Без рубрики

Золотая рыбка

Ура! Ура! Ура! Наконец-то. Запрыгала от радости и захлопала в ладоши, когда за мамой с папой закрылась дверь. Всё, я теперь взрослая и самостоятельная женщина. У меня есть собственная, пусть и купленная на деньги родителей, квартира, а ещё и бизнес, который должен стабильно приносить доход. Ну, во всяком случае, в бытность моей старшей сестры директором фирмы «Ощущение праздника», доход был таковым. Если у неё получалось, то у меня уж точно получится. Что-что, а веселиться я умею. Папа говорит — это единственное, что я умею. Как же у меня красиво, свеженький ремонт, сделано всё по моему вкусу. Мама, осмотрев всё это великолепие, вынесла вердикт — «минималистичнный незнамо-что». И что ж такого, ну да, у меня эклектика, смешивание стилей. Мне нравятся чёткие линии минимализма, но это как бы холст, без содержания. А содержание — пушистые ковры, вазочки, абажуры, органза на окнах поверх лаконичных жалюзи, камин с подсвечниками и рамки-полки, в которых стоят милые моему сердцу безделушки. Но самое главное это огромный аквариум — чуть ли не на полстены. Там мои любимые рыбки будут чувствовать себя идеально. Так! Надо навести последние штрихи, протереть пыль и можно праздновать. Нет, лучше сначала праздновать, а потом уже пыль тереть. В холодильнике у меня припрятана бутылочка Асти-Мартини. Главное только открыть её аккуратненько. Почему-то бутылки шампанского и их пробки в моих руках, всегда ведут себя непредсказуемо, пробивают натяжные потолки, попадают в глаз жениху на свадьбе, а пенная жидкость заливает стол, платье невесты или гостей. Жаль некому поручить рискованное дело. Пожалуй, лучше это осуществить в гостиной, тут места больше и вероятность что-либо повредить соответственно меньше. Стараюсь быть очень аккуратной, но бутылка всё равно бабахнула, пробка выскочила пулей. Раздался страшный треск и звон разбитого стекла. — Мамочки, вот чёрт… Пробка попала в аквариум и надо ж такому случиться, непробиваемое, по словам продавца, стекло — лопнуло и разлетелось под напором жидкости на тысячу осколков. Вода, вместе с моими рыбками, хлынула потоком, окатив мне ноги. Я зажмурила глаза, может мне всё это снится? Топнула ножкой. Открыла глаза. Вода никуда не делась. Нет, на сон не похоже. — Ай–яй–яй, мои любимые рыбки! Они лежат на полу хватая ртами непригодный для них, воздух. Их надо спасать, бедненькие. Подбегаю к маленькой скалярии, мои шлёпки заскользили по мокрому полу, не удержалась и упала прямо в воду. — Ай!! Всё-таки, какая у меня реакция хорошая, самое дорогое, бутылку шампанского, смогла спасти при падении. Только не это! Об осколок аквариумного стекла порезала руку, из раны течёт кровь. Не могу спокойно переносить вид собственной крови. Конечно, ведь себя любимую всегда жалко. Тошнота подступила к горлу, окружающие предметы начали расплываться, а действительность вращаться. Мои любимцы! Они погибнут! Надо взять себя в руки. Их нужно быстрее спасать! Даю себе установку: — Просто не смотри на руку! Теперь действую осторожней. Собираю рыбок и бегом несу их в ванну. Кран открыла на всю. Ношусь между гостиной и ванной, пытаясь найти и спасти всех своих домашних питомцев. Не знаю, сколько я металась туда-сюда, пока не сообразила собирать рыбок в кастрюлю. Уф, кажется справилась! Звонок в дверь. Как не вовремя гости пришли! По пути к двери чуть не разлила бутылку шампанского, которую я в суете и беготне оставила в коридоре. Хорошо вовремя подхватила. На пороге незнакомый мужчина. Красивый. Высокий брюнет с тёмными глазами. Только вот взгляд за стеклами очков, колючий, да ещё и губы сжаты в тонкую линию. Вдруг это разбойник? Пытаюсь захлопнуть дверь прямо перед его носом. Не получилось, он вовремя подставил ногу. Стоит как истукан, такое ощущение, что его кто-то сильно стукнул тяжёлым по башке, и он никак не может после этого в себя прийти. — Вы кто?! Ответа сразу не последовало. Сколько раз мне говорил отец, смотреть в глазок прежде чем открывать дверь. Хлопает глазами, как красна девица. Нет, точно пришибленный. — Вы кто?! — повторяю вопрос. — Сосед снизу. — Очень приятно, меня Катя зовут, — вспоминаю я правила приличия и даже улыбаюсь приветливо. — У вас кровь! Кровь!! Боже, зачем он это сказал. Как же мне бедненькой должно быть больно. Опять к горлу подступила тошнота. Мамочки, мне плохо! Стены зашатались и начали расходиться, лицо соседа снизу увеличилось раза в четыре. И не капельки он не красивый. Ой, падаю! … Признаюсь, когда я шёл к соседям сверху, после этого грохота, я ожидал увидеть кого угодно: строителей, делающих ремонт, ораву расшалившихся детишек, огромного злого амбала разбившего ящик водки, но реальность превзошла все ожидания. Красивая-прекрасивая блондинка, одетая в коротенькие джинсовые шорты и белую мокрую маечку, через которую отчетливо видны вставшие столбиками соски. В одной руке девица держала бутылку шампанского, вторая была в крови, следы которой были так же и на её белой, прозрачной от воды майке. Организм отреагировал на эту картинку странно, хотя почему странно, вполне предсказуемо. Как он должен себя вести, если из-за этой долбанной работы у меня уже месяца два не было женщины. А тут такая, прехорошенькая и полуголая. В штанах сразу зашевелилось. Зачем я сказал ей про кровь? Девица вытаращила глаза, уставилась на свою руку, начала бледнеть, а потом как подкошенная упала прямо мне в руки. Вот же счастье привалило, килограмм этак 55. Счастье не счастье, но от прикосновения её кожи, захотелось взвыть, забросить её себе на плечи и бегом с нею в кровать. Хоть я далеко и не джентльмен, но воспользоваться бесчувственностью девушки посчитал ниже своего достоинства. Усадил обмякшее тело на тумбочку в коридоре, трясу, пытаясь привести в чувство. Запаха алкоголя от неё не чувствуется. Наркоманка видимо. Нет. Ручки чистые ухоженные. От моих действий, её голова безжизненно болтается из стороны в сторону. Глубокий обморок. Чёрт. Бью её по щекам. — Катя, очнитесь, Катя! Она кажется вообще не дышит. Может и правда наркоманка? Вот же «повезло» вляпаться. Зажимаю ей нос, припадаю к её губам, пытаясь вдохнуть внутрь легких, воздух. Ещё раз и ещё… потом… не смог сдержаться, о спасении жизни и здоровья девицы быстро забыл, через некоторое время начал просто целовать эти сахарные вкусные губы, наминая при этом её соблазнительную грудь. Чем непрямой массаж сердца? Мне показалось? Или она ответила? В самом деле ответила. Застонала, обвила мою шею руками, прижалась плотнее, трётся своим язычком о мой. Меня даже в дрожь кинуло. Может и правда, забросить её себе на плечи, потом кинуть на кровать и… ебать, ебать, ебать. Открыла свои красивые зёленые глазки. Какой визг, ни одна пожарная машина с ней не сравниться. — Насильник!!! И бац кулаком мне по лицу. Удар крепкий. Взвыл от боли. — Ты что больная?!! Хлопает большими глазищами. — Конечно больная, я палец порезала! В доказательство показывает окровавленную руку и опять бледнеет. — Не переношу вид собственной крови. Одно хорошо, хоть не наркоманка. — Не смотрите на руку. Надо промыть руку и наложить повязку, — тащу её в ванную. Стоило мне открыть дверь, ноги окатывает водой. Из ванны в коридор устремляется целая волна, в которой, ну надо же, кто бы мог подумать — плавают рыбки. Такое ощущение, что мы оказались на море. — Мои рыбки! — жалобно пищит прекрасное создание и совершает дикий прыжок пытаясь догнать проплывающих мимо рыбок. Шмякается, смешно выпятив руки и тут же подскакивает, как мячик. — Помогайте, что вы стоите, как истукан! А как мне не стоять, если передо мной такой прекрасный вид: весьма аппетитные грудки прикрытые мокрой, ничего не скрывающей маечкой. Эх. Закинуть на плече, потом кинуть на кровать и… … Он какой-то странный. Вместо того чтобы спасать рыбок пялится на меня. Что он там увидел такого? Ой, мамочки!… Закрываю груди руками. — Как вам не стыдно, так меня разглядывать! Ожил. — Мне?! Это вам должно быть стыдно, разгуливать в таком виде! — Ко мне должна была прийти Инга, я вас не ждала. — Ой, рыбок нужно спасать!! Дальше сосед снизу действует быстро. Закрывает кран в ванной. Как же я умудрилась забыть его закрыть. Собираем дружно моих рыбок. Лихорадочно считаю: — Вова, Алеша, Олег, Миша, Вова №2, Саша, Дима, Сережа, Паша. Слава, Виктор, Саша №2, Виталик… — Феди нет! — Какого Феди? — раздается голос над ухом. — Федя — улитка, точнее улитк, в общем слизняк. — Вы уверены, что все они мужского пола? Этот вопрос меня саму давно мучил. — Нет, не уверена, но я учусь уживаться с мужчинами. — Почему рыбки в ванной? — Ой, я хотела вытереть пыль… — И?! — Помогайте, давайте… Хватаю полотенце, второе даю ему. Только сосед опять впал в ступор, пялится куда-то. Проследив за его взглядом, вспыхнула, как маков цвет. — Вы, извращенец!! — Ты многих извращенцев знаешь? — Нет, только одного, недавно познакомилась. Кстати, как вас зовут, так и не представились? — Женя. — А, такого у меня ещё не было. — Извращенца?! — Нет, с таким именем. — Если хоть одна капля просочится на мой потолок, я тебя прибью. Он злится. Брови насупил. Всё же какой он милый, просто душка. Почему-то хочется мяукнуть ему на ухо и потереться о него. Нда, половое воздержание, плохо сказывается на моих мыслительных процессах. Ах, как он меня в коридоре целовал и чего я дура поспешила глаза открыть? Работает он проворно, где-то нашел тазик и собирает туда воду. — Так что у вас случилось? — Я хотела вытереть пыль, но потом подумала, что нужно сначала отметить переезд. Знаете, я впервые буду жить самостоятельно. А мне уже 25 лет. Давно пора конечно, но родители никак не хотели отпускать меня из-под своей опеки. Наверное, потому что я младшенькая, да и перерыв у мамы перед роддомом был довольно существенный. Она никак не могла забеременеть, где только не лечилась. А еще я родилась недоношенной и до 10 лет очень часто болела. Наверно поэтому они за меня постоянно боятся. — А нельзя ли покороче! — Женя кажется раздражён. — Можно. Конечно. Какой вы нетерпеливый. Так вот, я решила отметить, а в холодильнике у меня было вкуснейшее Асти-Мартини. — Вы любите Асти-Мартини? — Нет!! — уже почти орет он. И чего орать-то. Наверное, потому он такой злой, что не любит шампанское. — Ну и зря, очень вкусное. Хотите попробовать, вы не видели бутылки шампанского в коридоре? — Собирайте воду, чёрт возьми! — Ага. — Какие у шампанского всё-таки неудобные пробки. Сколько инженеров в мире, а не могут придумать что-нибудь простое. Чтобы ап… и только дымок из горлышка бутылки и пробки никуда не летят. — Ты блондинка, — с какой-то обреченностью в голосе говорит он — Вы это только сейчас заметили, — иронизирую я. — Только сейчас… прочувствовал. Вспыхнула. Конечно я поняла намек. Надоело уже, что все меня считают глупой. — Это самое распространённое заблуждение! Ум не зависит от цвета волос! Это всё равно, что сказать — все брюнеты бабники! Ой, вы брюнет! Но я вас не имела в виду. — Скажу даже больше, все мужчины бабники! — веселится Женя. — Ну почему же. Мои мама и папа, женаты почти 35 лет и до сих пор искренне любят друг друга. И ещё я знаю много пар, в которых, мужья хранят верность своим вторым половинам. — Катя ты можешь помолчать хоть минуту?! — Минуту, пожалуй, могу, а что? — Молчи!! — вопит он. Я обиженно засопела и прикусила губки. Он уставился на них. Ах! Меня обдало жаром и опять вспомнился тот поцелуй в коридоре. Вот гад! Красивый какой, хоть и очкарик. Не произнесу больше ни слова, раз он так со мной! — Катя, собирай воду, чёрт возьми! Дальше работаем вдвоём, в полной тишине, работа спорится. Воды уже нет, коридор и ванная почти сухие. Ой, совсем забыла про гостиную и воду из аквариума. И Федю, я так и не нашла. Думаю, Женя будет злиться. — Я вам так и не рассказала, почему рыбки в ванне, — начинаю осторожно. — Ну и почему? — Я решила пыль протереть. — И? — А потом подумала, что нужно сначала отметить новоселье и уже, потом пыль тереть. — Я сейчас тебя придушу, если не будешь говорить по существу. У некоторых чувства юмора совсем нет. — Я разбила аквариум, пробкой от шампанского! На всякий случай закрыла глаза и даже отошла подальше. Женя заходит в гостиную. — Твою ж мать!! Да картина ещё та, разбитые стекла, всякие камешки, водоросли из аквариума и вода, слой воды который ещё нужно убрать. А где же улитка, Федя? … Когда я подумал, во что превратился мой потолок в гостиной, Мне захотелось её, натурально, прибить или уж точно, перегнуть через коленку и отшлёпать, так чтобы дня три ходить не могла. А ещё лучше перекинуть через плечо, отнести на кровать и ебать. До потери пульса, так чтобы она не могла сдвинуть свои обалденные стройные ноги, не могла говорить, а только бы стонала и стонала, смотря счастливыми и бессмысленными глазами в потолок. — Тряпки неси!! Чем дольше тут стоит вода, тем больше вероятность, что она окажется и на моем потолке. Да и не мог я бросить эту курицу, с окровавленной рукой. Теперь мне, всё это разгребать. Джентльмен, мать твою! Странно, но Катя вела себя тихо. Молча собирала воду в большую кастрюлю, а осколки в мусорное ведро. Лучше бы болтала, может быть, разговоры смогли бы отвлечь меня от лицезрения её попки, призывно виляющей рядом. Она так и не оделась, грудь всё так же видна, как на ладони, соски всё так же призывно торчат. А у меня в штанах все также стоит колом. От похотливых мыслей отвлёк, её радостный крик. Нашёлся, Федя! Он, оказался огромной улиткой величиной с детский кулак. Федя резво полз за креслом к выходу из квартиры, когда был замечен и схвачен. В отличие от нас, он справедливо рассудив, что — всё что не происходит, то к лучшему и как говорил поэт: «… свобода нас встретит радостно у входа», спешил покинуть и аквариум и комнату и нашу компанию. При взгляде на Федю, видя, как он усердно шевелит своими двумя усиками, я подумал, что природа явно сделала ошибку. Судя по его подвижности и жизнелюбию, ему надо было родиться тараканом, а не улиткой. После того, как мы всё убрали. Я потащил её к себе в квартиру смотреть, ущерб. Потолок представлял собой печальное зрелище, а в гостиной, наверное, ещё и обои отлетят. Она виновато хлопала глазами, говорила о том, как у меня тут красиво и зачем-то прикусывала зубками нижнюю губу. Это постоянно отвлекало. Более того, хотелось ей простить всё на свете и просить разрешение поцеловать. Вот же, зараза! — Завтра приглашу строителя, который делал мне ремонт, он составит смету. Надеюсь, я понятно выражаюсь, и мы не пойдем в суд из-за такой мелочи? Опять покусывание губки. — Женя, тебя понравилось как у меня дома? — Да, красиво. — Знаешь, я тоже люблю минимализм. Чёткие прямые линии, ощущение свободы пространства и незагруженности помещения. Хотя на мой вкус у тебя минимализм слишком минимальный, а ещё много серого, это немного придает уныния. Хотя вот эти чёрно-белые статуэтки в стиле инь/ян, такие милые. — Ты это к чему все говоришь? Задумалась. — У меня нет денег заплатить тебе за ремонт. Где логика? Вообще, где элементарная смысловая связь между предложениями? — А про минимализм, к чему было? — Все свои сбережения я потратила на создания радостного и уютного минимализма у себя дома. Нет, я, конечно, могу попросить денег у родителей. Но, видишь ли, Женя, я дала себе зарок стать наконец-то самостоятельной и научиться без их помощи решать свои проблемы. Понимаешь? На меня с … мольбой смотрят прекрасные зелёные глаза. Как тут устоишь? Как тут не растаешь? — Может мы как-то по-другому сможем договориться? Она подошла ближе, положила руку мне на плечо. Красивая, манящая, в глазах призыв. Что-то внутри меня ухнуло вниз и задержалось там жаром, в самом важном для мужчины органе. Тот мгновенно встал, хотя вряд ли вообще опадал. Катя предлагает мне секс! Хороший способ решения проблем, без привлечения родителей, мелькает в голове ироничная мысль. Буду дураком если не соглашусь, и пусть хоть по всей квартире обои отвалятся! — Мне мало одного раза. Неделя секса — как я хочу, где я хочу и когда я хочу. Её зрачки расширились, в них столько желания. Губы раскрылись. — Ты точно извращенец! Я другое имела в виду!! Другое, как жаль. Хотелось потребовать выплаты долга прямо сейчас. Опустить её на коленки, толкнуть свой член между этих прекрасных пухлых губ, а еще лучше на кровать и… ебать, ебать и ебать. — Может я устрою тебе бесплатно, праздник? — Устрой. Неделя секса с тобой — как я хочу, где я хочу и когда я хочу… Она дрогнула, облизнула губы. — Ты можешь думать о чем-нибудь кроме секса? Как скажите мне думать о чем-то другом, если у меня два месяца не было женщины, а рядом прелестная полуголая девица облизывает губы? — Я имела в виду настоящий праздник! Видишь ли, у меня своё агентство, которое занимается организацией и проведением торжеств. … Когда он сказал так проникновенно и нагло: «Неделя секса с тобой — как я хочу, где я хочу и когда я хочу, а потом поглядел на меня своими чернющими глазами, так жарко, что-то как будто взорвалось внутри живота, влажное и горячее. Может согласиться и долга нет, а удовольствие есть? Нет, не могу, я же приличная девушка. Мне нужно, чтобы меня любили, а не так сразу. Да и вообще, мы же только час назад познакомились. Но какие эти приличия прилипучие, так и хочется послать их куда подальше. — Любое торжество, свадьбу (надеюсь он не хочет жениться), корпоратив, день рождения. На мое удивление, Женя согласился. Оказывается у него скоро юбилей — 30 лет и он хотел по этому случаю собрать своих родственников, друзей и коллег. Людей планируется не очень много, но раз уж я ему должна деньги, будет неплохо если кто-нибудь займется организацией. У Жени так много работы. Мы коротенько обсудили условия и довольные друг другом расстались. Ну точнее я была довольная, а вот сосед кажется не очень. Через час нашего обсуждения, он схватился за голову, сказав, что я самая блондинистая блондинка в мире. Наверное, опять слишком много болтала. Потом весьма нелюбезно вытолкал меня за дверь. А он ничего так, если судить по ремонту в квартире, деньги водятся, а еще симпатичный и по возрасту мне подходит. Кольца нет, следов женского присутствия в жилище тоже. Надо подумать. Вон папа всё чаще и чаще говорит о том, что главное в жизни женщины — семья и дети. А мама пытается знакомить меня с сыновьями своих подруг. Когда я вернулась домой обнаружили, что Федя опять убежал в неизвестном направлении. Не улитка, а прямо таракан какой-то. ОЙ, папа звонит. Надо же целых три часа выдержал, чтобы не проверить, всё ли со мной в порядке. — Катенька, у тебя всё хорошо? — Почти, — тихо пропищала я. — Что-то случилось? — сразу напрягается отец. Начнем с малого. — Я Федю потеряла. — Вы же расстались с ним два года назад. Доченька, ты что, до сих пор переживаешь? — Нет, конечно, папа, я давно забыла об этом слизняке. Это другой Федя, но, впрочем, тоже слизняк. Улитка. Он каким-то чудом умудрился убежать из ванны! — А что он делал в ванне, доченька, ты что, купала там свою улитку? — задал папа справедливый вопрос. Я вздохнула и начала по новой. — Я решила пыль протереть… Надо отметить, маме безумно повезло с мужем, ангельского терпения мужчина, это вам не сосед снизу «я тебя придушу, если не будешь говорить по существу». С аквариумом дело решилось благополучно и за счет магазина, они подсунули мне бракованное стекло, вместо обещанного хорошего, непробиваемого. Я очень боялась, что мои мальчики сдохнут в ванной, пока я улаживала технические моменты, ничего, живучие гады. И вот я снова любуюсь своим новым домом, аквариумом и рыбками, молчаливо плавающими в нём, но, как будто, с опаской поглядывающими на меня. Ах, да! Федя тоже нашёлся, спрятался за стиральной машиной. Слизняк, что с него возьмешь. Сосед снизу не идет из головы и даже приснился пару раз. Во сне я не была дурой и согласилась устроить ему праздник — секс, как он хочет, где он хочет и когда он хочет. И как он меня, там во сне, только не хотел, извращенец чёртов! К следующей нашей встрече подготовилась основательно. Сначала, вооружившись интернетом и телефоном, обзвонила все кафе и рестораны нашего города, потом набросала небольшую программу мероприятия. Не меньше времени ушло на приведение себя в порядок. На этот раз я буду такой красивой, что он просто онемеет. Хотя в прошлый раз он тоже выглядел слегка пришибленным. Никакого разврата, всё очень скромно и чинно. Сейчас макси в моде — одела длиннющую розовую юбку и красную маечку на тонких бретельках. Я скромная девушка, на этот раз лифчик поддела. Я очень скромная девушка — волосы заплела в косу. Ну, во всем меру надо знать, в скромности тоже, поэтому губы накрасила ярко красной помадой. Ой, что-то сердечко расшалилось, с ритма сбивается. Может капельки успокоительные принять? Сосед снизу кажется, меня не ждал, он был только что, из-под душа, обернутый вокруг пояса в маленькое коричневого цвета полотенце. Как-то слова приветствия застряли у меня в горле. Я стояла и смотрела на его широкие плечи, на полоску волос, уходящую с груди по плоскому торсу дальше вниз, и прерываемую махровой тканью, которая к тому же подозрительно топорщилась. Блин, у меня даже дыхание перехватило! Выгляжу наверно дура-дурой. — Ммм… вы любите, когда кругом вода? … Соседка сверху не идёт у меня из головы, впрочем, не только из головы, кое-где пониже она тоже засела основательно. Даже холодный душ не помогает. Как только закрою глаза — она, с бутылкой шампанского в руках, в беленькой прозрачной от воды маечке. А соски так восхитительно торчат! Звонок в дверь. Катя. Красивая, с красными полураскрытыми губами, с глазами наполненных до краев, чем-то подозрительно похожим на желание, с розовыми от смущения щечками. Блин, я же полуголый! — Ммм… вы любите, когда кругом вода? Как всегда не понятно к чему относящаяся фраза. — Вы что опять разбили аквариум, забыли закрыть кран в ванной? Прорвало трубу? — Ммм… — зачем она это Ммм произносит? — Нет, я совсем не к тому это сказала. Просто у меня возникла идея, отпраздновать ваш день рождения на небольшом кораблике. — Это вероятно очень дорого? — Нет, потому что у вас есть своя «золотая рыбка» и она умеет договариваться. Золотая рыбка, шагнула на порог, зацепилась за него каблучком и начала падать. Падая, схватилась за мои бедра с которых сползло полотенце. Алые губки очутились прямо там, где я давно мечтал их увидеть и почувствовать. Её глаза, увидев всё моё великолепие в полной боевой готовности, стали просто огромными. Эх, притянуть бы эту голову чуть ближе, впихнуть между красными губками свой стоящий колом член… — Если «золотая рыбка» — ты, то хотелось бы, чтобы предоставили гарантии того, что корабль не утонет. Катя выпрямилась и так мило надула губки. Да пусть тонет к чертям собачьим только бы эти губки были рядом. — Конечно, необходимые гарантии будут предоставлены. — Оденьтесь, пожалуйста, нам надо обсудить серьёзные вопросы. Серьёзными эти вопросы были для неё. Мне, например, было всё равно, каким будет теснение на приглашениях — золотое, серебрённое или синее. Всё равно — как будут сидеть за столами гости. Друзья с друзьями, коллеги с коллегами, мальчики с девочками,… парами или ещё как. Рассядутся как-нибудь, напьются, перезнакомятся, и вся расстановка полетит к чёрту. Ну и уж совсем меня вывели из себя разноцветные шарики, которыми по её мнению, необходимо было украсить весь корабль. Она вообще меня выводит из себя. Правда я не знаю, чего больше во мне, раздражения или возбуждения. … Какой невозможный человек Женя. Он вообще не умеет веселиться, сухарь чертов! Такое ощущение, что это у меня — день рождения, а не у него. Это ему — всё равно, это не нужно, шарики ни в коем случае, ему же 30 лет, а не 3 года. — Женя, как ты не понимаешь, шарики, создают ощущение праздника. — 100 грамм водки, создают ощущение праздника. — Ты алкоголик? — Нет, я русский человек! — Я тоже русская, но шарики — интернациональное явление. — Шарики могут радовать только таких блондинок, как ты! — Апп… — захлопнула от обиды рот, проглотив заготовленные слова. Какой он. Захотелось реветь. Не объяснять же ему, что я с красным дипломом закончила университет и что в школе, тоже была отличницей. Он уже повесил ярлык. Мужской шовинизм в действии. — Да, я умею радоваться всяким мелочам. Именно из мелочей складывается ощущение праздника. Но такому брюзге и зануде, этого не понять. — Рыбка, ты путаешь радость с глупостью. Сколько сексизма в этой фразе. — А ты, сводишь радость и праздник к тупой попойке с друзьями. — Да пошла ты, вместе со своими шариками-лошариками! И я пошла, точнее, полетела на крыльях негодования. Он, наверное, тоже негодовал. Вон, как дверью хлопнул. Правда полет был недолгий и чуть не закончился тараном моим носом коридорного пола и всё это сопровождалось треском рвущейся ткани. Красивая длинная юбка! Она оказалась зажата в стальной двери, точнее то, что от неё осталось — розовые лоскутки. И я в одних весьма легкомысленных трусиках стою на лестничной площадке. … Дались ей эти шарики дурацкие. Нда, надо сказать, чувствую себя прескверно. Перед глазами так и стоят её обиженные глаза. Правда обиду быстро сменила злость, а в злости Катя прекрасна и такая ух… Звонок. Опять она. И не просто она, она только в красной маечке и в красных трусиках. Хотя этот кружевной лоскуток трусиками можно назвать лишь при большом воображении. Три нитки и пятисантиметровый кусок ткани. От увиденного у меня аж дух захватило и в дрожь бросило. Какие же длиннющие у неё ножки, какая бархатистая кожа. Эх, прислонить бы её к стене, впиться губами в Катин рот, ногу между её и вверх. А ещё лучше перекинуть через плечо, кинуть на кровать и… — Твоя дверь порвала мою юбку!! — Это опять ты!! Что у тебя за мания ходить передо мной полуголой, тебе что трахатся не с кем? Глаза вспыхнули, округлились, губы открылась пытаясь что-то произнести, потом закрылись, затем она их облизнула, посмотрела как-то странно и наконец выдала: — Не с кем! Слова эти обрадовали. — Хорошо, пойдем — беру её за руку, пальцы холодные, как у лягушки. — Куда?! — Как куда, трахаться? — Ты спятил?! Я не трахаюсь с кем попало!! — Я не кто попало, я — сосед снизу. — И что по-твоему мне нужно со всеми соседями трахаться? Я приличная девушка! Как любят женщины всё усложнять. То ей трахаться не с кем, то она приличная. — И вообще, я за юбкой зашла! Катя пытается собрать воедино красивые розовые лоскутки и прикрыть ими такой шикарный вид красных трусиков. Уверен, если её сейчас прижать к стенке и поцеловать, она очень быстро забудет о всех приличиях. Но с такой связываться себе дороже, сплошной инфантилизм и глупость. Кое-как одевшись, Катя уходит, а у меня ещё долго ломит в штанах. Надо было все же попробовать прижать её к стенке. … Ну вот и наступил день праздника. Участие Жени свелось, к предоставлению списка гостей и оплате необходимой суммы, за прокат теплохода и других расходов. Ему было всё равно: какая будет кухня, какая будет музыка, какие будут конкурсы. С такими равнодушными клиентами очень тяжело работать. Ведь на самом деле, чтобы праздник удался и клиент с гостями был доволен, нужно знать массу мелочей не только о Жене, но и о приглашённых. Мои же сведения о соседе снизу сводятся к тому, что он любит минимализм в дизайне, серый цвет… а ещё, когда смотришь на него хочется тотчас скинуть одежду и заняться сексом — «как он хочет, где он хочет и когда он хочет». Да, я ещё знаю, что он восхитительно целуется, знаю, что у него такой мужественный торс, с дорожкой темных волос, убегающих вниз и ещё весьма внушительное мужское достоинство, сулящее много удовольствие моему, забывшему ласку телу. Мммммммммммм… Вот о чём я сейчас думаю?! Идиотка! Ну и конечно Женя нахал и грубиян. В общем, сведений у меня, кот наплакал. Пришлось всё организовать исходя из своего опыта и вкуса. На самом деле, я очень сильно волнуюсь, ноги даже подрагивают. Интересно от чего, больше от воспоминаний его мужественного торса или от переживаний по поводу предстоящего праздника? Впервые буду вести мероприятие без своей сестры, и мне очень хочется верить, что я справлюсь одна. Инга, вслед за мужем, как истинная декабристка укатила в Сибирь. Надеюсь действительно всего лишь на пару лет, а не навсегда. Главное не трогать шампанское и ходить осторожно. Я смогу! У меня получится, у меня всё получится! … Она стояла на палубе теплохода. Женщина-сказка, женщина-фейерверк, женщина-блеск. Причём блеск в прямом смысле. На Кате было длинное золотистое, чуть расклешённое от колен платье, которое переливалось в свете заходящего солнца, так, что слепило глаза. Она прямо, как золотая рыбка — моя золотая рыбка. Как только её увидел, сразу возникло ощущение праздника, словно я — маленький мальчик в ночь перед новым годом. Мальчик, который все ещё верит, что добро всегда побеждает зло и мечтает совершить что-нибудь такое героическое. Победить дракона или соседского задиру Борьку, чтобы эта волшебная девочка, принцесса, обратила на него внимание. Катя замечает меня, улыбается, машет рукой. И я с удивлением отмечаю, что лыблюсь в ответ, как последний дурак. Когда подхожу ближе, она с детской непосредственностью бросается мне на шею. — Женечка, с днем рождения! Только вот, Женечке, сейчас совсем не до праздника. Меня, как током прострелило от её объятий, всё вздыбилось от её прикосновений. А может, ну его, этот день рождения и гостей. Перекинуть через плечо, утащить в каюту, в трюм, куда-нибудь и… и тут я замечаю шарики. Они везде: синие, красные, зеленые, белые, с забавными рожицами и сердечками, какие-то гирлянды и цветы из шариков. Они всюду. Шарики привязаны к бортам теплохода, просто стоят на палубе удерживаемые грузиками, они даже в капитанской рубке. — Что за детский сад ты тут устроила!? — Скажи красиво. Настоящий праздник. Мне понравилась, как работает это компания — «Воздушная радость». Всегда теперь к ним обращаться буду. Это мой подарок тебе. Нравится? — Нет! — рычу я, — Ко мне придут серьёзные люди, начальник например. Она снова надула губки. — Женя, поверь мне, всем понравится. — У тебя мания величия, ты считаешь себя всеми. — Нет, просто у меня есть небольшой опыт в проведении торжеств. В каждом человеке, даже в твоём начальнике, живёт маленький ребенок, который хочет радоваться и веселиться. Она оказалась права, всем действительно понравилось. Катя настоящая зажигалочка. Только при одном взгляде на неё, хотелось петь, плясать, хлопать в ладоши, играть в эти дурацкие конкурсы и смеяться, много-много смеяться. Все подходили ко мне и спрашивали — где я нашёл такое чудо. Она просто «чума» сказал мой лучший друг. Зачем я сразу соврал ему, что Катя практически замужем и у неё очень ревнивый жених? … Всё шло прекрасно, гости веселились и радовались. Радовался даже Женя — заливался смехом, хлопал в ладоши и танцевал. Сейчас мы с ним вместе танцуем. Он прижимает меня к себе … близко-близко, причём одна рука замерла на грани приличия — ещё вроде бы на талии но… , а вторая, подозрительно близко подобралась к моей груди. Я никогда не пью, когда работаю, только делаю вид, чтобы поддержать тостующих. Однако, в его объятьях чувствую себя как-то необычно, словно я махом выпила два бокала моего любимого Асти-Мартини. Мне хочется сейчас творить глупости, причём глупости определенного характера — сексуального, даже развратного! Снять с него пиджак, рубашку, галстук, стащить с себя золотистое платье! Гости?! Убежать от гостей! Закрыться в каюте, трюме, где-нибудь… Прижаться к нему, целовать везде-везде, мурлыкать, как кошка во время течки, похотливо выпячивать свою попку и разводить ноги, как бы приглашая воспользоваться. — У меня есть ещё один подарок для тебя. — Да!? — от этого хриплого «да» в дрожь кинуло, — И что же это? — Папа!!? — Что?!! В рыжем пузатеньком бармене, с гордостью и ревностью смотрящем на нас я узнала папу. Это первое мероприятие, которое мне пришлось организовывать самостоятельно, наверное, отец решил, как всегда, сам всё проконтролировать. А чтобы я не догадалась, не заметила его и не злилась, напялил парик и усы. — Моя семья иногда меня душит. — Как это связано с подарком? С подарком это было никак не связано. О бог ты мой, подарок! … Вечер уже подходил к концу, а Катя куда-то исчезла. Я всё высматривал «золотую рыбку» в толпе танцующих, в сидящих за столами, даже сходил на нос корабля. Куда она подевалась? Какая она странная. Странные разговоры про подарок и семью. Может она на что-то обиделась? А ведь Катя была такая разомлевшая в моих руках, когда мы танцевали — разомлевшая, возбужденная, податливая. Роль тамады взял на себя один из музыкантов. — А теперь настало время сладкого, интригующего и волнующего. Дорогой именинник пройдите в центр зала. Свет гаснет. Ого, какой огромный торт! И свечи. Судя по свечкам, стукнуло мне лет порядочно. Красиво, очень красиво, только если бы тут была моя золотая рыбка, если бы она улыбалась своей чарующей улыбкой, а свет свечей играл причудливыми бликами на её платье. Тогда было бы намного лучше — праздничнее, радостнее. Все поют «Хеппи бёздэй ту ю». Я задуваю свечи, всё ожидая, когда же вернется она… и тут вдруг — фейерверк, музыка! Моя «золотая рыбка» выскакивает из торта, улыбаясь во весь рот! От неожиданности я чуть не откусил себе язык. Катя сменила платье, на золотистую юбочку, едва прикрывающую попу, и такого же цвета бюстгальтер. Она улыбается, подмигивает, поздравляет с днём рожденья. А у меня сейчас одно единственное желание чтобы все гости провалились в трюм, исчезли, растворились, улетели на вертолете, ковре самолете, всё равно на чём. Хочу быть с ней один на один. Катя скосила глаза куда-то в сторону и почему-то покраснела. А потом неловко повернулась и вся эта конструкции вместе с ней начала заваливаться на меня. Она судорожно вцепилась в мои плечи. Падаем. Раздался дружный смех. Я весь в торте. Блин, угораздило же нанять эту дуру, следовало ожидать, что она всё испортит! С ее то неуклюжестью. Мы пытаемся подняться, барахтаемся на скользком полу. Снова падаем! Дружный хохот. Катя лепечет какие-то извинения, пытается вытереть торт, но только сильнее меня пачкает, потому что сама вся в креме. И при этом она ещё и смеётся, заливисто смеётся и все смеются вместе с ней, даже усатый бармен, подозрительно глядевший на нас когда мы танцевали. Всё так же периодически хохоча, она извиняется перед гостями и говорит о том, что мы отлучимся ненадолго, дабы привести себя в порядок. Звучит это всё как-то двусмысленно. Тащит меня за руку. — Куда мы? — Тут несколько кают, тебя надо отчистить! Сама того не осознавая Катя выполняет моё заветное желание — остаться с ней наедине. Какая у неё горячая ладошка. Каюта маленькая, стены давят, да ещё и воздух тут, какой-то разреженный. А иначе, почему я так тяжело дышу? Катя вытирает бумажными салфетками мой костюм, постоянно бормоча — как ей неловко, что она оплатит химчистку. Не слушаю эти слова, не могу их слушать, потому что, её руки дотрагиваются до меня, потому что, «рыбка» совсем-совсем рядом. Всё трёт и трёт меня, словно не замечая моего состояния, даже за штаны взялась. Хочется взвыть. Её руки скользят и скользят по мне. Всё больше не могу это выдерживать! Рычу. — Катя, да хватит наконец меня тереть!! Она подняла свои глаза. Её зрачки расширились, облизнула губы. Боже, зачем она это делает! Рычу, больше не могу себя контролировать. Вдавливаю её в стену и делаю наконец-то с ней все то, о чем так долго мечтал? Впиваюсь в эти сладкие сахарные губы, мну её грудь, покрытую кремом от торта, коленкой развожу ей ноги. Какая же она сладкая, вкусная волшебная! … Я поняла, что пропала, как только услышала рычащий звук. Приличия?! Больше никаких приличий! Кому нужны эти чёртовы приличия?! Отвечаю ему, жадно. Стаскиваю с него костюм, галстук, расстёгиваю пуговицы рубашки, трусь о него, приподнимаю бедра, чтобы побыстрее ощутить его вставший орган. Женя, наверное, обучался где-то на «курсах поцелуев». Ещё ни один мужчина меня так не целовал. Всёзадевающий и всёпроникающий поцелуй. Вцепился в мои волосы, держит крепко, фиксируя голову. А губы творят нечто такое, отчего у меня затряслись ноги и что-то там внутри живота сладостно заныло и завибрировало. — Хочу тебя, — отрывается он от моих губ. Теперь уже рычу я, так остро это «хочу» отозвалось в моем организме. Покусываю слегка женину нижнюю губу, ещё сильнее распаляя его страсть. — Катя, кажется я тебя сейчас съем, — сколько страсти в голосе. — Женя, ты даже не представляешь, какая я голодная. После моих слов он уже не сдерживается, крутанул в своих объятьях на 180 градусов. Опираюсь руками о дверь каюты, попой чувствую его эрегированный член. Уверенные движения крепких мужских рук, вызывают огненный толчок, спазм внутри меня. Стону. А он ещё ближе подтягивает мое податливое тело к себе, наглые пальцы лезут в трусики. Там все так горячо и влажно. Мурлычу, рычу, скулю и всё это одновременно. — Женя!? — Сейчас рыбка. Подожди немного. Стаскивает с меня трусики. Нетерпеливо переступаю, через них. Виляю попкой навстречу. Хочу быстрее ощутить его внутри себя. Между влажных губок вклинивается член. Я там такая мокрая, что он скользит между ними не проникая! Ещё сильнее развожу ноги, выпячивая попу. Наконец жестко берет за бедра, наконец, проникает одним мощным ударом! Наши стоны сливаются в один. Женя начинает двигаться. И блин, чёрт, это прекрасно! Пропала, в который раз понимаю я. Просто тащусь от таких мужчин и всегда влюбляюсь в тех, с кем мне хорошо в постели. А с ним непросто — хорошо. С ним как-то непередаваемо — остро! Может, конечно, это половое воздержание сказывается. Нет. Не знаю. Пусть будет, как будет! Пропаду так пропаду! Крепко вцепившись в мои бедра наносит отрывистые глубокие удары. От каждого внутри фейерверк, который становится всё выше и ярче с каждым толчком. … «Золотая рыбка» оказалась горячей девочкой, как стонет, как поддаётся навстречу. Клещами сдавил её бедра. Красивая стонущая блондинка, млеющая под напором моего члена — обалденная картина. Грудь плавно колышется от каждого моего толчка. Какая же она горячая внутри, жаркая, влажная, нежная! Хочется кончить прямо сразу. Нет, сначала доведу мою «золотую рыбку» до исступления. С хлопком бьюсь о её мягкую попку, одну руку чуть перемещаю, нащупывая заветный бугорок клитора. Вся дёрнулась в моих руках и на моем члене. Девочке явно нравится двойная стимуляция. Убыстряю движения. Она жадно хватает воздух. Как выдыхает, как дышит, как стонет — просто музыка для слуха. И попой, попой навстречу. Кажется, Катя на грани, хрипит, отклянчивая зад, пальцы рук пытаются ухватиться за что-нибудь на скользкой поверхности двери каюты. Чувствую, как и у меня подступает оргазм, несмотря на все мои попытки быть, как … бы сторонним наблюдателем. — Женечка, оооооооооооооо!!! По её телу прошла дрожь, внутренние мышцы тисками сжали мой член. Выдохнула, затряслась, запульсировала на мне. Рыбка испытала оргазм. (Специально для ) Теперь можно подумать и о себе. Как отбойный молоток, буравлю её податливое, мягкое после оргазма и влажное лоно. Ещё чуть-чуть, ещё совсем немного, прямо чувствую, как сперма понимается вверх от яиц по члену и к головке. Даааа… Ещёё… Вот чёрт!! Мы падаем!! Кто-то открыл дверь каюты, о которую мы опирались. Вываливаемся с Катей в коридор к ногам усатого толстого бармена. — Папочка, — бормочет золотая рыбка, пытаясь высвободиться из моих объятий и соскочить с члена. Нет уж, не уйдешь!! Мне сейчас всё равно, пусть хоть весь мир смотрит!! Держу её крепко и… ебу, ебу, ебу!! Что мне до этого рыжего дядьки, что мне до ухмыляющегося начальника и лучшего друга. Пусть катятся к черту!! Умру, если сейчас не кончу! Просто вколачиваю в неё свой член. — Уфф… — взрываюсь внутри. Катя лишь тоненько повизгивает. Моя сперма выплёскивается в неё. Какой я идиот, совсем забыл о контрацепции! Наблюдатели проявили скромность и воспитанность — удалились. Пытаюсь отдышаться. «Золотая рыбка» отползла назад в каюту. Следую за ней. Я уж было открыл рот, чтобы поблагодарить за такой потрясающий подарок, но она опередила меня: — Женя, теперь ты должен на мне жениться! — Ха, ха, ха, ха, ха!! … Бог ты мой если бы можно было провалится в трюм, сквозь землю, сквозь воду, раствориться, исчезнуть. И почему у меня нет такой волшебной палочки, как в фильме «Люди в черном»? Надо срочно стереть этот позор из памяти всех присутствующих! Мой папа видел меня — не только, абсолютно обнаженную, но и как меня ебут сзади как… сидорову козу. И ладно бы только папа, но ещё и Женин начальник и его лучший друг. Впрочем, до них мне дела нет. Но вот папа! И как дальше жить на белом свете? В ответ на единственный достойный выход из этой ситуации Женя расхохотался, а я заревела. И чего я плачу скажите пожалуйста? Конечно, никто не обязан жениться на мне после первого спонтанного секса. Он смотрит на мою плачущую физиономию, одевается и кажется злится. Жаль, Женя не из тех мужчин, на которых волшебным образом действуют женские слезы. Точнее они действуют, но эффект воздействия противоположный ожидаемому. Слёзы его только раздражают и выводят из себя. — Чего ревешь? Ты ненормальная!? Странно, не впервые слышу от мужчин эту фразу. — Думаешь?! Саша номер два, тоже так говорил и Сережа, и Федя!! — Точно больная, беги скорее к психиатру, рыбки и улитки не умеют разговаривать! — Я не рыбок имела ввиду, а мужчин! … Меня прострелили догадка. — Ты что — рыбок называла, в честь своих мужиков?!! Хлопает своими глазищами. Вспоминаю сколько их там было. «Вова, Олег, Миша, Саша, Дима, Виктор, Саша №2, Федя. Всех не помню, но точно больше десятка. Ого! И все они обладали этим прекрасным телом, все они целовали эти пухлые губки. Ревность, зашевелилась во мне взбешённым быком, для которого разум (тореадор) всего лишь досадная помеха. — Ну ты и блядь!! Её зрачки расширились, губы полуоткрылись. В глазах недоумение и обида. — Жень, ты что — ревнуешь?! — Нет!!! — ору я все тем же взбесившимся быком. — Спокойно, Женя! Вова № 1 был ещё в детском садике, Алеша, Олег и Миша — в начальной школе. И вообще, если хочешь знать, серьёзно у меня было только с двумя — Пашей и Федей. За Федю, я даже чуть было замуж не вышла и вышла бы. Но он оказался таким слизняком. Представляешь?! Спал с моей лучшей подругой. «Тореадор» очнулся. — Ты точно, ненормальная. — Это помешает нашей женитьбе? — Какой женитьбе? Я не собираюсь жениться! Тем более на тебе! Меня и так девки любят! Ах, что я сказал, зачем я это сказал, надо было как-то помягче. Её глаза сверкнули яростью, но повела Катя себя на удивление спокойно. — Да ты прав, это было бы не очень благоразумно. Спокойно начала приводить себя в порядок, пряча следы нашей страсти. Спокойно, не смотря на меня, одела золотистое платье. Чувствую себе идиотом. Надо было отшутиться как-нибудь. Но блин, она точно ненормальная, кто в наше время жениться после секса! Что за дикость!! — Женя, пройдёмте со мной, нам надо закончить вечер. О теперь мы уже на «вы». Предсказуемо, впрочем. Ну и ладно! Галантно распахиваю перед ней дверь. Катя нацепила на себя маску королевы, проходит мимо высоко держа голову, на лице царственная надменность. Ну-ну, детка! Поглядим кто кого. Разворачиваю её к себе, прислоняя свиной к коридорной стене, одной рукой хватаю за попу, другая — ложится на грудь, накрываю её губы своими. — Ахм… — раздается её страстный возглас. Куда подевалась царственная надменность? Всё та же горячая девочка. Понимаю, что я опять хочу её, сильно хочу и не один раз, а много-много. … Когда он схватил меня в коридоре и поцеловал, я совершенно точно поняла, что пропала — опять влюбилась не в того парня, опять пройдётся томиться и страдать от неразделенной любви. И почему я все время выбираю каких-то слизняков? Что за мания такая? К счастью или к сожалению, Женя меня быстро оставил. Ах, а я так хотела ещё и не один раз, а много-много раз! Ну да ладно. Выйти к гостям на палубу страшно. И как я буду теперь папе в глаза смотреть? Не представляю. Ничего — наглость второе счастье. Улыбочка. Многие знают, понимаю я, когда захожу в зал. Впрочем, какой ещё может быть причина нашего столь долгого отсутствия. Ну и пусть! Мне по барабану. Я сексуальная и красивая женщина. Имею право трахаться с кем хочу! Что ж веселье продолжается! Хватаю микрофон: — Дорогие гости, через час наш теплоход причалит назад к берегу. Предлагаю воспользоваться этим временем и натанцевеваться от души. Но сначала наполняем бокалы и ещё раз выпьем за нашего дорогого именинника. Женечка, с днем рожденья! Танцевала я так, что ноги начали гудеть. Пыталась вытанцевать, моё смущение и печаль. Я глупая блондинка, а глупым блондинкам положено веселиться. Уф, ну вот всё и закончилось. Корабль причалил к берегу. Женя подходит ко мне. — Катя, подожди немного, я сейчас провожу гостей и закажу такси. Нам же в одну сторону ехать. — Не нужно беспокоиться, Женя, меня папа отвезёт. — Папа?! Рыжий и толстый бармен приближается к нам. — Да, познакомься, Николай Сергеевич — мой отец. Женя потрясен. Мне удалось его смутить и ещё как. Признаться, давненько не видела, как мужчины краснеют. «Роман» с Женей оказался скоротечным. Да и не было никакого романа, я все напридумывала себе, просто случайный секс. Приобретая корм своим домашним питомцам, не удержалась и купила такую милую чёрненькую рыбку. Она была так похожа не Женю, просто один в один. Ну что ж, всё хорошо, что хорошо заканчивается. Хотя, пожалуй, до окончания ещё не скоро. Поскольку сосед снизу не идет у меня из головы, а так же и из других частей тела. Стоит закрыть глаза и все моменты того памятного вечера мелькают снова и снова. Как он меня целовал, как он меня раздевал, как он меня… даже при папе. Нда, его обидные слова тоже помнятся. Отец было, порывался поговорить с Женей, еле удалось отговорить не вмешиваться в мою жизнь, хотя бы на этот раз. Может съехать куда-нибудь в другое место? От осознания, что нас с ним отделяет всего лишь бетонное перекрытие, становится временами трудно дышать, влажно между ног и хочется выть, в надежде, что он услышит и придёт. … Последние дни, я стал одним большим ухом. Каждый мой вечер проходит одинаково, в стараниях различить хоть какие-то звуки, исходящие из квартиры сверху. Впрочем, не только большим ухом, но ещё и большим членом. Каждый вечер стоит, как Ванька-встанька. Кому-то не терпится повторения, кто-то не может забыть потрясающий спонтанный секс на теплоходе. Как она отвечала на мои поцелую, как стонала, как я ее… даже при папе. Через неделю не выдержал. И чего я мучаюсь. Надо жениться — женюсь. И вот стою у её двери с букетом цветов, а под мышкой её любимое Асти-Мартини. Катя открыла дверь. Боже, какая же она красивая! — Женя, какой же ты кровожадный! — хорошенькое приветствие. А я то дурак думал, что мне будут рады, ну если не мне, то хотя бы Асти-Мартини. — Почему это я кровожадный? — Ты сожрал — Вову, Алешу, Олега, Мишу, Вову №2, Сашу, Диму, Сережу, Пашу. Славу, Виктора, Сашу №2, Виталика, в общем всех. Только Федя один уцелел, каким-то чудом уполз от тебя. — Ты давно была у психиатра дорогая? Каким образом я их мог сожрать? — Ну не совсем ты, а рыбка названная в твою честь. Вот, оказывается теперь и я тоже, появился в её пресловутом аквариуме. Судя по всему, в качестве Жени, она купила пиранью. Горе моё, радость моя! Всё же Катя неподражаема. Она моё ощущение праздника, она моя — Золотая рыбка. Поднимаю её на руки, кружу, целую. Катя счастливо смеётся и тянется к шампанскому. — Даже не думай, Асти-Мартини открываю я!!

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
Рубрика: Без рубрики


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх