Женский день. Часть 2: Яблочный пирог

Миллионы маленьких иголок вонзались в ее легкие с каждым вдохом огнем раздирая грудь. Тело подобно беспомощной тряпке едва слушалось ее грозя окончательно уйти из-под контроля. Финишная линия беговой дорожки уже маячила впереди. Ничего не видя, ориентируясь лишь по большому светлому пятну среди прыгающих разноцветных зайчиков, Вика собирая остатки своей воли, заставляла себя добежать последние два круга дистанции с ускорением, стараясь не плюхнуться в кювет подобно загнанной в мыло лошади. Пробежав финиш последнего круга Вика еще по инерции пробежала вперед сбавляя темп, пока не перешла на быстрый шаг. Тридцать кругов! Посмотрев на таймер девушка удовлетворенно выдохнула: сегодня она сделала один из лучших ее результатов, она была в хорошей форме! Пройдя шагом еще пару кругов для восстановления дыхания, Вика повернула к дому стремясь побыстрее залезть под душ. Ее разогретое тело было сплошь покрыто потом, а по утрам было еще довольно прохладно. Утреннее солнце освещало полусонных собачников выгуливающих своих питомцев, воздух был наполнен весенним щебетом возвещая о наступившей весне. «Весной даже птички делают это, пчелки делаю это, даже блохи делают это, так давай же тоже сделаем это!» — вспоминала она строчки из песни Амстронга. После знакомства с Аннекой они встречались еще пару раз, правда, без ее мужа. Как понимала Вика, они с Игорем (так звали мужа Аннеки), были близкими друзьями которые однажды, подшофе, случайно переспали друг с другом. Ну, так получилось. Наутро, не став делать из этого трагедии они разрешили себе и в дальнейшем спать друг с другом, но при этом оставаясь по прежнему только друзьями и ведя параллельно свою личную жизнь. Этакий секс по дружбе. Так или иначе, их отношения продолжались, в то время как увлечения «на стороне» со временем теряли актуальность одна за другой. Иногда Игорь приводил домой девушку и они спали втроем, а иногда Аннека приводила в постель девушку и они опять же спали втроем. И если фундаментом их союза была все-таки дружба, то прочность ему придавал схожий вкус к представительницам прекрасного пола. Аннека осторожно поинтересовалась у своей новой подружки как он относиться к l» amour à trois (фр. — любовь втроем)? Вика не смогла тогда ответить конкретно ни да ни нет. Может быть. Потом. Поэтому пока они встречались раздельно и Аня, так сказать, работала на две койки. Закончив с водными процедурами, девушка растирала мокрым полотенцем одеревеневшие мышцы, в обнаженном виде стоя на лоджии своей квартиры. Шестнадцатый этаж и отсутствие вблизи других высоток позволяли ей проделывать такие фокусы без привлечения ненужного внимания. Это бодрило. Голышом она юркнула на кухню приготовить легкий завтрак. Сегодня у нее в меню было: обезжиренный творог, йогурт и парочка фруктов. Лепота! Умывшись, причесавшись, сделав маникюр, педикюр и наведя макияж, Вика прикусив в задумчивости губу стояла перед шкаф-купе выбирая наряд для прогулки с подругой. Они договорились сегодня вместе пройтись по шмоточным магазинчикам, поискать что-нибудь свежее для весны. Натянув на попу трусики Вика глянула в зеркало проверяя насколько хорошо они сидят на ней. Между бойшортами и слипами Вика остановила выбор на кружевных слипах. Бойшорты ужас как хороши были для джинсов с заниженной талией, но по погоде было еще рановато для такого откровенного фасона. Выгнув спину и запустив руку в прядь своих огненно-рыжих волос Вика принялась кривляться перед зеркалом сменяя то одну то другую позу фотомодели. Оставшись довольной увиденным она вытащила из шкафа широкие фланелевые брюки приглушенного темного тона. Вика примерила их перед зеркалом и оставшись довольной увиденным натянула на себя. Брюки сели как родные не впиваясь и не морщась мешком! Еще раз глянув в зеркало девушка отметила как привлекательно выглядит ее задница в брюках с высокой талией. Она наклонилась выгибая спину и выставляя попу, радуясь своему отражению. Спорт все таки способен делать чудеса, Аннека ни за что не устоит сегодня перед ней! Вика принялась за примерку топов. С широкими брюками были напрочь противопоказаны всякие просторные блузки. Вкупе с ее размером груди и отсутствием бюстгальтера виду нее получался чересчур откровенный, на грани профессионального. Тугая талия, фигурная попа, брюки нисходящие колоннами и обтягивающий топик со свободной грудью покачивающийся на каждом шагу. Вика поняла, что возбуждает сама себя. Еще немного и она уже никуда не пойдет заперевшись в ванной комнате сама с собой. Она так хотела… «Нет! Две руки хорошо, а четыре лучше!» — подумала она вспоминая про Аннеку и еще немного покрутившись перед зеркалом взялась собирать сумочку. В прихожей Вика одела парку не застегивая ее, а лишь небрежно перевязав пояс. Длинный шарф свисающий с шеи дополнял ее небрежный и одновременно элегантный образ. Туфли-лодочки на высоком каблуке добавляли налет неприступности и искушенности. Язык образов и тела, как и для всех женщин, был для нее родным, и если признаться, самым любимым языком. Жестом, взглядом, походкой или позой можно было просто сказать о том, о чем пишется тысяча книг, поется миллион песен, говорятся мириады слов. Спустившись в паркинг, проходя мимо снующих кругом людей, Вика села в свой гольф джи-ти-ай. Было уже около полудня. Включив зажигание и дав двигателю немного прогреться, девушка выехала с паркинга держа направление к месту встречи. Спустя минут двадцать езды она уже видела как Аннека быстрым шагом, едва не подпрыгивая, спешила ей навстречу. Вика покинула салон чтобы поприветствовать и одновременно полюбоваться своей подругой. Она была само очарование, этакий ветерок в майскую ночь, запах черемухи в утренней росе, солнечный зайчик в тусклой толпе. Высокая и стройная блондинка с извечной улыбкой на губах и смеющимися глазами в которых дьявольские огоньки отплясывали «яблочко». Вика видела как мужчины сворачивали шеи озираясь на ее любимую подругу. В джинсах-дудочках, замотанная в черный кожаный тренчкот, Аннека отмеряла мостовую быстрым шагом в кожаных сапожках на высоком каблуке. Девушки открыто поцеловались шокируя окружающих недотеп. Не давая им времени отойти от оцепенения, они быстро сели в салон авто и тронулись с места. Мягко переключаясь с низкой передачи на более высокую, Вика вывела автомобиль в левый ряд задав в маршрутизаторе путь до торгового центра. — У меня времени часа три, три с половиной. Потом мне нужно будет на дежурство, — с ходу начала Аннека. — Ты отвезешь меня потом до работы? — Само-собой,, — утвердительно ответила Вика. — А ты сегодня эффектно выглядишь. Залюбуешься. — Спасибо, — улыбаясь ответила на комплимент Вика, — Ты тоже разбила не мало сердец дефилируя сейчас к машине. — А уцелевшие видимо были добиты нашим поцелуем, — и подруги рассмеялись словно нашалившие детишки. — А после дежурства, — выдержав многозначительную паузу продолжила Аннека, — Я могу заехать к тебе с ночевкой. Я договорилась с Игорем, он отвезет меня с работы к тебе. Мы сегодня в одну смену и он тоже куда-то собирается. Если ты не против, конечно. — Я готова даже подарить ему билет до Нью-Йорка, если ты переберешься ко мне на ПМЖ, — ответила улыбаясь Вика даря Аннеке воздушный поцелуй. Аня прыснула смешком, и растянувшись в кресле смотрела как Вика ведет автомобиль. Они с Игорем были врачами, вместе учились в медицинском и теперь работали в одной больнице, хоть и в разных отделенияях. Игорь был хирургом, а Аннека врачом-педиатром. Иногда им приходилось отрабатывать дежурства, тогда они задерживались до часу ночи. «Тетя-доктор» — как в шутку называла Вика свою подругу. Она подозревала, что эта ее чрезмерная жизнерадостность, постоянная ее смешливость была в ней от ее работы. Постоянно общаясь детьми она и сама перенимала детские черты характера подстраиваясь под общий знаменатель. Хотя, возможно было и, что просто человек такой от рождения. Люди всякие бывают. Легким касанием по приборной панели Вика включила стерео-систему. Из скрытых динамиков в салоне негромко заиграли «Скорпы» надрывно хрипя под скрежет своих гитар: Someone to touch I need a girl like you Someone to touch That somebody could be you Cmon baby, I think its you Мне нужна такая девушка как ты, Я хочу приласкать сегодня кого-нибудь, Этой девушкой могла бы быть ты, Я думаю этой девушкой сегодня ночью будешь ты… Под ритм песни рука Вики сама собой скользила с рычага передач на колено подруги и обратно. Аннека не возражала, возбуждение подруги передавалось ей самой, в зеркало Вика видела как щеки у нее зарделись и она легонько, скорее всего даже сама не замечая, прикусила свою сладкую губку. А уж, что сейчас делалось у нее за трусиками… Вика выдохнула резко, вспомнив о необходимости дышать, когда перед глазами опять заплясали зайчики. Вот уж точно — она неровно дышала на свою подругу в прямом смысле слова! Вика выровняла автомобиль начавший было съезжать на соседнюю полосу движения. Невдалеке мелькнуло здание торгового центра, и Вика принялась перестраиваться вправо. Продолжая маневрировать она свернула в открывшейся карман и въехала на парковочную площадку. Девушки покинули авто, поднявшись на второй этаж, где расположились бутики. Зайдя в ближайший, Анечка критично осмотрела представленный ассортимент. «Подержи, пожалуйста», — попросила она и расстегивая плащ и протягивая его вместе с сумочкой. Джинсовая рубашка в сочетании с дудочками сидели на ней как родные очерчивая фигуру, здесь Вике не к чему было придраться. Вкус в одежде у подруги без сомнения был. «Я люблю джинсы, очень люблю!» — страдальчески произнесла Аннека, — «но на весну я хочу чего-то более романтического, чем юнисекс, что-то воздушного, легкого!». Для пристрелки они примерили белый пуловер с круглым вырезом и длинным рукавом. Его передняя стенка с эффектом перфорации интригующе просвечивала грудь Аннеки, полуобнажая ее животик и если носить вообще без бюстгальтера то с ее остроконечной грудью свитер будет иметь еще две точки опоры. В целом пуловер смотрелся хорошо с ее джинсами, белый цвет хорошо гармонировал с ее светлыми волосами, взгляд как бы сам подал на ее глаза не застревая на второстепенных деталях. Но свитеры хороши были, что бы прогуляться по берегу моря с чашечкой кофе в руках в штормовую погоду, но не для весны в городских джунглях. Они перешли в соседний отдел прицениваясь к платьям. Вика взглянув как одно из них сидит на Аннеке, за руку потащила ее оттуда. Платья были то-ли на коровушек без талии то ли на анорексиков с дефектами фигуры, практически не приталенные. Хотя и это можно было носить с поясом, пояс сам по себе коварная штука. Он способен создавать эффект мешковины, а кроме того перетирает ткань создавая засалены или просто оставляя на ткани след от ношения. Хотя пояса, конечно, тоже разные бывают. Щебеча и обсуждая между собою фасоны, размеры и материялы, девушки прошлись еще по десятку бутиков примеряя блузки, кардиганы, коктельные, вечерние и прочие платья, топы, футболки и бюстье. Тут Вика увидела кажется то, что могло бы понравится Ане. «Как ты относишься к юбкам, солнышко?» — спросила она ее. «В принципе хорошо, но редко их ношу, джинсы как-то по-практичнее будут. Да и к открытому подолу тоже привычку надо иметь. А тебе что-то приглянулось?» — спросила Аннека. Вика взяла с полки юбку сафари с посадкой на талии, плиссированную по бокам и с пристегивающийся к кокетке широкой шлёвкой. Она примерила ее к своей талии, что бы дать оценить подруге как это смотрится на фигуре и наклонив голову закусывая губу кокетливо захлопала ресницами: «Как???». Аня тут же вступая в игру оценивающе развела брови, сжала губы и начала ходить вокруг Вики цокая язычком, ощупывая материал. Она звонко шлепнула пару раз ее по крупу, словно оценивая капиталовложение. Краем глаз Вика заметила как наблюдавшая весь спектакль молоденькая продавщица начала краснеть. «Ну», — продолжая кривляться наконец произнесла Аннека, — «возможно я еще не слишком стара чтобы позволить себе юбки выше колен. Можно померить». Нарочитым вежливым тоном Вика попросила продавщицу принести им эльку. Дабы не разочаровывать смутившуюся девушку Вика вместе с Аней прошла в примерочную кабинку задернув за собой тоненькую просвечивающую занавеску. Не сговариваясь, повинуясь общему желанию, губы девушек встретились в жадном поцелуе отбрасывая прочь остальной мир. Она и она. Вика целовала губы Ани, эти сладкие медовые губки в тусклом свете примерочной для Вики блистали ярче звездных созвездий. За каждый новый поцелуй она проживала целую жизнь. Она была свет. Вдох — выдох. Время ушло куда-то, теряя значение. Он слышала биение ее сердца под левой грудью, жар ее дыхания сжигал ее дотла, тепло ее тела давало жизнь новым планетам, наполнял водой океаны. Она была огонь. Вдох — выдох. Эти ее синие глаза… в них были похоть и святость, желание нового дня и свет луча утреней зари. Это был океан в котором она плескалась тысячи лет и где они любили друг-друга, где наслаждались друг другом. Их эдем только для двоих. Она была — жизнь. Вдох — выдох. Она была началом всего и центром всего. Все живущее произошло от нее. Все двигающее, ползающее, латающее и плавающее хотели войти в нее, хотели оплодотворить ее, хотели отдаться ей. Она была любовь. Вдох — выдох. Пуговицы на ее рубашке не смея противиться их желанию расстегнулись обнажая горячее тело, дрожащее и просящее, кричащее: «Возьми меня! Войди в меня!! Сделай это!!!». Бюстгальтер слетел сдавая грудь на милость победительнице. Это все для тебя. Вдох — выдох. Вика хищно вонзила зубки и налившиеся гранатовым соком соски вызывая ураган леденящего холода, вероломно высасывая из эдема свет, любовь, воздух и огонь. Кожа стала гусиной, а соски застыв превратились в кремень. Леденящее пламя поцелуев спускалось книзу покрывая животик ковром нежных девичих поцелуев. Вика непослушными руками расстегнула пуговицу, а следом и молнию на ее джинсах оголяя низ живота. Сняв с нее джинсы между Викой и гнездышком подруги оставались лишь тоненькие кружевные трусики. Вика прикусив их за лямочку потянула вниз. Она была победительницей, быком, а Аннека была девственецой принадлежащая ей по праву. Праву силы. Она без колебаний разрушала бы города, стирала целиком страны за одно лишь право любить ее. Вдох — выдох. ей Аня издала истошный стон потрясщий вселенную когда кончиком языка Вика повстречалась с ее клитором. Все смотрели на них, все завидовали им, все хотели их. Две девы нагие вкушали нектар священного плода своим огнем освещая мир. Их мир. Вдох — выдох. Язычок погрузился в сладкую ложбинку подруги мягкими нежными движениями снимая с нее нектар и огибая Марианскую впадину с ее немыслимыми жуткими чудовищами живущими там, коим дарована была власть над райскими девами. Вдох — выдох. So tell me why Im alone When were lying here together On a night thats so cold And youre just a touch away Baby try to hold on Till we make it to forever Were alive And the future never dies Расскажи почему мы так одиноки Когда такой холодной ночью Ложимся рядом? К чему это неприступность? Признай детка, что Пока делаем это Будущее никогда не умрет. Осушив подругу Вика привстала с колен и взяв за плечи начала целовать в губы, нежно покусывая их чтобы привести Аню в чувство. Вскоре глаза девушки распахнулись и лицо расплылось в счастливой улыбке. «Мне кажется мы отвлеклись чуть-чуть», — пропела она. Вика одаряя ее улыбкой натянула на нее юбку, положив трофейные трусики себе в карман. На полу они уже успели замараться. Девушки одернули занавеску и увидели перед собой томатное лицо продавщицы. Без сомнения, она подглядывала за ними в просвет занавески. Руки та держала в карманах юбки. Вика подойдя к смутившейся девушке по свойски взяла ее за плечи и спросила бодрым голосом, как-будто ничего не было: — Как Вы думаете, идет такой фасон юбки моей подруге? — Да, очень хороший, очень, — запинаясь и уставившись на полуобнаженную Аннеку пролепетала та. — А тебе как дорогая? — спросила Вика. — Она конечно бесспорно хорошая, возьму, — вертясь перед зеркалом сказала Аня, — Но даже если бы она мне не подошла, мне все-равно стоило бы взять ее. Просто как память, — заведя руки за спину, и шаркая ногой по полу, смотря куда-то в сторону, короче, кривляясь как ребенок, — отвечала Аннека. — У Вас случайно не будет в отделе блузки с воротником стойкой подходящего размера? — спросила Вика. — Да, пожалуйста. На прошлой неделе был завоз новой коллекции весна-лето для молодых и успешных женщин, — как будто ожила продавщица. Девочка кинулась демонстрировать имеющийся ассортимент. Быстрыми заученными движениями она распаковала одну из коробочек извлекая оттуда белую блузку передавая ее Аннеке. Ты скрылась за занавеской в примерочной. Спустя пару минут она появилась облаченная в блузку и сияя спросила: «Ну как?». Она была хороша. Блузка обнажала предплечья Ани демонстрируя тонкие запястья рук как бы намекая смотрящим на нее, что все остальное в Аннеке столь же отменно. Открытый ворот с воротником стойкой образовывал глубокий V-образный вырез уходящий в декольте, формируя этакую зрительную воронку куда попадались скользящие мимолетные взгляды. «Очень хорошо! Хорошо сидит, Вы очень красивая женщина», — подала голос продавщица. Аня вопросительно взглянула на Вику и та утвердительно кивнула подтверждая слова. «Значит надо брать», — заключила она и не переодеваясь обратно в джинсу потянулась за сумочкой. Найдя там кредитку она протянула ее продавщице. Завершив формальности та извлекла из под прилавка подарочный пакет и принялась складывать туда чеки, бирки, затем аккуратно завернув джинсу в которой пришла Аннека тоже складывая ее в пакет. Попрощавшись девушки покинули бутик. Отойдя десять метров Вика отобрала у подруги пакет и принялась искать чеки. «Вот!!» — торжествующие показала она Аннеке искомое. На обратной стороне чека синей пастой был записан номер телефона и имя: «Катя». Торжествующе Вика протянула чек смутившейся подруге: — Милая девочка, она понравилась тебе? — Ничего, — ответила Аня пребывая все еще в смущении и озираясь на бутик. — Надо чаще ходить по магазинам, это доставляет, — смеясь предложила Вика. — Ты мне везде доставляешь, как в магазинах так и вне, — смущенно отвечала подруга стрельнув в нее глазками. Они зашли в отдел аксессуаров подбирая ремень под приобретенную юбку. Их выбор остановился на широком контрастирующем ремне с геометрической квадратной пряжкой. Затянутый на талии ремень подбирал одежду очерчивая, словно углем, фигуру обладательницы. Под тон юбке, девушки подобрали браслет широкий фактурный браслет коллекции Mohrmann Basics, одев его на левую руку Ани. «Как я выгляжу?» — спросила Аня закинув голову и напустив на себя надменное выражение лица. «На миллион, не меньше», — оценивающее взглянув ответила Вика. Анника прикусила губу и сощурив «по-ковбойски» глаза низким голосом произнесла: «Твоя задница сегодня будет моей, вздорная незнакомка!». Вика в ответ сунув руку в карман, извлекла оттуда черные кружевные трусики Анники и демонстративно запустив в них нос и шумно вдохнув, саркастически изрекла: «А-ааа! Что за чудный запах у тебя по утрам!» Взвизгнув как поросеночек Аннека бросилась со сжатыми кулачками на подругу отнимать свое, так бесцеремонно выставленное на всеобщее обозрение, нижние белье. Но Вику нелегко оказалось победить и та вне сомнения упивалась этим. Борющиеся девушки быстро собрали вокруг себя толпу зевак. Пикантность ситуации придавало то, что Аннека оказалась без нижнего белья в мини-юбке активно борясь с подругой и позабыв что подол юбок имеет свойство предательски задираться. Прекращая спектакль сунула трусики в пакет с одеждой и взяв подругу под локоть повела ее прочь как вздорного ребенка. В бутике с ассортиментом нижней одежды они восполнили потерю. Закрепляя крылышками на ластовице ежедневную прокладку Аннека одела трусики предварительно крылышками зацепив на них прокладку. «Я не комплексую нисколько», — говорила она под юбкой работая пальчиками выпрямляя складки на белье и делая вид, что не догадывается насколько возбуждающее для Вики выглядело это действо, — «но это не гигиенично ходить без нижнего белья, а потом, я работаю с детьми у нас с этим строго». У них оставался еще час времени и Вика предложила заехать посидеть в бар и так как Аня была не против, заведя двигатель и сняв передачу с нейтрали, их авто покинуло паркинг уходя сплетениям городских дорог. Изящные пальчики Вики коснулись приборной панели авто и из стерео-системы продолжили перебирать струны «Скорпы»: Love will keep us alive Lets make the moment right Its now or never Love will keep us alive Even the darkest night Will shine forever Love will keep us alive Их авто выехало на парковку у рок-клуба «Steel Bay». Видимо из-за раннего времени суток, парковку с ними делили лишь пара мотоциклов и еще одно авто. Аннека не спешила вылазить из кресла предполагая, что Вика возможно ошиблась с этим своим навигатором, и им больше подошел бы бар например: «Розовая кошечка»? Увидев ее замешательство, Вика обернулась к ней и улыбаясь произнесла: «Добро пожаловать в мой мир!». И после паузы бросила в нее ее же словами: «Он — чудный, вот увидишь». Проглотив подколку о ее муже, Аннека покинула авто и взяв сумочку направилась к входу бара не издавая ни звука. Внутри бар оказался исполнен традиционно для подобных заведений. Отовсюду торчали блестящие железяки и обивка выполнена была только из черной кожи. Этакий изолированный черно-белый мир сумрака посреди весеннего города. (Специально для pornoskaz.ru — секситейлз.орг) Не теряя времени Вика подошла к бармену, бритоголовому здоровячку. Тот кивнув ей как старой знакомой, что-то выслушывая от нее. Вика вернулась с меню и протянула его подруге со словами: «У нас осталось минут тридцать на все про все». — Часто ты здесь бываешь? — спросила Аннека изучая меню. — Не так часто как хотелось бы. Музыка мне здесь нравится. — И тебя не смущает публика? — Это обычный бар, а не обязательно для байкеров или накоманов, — И кстати, нарков здесь сразу вышвыривают, разве что пьяных иногда через чур, но это не проблема. — О, мне сильно полегчало! — Что-нибудь выбрали, дамы? — спросил подошедший бармен. Подруги сделали заказ и бармен удалился. — Мне здесь писать охота, если честно, — призналась Аннека. — Все нормально, просто успокойся. — Ты так и не рассказала где ты работаешь, — перевела тему с больного Аня. — Скажем, так. Я вольная художница на службе частного капитала. — Мамочка? — Много ты видела мамочек? — Доводилось, — призналась она, вслед за чем в разговоре нависло неловкое молчание. Разговор этот они откладывали давно, никому не ранить чувства подруги, но играть вслепую дальше не было возможности. Подошел бармен и с несвойственной для его габаритов изяществом отставил на столике заказ. «Спасибо, Сережа», — поблагодарила Вика, получив в ответ: «Без проблем, Вик». — Нет, я никогда не занималась ничем подобным, — развеяла ее страхи Вика. — Тогда остается только одно: руссо криминале. — Ты не знаешь о чем говоришь. — Я — нет. Зато ты похоже хорошо знаешь, — и сделав паузу выдохнула: — Ладно, как будет желание, расскажешь, — закрыла еще одну неудобную тему Аннека. — А ты, как ты дошла до такой жизни? — настал черед Вики задавать вопросы. — Ты про шведскую семью? — спросила Аннека, на что подруга утвердительно ответила ей кивком. — Мы и Игорем из детдома. Однажды нас заперли вместе в темном подвале. Не знаю чего они пытались добиться, да я вообще сомневаюсь в наличии мозгов у них придурков, но мы проговорили вместе все то время. А когда нас наконец обнаружили воспитатели и выпустили, с тех пор Игорь начал как-то заботиться о мне. После детдома он уговорил меня вместе поступить в институт. Он помогал мне с учебой, заступался за меня в общаге. Он единственный парень с которым я дружила. Я воспитывалась среди девочек и это моя территория. А с Игорем мы просто друзья. Ну подумаешь, иногда спим вместе, но мы же взрослые уже люди, почему нет? У него есть свои девушки у меня свои. Это просто дружеский секс. «Так значит ты из батора», — заключила Вика. Черты лица Аннеки в одно мгновение исказились до неузнаваемости, как-будто щелкнули невидимым переключателем. Мышцы окаменели придавая ему зловещее выражение. Вены на шее вспухли, глаза блеснули недобрым светом. Это была даже не сжатая пружина, это был нож со сжатым лезвием грозящим клинком выстелить в глаз противника. Вика повернувшись посмотрела прямо в глаза подруге выдерживая тяжелый, ненавидящий весь мир, взгляд. После продолжительной паузы, сверкающий айсберг в ее глазах дал трещину, и сморгнув, лицо Аннеки стало приобретать прежние черты. «Да, я — баторская», — едва слышно произнесла она отворачивая глаза и добавив, — «прости». До Вики кажется начало доходить откуда у ее подруги проблемы с недержанием. Она положила сумму по счету на столик, плюс еще столько же на чай, и взяв Аннеку за руку повела ее к машине. Ревность, которая начала было зарождаться к ее мужу, растаяла без следа. До места работы они ехали молча просто слушая музыку: You look up to the sky With all those questions in mind All you need is to hear The voice of your heart In a world full of pain Someones calling your name Why dont we make if true Maybe I, maybe you Девушка высадила Аннеку поцеловав напутственно. У нее оставалось какое-то время, что бы приготовиться к ее ночному визиту. Выруливая авто в левый ряд Вика взяла курс на ближайший гипермаркет. В продовольственном отеле она купила необходимые ей по замыслу продукты и повела машину к дому. Времени было еще достаточно. Вика сполоснулась, переоделась, включила спокойную медленную музыку и чуть-чуть перекусила. В клубе ей, признаться, кусок хлеба поперек горла встал. На кухне она выложила на стол купленное в гипермаркете. Повязав фартук Вика принялась стряпать пирог, а минут через сорок она поставила готовую заготовку в холодильник. Ей хотелось достать его из духовки к самому приходу подруги, чтобы тот был еще горяченьким. Теперь можно было приступать к вечернему туалету. Сидя перед зеркалом трюмо Вика, наносила вечерний, сильно контрастный макияж, очерчивая конуры губ, аккуратно подводя глаза, тенями формируя контур лица. Потратив приличное время на мейкап, Вика взглянула на часы решила, что пожалуй уже пора. Она поставила пирог в духовку заведя таймер на 35 минут, в сама принялась накрывать стол. Вино было поставлено рядом с бокалами, стаканы заполнились соком, в подсвечниках зажглись свечи дрожащим робким светом освещая комнату. В окне мерцал свет огней большого города. Вика расчехлила гитару и настроила струны, чтобы не заниматься этим потом. После, положив ее в угол комнаты Вика закрыла гриф от синеглазых шныряющих любопытных глаз портьерой. Вика с сомнением во взгляде искала в гардеробе подходящий наряд для вечернего визита подруги. Ее выбор пал на коротенькое откровенное вечерние платье с глубоким декольте на груди и открытым вырезом спине переходящее в заднее декольте. Оно было специально сшито для влюбленных. Крутясь перед зеркалом Вика примеряла на себя украшения подходящие к ее вечернему декольте тому, что спускалось до самой попы. С нижнем бельем было несколько сложнее, верхнюю линию трусиков было бы видно в декольте они бы портили весь вид. Здесь нужны были или специальные трусики которые можно носить или с-стринги, или вообще ничего, и так как Вика встречалась только лишь со своей близкой подругой она выбрала последний вариант. Без ничего. Последнее что осталось, это уложить волосы и ее вечерний туалет был бы завершен. Кое-как справившись с задачей, она достала пирог из духовки и положив его на блюдо, разрезала несколько частей. Закрыв полотенцем, что бы тот не остывал, она взяла стакан с виноградным соком и встала у окна наблюдая за мерцающими огоньками. Где-то среди этих огоньков должна быть ее подруга. Уже скоро. All those lonely nights I gotta fight for you, yes I do Yes I do. Навязчивая трель домофона прервала звучание музыки. Сняв трубку Вика спросила: «Кто?». Знакомый звонкий голосок запел в ответ: «Тетя, тетя кошка, выгляни в окошко. Есть хотят котята, ты живешь богато!». «Детсад просто», — бросила Вика, открывая дверь. Она подождала когда Аннека поднимется до ее этажа. Вскоре в дверь постучали и Вика пригласила подругу в свой дом. Увидев томный, откровенный вечерний наряд на хозяйке Аннека встала как вкопанная облизывая моментально пересохшие губы. «Эт-то все мне?» — спросила она не решительно. В ответ Вика поцеловала ее в губы смазывая с ее и со своих губ так тщательно нанесенную помаду. «Конечно для тебя или возможно ты видишь здесь кого-то еще?», — ответила она. «Ой, а чем это так вкусно пахнет? Это пирог??» — вопрошала подруга к которой видимо вернулись обонятельные ощущения коварно оглушенные вначале. «Сейчас все узнаешь, раздевайся», — отвечала хозяйка дома помогая подруге снять верхнюю одежду. Они прошли в зал, где накрыт был романтический стол на двоих. Аннеку аж подбросило от восторга. Она одним прыжком оказалась у стола запуская руки под полотенце за куском пирога. Звонкий шлепок по рукам заставил ее забыть о своих намерениях. Она обижено уставилась на Вику ожидая объяснений. — Сначала я хочу сделать тебе предложение от которого ты не сможешь отказаться, — начала Вика, — Я хочу отдать тебе ключи от квартиры. Я хочу что бы ты считала мой дом своим домом. Я всегда буду ждать тебя. Звенящая тишина воцарилась в воздухе. — Спасибо, Вик, но… я не могу взять их. Это немножко… слишком быстро. — Тогда я прошу тебя еще раз. Прошедшего времени тебе достаточно для принятия решения? — Что я потеряю, ответив отказом? — настороженно спросила Аннека. — Мстя будет ужасной! Видишь вот этот пирог? Так вот, попрощайся с ним! — парировала Вика проводя ароматным кусочком пирога перед вздрагивающим кончиком носа подруги. — Это шантаж! — обличительно заявила Аннека надувая губки. — Разумеется это шантаж! Я же руссо криминале! — злорадно ответила Вика, — я же жить не могу не шантажируя симпатичных девушек! — Тогда, вынуждена уступить перед грубой силой, коварством и жестокостью по отношению к проголодавшимся симпатичным девушкам. — обреченно капитулировала Аня забирая протянутые ей ключи. — То-то-же! Мafia non morira mai!! (ит. мафия бессмертна) — по итальянски выкрикивая ругательства (итальянский для русского уха, что не слово то все ругательства) торжествовала Вика, — Иди руки мыть! — и сделав паузу, — шпана детдомовская. — Да, мамочка! — покатилось ей в ответ из ванной. Аннека, вышла из ванной комнаты и девушки приступили к позднему ужину. Они открыли бутылку шардоне и заполнили бокалы вином. Аннека рассказывала о детдоме, общаге, институте, работе. Вика слушала подругу любуясь ее профилем в тусклом свете свечей, ее красивыми глазами, волосам, что были похожи на утренний туман. Она поставила бокал на стол и взяв гитару, присела на диван беря пробный аккорд. Ее подруга села рядом положив голову ей на плечо. Тихим голосом, почти шепотом она запела: Вот мы с тобой — обречены — трава, что ждет удара косой. Вот мы с тобой — обручены кольцом разлук и бед полосой. Покуда мы еще здесь — и вместе дай мне коснуться тебя губами. Так странно видеть: кружат над нами косые тени ангелов мести. Гонимый гением дальних странствий, горчайшей будешь моей потерей. А я — сладчайшей твоей утратой. Я знаю все. Что же делать теперь. Я знаю — будешь делить с другими вино и ночи. И вдруг однажды не сможешь выплакать мое имя. И рот сожжет твой внезапной жаждой. … Еще чуть-чуть в плену друг друга, сплетясь, как ветви в ветреный вечер. Отмерен срок наш и круг очерчен. Но, прежде чем сделать шаг из круга — дай мне коснуться тебя губами, налить вина и глядеть на пламя, как будто есть еще строки в песне, как будто мы еще здесь — и вместе. Вика отложила гитару заметив, что девушка посапывает на ее плече. Накрыв Аннеку палантином она еще долго смотрела куда-то вдаль, на мерцающие огоньки большого города, думая о чем-то своем.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх