Зоя

Добираться на перекладных, сидеть на маленьких узловых станциях. Ожидание и скука. Станция Сайга еще не худшее место. Дождаться утра — и на электричку. Два часа — и в своем городе! А ждать еще часов пять. Куришь, куришь — до тошноты. Народу — порядочно, все сидячие места заняты. Мое внимание привлек громкий возглас: «Я не простячка (проститутка), я по симпатии! Откинулась (освободилась) вчера… Сам пошел!…» Все это произносила женщина, стоящая неподалеку, обращаясь, видимо, к сидевшему мужчине. Скорее всего, за 30, одежда — так себе, лица не видел, но тело со спины смотрится. Отошла она от возмущенного мужика — и к выходу. Встал и я. Не за ней, а — покурить. Из вещей — сумку взял с собой. Темно. Закурил тут я, и увидел давешнюю женщину. Стояла она в метрах трех от меня. Смотрела в мою сторону, а я — в ее. Несколько минут все это продолжалось, потом она двинулась ко мне. — Ну что, так и будем в переглядки играть? Закурить есть? — Есть. Дать? — Конечно, дать. — На, возьми. — Я достал сигарету и протянул. Щелкнул зажигалкой и дал прикурить. — С «нипелем» куришь? Богато живешь. — Ты, видимо, долго чалилась. Курение сигарет с фильтром — сейчас не признак благосостояния. — Ни хера, загибаешь! А как ты понял, что я сидела? — Слышал твой выкрик. — Козел он! Я ему по-человечески, а он… козел!… Меня Зоя звать. — Фрол. — Редкое имя. — Редкое. — А тебе куда? — Мне — туда!… — И я показал рукой направление, щелбаном выкинув сигарету. Повернулся и хотел уйти. Но меня остановили рука и голос. — Постой, Фрол. Может, выпьем? Я покачал головой и ответил: — Не хочу. — Ладно, пить не хочешь, и не надо. Я вот буквально днем выпила. Я мужика хочу. Понимаешь? Если не хочешь е… ть, то защеку дай. Я баба чистая — я же только что оттуда! — Ну, и что ты предлагаешь — прямо тут все это… ? — Да мы, что, места не найдем, где перепихнуться? Нашли. Совсем недалеко от вокзала — ремонтируемое здание. Более того — в самом здании нашли комнатку-склад. Груды столов и стульев. Комната эта была заперта. Но обычный навесной замок и согнутым гвоздем открыть можно. В зарешеченное окно светила луна. Один из столов с облупленной полировкой стоял у окна. В сумке у меня была бутылка «пепси». Расстегнув ширинку, достал член, обмыл головку «пепси». Штаны и трусы я спустил до колен, голым задом уселся на стол. Зоя расстегнула кофточку и блузку, лифчика на ней не было. Груди обвисли, но сохранили форму и упругость. Она дотронулась рукой до мошонки и ухватила окрепший ствол. — Знаешь, как я там мечтала о живом х… е!?… Ночами снился!… А у тебя — хороший: крупный и крепкий! В ответ, я своей рукой огладил ее грудь: она заполнила мою ладонь. Хорошая грудь для женщины ее возраста. Вот она наклонилась, и ее губы обхватили член. Наверное до отсидки у нее был большой навык. Не смотря на долгое отсутствие практики, у нее очень хорошо получалось! Ведь это только кажется, что дело не хитрое — бери и соси. Но тут необходимо умение и желание. А Зоя умела, желала и от действий своих получала огромное удовольствие! Она то заглатывала глубоко, то играла языком, то сосала нежно и трепетно, а то — сильно и страстно, чувственно. То действительно кладет его за щеку. А то губами — да к мошонке… или жадно обхватит ее ртом. Она не стонала, но издавала горлом довольное урчание. А я… я мял рукой ее грудь, другой рукой ворошил волосы на ее затылке, и от каждого движения ее языка — стонал. Наконец я дошел до точки: подался навстречу ее новой глубокой атаке, особенно громко застонал и… пошло толчками в ее жадный рот! Она всосала все до капельки. А когда оторвалась, то в лунном свете на ее лице было видно сытое удовольствие. Она облизнула губы. Я не удержался и потянулся к ним. — Да ты что?! Я же сосу, а таких в губы не целуют! — У тебя, Зоя, дикие и устаревшие понятия, — учительским, назидательным тоном ответил я. Дотянулся до нее, облапил грудь и впился в губы. Долгий поцелуй! — Слушай, Фролушка, давай мы догола разденемся? Я хоть прижмусь к тебе, теплому! И мы разделись, оставив лишь обувь. Мы стояли друг против друга. О ее груди я уже говорил. Но у нее так же были полные и стройные ноги. У нее не было живота. И зад не вислый: пухлая и округлая попа. Мы обнимались, прижимались. Мы с упоением целовались, мои руки гладили ее ягодицы, а ее — мои. — Ложись, шепнул я ей. — Зачем? У тебя же не встал. — Ложись, не спорь! Она вскарабкалась на стол и легла в классически призывной позе. А я — к сумке: пора попробовать… Гляди-ка, встал — не понадобилось. С торчащим членом я двинулся к ней. Взгляд ее словно ласкал меня. Я вполз, она направила — и я вошел. Ойкнула радостно и подалась навстречу. Я впился губами в ее губы и заработал. Мы быстро уловили нужный нам ритм. Стонала Зоя, нервно дышал я, скрипел и шатался стол. Зоя шепнула: — Скажешь, когда кончать будешь готов — я в рот хочу! Я сдерживался, замирал — и вновь работал. Но, тяни — не тяни, а наступит… — Сейчас, Зоя!!… Я приподнялся на руках, а она скользнула вниз. И вот ее губы ухватили член и… потекло!… Между прочим, прежде чем я кончил, у Зои это получилось не раз. И вот, не дав ей слово молвить, я, достав из сумки средство, сделал все по инструкции. Сделал себе укол в основание члена. Он встал. Мне даже показалось, что увеличился. — Вот здорово! Иди сюда! — Она призывно вновь раздвинула ноги. — Нет, Зоинька, я хочу тебя в попу! — У тебя большой, а я давно… А есть вазелин или еще чего такое? — Есть, все есть. Зоя грудью навалилась на стол, загнувшись, раздвинув руками ягодицы в покорном и боязливом ожидании. Я — с торчащим и навазелиненным членом. Луна — за окном. Все на миг замерло… Я двинулся — и весь мир ожил. Я вставил и чуть нажал. Зоя сдержала готовый вырваться, болезненный стон. И я сдержал порыв вонзить страстно и азартно. Медленно и неотвратимо мой инструмент проникал в тесное анальное отверстие. Клекотало в Зоином горле, а я входил глубже и глубже. — Ой! О-о-ойёёй! Вошел. Одну руку я положил на ее лоно, запустив в него пальцы. Другую руку — на грудь. Навалился и прижался к горячей спине, губы приникли к шее у самого затылка… и я задвигался. С наслаждением я всаживал, урча от страсти. Стонала Зоя — но все менее болезненно, а более страстно. Вот и она задвигала тазом, насаживаясь. Я стал резче, глубже, чаще всаживать. Я трахал ее попу членом и трахал пальцем влагалище. Это было что-то!… Время шло, и оргазм накатывал… на нее. Я сдерживался. Она уже стонала с хрипом, и зад ее большую часть работы делал сам. Стенки ануса сокращались. Зоя забилась, как рыбка на крючке. А я все так же — всаживал, всаживал… Потом мы голышом гуляли по пустому зданию. Я — с торчащим членом. Иногда мы сближались. Вот я ее трахаю стоя, в традиционное место. Вот я имею ее в попу. Вот она присела и сосет самозабвенно. Но всему приходит конец. И «он» у меня опал, прямо у Зои во рту. Истертый, покрасневший, болезненный, перетруженый. И тут же Зоины слова, с женской тоской: — Мне бы — тебя!… Хоть голодной и босой — ничего больше в жизни не надо! Это ли не бальзам на мужскую гордость? Мы провели с ней время. Ни ее, ни меня не интересовали ни моральные, ни другие качества друг друга. Только тело. Животная страсть? Ну, так и что?… Эх, Зоя, Зоя… Где ты, с кем, как у тебя пошла жизнь?..

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...


Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх