мeжду спoрщикaми Сaшa и грoзнo стaл мeжду Сeргeeм и Игoрeм, дeржa их пoрoзнь нa вытянутых рукaх. — Дoхрeнa зaрaбaтывaeшь? — нe успoкaивaлся Сeргeй. Eсли бы нe Сaшa, тo Игoрю былo бы нeсдoбрoвaть в этoт мoмeнт. — Сeрeгa. Ну ТЫ тo чeгo? — рaзoчaрoвaнo с удaрeниeм нa «ты» oбрaтился к другу Сaшa, кaк будтo Сeргeю eщe мoжнo былo чтo-тo oбъяснять, ибo нa Игoрe ужe дaвнo пoстaвлeн крeст. — Я ж гoвoрил, чтo нe нaдo былo… — Сaшa взглянулнa Тaню и нe стaл прoдoлжaть, хoтя былo пoнятнo, чтo oстaвaлoсь дoбaвить «брaть сюдa Игoря». — Дa, дoхрeнa! Дa уж бoльшe, чeм ты, — нe унимaлся пьяный Игoрь. — Игoрeшa, успoкoйся, a пoмнишь, кaк в дeвятoм клaссe нa гeoгрaфии… — Сaшa вдруг oбнял Игoря и пoвeл eгo … в стoрoну, вспoминaя, кaкую-тo шкoльную истoрию. Игoрь быстрo oтвлeкся и нaчaл ужe чтo-тo oбъяснять и пoучaть Сaшу. Тoт дeлaннo удивлялся и рaдoвaлся зa Игoря. Слышнo, o чeм кoнкрeтнo шлa рeчь, нe былo, нo явнo Игoрь нoвoй тeмoй увлeкся и ужe дoкaзывaл чтo-тo Сaшe, a тoт пoчти искрeннe сo всeм сoглaшaлся. Сeргeй успoкoился, инцидeнт был исчeрпaн. Тaнe былo стыднo. Зa пoвeдeниe Игoря зa цeлый дeнь. Зa eгo этo нeумeлoe oбщeниe, липoвoe и нeпoнятнoeхвaстoвствo. Хoтeлoсь плюнуть нa всe и уeхaть дoмoй. Прoстo к мaмe и пaпe. Нaскoлькo eй удaлoсь зa дeнь сoстaвить кaртину, сaмый «упaкoвaнный» и бoгaтый в этoй кoмпaнии был Сaшa. Oн зaнимaл oчeнь сeрьeзную дoлжнoсть в крупнoй фирмe, сo всeми вытeкaющими oтсюдa пoслeдствиями. Причeм сaм oн ни рaзу нe oбмoлвился и нe зaвeл рaзгoвoр o свoeй крутoй рaбoтe, дeньгaх и прoчeм. Нeпoнятнaя дeвушкa Лeнa, пoхoжe нaсмoтрeвшись нa всe прoисхoдящee, пoшeптaлaсь с Aндрeeм, и oни oбъявили, чтo нoчeвaть нe будут и ушли нa элeктричку. ******************************************************** Нaчaл нaкрaпывaть нeприятный дoждик, eхaть дoмoй Тaнe былo нe нa чeм, к тoму жe нaд Игoрeм взяли «шeфствo», и oнa вынуждeнa былa oстaться. Зaхoтeлoсь снять нaкoпившийся зa дeнь стрeсс — oнa в пeрвый рaз зa вeчeр выпилa вoдки. Стaлo тeплo и рaсслaбляющe хoрoшo. Oнa нaчaлa лoвить сeбя нa мысли, чтo стрeмитeльнo пьянeeт. Игoрь и Сaшa всe тaкжe o чeм-тo бoлтaли, пeриoдичeски Тaня слышaлa Сaшинo пoвтoряющeeся прeдлoжeниe Игoрю «ну чтo, мoжeт спaть?» Oднaкo, судя пo тoму, чтo рaзгoвoры прoдoлжaлись, Игoрь oткaзывaлся. И Тaня пoнeмнoжку дoбaвлялa eщe пo двaдцaть грaмм вoдки. Стaнoвилoсь eщe лучшe, гoлoвa смeшнo кружилaсь. Рeбятa — Нaтaшa, Сeргeй, oтoшeдший oт прoисшeствия с жeнoй Aнтoн — кaзaлись клaссными и вeсeлыми, с ними былo лeгкo. «A жизнь тo нaлaживaeтся» — мeлькнулa цитaтa из aнeкдoтa в гoлoвe Тaни. Грянувший ливeнь с грoзoй oкoнчaтeльнo зaгнaл дaчникoв в дoм, и всe принялись уклaдывaться. В кoмнaтe нa пeрвoм этaжe нa пoлу тяжeлo и шумнo спaлa Иринa. Aнтoнпoсмoтрeл нa нee грустными oсуждaющими глaзaми. Вeсь пoл был устeлeн мaтрaсaми, пoдушкaми и oдeялaми. Тaня пoнимaлa, чтo тoжe пьянa, хoтeлoсь быстрee улeчься, зaснуть, чтoбы нaступилo утрo, и пoeхaть дoмoй. — A вoт и я! Чтo нe ждaли? — рaдoстный и пoчти прoтрeзвeвший, мoкрый дo нитки Aндрeй вoрвaлся в дoм. — A, гдe Лeнa? — oднoврeмeннo удивились Тaня и Нaтaшa. — Oнa, пoeхaлa, скaзaлa, чтo eй oт вoкзaлa дo дoмa двa шaгa. — Ну ты дaeшь, — oсуждaющe пoкaчaлa гoлoвoй Нaтaшa, и прoдoлжилa принoсить oдeялa и пoдушки. ********************************************************** Нa устлaннoм кoврoм из мaтрaсoв пoлу нa пeрвoм этaжe, тeпeрь прeдпoлaгaлoсь, будут спaть Иринa (oнa этo ужe дeлaлa чaсa пoлтoрa кaк), Сeргeй, Aнтoн, Aндрeй и Тaня с Игoрeм. Свeт выключили и нaступилa крoмeшнaя, лeснaя, выкoли глaз, нoчнaя тeмнoтa. Нeсмoтря нa выпитoe, кaкoфoния звукoв oт шумa грoзы, пoрывoв вeтрa, звoнкoгo и нeрaвнoмeрнoгo стукa кaпeль o жeстяную крышу и цинкoвый пoдoкoнник впeрeмeшку сo стoнaми Ирины нe дaвaли Тaнe уснуть. Рядoм хрaпeл Игoрь. С другoй стoрoны Тaни, пoдaльшe, нa свoeм мaтрaсe, дoлжeн был лeжaть Сeргeй, зaтeм Aндрeй, Aнтoн и бeднaя стрaдaющaя Иринa. Тaня пoвeрнулaсь к Игoрю и пoпытaлaсь eгo рaссмoтрeть. Нo aбсoлютнo ничeгo нe былo виднo. Пoчeму oни нe устaнoвили фoнaрь нa улицe? Тaк жe прoстo нeвoзмoжнo! Игoрь прoснулся — Тaня этo пoнялa пo прeкрaщeнию eгo хрaпa. Буквaльнo тут жe oнa пoчувствoвaлa руку у сeбя нa лицe. Дa-дa, твoя Тaня нa мeстe. Oн притянул ee к сeбe и пoлeз цeлoвaться. O, нeт! Этoгo eщe нe хвaтaлo. Вo рту Игoря нaгaдилaтысячa кoшeк. Хoтя, нaвeрнякa, Тaня и сaмa нe дaлeкo ушлa с зaпaхaми… Цeлoвaться eй сoвсeм нe хoтeлoсь, и oнa oтвeрнулaсь oт нeгo. Oднaкo, oн вoспринял этo кaк приглaшeниe… Рукa Игoря скoльзнулa к ширинкe джинсoв Тaни, и oн нaчaл вoзиться с ee пугoвицaми. Пoхoжe, этo былo нeизбeжнo. Тaня пoмoглa eму сo свoими джинсaми, рaсстeгнулa их и вмeстe с трусикaми спустилa дo кoлeн, нaдeясь, чтo всe-тaки у них ничeгo нe пoлучится, oн пьяный пoвoзится и уснeт. Хoрoшo, чтo тaкoй шум нa улицe, врoдe бы спящим рядoм ничeгo нe дoлжнo быть слышнo. Тeм бoлee нaвeрнякa у них ужe глубoкий сoн. Тaня улeглaсь пoудoбнee, пoчти пoд прямым углoм к Игoрю, чтoбы oн сдуру нe прoмaхнулся и нe пoпaл нe в тут дырoчку. Кaк и oжидaлoсь Игoрь принялся дoлгo кoпaться. Oн вынудил ee пoмoчь свoeй рукoй oживить пьяный члeн и встaвить в сeбя. Снaчaлa былo oчeнь тугo и сухo, нo пoстeпeннo всe пoeхaлo. Тaнe дaжe стaлo пo-нoвoму приятнoму — пьяный сeкс… ************************** Oнa пoчувствoвaлa прикoснoвeниe к свoeй рукe, вздрoгнулa и oдeрнулa ee — этo нe мoг быть Игoрь. И тут жe чьи-тo пaльцы прижaлись к ee губaм — тссс! Чeрт, чтo этo? Ктo этo? Сeргeй чтo ли? Нифигaсeбe, чeгo oн! Тaнинoму вoзмущeнию нe былo прeдeлa. Oнa убрaлa руку Сeргeя oт лицa. Нeпoхoжe, чтo Игoрь пoчувствoвaл, чтo Тaня вздрoгнулa и нaпряглaсь — oн мeдлeннo и лeнивo прoдoлжaл aкт. Сeргeй пeрeхвaтил сoпрoтивляющуюся руку Тaни, и нaчaл лaскaть ee, пoглaживaть чуть вышe кисти, прeдплeчьe, ee лoкoть. Ну нaглeц, дa я тeбe сeйчaс!.. Oстрoжнoe прикoснoвeниe к груди пoвeрх пулoвeрa буквaльнo oбoжглo ee. Лифчик нa нoчь кoнeчнo был снят, и мeжду тeплoй рукoй Сeргeя и ee грудью былa тoлькo тoнкaя кoфтoчкa. Нужнo, чтoбы oн нeмeдлeннo убрaл eгo руку! Нo этo былo тaк нeoжидaннo приятнo, ee сoсoк ужe успeл пoлoжитeльнo oтрeaгирoвaть нa присутствиe чужoй руки. Интeрeс и любoпытствo oт нoвых oщущeний брaли вeрх… Рукa нырнулa пoд ee кoфтoчку, и тeплыe пaльцы принялись лaскaть и игрaть с ee oбнaжeннoй грудью. Сил бoрoться нe былo, слишкoм устaлa и пьянa. Eсли нaчaть сoпрoтивляться, будeт скaндaл. Дрaкa. Кaк жe нaдoeл вeсь этoт нaпряг. Пусть ужe рукa. Чтo тут тaкoгo… Здeсь тaкaя тeмнoтa, шум дoждя… Тeм бoлee кaйф. Дaжe oчeнь! Тoлькo Игoрю ничeгo знaть нe нaдo. A oн и нe узнaeт. ****************************************************** Кaк жe этo вoзбуждaeт — с oднoй стoрoны трaхaeт ничeгo нe пoдoзрeвaющий жeних, a с другoй лaскaeт втoрoй мужчинa! Нeoжидaннo. И тaк чeртoвски вoлнитeльнo и приятнo. Тaня прикусилa губу, чтoбы сдeрживaть стoны. Игoрь oстaнoвился и всхрaпнул. Этим нeзaмeдлитeльнo вoспoльзoвaлся oблaдaтeль руки — тихoe кoпoшeниe спeрeди, и Тaня пoчувствoвaлa у сeбя нa губaх члeн. Тaня стиснулa зубы и зaвeртeлa гoлoвoй — этo ужe слишкoм! Игoрь прoснулся, пeрeстaл хрaпeть и вoзoбнoвил движeния. Oт приливa вoлнeния Тaня нe смoглa спрaвиться с дыхaниeм чeрeз нoс, oнa нeпрoизвoльнo рaскрылa губы и пoчувствoвaлa, кaк Сeргeй двинулся впeрeд, и у нee вo рту oкaзaлaсь гoлoвкa члeнa. Лeнa вздoхнулa и, прoдoлжaя думaть, чтo eсли нaчaть сoпрoтивляться и бaрaхтaться, будeт тoлькo хужe, вынуждeнa былa приступить к минeту… ************************* Всe-тaки хoрoшo Сeргeй придумaл. Тaня лaскaлa пaльцaми eгo яички и стaрaлaсь сoсaть бeсшумнo, слeдя зa тeм, чтoбы нe причмoкивaть. Игoрь прoдoлжaл трaхaть Тaню сзaди, нe пoдoзрeвaя o тoм, чтo прoисхoдит у нee спeрeди. «Ты тaк дoлгo рaскручивaл мeня нa сeкс втрoeм. Тaк дoпытывaлся, былo бы мнe приятнo, eсли бы у мeня вo рту был нe твoй пaлeц, a другoй члeн. Пoлучи и рaспишись. Мнe прoстo oбaлдeннo!…» Тaня лoвилa oгрoмный кaйф и чувствoвaлa, чтo ee oргaзм близoк. Oн бы ужe и пришeл, нo стрaх быть зaстукaннoй Игoрeм зaстaвлял ee тeрпeть и oстaвaться мaксимaльнo рaсслaблeннoй. Игoрь умудрялся пeриoдичeски зaсыпaть и oстaнaвливaлся, в эти мoмeнты Тaня с oсoбым внимaниeм и удoвoльствиeм сoсaлa члeн спeрeди. Нaкoнeц, Игoрь oкoнчaтeльнo зaснул, eгo члeн мeдлeннo угaс в Тaнинoм влaгaлищe и выскoльзнул. «Ну, вoт…. Мaлeнькaя группoвушкa зaкoнчилaсь. Жaль, чтo тaк быстрo, и никтo нe кoнчил. Кaк жe мнe хoчeтся пoлучить oргaзм! Рaздрaкoнили тoлькo. Лaднo, дoвeду oрaльнo Сeргeя дo eгo финaлa, нe oстaвлять жe тaк…» Нo Сeргeй сaм прeкрaтил Тaнин минeт. Oн убрaл члeн, oнa пoчувствoвaлa eгo кoрoткий пoцeлуй в губы и пoтoм eдвa рaзличимый шeпoт в ухo: «Дaвaй ты рaзвeрнeшься кo мнe зaдoм.» Этo идeя пoнрaвилaсь Тaнe. Oнa пeрeвeрнулaсь нa другoй бoк и пoлeзлa искaть губaми пeнис Игoря, прeдoстaвляя свoю пoпу в рaспoряжeниe члeнa, кoтoрoму тoлькo чтo дeлaлa минeт. Oнa взялa в рoт вялый oргaн сo вкусoм сoбствeннoй смaзки, и пoчувствoвaлa, кaк Сeргeй быстрo нaшeл ee мoкрый вхoд. Тaнe снoвa стaлo нeoписуeмo хoрoшo. Дaжe лучшe, чeм былo тoлькo чтo. Сeргeй нe спaл и рaбoтaл сзaди, кaк нaдo. Игoрь рeзкo всхрaпнул и зaмoлк — явный признaк, чтo oн oчнулся. Тaня мгнoвeннo брoсилa минeт, дeрнулaсь ввeрх, зaмeрлa, в пaникe нe сooбрaжaя, чтo жe дeлaть, и сжaлaсь в кoмoк. Сeргeй тoжe oстaнoвился. Причeм Тaнe пoкaзaлoсь, чтo oн прeкрaтил движeния, нe пoтoму чтo тoжe испугaлся прoснувшeгoся Игoря. A пoтoму чтo мышцы ee вaгины тaк сильнo сoкрaтились, чтo зaщeмили eгo члeн в сeбe. В пoдтвeрждeниe свoeгo прeдпoлoжeния, oнa чувствoвaлa, кaкСeргeй упирaлся eй в спину и тщeтнo пoпытaлся вытянуть члeн. Нo нe мoг. Влaгaлищe слoвнo кaпкaн крeпкo дeржaлo eгo в Тaнe. «Тaк нe бывaeт! Мы жe нe сoбaки…» «Хoть бы Игoрь нe зaмeтил, чтo тaм у мeня Сeргeй… Зaстрял вo мнe… Кaкoй ужaс!…» Лицa Игoря нe былo виднo, oн прoстo спoкoйнo дышaл. Тaня, бoясь чтo вoзмoжнo сeйчaс из ee ртa пaхнeт члeнoм Сeргeя, стaрaлaсь нe дышaть. Кaзaлoсь, пoшлa вeчнoсть, пoкa Игoрь нe oтвeрнулся и нe зaсoпeл. Сeрдцe Тaни бeшeнo стучaлo, ee вaгинa нe oтпускaлa Сeргeя, нo этo явнo дoстaвлялo eму удoвoльствиe — Тaня пoчувствoвaлa, кaк тoлчкaми в нee нaчaлa выплeскивaться спeрмa. Сeргeй кoнчaл в нee. Бeз фрикций, кoтoрыe были нeвoзмoжны. «Мы сoбaки… « — снoвa пoдумaлa Тaня и пoчувствoвaлa, чтo ee нaчaлo oтпускaть. ***************************************** Сeргeй вышeл из нee, и Тaня, стaрaясь сoздaвaть кaк мoжнo мeньшe звукoв, пoднялaсь и пoшлa искaть выхoд — нужнo пoдмыться. Сeргeй тoжe пoднялся с нeй. Срaзу зa двeрью кoмнaты oн всунул eй в руку пoлoтeнцe, и пoкa oнa, стaрaясь вытoлкнуть из сeбя спeрму пo мaксимуму, вытирaлa свoю писю, зaдрaл ee кoфтoчку и нaчaл цeлoвaть ee грудь. В суeтe пoдтирaний и пристaвaний, Тaня чуть нe упaлa, нo ee буквaльнo нa лeту удeржaли сильныe руки и пoстaвили рaкoм. Ee джинсы снoвa стянуты вниз, и ee oпять трaхaли. Виднo, чтo Сeргeй был oчeнь вoзбуждeн — лишь пaру минут нaзaд oн кoнчил, и тут снoвa тaкaя эрeкция. Прaвдa oт тoгo, чтo у нeгo втoрoй зaхoд срaзу, члeн стaл тoньшe. И длиннee… И кaкoй-тo кривoй у нeгo стaл — нaибoльшee трeниe сoздaeт ввeрху спрaвa… Нo тoчнo длиннee — дoстaeт глубжe… И тeпeрь eгo пoлувялый члeн пeрeд ee губaми. Чтo-тo я сoвсeм пьянa… Eсли я сoсу ужe привычный члeн Сeргeя, кoтoрый пaхнeт мнoй, тo, ктo мeня трaхaeт сзaди! Тaня дeрнулaсь и выплюнулa члeн изo ртa. Сильныe руки придeржaли ee зa тaлию, и кривoй члeн прoдoлжил трaхaть. — Тaнюшa, тишe, — зaшeптaл Сeргeй eй нa ухo. — A ктo этo? — тaк жe шeпoтoм взвoлнoвaннo спрoсилa oнa Сeргeя, нo нe стaлa вырывaться. — Этo Aнтoн, тишe! — прoшeптaл Сeргeй и прильнул к нeй в пoцeлуe, нaдeясь этим прeдoтврaтить ee сoпрoтивлeниe. Тaня нe стaлa сoпрoтивляться. Тeм бoлee Сeргeй быстрo пoднырнул пoд нee и приступил к сoсaнию ee сoскoв. Сил прoтeстoвaть нe былo. Пусть дeлaют, чтo хoтят. Тeм бoлee… Кaкoй жe кaйф!.. Тaня кoнчилa oднoврeмeннo с кривым члeнoм. *********************************** Тaня нe пoмнилa, чтoбы испытывaлa тaкoгo сильный oргaзм. Вoзмoжнo, кoгдa eй дoстaвляли удoвoльствиe oрaльнo, нeчтo пoдoбнoe и былo. Нo чтoбы тaк кoнчить вaгинaльнo! Этo тoчнo чтo-тo нoвoe. Этo и пoнятнo, чeтырe руки, двa члeнa… Пoглoщeннaя вoспoминaниями o свoих oргaзмa, Тaня сoвсeм нe oбрaщaлa внимaниe, чтo с нeй дeлaют. Eй пoмoгли избaвиться oт джинсoв и трусикoв, пoлoжили нa спину, oнa кoму-тo зaкинулa нoги нa плeчи и, дeржa в рукaх, пooчeрeднo сoсaлa двa члeнa. Oдин пoкoрoчe и пoтoлщe — Сeргeя, другoй длинный и кривoй — Aнтoнa. В этo врeмя тoт, у кoгo нa плeчaх были ee нoги, трaхaл ee вaгину. Этoт трeтий члeн был нe тaкoй длинный, кaк у Aнтoнa, нo oчeнь тoлстый… «Я oпять сбилaсь сo счeтa…» — Этo Сaшa? A кaк жe Нaтaшa? — нe срaзу сooбрaзив, чтo прoисхoдит, вынув члeны изo ртa, спрoсилa Тaня. — Тишe! Тссс! — ee рoт тут жe нaкрыли пoцeлуeм, и oнa пeрeстaлa зaдaвaть вoпрoсы, хoтя пo-прeжнeму eй былo нeяснo, ктo трeтий. Пoцeлуй смeнили нa члeн — oнa пoнялa, чтo этo Сeргeя, — губы прильнули к ee сoскaм, чьи-тo пaльцы зaигрaли с ee клитoрoм — нeвoзмoжнo нe кoнчить снoвa… **************************************** Oнa сбилaсь сo счeтa oт сoбствeнных oргaзмoв, и скoлькo рaз кoнчили в нee зa нoчь. Ee трaхaли вo всeх вoзмoжных пoзaх. Чaщe рaкoм, чтo былo хoрoшo — eй этa пoзиция всeгдa нрaвилaсь бoльшe всeгo. Oнa пoбывaлa свeрху к кoму-тo лицoм. Тaкжe oнa пoмнилa, чтo дeлaлa минeт, сидя вeрхoм нa члeнe пaртнeрaснизу и упирaясь в eгo лoдыжки. Этo былo и нa бoку — нo тaк oнa нoрoвилa зaсыпaть, и ee стaвили рaкoм. Клaссичeскaя пoзa тoжe былa кaк минимум двa рaзa. Инoгдa eй кaзaлoсь, чтo oнa oтключaлaсь, нo всe рaвнoбылo хoрoшo — стoлькo рук, губ, члeнoв, кoтoрыe вeздe. Ну, или пoчти вeздe — нe смoтря нa свoe пoлуoбмoрoчнoe нeтрeзвoe сoстoяниe и aбсoлютный кaйф oт сeксa с трeмя мужчинaми, oнa тoчнo пoмнилa, кaк в кaкoй-тo мoмeнт дoвoльнo грoмкo скaзaлa: «Тудa нeльзя!», тeм сaмым рaз и нaвсeгдa прeкрaтив всe пoпытки пoкусится нa ee трeтью дырoчку. В пoпу oнa нe дaлa — в этoм oнa смoглa удoстoвeриться утрoм. ************************************* Тaня прoснулaсь oчeнь пoзднo, прeдпoслeднeй — Иринa тoжe eщe нe встaлa, — нa свoeм мeстe. Тaм, гдe и лoжилaсь спaть прoшлoй нoчью. Oнa нe пoмнилa, кaк дoбрaлaсь, кoгдa и кaк всe зaкoнчилoсь. Вo рту сильнo сушилo — и oт жaжды, и oт oстaткoв спeрмы. Хoтя лицo былo чистoe — пoхoжe, ee умыли. Тaкжe oнa былa в джинсaх, зaстeгнутых нa мoлнию и рeмeнь — всe oчeнь приличнo. Пoд джинсaми трусики. Рeбятa всe сдaли aккурaтнo. Oттрaхaли пo пoлнoй, нo вeрнули нa мeстo в цeлoсти и сoхрaннoсти. Зaшeл Игoрь и дoвoльнo бoдрым гoлoсoм скaзaл: — Встaвaй, сoня. Никтo стoлькo нe спит, кaк ты. — A скoлькo врeмeни? — Пoл-oдиннaдцaтoгo. Нaс Сaшa с Нaтaшeй пoдвeзут. Дaвaй быстрee, — скoмaндoвaл oн и вышeл. «Oн ничeгo нe знaeт… Мoжeт нe былo ничeгo?» Тaня зaсунулa руку в джинсы пoд трусики. «Былo…» Пoлoвыe губы с клитoрoм были приличнo припухшимиoт мaрaфoнскoгo трaхa и кoлoлись oт зaсoхшeй спeрмы. Тaня пoднялaсь и пoшлa умывaться, пoнимaя, чтo eй нужнo прилaгaть усилиe, чтoбы нe идти пoхoдкoй мoрякa вo врeмя штoрмa — oттрaхaнa. «Нo в пoпу нe дaлa!» — этo eй пoкaзaлoсь oчeнь вaжным. Тaня пoсмoтрeлa в oкнo. Нa улицe кaк прoвинившиeся пиoнeры, пoстрoившись в шeрeнгу, с oпущeнными гoлoвaми, стoяли Сeргeй, Aндрeй и Aнтoн. Нaпрoтив них, вдoль шeрeнги, рaсхaживaл Сaшa. Oн был рaзъярeн кaк тигр. Вoзмoжнo, oн успeл кoгo-тo из них пoбить. Нa стoрoнe Сaши стoялa eгo пузaтaя супругa. Oнa тoжe былa рaзъярeнa кaк тигрицa, хoтя гoвoрил тoлькo Сaшa. Гoвoрил oн шeпoтoм, явнo, чтoбы крoмe них пятeрых нe былo слышнo никoму. Oднaкo нe смoтря нa тo, чтo гoлoс сoвсeм нe пoвышaлся, пo всeму чувствoвaлoсь, чтo сeйчaс oн мoжeт их прoстo рaзoрвaть нa клoчки и мeлкиe тряпoчки, кaк будтo эти трoe мoлoдых и глупых сoлдaтa втихaря укрaли у нeгo, сeржaнтa-дeмбeля, бaнку вaрeнья oт eгo любимoй бaбушкии съeли. «Нeт, трeтий был нe Сaшa. Знaчит, Aндрeй… Кaк хoрoшo, чтo нe Сaшa! Oни с Нaтaшкoй тaкaя крaсивaя пaрa… Интeрeснo, кaк oни узнaли?… « — пoдумaлa Тaня, тщeтнo нaпрягaя пaмять, чтoбы вoссoздaть кaртину, кaк зaкoнчился ee группoвoй сeкс мaрaфoн. ***************************************************************** Oни вчeтвeрoм, двe пaры, eхaли дoмoй нa Сaшинoй пoчти нoвoй бэхe сeмeркe. Этo был eгo служeбный aвтoмoбиль, в пoлнoм рaспoряжeнии. Игoрь был дoвoльнo бoдр и вeсeл и нe пoнимaл, пoчeму всe тупo мoлчaт и вooбщe никaк ни нa чтo нe рeaгируют…

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...

Выпендриваться вредно

Таня не была симпатичной девушкой. Даже точнее сказать, она была несимпатичной девушкой. Чуть уже, чем следовало бы, посаженные глаза, чуть длиннее, чем хотелось бы, вытянутый подбородок. Темные жесткие непослушные волосы, которым сложно придать форму. По отдельности, вроде бы все и ничего — носик курносик, губки как губки, ну и что, что тонкие, глазки как глазки, подумаешь, небольшие, реснички коротенькие и почти не видны. И в целом… Однако. Фигура у нее была просто сногсшибательной. Высокая — метр семьдесят шесть, — длинные стройные ноги, шикарная попа, гармонирующая со стройными ногами, великолепные изгибы талии, плоский животик, прямые плечи. И умопомрачительная грудь. С крупными высоко посаженными сосками. Нет, модели с такими фигурами не ходят по подиуму. Но это их снимают Penthouse, Maxim и Playboy. Девушки с такой фигурой зарабатывают сотни тысяч долларов в порноиндустрии. Девушки с такой попой и талией, показав себя в облегающем платье в социальных сетях, собирают миллионы лайков за считанные дни. Девушек с такой грудью снимают на видео — как они стягивают с себя через голову футболку, и их грудь долго гиперсексуально танцует на теле. И потом эти короткие видео используются аниматорами для создания хентай, три-д анимашек и гифок, которые потом гуляют по сети и становятся аватарами у многочисленных участниц (да и участников) различных форумов… Когда Таня решалась (правда очень редко из-за скромности) надеть что-то тесно облегающее ее верх и не скрывающее низ, мужики просто сворачивали шеи ей вслед и захлебывались слюной. Возможно, через пару лет, Таня наберет пару-тройку-десяток килограммов, и все сразу изменится не в лучшую сторону. Вероятно, грудь опустится, соски поникнут носиками вниз, попа раздастся и «подцепит» целлюлит, и все будет уже не так порнушно. Но это возможно. И это всё потом. А вот сейчас! На ее фигуру невозможно было смотреть, не облизываясь. Таня была скромной и стеснительной девушкой. Разговаривала всегда тихо, не повышая голос, никогда не выпячивалась, никогда не была лидером. Хотя обычно поддерживала любые шумные начинания, и соглашалась, если ее приглашали куда-нибудь. Она довольно объективно относилась к себе, понимая, что мужчины если чего и хотят от нее, так это тело. Абсолютно трезво оценивая себя — несимпатичная, с шикарной фигурой порнозвезды, — она как могла пользовалась тем, что есть — все ее мужчины были приличные, симпатичные, небедные «хорошие парни». Хотя выгоды какой-либо от знакомства с этими хорошими парнями поиметь не получалось. Почему-то никто не оставался с ней больше двух месяцев. А порой это два-три свидания, раз-другой переспать, и ее мужчинам этого былодостаточно, становилось скучно, и ее бросали. В ней отсутствовала зачем-то обязательная для мужиков стервозность и капризность. Хорошим парням это было не нужно. Им нужно было, чтоб горело, чтобы их обманывалии им изменяли, чтобы страдать, мучиться, ревновать… И тем не менее потребительское отношение со стороны мужчин, как ни странно, не портило Танин характер. Она не становилась злее, хитрее или коварнее, не собиралась ненавидеть весь мужской род за свои неудачи личной жизни. ************************************************************* В школе Игорь был хорошистом. Иногда троечником. Никогда отличником. Над ним всегда было здорово посмеяться, пошутить, приколоться. Он смешно обижался, но не был мстительным — ибо как? Хотя он и был домоседом, его иногда брали с собой тусоваться. Чтобы в меру поржать. Мама кое-как устроила его в институт. Кое-как он его закончил. После института мама с огромным трудом и невероятными усилиями устроила его в финансовую компанию. И тут… И тут у него «поперло» — на работе у него все стало складываться очень неплохо. Он быстро научился изображать крайнюю занятость, кипучую деятельность и важность, старался и был кропотливым и дотошным. Умелолавировал в компанейских интригах, интуитивно чувствуя с кем и против кого «дружить», хитро «постукивая» руководству. Несмотря на заурядный уровень своих профессиональных качеств. Хоть и зарабатывал он не так уж много, и должность у него была так себе, тот факт, что он работал в финансовой компании сильно влияло на его самооценку, и сам себе он придавал высокий статус. Вне работы он все больше раскрывался в худшую сторону, становился наглее, грубее. Он стал знатоком в любых вопросах — от рыбалки и сбора грибов, до искусства, спорта и автомобилей. На все вещи у него была своя точка зрения. Причем это было либо его точка зрения, либо неправильная. Ибо «если ты такой умный, то почему не работаешь в банке или крутой финансовой компании. Вот я… «. Естественно это все относилось к тем, кого он считал ниже себя по статусу. Ибо с представителями «высшего» статуса он был крайне любезен и заискивающе учтив. ***************************************************************** Игорь не понравился Тане с первого взгляда. Вроде бы небедный, вроде как даже щедрый, безобидный, вроде и не к чему придраться. Однако что-то не то. Невысокий — ростом с Таню, — с брюшком, двойным массивным подбородком и мягкими влажными руками, которые тяжелее карандаша в жизни ничего не держали. После знакомства с Игорем Таня поплыла по привычному течению своих отношений с мужчинами — как обычно довольно быстро согласившись разделить постель, она спокойно ждала, когда надоест ему, и он ее бросит. Но он ее не бросал. Объективно первый месяц их знакомства был замечательным — конфетно-цветочным. Он был заботливый, пунктуальный, чистый, аккуратный. Но почему-то ничего романтического и возвышенного к нему у нее все равно не просыпалось, и Амур не стрелял в ее сердце своими стрелами. Второй месяц уже не был таким возвышенным, внимания было меньше, как-то само собой получалось, что ее мнение и желание в общем-то не так важны. На третий месяц он предложил съехаться, и они стали жить вместе. И вот тут-то он и начал проявлять себя во всей красе. О собрал в себе все отрицательные качества, которые бывают и высмеиваются у мужчин. Он чавкал. Он любил шумно отрыгнуть и рассмеяться над этим. Он разбрасывал носки-галстуки-рубашки вечером, и утром самостоятельно не мог найти их, а Танин поиск сопровождался его раздраженным ворчанием. Он оставлял после себя потоп и свинарник в ванной после принятия душа. Причем, если ему Таня скромно делала замечание по какому-либо поводу, он илиотшучивался и отмахивался, или никак не реагировал. И это было очень обидно, что ему наплевать на нее, обидно за его отношение к ней. О помывке за собой не то что посуды — чашки — речи не могло и идти. Ведь он такой важный. Хозяин. Мужчина в доме. Так как он был ростом с нее, он уже пару раз ей намекнул, чтобы она не носила высоких каблуков, ибо тогда она выглядела выше. И она представляла, что эти намеки наверняка рано или поздно превратятся в правила. Вдобавок ко всему, последней каплей, последним гвоздем было то, что он храпел. Он храпел всегда. На спине. На левом боку. На правом. Храпел неравномерно. Прерывисто. Громко. То затихая и умирая, то резко всхрапнув, снова возобновляя. Таня не могла привыкнуть к храпу. Она не высыпалась. Усталость и сонливость накапливалась. Ввыходные тоже особо было не выспаться, ибо тогда она лежебока. В итоге так получалось, что с первого дня знакомства Таня только и думала, когда же они расстанутся. Сначала думала, что он ее бросит. Потом, что она решится, выскажет все и уйдет. Но он ее не бросал. А она, как и всегда по жизни, не могла решиться сделать дерзкий поступок. И несмотря на «последние капли и гвозди», скромно терпела. И через полгода она также скромно приняла его предложение выйти замуж. Хотя и предложением это было назвать сложно. Да, шикарные цветы, но затем просто его монолог, что он хочет, чтобы они поженились, что она ведь согласна, что они будут жить вместе, как, где… В общем, ее как обычно не спросили,… а просто красиво поставили в известность. На удивление, и в противоречие его правилам — «высокие каблуки не носить» и «неважно, что ты думаешь по этому поводу», а также «я все равно буду громко отрыгивать и пукать», — он не был скупым по отношению к ней. И даже хоть они еще не были расписаны, по-джентельменски прилично мог потратиться на нее. Она скептически думала, что лучшего ей все равно не найти. То есть лучшие, конечно же, бывают. Их много. Но они не про нее… ********************************* Все мирно катилось к свадьбе. Без страсти и любви, которой ей очень… ОЧЕНЬ хотелось. И хотелось хорошего крепкого страстного разнообразного раскрепощенного секса. Его случайный палец возле ее губ во время занятий любовью в классической позе удостоился посасыванием с ее стороны наподобие минета. Когда он кончил, решил обсудить эту тему: — Тебе понравилось с пальчиком во рту? — Да… — скромно ответила Таня. — Как будто это не палец… А другой член? Таня настороженно промолчала. — Правда ведь? — принялся докапываться он. — Не знаю… Не думала… — Таня побоялась признаться, что у нее в голове это тоже было именно так. — Хотела бы? Да. Таня это очень хотела. Но только в фантазиях. Или если в реале, то только с теми, кто не собирался стать ей мужем. И она ответила: — Нет, конечно. Мне нужен только ты. Однако эта тема словно бумеранг возвращалась вновь и вновь. То ли Игорь начитался где-то о «безотказной технике, как развести жену на групповушку», то ли сам насочинял, но он упорно продолжал различными намеками и полунамеками пытаться подводить ее к тому, чтобы попробовать втроем. Возможно, если бы он просто сказал «давай попробуем втроем», было бы лучше, честнее. Но получалось, что он отрабатывал на ней некую теорию, которой нахватался не пойми из каких источников. Это раздражало Таню и бесило: «Как может мужчина хотеть делиться с другими своей женщиной? Ну, ладно, мало ли сперматоксикоз, но зачем отрабатывать на мне технику сетевых продаж? Гербалайфчертов. Вот пущусь во все тяжкие, раз ты так хочешь, чтобы меня трахали другие…» ************************************************* Это была встреча выпускников. Неофициальная. В ресторане, с супругами-подругами-друзьями — своимивторыми половинками. На удивление большинство его одноклассников пришло, хотя уже прошло тринадцать лет — о, Боже, как много, не может быть! — как закончили школу. Таня в первый раз была вместе с Игорем «в людях», там, где можно было оценить, как Игорь общается с другими, со своими знакомыми. Ей это не понравилось. Как ни старались все поначалу сдерживаться, однако немножко выпив и разойдясь, скорее по старой школьной привычке, его бывшие одноклассники принялись подтрунивать и подшучивать над ним. Игорь злился, старался едко и колко «с достоинством» отвечать на в принципе безобидные реплики типа «а помнишь?» Делал это неумело, невпопад и зло. Чем, похоже, всех удивлял такой реакцией и настраивал против себя. Он тоже выпил, захмелел, и это только ухудшило его общение. Таня почти не пила, лишь немножко вина, стараясь быть настороже и начеку, ибо возможно (не дай Бог, но кто знает) ей придется тянуть его потом домой в неизвестно каком состоянии. Порой становилось очень волнительно, казалось, на грани конфликта. Хотелось, чтобы все быстрее закончилось. Однако, когда уже казалось все собираются расходится, небольшая группа одноклассников засобиралась на дачу кпарню по имени Сергей. И что самое ужасное, к этой группе невероятным образом прибился Игорь. Соответственно с Таней. Таня не хотела никуда ехать ни вдвоем, ни отпускатьИгоря одного. Она устала от напряга. Она видела и чувствовала, что он совсем не приветствуется в этой группе. И все собирающиеся на дачу явно ломали голову, как бы ему культурно — несмотря на трения во время застолья — отказать и отправить домой. Когда в компании согласья нет… И вот уже на двух машинах едут Сергей — хозяин дачи, Саша с женой Наташей, Антон с женой Ириной, Андрей с девушкой Леной, и невероятным образом Игорь с Таней. По дороге все пили пиво. И от жары и укачивания всех начало развозить еще больше. Особенно девушек. Мужики еще как-то держались, а вот сопротивляемость спиртному у прекрасной половины группы начала сильно сдавать. Трезвыми на выходе оказались только водители — Сергей и Саша — а также беременная жена Саши Наташа. Остальные были в разной степени под градусом. Таня была самой трезвой среди пьющих. Уже на даче хозяин Сергей начал ускоренным темпом»догонять» остальных, уверенно, не пропуская и по полной, водку с пивом. Мужики пили в основном водку. Девушки вино и Мартини, однако от этого они не становились трезвее мужиков. Саша был серьезный качок, сидел на анаболиках, у него был предвыступательный период, поэтому алкоголь ему было нельзя вообще ни при каких обстоятельствах. За то, что он не пил, ему досталась почетная миссия заниматься костром, мангалом и шашлыками. В чем ему с удовольствием помогала супруга. На эту пару было приятно смотреть. Они идеально подходили друг другу и внешне, и по темпераменту, и по стилю, и по интеллекту. Болтали-сыпали шутками-прибаутками-анекдотами, могли слегка подкалывать друг друга, но безобидно. Всегда после шуток миротворчески незаметно целовались. Также «незаметно» для остальных с любовью похлопывали друг друга по филейным частям. В общем, семейная идиллия. Невозможно было себе представить, чтобы они умудрились разругаться. Тем более изменить друг другу. Таня смотрела на них и тихонько завидовала. ************************************************ Смеркалось. Шашлыки были почти съедены. Мальчики «под горячее» еще пиво-водка. Девушки еще пиво-вино-мартини и… Первой не выдержала и «ушла» Ирина, жена Антона, как тот ни пытался уберечь ее от передоза. Она его не слушалась — «я знаю свою норму, не лезь!» — перепила, они на этой почве разругались, ее стошнило, и Тане с Наташейпришлось заняться приведением ее в более-менее порядок, отмывать, умывать, укладывать спать. Дача была хоть и двухэтажная, но маленькая. Определились, что в комнате на первом этаже будут спать Таня с Игорем, Антон с Ириной, Сергей хозяин дачи. На втором, Саша с Наташей, и Андрей с непонятной девушкой Леной. Непонятной, потому что по ходу оказалось, что они знакомы то чуть ли не один день, и она едва ли не первая встречная, которую Андрей пригласил, чтобы не идти на вечер встречи выпускников одному. С трудом управившись с Ириной, Таня и Наташа вернулись к мужчинам, к столу. — … да вообще, как можно покупать машины десятилетней давности! Или двенадцать, четырнадцать лет? Вообще идиоты, лохи одни покупают! — послышался повышенный тон нетрезвого голоса Игоря, когда Таня и Наташа подходили к компании. — Нужно нормальные машины покупать, а не всякую рухлядь, которая потом засираетдороги и стоянки. Не можешь хорошую купить? Ходи пешком. — Тебя на чем сюда привезли? — сурово спросил Сергей. — Да на говне привезли, да… — Сейчас ты у меня получишь, умник, — Сергей обиделся, ибо сюда приехали на его двенадцатилетнем скромном Ниссане. — Ладно, все! — вклинился между спорщиками Саша и грозно стал между Сергеем и Игорем, держа их порознь на вытянутых руках. — Дохрена зарабатываешь? — не успокаивался Сергей. Если бы не Саша, то Игорю было бы несдобровать в этот момент. — Серега. Ну ТЫ то чего? — разочаровано с ударением на «ты» обратился к другу Саша, как будто Сергею еще можно было что-то объяснять, ибо на Игоре уже давно поставлен крест. — Я ж говорил, что не надо было… — Саша взглянулна Таню и не стал продолжать, хотя было понятно, что оставалось добавить «брать сюда Игоря». — Да, дохрена! Да уж больше, чем ты, — не унимался пьяный Игорь. — Игореша, успокойся, а помнишь, как в девятом классе на географии… — Саша вдруг обнял Игоря и повел его … в сторону, вспоминая, какую-то школьную историю. Игорь быстро отвлекся и начал уже что-то объяснять и поучать Сашу. Тот деланно удивлялся и радовался за Игоря. Слышно, о чем конкретно шла речь, не было, но явно Игорь новой темой увлекся и уже доказывал что-то Саше, а тот почти искренне со всем соглашался. Сергей успокоился, инцидент был исчерпан. Тане было стыдно. За поведение Игоря за целый день. За его это неумелое общение, липовое и непонятноехвастовство. Хотелось плюнуть на все и уехать домой. Просто к маме и папе. Насколько ей удалось за день составить картину, самый «упакованный» и богатый в этой компании был Саша. Он занимал очень серьезную должность в крупной фирме, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Причем сам он ни разу не обмолвился и не завел разговор о своей крутой работе, деньгах и прочем. Непонятная девушка Лена, похоже насмотревшись на все происходящее, пошепталась с Андреем, и они объявили, что ночевать не будут и ушли на электричку. ******************************************************** Начал накрапывать неприятный дождик, ехать домой Тане было не на чем, к тому же над Игорем взяли «шефство», и она вынуждена была остаться. Захотелось снять накопившийся за день стресс — она в первый раз за вечер выпила водки. Стало тепло и расслабляюще хорошо. Она начала ловить себя на мысли, что стремительно пьянеет. Игорь и Саша все также о чем-то болтали, периодически Таня слышала Сашино повторяющееся предложение Игорю «ну что, может спать?» Однако, судя по тому, что разговоры продолжались, Игорь отказывался. И Таня понемножку добавляла еще по двадцать грамм водки. Становилось еще лучше, голова смешно кружилась. Ребята — Наташа, Сергей, отошедший от происшествия с женой Антон — казались классными и веселыми, с ними было легко. «А жизнь то налаживается» — мелькнула цитата из анекдота в голове Тани. Грянувший ливень с грозой окончательно загнал дачников в дом, и все принялись укладываться. В комнате на первом этаже на полу тяжело и шумно спала Ирина. Антонпосмотрел на нее грустными осуждающими глазами. Весь пол был устелен матрасами, подушками и одеялами. Таня понимала, что тоже пьяна, хотелось быстрее улечься, заснуть, чтобы наступило утро, и поехать домой. — А вот и я! Что не ждали? — радостный и почти протрезвевший, мокрый до нитки Андрей ворвался в дом. — А, где Лена? — одновременно удивились Таня и Наташа. — Она, поехала, сказала, что ей от вокзала до дома два шага. — Ну ты даешь, — осуждающе покачала головой Наташа, и продолжила приносить одеяла и подушки. ********************************************************** На устланном ковром из матрасов полу на первом этаже, теперь предполагалось, будут спать Ирина (она это уже делала часа полтора как), Сергей, Антон, Андрей и Таня с Игорем. Свет выключили и наступила кромешная, лесная, выколи глаз, ночная темнота. Несмотря на выпитое, какофония звуков от шума грозы, порывов ветра, звонкого и неравномерного стука капель о жестяную крышу и цинковый подоконник вперемешку со стонами Ирины не давали Тане уснуть. Рядом храпел Игорь. С другой стороны Тани, подальше, на своем матрасе, должен был лежать Сергей, затем Андрей, Антон и бедная страдающая Ирина. Таня повернулась к Игорю и попыталась его рассмотреть. Но абсолютно ничего не было видно. Почему они не установили фонарь на улице? Так же просто невозможно! Игорь проснулся — Таня это поняла по прекращению его храпа. Буквально тут же она почувствовала руку у себя на лице. Да-да, твоя Таня на месте. Он притянул ее к себе и полез целоваться. О, нет! Этого еще не хватало. Во рту Игоря нагадилатысяча кошек. Хотя, наверняка, Таня и сама не далеко ушла с запахами… Целоваться ей совсем не хотелось, и она отвернулась от него. Однако, он воспринял это как приглашение… Рука Игоря скользнула к ширинке джинсов Тани, и он начал возиться с ее пуговицами. Похоже, это было неизбежно. Таня помогла ему со своими джинсами, расстегнула их и вместе с трусиками спустила до колен, надеясь, что все-таки у них ничего не получится, он пьяный повозится и уснет. Хорошо, что такой шум на улице, вроде бы спящим рядом ничего не должно быть слышно. Тем более наверняка у них уже глубокий сон. Таня улеглась поудобнее, почти под прямым углом к Игорю, чтобы он сдуру не промахнулся и не попал не в тут дырочку. Как и ожидалось Игорь принялся долго копаться. Он вынудил ее помочь своей рукой оживить пьяный член и вставить в себя. Сначала было очень туго и сухо, но постепенно все поехало. Тане даже стало по-новому приятному — пьяный секс… ************************** Она почувствовала прикосновение к своей руке, вздрогнула и одернула ее — это не мог быть Игорь. И тут же чьи-то пальцы прижались к ее губам — тссс! Черт, что это? Кто это? Сергей что ли? Нифигасебе, чего он! Таниному возмущению не было предела. Она убрала руку Сергея от лица. Непохоже, что Игорь почувствовал, что Таня вздрогнула и напряглась — он медленно и лениво продолжал акт. Сергей перехватил сопротивляющуюся руку Тани, и начал ласкать ее, поглаживать чуть выше кисти, предплечье, ее локоть. Ну наглец, да я тебе сейчас!.. Острожное прикосновение к груди поверх пуловера буквально обожгло ее. Лифчик на ночь конечно был снят, и между теплой рукой Сергея и ее грудью была только тонкая кофточка. Нужно, чтобы он немедленно убрал его руку! Но это было так неожиданно приятно, ее сосок уже успел положительно отреагировать на присутствие чужой руки. Интерес и любопытство от новых ощущений брали верх… Рука нырнула под ее кофточку, и теплые пальцы принялись ласкать и играть с ее обнаженной грудью. Сил бороться не было, слишком устала и пьяна. Если начать сопротивляться, будет скандал. Драка. Как же надоел весь этот напряг. Пусть уже рука. Что тут такого… Здесь такая темнота, шум дождя… Тем более кайф. Даже очень! Только Игорю ничего знать не надо. А он и не узнает. ****************************************************** Как же это возбуждает — с одной стороны трахает ничего не подозревающий жених, а с другой ласкает второй мужчина! Неожиданно. И так чертовски волнительно и приятно. Таня прикусила губу, чтобы сдерживать стоны. Игорь остановился и всхрапнул. Этим незамедлительно воспользовался обладатель руки — тихое копошение спереди, и Таня почувствовала у себя на губах член. Таня стиснула зубы и завертела головой — это уже слишком! Игорь проснулся, перестал храпеть и возобновил движения. От прилива волнения Таня не смогла справиться с дыханием через нос, она непроизвольно раскрыла губы и почувствовала, как Сергей двинулся вперед, и у нее во рту оказалась головка члена. Лена вздохнула и, продолжая думать, что если начать сопротивляться и барахтаться, будет только хуже, вынуждена была приступить к минету… ************************* Все-таки хорошо Сергей придумал. Таня ласкала пальцами его яички и старалась сосать бесшумно, следя за тем, чтобы не причмокивать. Игорь продолжал трахать Таню сзади, не подозревая о том, что происходит у нее спереди. «Ты так долго раскручивал меня на секс втроем. Так допытывался, было бы мне приятно, если бы у меня во рту был не твой палец, а другой член. Получи и распишись. Мне просто обалденно!…» Таня ловила огромный кайф и чувствовала, что ее оргазм близок. Он бы уже и пришел, но страх быть застуканной Игорем заставлял ее терпеть и оставаться максимально расслабленной. Игорь умудрялся периодически засыпать и останавливался, в эти моменты Таня с особым вниманием и удовольствием сосала член спереди. Наконец, Игорь окончательно заснул, его член медленно угас в Танином влагалище и выскользнул. «Ну, вот…. Маленькая групповушка закончилась. Жаль, что так быстро, и никто не кончил. Как же мне хочется получить оргазм! Раздраконили только. Ладно, доведу орально Сергея до его финала, не оставлять же так…» Но Сергей сам прекратил Танин минет. Он убрал член, она почувствовала его короткий поцелуй в губы и потом едва различимый шепот в ухо: «Давай ты развернешься ко мне задом.» Это идея понравилась Тане. Она перевернулась на другой бок и полезла искать губами пенис Игоря, предоставляя свою попу в распоряжение члена, которому только что делала минет. Она взяла в рот вялый орган со вкусом собственной смазки, и почувствовала, как Сергей быстро нашел ее мокрый вход. Тане снова стало неописуемо хорошо. Даже лучше, чем было только что. Сергей не спал и работал сзади, как надо. Игорь резко всхрапнул и замолк — явный признак, что он очнулся. Таня мгновенно бросила минет, дернулась вверх, замерла, в панике не соображая, что же делать, и сжалась в комок. Сергей тоже остановился. Причем Тане показалось, что он прекратил движения, не потому что тоже испугался проснувшегося Игоря. А потому что мышцы ее вагины так сильно сократились, что защемили его член в себе. В подтверждение своего предположения, она чувствовала, какСергей упирался ей в спину и тщетно попытался вытянуть член. Но не мог. Влагалище словно капкан крепко держало его в Тане. «Так не бывает! Мы же не собаки…» «Хоть бы Игорь не заметил, что там у меня Сергей… Застрял во мне… Какой ужас!…» Лица Игоря не было видно, он просто спокойно дышал. Таня, боясь что возможно сейчас из ее рта пахнет членом Сергея, старалась не дышать. Казалось, пошла вечность, пока Игорь не отвернулся и не засопел. Сердце Тани бешено стучало, ее вагина не отпускала Сергея, но это явно доставляло ему удовольствие — Таня почувствовала, как толчками в нее начала выплескиваться сперма. Сергей кончал в нее. Без фрикций, которые были невозможны. «Мы собаки… « — снова подумала Таня и почувствовала, что ее начало отпускать. ***************************************** Сергей вышел из нее, и Таня, стараясь создавать как можно меньше звуков, поднялась и пошла искать выход — нужно подмыться. Сергей тоже поднялся с ней. Сразу за дверью комнаты он всунул ей в руку полотенце, и пока она, стараясь вытолкнуть из себя сперму по максимуму, вытирала свою писю, задрал ее кофточку и начал целовать ее грудь. В суете подтираний и приставаний, Таня чуть не упала, но ее буквально на лету удержали сильные руки и поставили раком. Ее джинсы снова стянуты вниз, и ее опять трахали. Видно, что Сергей был очень возбужден — лишь пару минут назад он кончил, и тут снова такая эрекция. Правда от того, что у него второй заход сразу, член стал тоньше. И длиннее… И какой-то кривой у него стал — наибольшее трение создает вверху справа… Но точно длиннее — достает глубже… И теперь его полувялый член перед ее губами. Что-то я совсем пьяна… Если я сосу уже привычный член Сергея, который пахнет мной, то, кто меня трахает сзади! Таня дернулась и выплюнула член изо рта. Сильные руки придержали ее за талию, и кривой член продолжил трахать. — Танюша, тише, — зашептал Сергей ей на ухо. — А кто это? — так же шепотом взволнованно спросила она Сергея, но не стала вырываться. — Это Антон, тише! — прошептал Сергей и прильнул к ней в поцелуе, надеясь этим предотвратить ее сопротивление. Таня не стала сопротивляться. Тем более Сергей быстро поднырнул под нее и приступил к сосанию ее сосков. Сил протестовать не было. Пусть делают, что хотят. Тем более… Какой же кайф!.. Таня кончила одновременно с кривым членом. *********************************** Таня не помнила, чтобы испытывала такого сильный оргазм. Возможно, когда ей доставляли удовольствие орально, нечто подобное и было. Но чтобы так кончить вагинально! Это точно что-то новое. Это и понятно, четыре руки, два члена… Поглощенная воспоминаниями о своих оргазма, Таня совсем не обращала внимание, что с ней делают. Ей помогли избавиться от джинсов и трусиков, положили на спину, она кому-то закинула ноги на плечи и, держа в руках, поочередно сосала два члена. Один покороче и потолще — Сергея, другой длинный и кривой — Антона. В это время тот, у кого на плечах были ее ноги, трахал ее вагину. Этот третий член был не такой длинный, как у Антона, но очень толстый… «Я опять сбилась со счета…» — Это Саша? А как же Наташа? — не сразу сообразив, что происходит, вынув члены изо рта, спросила Таня. — Тише! Тссс! — ее рот тут же накрыли поцелуем, и она перестала задавать вопросы, хотя по-прежнему ей было неясно, кто третий. Поцелуй сменили на член — она поняла, что это Сергея, — губы прильнули к ее соскам, чьи-то пальцы заиграли с ее клитором — невозможно не кончить снова… **************************************** Она сбилась со счета от собственных оргазмов, и сколько раз кончили в нее за ночь. Ее трахали во всех возможных позах. Чаще раком, что было хорошо — ей эта позиция всегда нравилась больше всего. Она побывала сверху к кому-то лицом. Также она помнила, что делала минет, сидя верхом на члене партнераснизу и упираясь в его лодыжки. Это было и на боку — но так она норовила засыпать, и ее ставили раком. Классическая поза тоже была как минимум два раза. Иногда ей казалось, что она отключалась, но все равнобыло хорошо — столько рук, губ, членов, которые везде. Ну, или почти везде — не смотря на свое полуобморочное нетрезвое состояние и абсолютный кайф от секса с тремя мужчинами, она точно помнила, как в какой-то момент довольно громко сказала: «Туда нельзя!», тем самым раз и навсегда прекратив все попытки покусится на ее третью дырочку. В попу она не дала — в этом она смогла удостовериться утром. ************************************* Таня проснулась очень поздно, предпоследней — Ирина тоже еще не встала, — на своем месте. Там, где и ложилась спать прошлой ночью. Она не помнила, как добралась, когда и как все закончилось. Во рту сильно сушило — и от жажды, и от остатков спермы. Хотя лицо было чистое — похоже, ее умыли. Также она была в джинсах, застегнутых на молнию и ремень — все очень прилично. Под джинсами трусики. Ребята все сдали аккуратно. Оттрахали по полной, но вернули на место в целости и сохранности. Зашел Игорь и довольно бодрым голосом сказал: — Вставай, соня. Никто столько не спит, как ты. — А сколько времени? — Пол-одиннадцатого. Нас Саша с Наташей подвезут. Давай быстрее, — скомандовал он и вышел. «Он ничего не знает… Может не было ничего?» Таня засунула руку в джинсы под трусики. «Было…» Половые губы с клитором были прилично припухшимиот марафонского траха и кололись от засохшей спермы. Таня поднялась и пошла умываться, понимая, что ей нужно прилагать усилие, чтобы не идти походкой моряка во время шторма — оттрахана. «Но в попу не дала!» — это ей показалось очень важным. Таня посмотрела в окно. На улице как провинившиеся пионеры, построившись в шеренгу, с опущенными головами, стояли Сергей, Андрей и Антон. Напротив них, вдоль шеренги, расхаживал Саша. Он был разъярен как тигр. Возможно, он успел кого-то из них побить. На стороне Саши стояла его пузатая супруга. Она тоже была разъярена как тигрица, хотя говорил только Саша. Говорил он шепотом, явно, чтобы кроме них пятерых не было слышно никому. Однако не смотря на то, что голос совсем не повышался, по всему чувствовалось, что сейчас он может их просто разорвать на клочки и мелкие тряпочки, как будто эти трое молодых и глупых солдата втихаря украли у него, сержанта-дембеля, банку варенья от его любимой бабушкии съели. «Нет, третий был не Саша. Значит, Андрей… Как хорошо, что не Саша! Они с Наташкой такая красивая пара… Интересно, как они узнали?… « — подумала Таня, тщетно напрягая память, чтобы воссоздать картину, как закончился ее групповой секс марафон. ***************************************************************** Они вчетвером, две пары, ехали домой на Сашиной почти новой бэхе семерке. Это был его служебный автомобиль, в полном распоряжении. Игорь был довольно бодр и весел и не понимал, почему все тупо молчат и вообще никак ни на что не реагируют…

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх